Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.

Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.

Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
В рамках нацпроекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги» в 2020 году на ремонт региональных трасс из собственного бюджета власти Ленобласти выделят 1 млрд рублей и надеются на увеличение софинансирования программы из федерального бюджета.
В 2020 году в рамках приоритетного национального проекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги» в Ленинградской области ремонт будет проходить на восьми объектах. Об этом сообщил и. о. директора ГКУ «Ленавтодор» Олег Глазунов. В частности, по данной программе во Всеволожском районе запланировано привести в порядок девятикилометровый участок Дороги жизни, а также 20 км Токсовского шоссе, подъезд к деревне Хитилово и дорогу на Бугры. В Выборгском районе Ленобласти продолжатся ремонтные работы на трассе Огоньки – Стрельцово – Толоконниково, в Тосненском – на дороге Кемполово – Выра – Тосно – Шапки. В Гатчинском районе специалисты выйдут на трассу Гатчина – Ополье, а в Волосовском – на дорогу Жабино – Губаницы – Волосово.
По словам Олега Глазунова, количество объектов, попавших в ремонт по нацпроекту, возможно, еще будет увеличено. Многое будет зависеть от схемы софинансирования данной программы. В этом году из дорожного областного фонда на «Безопасные и качественные автомобильные дороги» было также выделено 1 млрд рублей. Москва добавила 296 млн рублей. По сравнению с другими регионами РФ транш из федерального центра был относительно скромным.
«Сейчас на всех уровнях Ленинградская область ведет переговоры об увеличении средств, выделяемых по нацпроекту. В том числе с Минтрансом и Росавтодором. Определенные подвижки есть. Рассчитываем, что в 2020 году финансирование из Москвы будет увеличено. Это нам поможет нарастить объемы проводимых дорожно-ремонтных работ», – отметил и. о. директора ГКУ «Ленавтодор».
Готовы оказать поддержку Ленобласти в ремонте дорог и активисты общественного движения «Общероссийский Народный фронт». Представитель регионального исполкома отделения ОНФ Алексей Орлов сообщил о намерении подготовить обращение в Правительство РФ с просьбой пересмотреть схему софинансирования данного нацпроекта. «Суммы в 296 млн рублей, безусловно, мало для Ленобласти. Тут 10 тыс. км дорог. Далеко не все они находятся в идеальном состоянии. Соседние Вологодская, Архангельская область получили гораздо больше средств на реализацию программы. Нам тоже нужны дополнительные средства. Стоит также учесть, что Ленобласть является транзитным регионом, граничит с иностранными государствами – и тут жизненно необходимы качественные дороги», – подчеркнул он.
Напомним, несколько недель назад премьер-министр РФ Дмитрий Медведев на всероссийском совещании, посвященном реализации нацпроекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги», отметил, что в этом году на него из бюджета выделено 110 млрд рублей. Однако ряд регионов страны, в частности, Приморье, Чукотка, Крым, освоили к середине октября менее трети средств. Глава российского правительства не исключил возможности пересмотреть схемы софинансирования проекта в ряде субъектов страны.
Кстати
В 2019 году в Ленинградской области отремонтировано 180 км трасс. В том числе обновлена дорога в Старую Ладогу. Проведены работы на трассах Сосновый Бор – Глобицы, Ульяновка – Отрадное, Зеленогорск – Приморск – Выборг. На федеральные средства (296 млн рублей) нацпроекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги» отремонтированы участки трасс Санкт-Петербург – Ручьи, Кемполово – Выра – Тосно – Шапки и Гатчина – Ополье.
1 ноября 2019 года в Ленобласти завершился переход на новую систему обращения с твердыми коммунальными отходами. Теперь за организацию сбора, транспортирования, обработки и утилизации отвечает одно юридическое лицо – региональный оператор.
Услуга по сбору и вывозу отходов станет теперь для жителей коммунальной, в тариф включены все этапы обращения с мусором (сбор, вывоз, обработка, обезвреживание, захоронение и утилизация).
