Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
Проект реконструкции СКК, а по сути сооружения нового спортивного комплекса «СКА Арена» на пр. Юрия Гагарина, 8, наконец получил важнейшие согласования: положительное заключение Главгосэкспертизы России, одобрение Градостроительного совета Санкт-Петербурга и разрешение на строительство Службы госстройнадзора. Это позволяет начать непосредственно возведение объекта.
Напомним, проект реализуется в рамках заключенного концессионного соглашения между Смольным и ООО «СКА Арена». Новая ледовая арена должна стать главной площадкой чемпионата мира по хоккею, который пройдет в Петербурге в мае 2023 года.
Условно-досрочно
Градсовет неоднократно обсуждал проект комплекса и каждый раз находил его неудовлетворительным. Более того, высказывались мнения о необходимости сохранения старого здания и даже признания его объектом наследия — с соответствующей инициативой в КГИОП вышел Петербургский союз архитекторов. Начало демонтажа здания и произошедшее при этом обрушение части объекта, повлекшее гибель рабочего, положили конец этим предложениям, но при этом добавили и скандальности проекту.
На очередном заседании Градсовета генеральный директор ООО «Союз проект» Иван Смирнов рассказал, что разработчики постарались учесть все замечания, которые были ранее высказаны к проекту. Рецензент, генеральный директор архитектурного бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры» Михаил Кондиайн, отметил, что проделана большая работа по обеспечению транспортной доступности комплекса. Позитивным фактором стало и появление закрытой парковки на 1074 места. «Для облегчения пешеходной доступности представляется целесообразным создание подземного перехода под пр. Юрия Гагарина», — добавил он.
Дискуссии и обмена мнениями, как это обычно бывает на заседаниях Градсовета, проект не вызвал. Глава Комитета по градостроительству и архитектуре, главный архитектор Петербурга Владимир Григорьев, заявил, что к внешнему облику здания надо будет еще вернуться и обсудить его отдельно. После чего проект в целом был одобрен.
Архитекторы очень скупо комментируют итоги заседания. Общий посыл такой, что состоявшееся согласование — это своего рода аванс, «выданный» в расчете на то, что фасадные решения будут доработаны. «Безусловно, представленный вариант заметно лучше той "забинтованной банки", которая предлагалась изначально. Но сказать, что он хорош, — явное преувеличение», — считает президент Петербургского союза архитекторов Олег Романов.
С ним согласен руководитель мастерской № 6 ЛенНИИПроекта Михаил Сарри. «Главный архитектор заверил, что облик здания будет еще меняться и обсуждаться на Градсовете. То, что предлагается сейчас, на мой взгляд, выглядит провинциально, это ни в коей мере не петербургский стиль. Над фасадами, на мой взгляд, необходимо серьезно работать. Вообще, как мне кажется, самым оптимальным решением было бы взять габариты прежнего СКК и пропорционально увеличить их до тех объемов, которые необходимы. Внешний же облик сделать фактически репликой старого комплекса. Если пропорции при изменении размеров будут соблюдены, изменения визуально восприниматься практически не будут. Такое решение было бы данью памяти СКК и, на мой взгляд, не вызвало бы особых возражений», — говорит он.
В ООО «СКА Арена» заверили, что представленные на Градсовете эскизы внешнего облика комплекса не следует считать окончательным вариантом. Более того, сейчас проводится международный архитектурный конкурс по объекту. В нем принимают участие четыре бюро: Asymptote Architecture (США), M.A.R.K. Architect Seppo Mäntylä (Финляндия), Coop Himmelblau (Австрия) и «Земцов, Кондиайн и партнеры» (Россия, Петербург).
«В техническом задании был достаточно жестко сформулирован ряд условий. Например, мы просили архитекторов предлагать только те варианты, которые возможно реализовать при уже запроектированном основании и его несущей способности, а также без значительных изменений внутренних планировочных решений или высоты арены плюс учитывать архитектурный фон района. Были сомнения, что такие рамки отразятся на творческой составляющей, но презентации показали обратное. Сейчас экспертное жюри анализирует представленные концепции на предмет их стоимости при реализации, сроков и архитектурной составляющей в контексте места строительства. По итогам этой работы и будет определяться победитель», — говорит Алексей Сидоренков, генеральный директор ГК «ГОРКА» (генпроектировщик).
Составляющие проекта
Комплекс будет предназначен для проведения соревнований по хоккею с учетом требований Международной федерации хоккея на льду (IIHF), КХЛ, ВХЛ, МХЛ. «В целом на арене можно проводить соревнования более чем по двадцати видам спорта: (хоккей, следж-хоккей, фигурное катание, шортрек, танцы на льду, волейбол, баскетбол, гандбол, ММА, бокс, спортивные и бальные танцы, художественная, спортивная гимнастика, тяжелая атлетика, теннис и др.). Также предусмотрена возможность установки искусственного покрытия для концертных, культурно-массовых мероприятий, выставок, форумов, презентаций. Планируется, что в течение года арена сможет принимать более 160 событий», — рассказывает директор по связям с общественностью ООО «СКА Арена» Ольга Рудакова.
