Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
На прошлой неделе Градостроительный совет Ленобласти одобрил сразу три проекта планировки территории (ППТ). Совокупная площадь участков, предназначенных под жилую застройку, – 107,3 га.
Проекты получили одобрение не с первого раза: на прошлых заседаниях они были отправлены на доработку. После замечаний членов Градсовета новые варианты были скорректированы: наполнены социальной и коммерческой инфраструктурой, получили транспортную составляющую, а также благоустройство и пр.
По словам заместителя председателя Правительства Ленобласти Михаила Москвина, пограничные с Петербургом районы динамично развиваются, но жители жалуются на нехватку социальной инфраструктуры.
«Могу сказать, что за пять-шесть лет все будет построено. Хочется, чтобы в новых проектах было учтено строительство не только жилых домов, но еще школ и детских садов. Застройщики должны учитывать ошибки своих предшественников», – подчеркнул он.
Утверждены повторно представленный эскиз проекта планировки и проект межевания участка в юго-западной части деревни Порошкино Всеволожского района, хотя часть замечаний к проекту по-прежнему осталась – и они вновь касаются непродуманности въезда в квартал и выезда. Члены Градсовета едва не завернули ППТ, но утвердили с требованием учесть замечания, поскольку у застройщика уже есть разрешение на строительство, а согласование конечного проекта потребует времени (и проектировщики успеют доработать проект).
ППТ выполнило ООО «ГрадстройПроект» по заказу собственников земельных участков общей площадью 23,88 га. Земли относятся к зоне жилой многоэтажной застройки, здесь планируется построить семь девятиэтажных многоквартирных домов с общей площадью квартир 143,1 тыс. кв. м, а также два детских сада, школу, два паркинга, торгово-развлекательный и спортивный центры. Здесь будут проживать около 5 тыс. человек
Ранее проектировщик представлял ППТ на территорию в 20,62 га как часть будущего города-спутника Евроград, который намеревалась построить компания «Пантикапей». Градсовет отклонил проект, заявив о неготовности рассматривать масштабный проект по частям. В том числе потому, что застройщик таким образом сможет увеличить первоначально заявленное число жителей, а это не входит в планы развития региона. Проект «Евроград» и без того подразумевает 22 тыс. жителей и общую площадь недвижимости почти 4 млн кв. м. При этом известен объем инвестиций – 120 млрд рублей, есть договоренность компании «Пантикапей» с Внешэкономбанком о финансировании.
Повторно рассмотрен и утвержден, с напутствием добавить «цивилизованности», ППТ участка в западной части Фёдоровского поселения Тосненского района. Заказчиком выступает компания «Алькор», проектировщик – «МастерПлан». На участке площадью 71,1 га, ограниченном с севера и юга другой жилой застройкой, а также Шоссейной улицей, зоной общественно-деловой застройки и полевой дорогой, запланировано малоэтажное жилье в трех-четырехэтажных домах с общей площадью квартир 210,3 тыс. кв. м – почти на 7 тыс. человек.
Кроме жилья, спроектированы два детских сада, школа, несколько торговых центров, где разместятся также бассейн и банный комплекс, кинозал, спортзал, библиотека, гостиница, учреждения общепита, а также объекты автосервиса. Предполагается организовать парковочные места на 2,3 тыс. автомобилей.
Также с оговорками об устранении недочетов одобрен ППТ в деревне Разметелево Всеволожского района, выполненный ООО «Матвеев и К» по заказу Колтушской строительной компании.
На участке площадью 12,29 га запланировано строительство сренднеэтажных домов площадью 47,8 тыс. кв. м, где смогут жить 1,6 тыс. человек. Помимо жилья, в составе проекта – детский сад, реконструкция существующей школы, наземные автостоянки почти на 800 автомобилей. Другие инфраструктурные объекты (торгового, бытового, культурного, спортивного назначения, кабинеты врачей общей практики) предполагается разместить во встроенных помещениях.
Хотя все три проекта одобрены, к каждому остались замечания. Михаил Москвин выразил надежду, что за то время, что требуется для необходимых согласований проектов в других структурах, застройщики успеют внести необходимые корректировки.
Опрос жителей крупных городов, проведенный Райффайзенбанком, показал, что большинство россиян не делают накоплений на пенсию.
При этом респонденты заявили, что откладывать деньги на старость нужно, и начинать необходимо как можно раньше. Средний доход, достаточный для достойной жизни на пенсии, опрошенные оценили в 80-90 тыс. рублей. При этом большинство планирует работать на пенсии, а также жить за счет сбережений и доходов от недвижимости. Опрос проводился в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Казани, Челябинске, Омске, Самаре, Ростове-на-Дону, Уфе, Красноярске, Перми, Воронеже и Волгограде.
Государственные пенсии
70% россиян интересовались вопросом формирования государственной пенсии, но большая часть опрошенных не понимает процесс ее формирования до конца, показало исследование, проведенное Райффайзенбанком. В ходе опроса респондентов разделили на три возрастных группы — 20-30 лет, 30-40 лет и 40-50 лет.