Часть районов уже перешла на новую систему обращения с отходами; есть как положительные, так и отрицательные аспекты. Региональный оператор пока работает с убытком, констатируют областные власти. Процент сбора платы за мусор пока невысок, особенно среди владельцев частных домов. Садоводства и частные кооперативы зачастую предпочитают создавать незаконные свалки.
С 1 ноября на всей территории Ленобласти будет действовать единый тариф на услугу по обращению с твердыми коммунальными отходами, который составит 5674,02 рубля за тонну с учетом НДС. Плата для населения составит: для многоквартирных домов – 6,35 рубля за 1 кв. м жилой площади, для индивидуальных домовладений – 375,44 рубля за дом. Для отдельных категорий жителей предусмотрены льготы. За компенсацией могут обратиться малоимущие граждане и пенсионеры. Для тех, кто уже достиг возраста 70 лет, компенсация затрат на оплату данной коммунальной услуги составит 50%, для тех, кому больше 80 лет, – 100%.
«К сожалению, пока большинство населения Ленобласти, да и других регионов, воспринимает реформу обращения с отходами как направленную на увеличение стоимости коммунальных услуг. Люди считают эти тарифы завышенными, особенно много нареканий вызывает норматив по сбору платы за мусор с квадратного метра. В ряде районов, где реформа началась раньше (Приозерский, Выборгский, Лужский и Всеволожский), мы планируем с 1 апреля 2020 года перейти на взимание оплаты из расчета накопления отходов на одного человека. Мы ведем соответствующий мониторинг. Впоследствии эта практика будет распространена на все районы», – сообщил губернатор Ленобласти Александр Дрозденко.
В регионе уже создана необходимая нормативно-правовая база; проведены учет и кадастрирование всех объектов обращения с мусором, сделаны замеры образующихся отходов и утверждены соответствующие нормативы накопления. По результатам конкурса заключено соглашение с региональным оператором, в задачи которого входит учет и контроль полного цикла движения отходов. Ведется работа по перезаключению договоров с перевозчиками, мусоровозы которых теперь в обязательном порядке оборудуются датчиками ГЛОНАСС. Действующие полигоны оборудованы пунктами весового контроля.
«Есть проблемы с заключением договоров с местными перевозчиками, иногда они отказываются сотрудничать с региональным оператором, как, например, это произошло в Сертолово. Аналогичные проблемы есть и в других районах. Я не сторонник «выдавливания» местных перевозчиков с рынка. Нужно договариваться», – заявил Александр Дрозденко
Кстати
В течение ближайших трех лет в поселениях Ленобласти появятся новые современные контейнерные площадки. Сегодня в реестр включены более 5,5 тыс. оборудованных мест накопления мусора. Этого пока недостаточно, поэтому перед муниципалитетами поставлена задача в кратчайшие сроки ликвидировать дефицит. В целях поддержки этой работы из регионального бюджета выделены субсидии: 175 млн рублей на оборудование 905 новых контейнерных площадок до конца года. В 2020–2021 годах в регионе будет построено дополнительно еще около 2 тыс. мест накопления отходов.
Мнение
Николай Борисов, начальник Управления Ленинградской области по организации и контролю деятельности по обращению с отходами:
– Главная государственная задача реформы – сделать прозрачным полный цикл обращения с отходами, вывести отрасль из «теневого» сектора и обеспечить контроль на каждом этапе прохождения мусора – от момента образования до обработки и утилизации. Это, в первую очередь, позволит избежать несанкционированных свалок и массового захоронения отходов на полигонах. Все мусоровозы, занимающиеся транспортировкой отходов, оснащаются спутниковой навигацией ГЛОНАСС или ГЛОНАСС/GPS, подключенной к региональной информационно-навигационной системе Ленобласти. Благодаря строительству новых объектов уже к 2024 году доля твердых коммунальных отходов, направленных на обработку, превысит 40%. Сегодня обрабатывается не более 10%.