Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко отмечает день рождения. К этому событию «Строительный Еженедельник» решил подготовить небольшой рассказ о повседневных заботах главы региона, его визитах в разные районы области.
В этой публикации мы отразили только некоторые события из многообразной и разноплановой деятельности Александра Дрозденко, произошедшие лишь за последние несколько месяцев. Почти все они связаны с развитием строительного комплекса, возведением жилья, реализацией инвестпроектов, созданием социальной и транспортной инфраструктуры региона.
Александр Дрозденко побывал на заводе «Лексор» в пос. Федоровское Тосненского района.
За год из 7-8 тыс. тонн отработанных покрышек предприятие выпускает 5−6 тыс. тонн крошки. Из нее завод производит резиновую плитку и резиновые покрытия, применяемые на детских площадках и спортивных объектах. Основные потребители продукции — Москва, Санкт-Петербург, Подмосковье и Ленобласть.
«Это хороший пример экологичного и безотходного производства. Мы разработаем порядок субсидирования таких предприятий, которые занимаются переработкой шин, пластика, стекла, металла. Это позволит и поддержать производства, и решить вопрос с утилизацией части бытовых отходов», — отметил Александр Дрозденко.
В рамках рабочей поездки в Ломоносовский район Александр Дрозденко посетил школу в пос. Новоселье, построенную компанией «Строительный трест» в составе ЖК NEWПИТЕР.
Новая общеобразовательная школа рассчитана на 550 учеников. В трехэтажном здании общей площадью 11,3 тыс. кв. м, помимо классных комнат, есть библиотека, спортивный и актовый залы, медицинский кабинет и столовая. На пришкольной территории созданы игровые площадки с турниками, столами для игры в настольный теннис, построен современный стадион с беговыми дорожками, ямой для прыжков в длину и полосой препятствий.
«Обычно у нас в школах по традиции есть только стадион. Здесь мы видим несколько стадионов для разных видов спорта, беговые дорожки, секторы для сдачи норм ГТО и занятий на свежем воздухе. Ребятишкам в теплое время будет чем заняться на перемене», — отметил Александр Дрозденко.
Введен в эксплуатацию объезд Гатчины — реконструированный участок федеральной трассы Р-23 Петербург — Псков — Невель — граница с Белоруссией (Киевское шоссе). В торжественной церемонии запуска движения приняли участие глава Минтранса РФ Евгений Дитрих и губернатор Ленобласти Александр Дрозденко.
«Стало хорошей традицией каждые три месяца запускать новые участки федеральных трасс в области. Для нас принципиально важно, что продолжают выполняться все договоренности касательно создания на территории области безопасных и скоростных магистралей», — отметил глава региона.
К работам дорожники приступили в 2014 году. Движение по первому этапу протяженностью 12,4 км было открыто Президентом России Владимиром Путиным осенью 2017 года (с опережением графика на год). Второй этап работ — реконструкцию объезда Гатчины протяженностью 10,6 км до дер. Большие Колпаны — удалось завершить за четыре месяца до даты, указанной в госконтракте. Трасса расширена с двух полос до шести, реконструировано пять путепроводов.
В Доме правительства Ленобласти прошла церемония инаугурации Александра Дрозденко — официального вступления в должность губернатора. Ему были вручены удостоверение об избрании главой региона и символ власти — губернаторская цепь, после чего он принес присягу.
«Мы оказались единственным регионом Северо-Запада, у которого не допущено падение доходной части бюджета, и по итогам восьми месяцев этого года мы показали рост на 5% к уровню прошлого. Это говорит о том, что стратегия, которую мы выбрали на развитие Ленобласти, работает и дает свой результат», — отметил глава региона.