Семиэтажное здание (два этажа — подземных) высотой 53,7 м будет разделено на четырнадцать секторов. Ледовый дворец рассчитан на посещение 21,5 тыс. человек на хоккейных матчах и до 23 тыс. — на концертно-развлекательных шоу.
Здание включает основную ледовую арену с многофункциональной игровой площадкой (с возможностью различной трансформации), тренировочную арену, а также фитнес-центр с универсальным залом, бассейном 25 на 12 м и рядом иных помещений.
На втором уровне предусмотрены гардеробы, буфеты для зрителей, детские комнаты. На третьем — два клубных помещения с видом на основную арену. На четвертом и пятом — помещения лож VVIP и VIP с подсобными помещениями, а также ресторан. На шестом — зрительское фойе с гардеробами, буфетами и др. На седьмом — помещения для прессы, комментаторские, помещения спецслужб.
«Помимо работы над зданием, идет проектирование и создание парка, который станет логическим функциональным продолжением арены с возможностью проведения культурно-массовых мероприятий на открытом воздухе, занятий спортом, тихого семейного отдыха и прогулок с детьми», — говорит Алексей Сидоренков.
Общая площадь благоустройства составляет 12 га, на которых будет расположено несколько обособленных зон. Центральной доминантой парка станут главная аллея и основная площадь фестивальной зоны. В нее вошли фестивальная площадка, открытая сцена и каток для массового катания. Спортивная зона состоит из футбольного поля, специальной зоны воркаута, универсальных спортплощадок и теннисных кортов. Семейная зона предполагает размещение детских игровых площадок, беседок для отдыха, скейтпарка и многофункциональных павильонов.
Самый-самый
Проект предполагает ряд параметров и решений, которые, безусловно, позволяют его отнести к уникальным сооружениям. Начинается это с размеров: комплекс запроектирован в статусе самой большой ледовой арены в мире.
В соответствии с Градкодексом РФ объект относится к уникальным благодаря особой конструкции кровли — ширина пролетов составит 113,5 м. «Кроме того, на конструкцию кровли можно будет подвесить до 400 тонн дополнительного светового и звукового оборудования. Для сравнения, на масштабных концертах Rammstein подвесы могут достигать 120 тонн, а на шоу Cirque du Soleil — 200 тонн», — отмечает Алексей Сидоренков.
Акустический расчет выполнен таким образом, чтобы для зрителей достигался максимальный эффект без возникновения эха. Мультимедийные системы также станут визитной карточкой арены. Уникальная форма медиакуба размером 17,28 на 8,64 м с возможностью движения во время шоу с использованием специально разработанной для проекта системы лебедок (скорость движения 1,5 м в секунду).
В проект заложены уникальные инженерные решения. Так, система воздухообмена обеспечит разность температур на льду и трибунах для комфорта спортсменов и зрителей: у поля показатель будет ближе к +5 °С, а на трибунах +17 °С. Воздухообмен главной арены в режиме хоккея составит 572 тыс. кб. м в час, в режиме концерта — 620 тыс. куб. м. Также будет обеспечен самый большой для спортивных объектов в РФ канал скорости передачи данных — 10 Гбит/с.
Запроектирована самая современная система безопасности. В том числе с использованием биометрического контроля доступа, учета и поиска, которая позволяет производить идентификацию людей в медицинских масках с вероятностью более 80%. Помимо прочего, система содержит специальные противопожарные условия, учитывающие специфику объемно-планировочных решений.
Внушительный объем здания не помешает обзору поля: угол наклона чаши позволит расположить трибуны компактно. Моделирование визорных точек показало, что со всех мест обеспечивается прямая видимость. Хоккейные борта имеют возможность трансформации в разных размерах без потери зрительских мест. Это требование обусловлено необходимостью иметь ледовое поле разных размеров под разные стандарты и виды спорта: 30 на 60, 28 на 60 и 26 на 60 м.
«К уникальным моментам следует отнести и скорость строительства столь масштабного объекта. По планам к октябрю 2022 года общестроительные работы по арене должны быть завершены, так как, в соответствии с регламентом IIHF, прежде чем проводить на новом стадионе турнир, его надо проверить и обкатать. Для этого будут проведены тестовые матчи соответствующего уровня. Потом, по аналогии с «Газпром ареной», должна пройти сертификация, а в мае 2023 года — сам чемпионат мира», — заключает Ольга Рудакова.
Минстрой РФ разработал поправки в 44-ФЗ, которые позволят менять цену контракта на бюджетных объектах – по всем видам работ.