68% опрошенных ожидают, что государственная пенсия составит менее 20 тыс. рублей. В старшей возрастной группе 75% респондентов полагают, что госпенсия составит до 20 тыс. рублей, а 22% считают, что она будет менее 10 тыс. рублей. Только 2-3% опрошенных всех возрастных групп рассчитают на госпенсию 40-60 тыс. рублей и более.
Личные пенсионные накопления
Абсолютное большинство опрошенных — 75,5% — не делают накоплений на пенсию. При этом 38,6% просто не копят, а 36,9% заявили, что хотели бы откладывать деньги, но пока не имеют такой возможности. 16,3% откладывают деньги периодически, и лишь 8,3% копят на пенсию регулярно. И это поведение почти не зависит от возраста: во всех возрастных группах регулярно копят 8-9% опрошенных, а 14-17% делают это время от времени.
«Создание «подушки безопасности» — базовый элемент финансовой грамотности. И это подразумевает регулярные накопления в размере примерно 10% от ежемесячного заработка. Пенсионные накопления, на наш взгляд, такая же необходимая вещь. При этом использовать можно разные продукты: традиционные вклады и накопительные счета или специальные продукты, которые подразумевают аннуитетные платежи при достижении пенсионного возраста. Не стоит забывать и о недвижимости: доходность от инвестиций будет небольшой, на наличие собственного жилья значительно снижает будущие расходы», — отметил Максим Степочкин, руководитель управления некредитных продуктов Райффайзенбанка.
При этом опрошенные подчеркивают, что копить на пенсию нужно, и начинать следует как можно раньше. Почти 30% респондентов заявили, что начинать накопления следует в 20 лет, с 30 лет советуют копить 23,7% опрошенных. Еще 17,2% полагают, что копить на пенсию нужно с 40 лет и 6,5% — с 50 лет.
Как россияне копят на пенсию
Около 25% опрошенных копят на пенсию регулярно, и могут использовать несколько инструментов одновременно. Самыми популярными способами откладывать деньги на старость стали вклад и накопительный счет в банке — такой ответ дали по 39,2% респондентов. Об инвестициях в ценные бумаги заявили 28,5%. У 16,5% есть индивидуальный договор с НПФ, а 3,8% используют корпоративные программы, в которых работодатель софинансирует будущую пенсию сотрудника. У 7% есть накопительные продукты от страховых компаний, которые подразумевают регулярные выплаты.
Выбор инструмента заметно различается с возрастом. В младшей возрастной группе у 58% опрошенных есть вклад или накопительный счет, 36% делают инвестиции в ценные бумаги, 21% сотрудничают с НПФ, а услугами страховых компаний не пользуется никто. В группе 30-40 лет вклад есть у 31%, накопительный счет у 49%, ценные бумаги покупает 33% опрошенных. У 20% есть договоры с НПФ (личные или корпоративные), 6% пользуются продуктами страховых компаний.
В старшей группе (40-50 лет) вклад есть у 36,5%, а накопительный счет у 24,3% опрошенных. 21,6% респондентов делают вложения в ценные бумаги, более 20% пользуются услугами НПФ, а почти 11% — страховых компаний.
Сколько денег нужно для достойной жизни на пенсии
Уровень дохода, достаточный для жизни на пенсии, в среднем составил 80-90 тыс. рублей для всех возрастных групп. Ожидания старшей группы немного скромнее: здесь 40% опрошенных назвали достаточной сумму 31-50 тыс. рублей. В группе 31-40 лет самый популярный ответ (42%) — 51-100 тыс. рублей. В младшей группе чаще всего называли достаточным доход 31-50 тыс. рублей и 51-100 тыс. рублей – 31% и 34% опрошенных соответственно.
При этом 7,6% опрошенных всех возрастных групп не рассчитают на государственную пенсию — по их мнению, все их доходы в старости будут поступать из других источников. 36,4% опрошенных считают, что госпенсия составит меньшую часть их доходов, 16,9% — заявили, что на госпенсию придется большая часть получаемых средств. Только на госпенсию рассчитывают 7%.
Россияне планируют, что на пенсии их доход будет формироваться за счет нескольких источников. Большинство планируют продолжать работать после выхода пенсию — об этом заявили более 61% опрошенных. 55,2% планируют получать госпенсию. 60,8% будут использовать сбережения — вклады, накопительные счета, доходы от ценных бумаг. На помощь детей и родственников рассчитывают 24,5%, и этот ответ заметно различается с возрастом: в 20-30 лет на этот источник полагается 30% опрошенных, в 30-40 лет — 27%, а в 40-50 лет — только 20%. Доходы от недвижимости (сдача в аренду или продажа) планируют получать 44,1% опрошенных, и 25,4% рассчитывают на пенсию в НПФ.