Он подчеркнул также, что в ближайшие пять лет регион будет продолжать работать над социально-экономическим развитием и основой этой работы станет новый закон о социальных гарантиях: «В этом законе — наши задачи в экономике, социальной сфере, в развитии инженерной инфраструктуры, образования, здравоохранения, культуры, социальной защиты и так далее. Мы ставим перед собой амбициозные цели, которых должны достигнуть в ближайшие три-пять лет».
1 сентября Александр Дрозденко встретил в новой школе в Буграх, которая открылась рядом с ЖК «Энфилд» компании «Арсенал-недвижимость».
Современная школа рассчитана на 950 мест. «Сейчас во всех новых ленинградских школах есть интерактивные доски, Wi-Fi, современные лаборатории и многое другое. Все это обеспечивает нашим школьникам высокий уровень знаний», — подчеркнул губернатор.
В здании, кроме учебных классов, расположен актовый зал на 570 мест с оборудованной сценой, имеются библиотека с медиацентром, игровая комната с мягкой мебелью, обособленный медпункт и столовая. Для занятий спортом предусмотрен блок спортивных помещений с тремя спортзалами, предназначенными для проведения спортивных игр и гимнастики, силовых тренировок, занятий хореографией, отдельный зал оборудован реабилитационными брусьями и гребными тренажерами.
В канун Дня Победы Александр Дрозденко посетил открытие нового музейного комплекса «Дом авиаторов» во Всеволожске.
В тестовом режиме он начал работу полгода назад. «Нам было очень важно посмотреть на реакцию и взрослых, и детей, и ветеранов на музей. Во время тестового режима мы очень много внесли изменений: появилась интерактивная зона, возможность у маленьких посетителей музея не только посмотреть, но и потрогать. Мы сразу говорили, что музей может быть "живой"», — рассказал губернатор.
Интерактивная экспозиция представляет собой макеты самолетов, полноразмерные макеты авиабомб, скульптуры летчиков в полной аутентичной летной экипировке, интерактивные карты боевых действий и элементы военного быта авиаторов.
Компания «ЛенРусСтрой», привлеченная властями Ленобласти, достроила ЖК «Белый сад», брошенный прежним застройщиком. На новоселье после ввода долгостроя в Малом Верево приехал Александр Дрозденко.
Жилье в доме получил 91 пострадавший дольщик. Стройка в 2013 году остановилась на стадии котлована. Власти региона смогли привлечь компанию-«донора», которая, переделав всю проектную документацию, фактически построила дом с нуля.
Глава региона осмотрел площадку у дома, зашел в квартиру, которую получает молодая семья, отметил качество строительства и отделки. «Я хочу сказать спасибо нашим партнерам, которые помогают нам без прямого бюджетного финансирования достраивать дома», — отметил он.
Усть-Луга станет одним из ключевых инфраструктурных объектов для увеличения российского грузооборота. Об этом говорилось на совещании, которое провели глава Минтранса РФ Евгений Дитрих и Александр Дрозденко.
«У нас есть возможность забрать все экспортные потоки в наши порты. С учетом реализующихся проектов Усть-Луга становится крупнейшим транспортным хабом в Европе. Еще одна точка, которая активно развивается, — это порт Приморск», — сказал глава региона.
Он подчеркнул, что Минтрансом РФ поставлена задача по синхронизации грузопотоков в Усть-Лугу, а также напомнил, что все проекты терминалов, которые сегодня реализуются в порту, получили поддержку Правительства Ленобласти в виде налоговых льгот.
ДК в Приозерске (культурный центр «Карнавал») откроется после реновации до конца года. Александр Дрозденко посетил объект в ходе рабочей поездки по Приозерскому району.
«Пять лет назад этот объект был в плачевном состоянии: тогда стоял вопрос — строить новый ДК или реставрировать старый? Я предложил попробовать восстановить старый. Как видите, получилось. Сохранены интерьер, лепнина, люстры из Гусь-Хрустального, сохранена стилистика "советского ампира"», — подчеркнул он.
Общая стоимость работ по реновации объекта составляет почти 170 млн рублей, при этом из областного бюджета было выделено 113,9 млн.