Основанием для пересмотра государственного контракта станут изменения цен на строительные ресурсы. Конечно, есть ряд условий.
Во-первых, пересмотр цены возможет, если во время исполнения контракта подорожание строительных ресурсов увеличило общую стоимость работ более, чем на 5%.
Во-вторых, контракт должен быть заключен не менее, чем на год.
По замыслу Минстрой РФ, благодаря разработанным поправкам у заказчика появится право менять условия договора, если меняется цена. В настоящее время таких прав для заказчика законодательством не установлено, отмечено в пояснительной записке к законопроекту.
Вынужденные уступки
Конечно, речь идет в первую очередь об удорожании стройматериалов вообще и металлоизделий в частности.
Прежде, чем представить документ, специалисты Минстрой РФ провели экспертизу и выяснили: увеличение стоимости металлических изделий и конструкций на 60% приводит к росту стоимости строительства в среднем на 5%.
Между тем, с начала 2021 года цены только на металлические изделия и конструкции для строительства выросли на 25-80%. А с ноября случился двукратный рост.
НОСТРОЙ аккумулировал информацию строительных организаций: арматурная сталь подорожала в среднем на 40 %, оцинкованная сталь – на 35%, стальные трубы и профили – на 35%, конструкции из стали – на 25%, электротехнические изделия – на 25%.
Антон Глушков, президент НОСТРОЙ, уже отметил: «Рост стоимости на металлопродукцию спровоцировал и рост стоимости на другие строительные материалы, не зависящие от металлопроката. Так, фанера с декабря 2020 года по 1 апреля 2021 года подорожала до 40%, а теплоизоляционный материал (минеральная вата) – на 22%».
По его оценке, из-за роста цен на металл себестоимость строительства увеличилась на 3-5%.
В последнее время росли все позиции, влияющие на себестоимость строительства, которые теоретически могут стать поводом для пересмотра госконтракта. Например, по разным оценкам, стоимость рабочей силы выросла на 25-30% в результате локдауна. А это тоже ресурс. Растет стоимость энергоресурсов и транспортировки, складские услуги и проч.
Любопытные детали
В пояснительной записке к документу сказано: «Изменения стоимости контракта будут осуществляется как при существенном росте стоимости ценообразующих строительных материалов и оборудования, так и при снижении их стоимости».
Как известно, снижение цен на что-либо вообще в России – большая редкость. Инфляция обычно гонит цены вверх. По наблюдениям АО «МегаМейд», за последние годы снижения цен на стройматериалы не наблюдалось. В 2018-2019 годах снижались цены на металлопрокат, в среднем на 15-20%. Еще раньше, 2016 году, цены на материалы из полиэтилена понижались на 25-30%.
Есть еще один нюанс. Законопроект придуман, чтобы госконтракты исполнялись вовремя. Но сколько времени может занять пересмотр контракта, совершенно неясно. «По нашему опыту, оценить сроки, не зная нюансов, крайне сложно. У разных заказчиков могут быть совершенно по-разному выстроены внутренние процессы, из-за чего и согласование изменения цены может занимать абсолютно разное время», - говорит Николай Бирючков, директор проектов АО «МегаМейд».
По его словам, изменение цены контракта не должно влиять на сроки производства работ, если только закон не будет предусматривать приостановку строительства до определения окончательной цены.
С окончательной ценой могут возникнуть проблемы: по итогам 2020 года рост цен на стройматериалы оценен в 50% и, по некоторым прогнозам, до лета он продолжится.
И еще одна деталь. Чиновники озаботились бюджетным строительством. Частным лицам, которые приобретают жилье у частный компаний, это точно не поможет.
Справка:
«Законопроект направлен на поддержку строительной отрасли в меняющихся экономических условиях и нивелирование последствий, одним из которых является повышение цен на строительную продукцию. Кроме того, законопроект ориентирован на исключение невозможности исполнения заключенных контрактов. Эта мера поддержки рассчитана в том числе на обеспечение реализации объектов капитального строительства, создаваемых в рамках национальных проектов»
Пресс-служба Минстрой РФ
Мнение:
Николай Бирючков, директор проектов АО «МегаМейд»:
- Наша компания занимается инженерной подготовкой территорий. Больше всего – примерно на 35%, подорожали материалы из полиэтилена (преимущественно трубы и фасонные изделия). Помимо этого, примерно на 7% выросли цены на железобетонные колодцы с футеровкой, на 20% – на асфальтобетон (а именно, на битумные смеси). Сыграли свою роль и колебания валютных курсов: цены на оборудование, которое поставляется из-за границы, стали примерно на 12% выше.
Безусловно, рост цен на материалы всегда отражается на сметной стоимости строительства. В среднем до 60-70% сметной стоимости составляет именно стоимость стройматериалов. Поэтому из-за повышения цен, рост сметной стоимости может составить до 12%.