Больница в Сертолово начала работать. В церемонии открытия первой очереди больнично-поликлинического комплекса приняли участие глава Минздрава РФ Михаил Мурашко и Александр Дрозденко.
На первом этапе за 3,2 млрд рублей, выделенных из областного бюджета, возведена современная поликлиника для детей и взрослых с лечебно-диагностическим отделением.
«Мы очень хотели, чтобы эта поликлиника получилась современной и высокотехнологичной. Область заявила проект строительства рядом с этим поликлиническим комплексом детской областной клинической больницы», — сказал губернатор.
Завершается строительство Ледовой арены в Светогорске. Во время рабочей поездки по Выборгскому району Александр Дрозденко оценил ход работ.
«Мы ставим задачей — обеспечить каждый населенный пункт, в зависимости от численности жителей, определенным набором спортивных объектов, чтобы везде у людей был доступ к занятиям физкультурой, спортом, была возможность тренироваться, соревноваться, посмотреть на то, как соревнуются другие. Жители Светогорска ждут появления ледовой арены, и хорошо, что ее строительство ведется такими хорошими темпами», — отметил он.
Физкультурно-оздоровительный комплекс с катком общей площадью более 3 тыс. кв. м предназначен для индивидуальных физкультурно-оздоровительных и учебно-тренировочных занятий и спортивных и культурно-массовых мероприятий.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
https://m.asninfo.ru/tag/den-rozhdeniya-aleksandra-drozdenko-2020
Сколько раз инвестор готов платить за разработку эскизного проекта одного и того же здания? Оказалось, много. Иногда из-за неточного технического задания, а иногда — из-за того, что архитектор не учел технические особенности участка и нового строительства. Как защитить заказчика от траты лишних денег, времени и нервов, разбирались в рамках 25-й Международной выставки архитектуры и дизайна «АРХ Москва».
Проблема № 1 — дорогостоящие ошибки
С проблемой переплаты сталкиваются не только новички рынка, но и опытные участники. Например, компании «ПСН» пришлось значительно увеличить затраты на проектирование третьей очереди ЖК «Домашний» из-за некачественно выполненного эскизного проекта.
Так получилось, что авторы эскизного проекта забыли учесть инсоляцию. В итоге при проектировании вместо трех зданий высотой 29, 21 и 29 этажей получились две 31-этажные башни и одна в 17 этажей. «Да, количество этажей вроде бы сохранилось, но сами понимаете, что внутри все абсолютно по-другому, включая площади квартир на этажах, — рассказывает Анастасия Остапенкова, руководитель по развитию бизнеса компании GENPRO, которая занималась проектированием третьей очереди ЖК "Домашний" и получила в качестве исходных данных эскизный проект. — Заказчик, наверно, испытал одно из самых плохих чувств — разочарование. Я уже не говорю о том, что было потрачено дополнительное время, дополнительные деньги на то, чтобы привести документацию во вменяемый вид».
Проблема № 2 — амбиции заказчика
Однако не всегда вина за неверную документацию ложится исключительно на плечи архитекторов. Зачастую выполнить работу верно мешают амбиции заказчика, который формулирует техническое задание тремя словами — «сделайте мне красиво», не понимая, что красота и желание заказчика в данном вопросе, увы, не главное.
«Очень часто заказчик делает 2−3 и сколько угодно эскизных проектов, потому что красоту, которую сделал архитектор и которая очень понравилась инвестору, не приняла градостроительная комиссия. Все пропало, и проект нужно делать заново, — приводит пример Ольга Смоленская, директор и главный архитектор проектного объединения "УНИКУМ"». А не принимают эскиз, потому что будущий объект может по многим параметрам не соответствовать нормативам. Такое случается, когда в разработке эскизного проекта задействован только архитектор без специалиста по пожарной безопасности, генпланиста, технолога, конструктора, инженеров всех основных инженерных разделов и визуализатора.
Заказчик действительно не всегда понимает важность работы над эскизным проектом, соглашаются в GENPRO. «Здание — это не просто стены. Мы все хотим, чтобы у нас горел свет, чтобы было тепло, чтобы из крана текла горячая вода. Парадоксально, но заказчики об этом знают не всегда, — говорит Анастасия Остапенкова. — У заказчиков очень прагматичный подход к проектированию: важны только цифры продаваемых метров, количество машино-мест и квартирография, которую им подсказали маркетологи, а все остальное остается за скобками».
«Но если вдруг мы не будем учитывать инженерные решения при создании эскизного проекта, то потом что произойдет? Поедет вся планировка. Если мы здание сразу не расположим правильно на генеральном плане, то эскиз окажется неверным. То есть его придется значительно переделывать на стадии проектирования и заново проходить эскизную стадию», — добавляет Ольга Смоленская. И именно это произошло с ЖК «Домашний», о котором мы рассказывали выше.
Решение 1 — комплексный подход
Эксперты рынка сходятся во мнении, что заказчику есть смысл потратить чуть больше средств на начальном этапе, подключив к работе не только архитекторов, но и генпланистов, инженеров различных направлений и конструкторов, чтобы заложить в основу проекта изначально правильную финансовую модель, а в итоге и сэкономить — не переделывая по 25 раз одно и то же здание.
Проблема № 3 — смена курса
А бывают случаи, когда переделывать эскиз заново приходится из-за того, что заказчик вдруг решил поменять концепцию будущего объекта. И эта проблема не обходит стороной ни малые проекты, ни гигантские, вроде парка «Зарядье» в Москве и Судебного квартала в Санкт-Петербурге.
Архитектор Никита Осадов указывает, что в этих случаях инвестор платит не то, что дважды, а по 4−5 раз. И, к сожалению, это становится печальной практикой.
«С точки зрения рациональности это очень странная история. Да и смена концепции — это не всегда плюс, — говорит Никита Осадов. — Вспомните парк "Зарядье" в Москве, который первоначально планировался как крупный деловой центр. Было разработано множество проектов, знаковые архитектурные силы были задействованы. Тем не менее спустя десять лет проектных работ было принято решение (компромиссное, но в чем-то неудачное) по созданию парка. Когда столько ресурсов потрачено на разработку разных подходов, все выглядит очень странно. Похожая история сейчас с Судебным кварталом в Санкт-Петербурге, который тоже превратился в парк».
Если смене курса подвержены мегапроекты, то что говорить о небольших ЖК. «Сейчас рынок жилья и сам продукт меняется очень быстро — люди хотят большего и лучшего за те же самые деньги, — соглашается Марина Сергеева, архитектор студии Никиты Маликова. — Поэтому часто бывает, что проект ЖК или благоустройства устаревает даже в процессе проектирования и требует пересмотра. А это дополнительные затраты на корректировку документации».
Решение 2 — искусство диалога и компромисса
Архитектура сегодня превратилась в искусство диалога и компромисса в поисках обоснованных взаимовыгодных решений.
Олег Манов из архитектурной мастерской FUTURA-ARCHITECTS считает, что единственно верный подход к решению данной проблемы — не жалеть времени на обсуждение задумки инвестора и всех частей технического задания. Это избавит от головной боли и переплат в будущем.
«Часто слышу от молодых коллег, что они не понимают архитекторов, которые готовы идти на поводу у заказчика. Понятно, что у инвестора есть свое мнение, но мы просто обязаны объяснять и доказывать, как сделать правильно, в том числе и для экономики проекта в целом, потому что от решения архитектора очень часто зависит и будущая стоимость объекта», — говорит Олег Манов. Аналогично и при смене концепции — не нужно сразу соглашаться с заказчиком, что эскиз бесполезный, а стоит искать варианты для решения новой задачи.