Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.

Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.

Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
Власти планируют возобновить действие Постановления Правительства № 1315 о пересчете сметной стоимости строительства объектов транспортной инфраструктуры и распространить его действие на проекты, ушедшие в реализацию с 1 января 2023 года.
Последние несколько лет строительная отрасль ждала перехода на ресурсно-индексный метод (РИМ), ожидая увидеть более справедливый подход в части определения сметной стоимости. В 2024 году он состоялся, однако практическое применение РИМ вызвало вопросы. Например, обновленная стоимость пяти участков автомобильных дорог в Санкт-Петербурге и Ленинградской области (как с искусственными сооружениями, так и без) оказалась меньше той, что была рассчитана по старому базисно-индексному методу. Падение цен на строительство и реконструкцию зафиксировано на уровне от 5% до 14%, притом что стоимость материалов и оборудования существенно выросла.
Не те зарплаты
По мнению экспертов Национальной ассоциации инфраструктурных компаний, основной причиной отклонений стоимости в РИМ может быть несоответствие заработной платы рабочих и механизаторов. Отметим, что в некоторых регионах сметная зарплата составляет 40–46 тыс. рублей, тогда как фактическая достигает 80–150 тыс. рублей. Самая сложная ситуация складывается в части возведения искусственных сооружений. Расчеты показывают, что недооценка зарплат на 35% приводит к недооценке строительно-монтажных работ на 13–18%.
«Ситуация складывается критичная, — говорит председатель совета директоров АО “«ДСК «Автобан»” Алексей Андреев. — Для оплаты заработной платы предприятия вынуждены либо залезать в прибыль, останавливая свое развитие (если прибыль вообще существует), либо брать кредиты в банках, либо просто банкротиться».
Для решения проблемы дорожники предлагают установить единые отраслевые показатели заработной платы и отказаться от субъектовых, как сделали в сфере строительства газовой, нефтяной и сетевой инфраструктур. Предложение поддержал федеральный Минтранс и планирует в ближайшее время выпустить соответствующий нормативно-правовой акт. Также обращения направлены в Минстрой, РСС и НОСТРОЙ.

Без инфляции
Еще одной проблемой является то, что действующая система ценообразования не учитывает рост стоимости материалов и оборудования. Закладывается лишь прогнозная инфляция Минэкономразвития на уровне 4–7%, но не фактическая.
Выходом могло бы стать возобновление действия Постановления Правительства РФ от 09.08.2021 года № 1315 о пересчете сметной стоимости контрактов при изменении себестоимости. Напомним, действие документа было приостановлено в декабре 2022 года, и сейчас федеральные власти приступили к обсуждению вариантов его повторного запуска.
«Соседний департамент направил на согласование проект постановления о продлении действия постановления № 1315. Пока ответа не получили, но есть надежда, что срок действия этого акта будет распространен на контракты, которые были заключены после 31 декабря», — рассказывает директор департамента государственной политики в области дорожного хозяйства Минтранса России Ренат Гайнетдинов.
Не исключен и ежегодный пересчет стоимости контрактов. «В нашем понимании лучше достроить старые объекты, чем начинать новые. Я надеюсь, удастся убедить Минфин принять эту позицию в пределах существующих лимитов», — поясняет директор департамента ценообразования и ресурсного обеспечения строительства Минстроя России Александр Вилков, добавляя, что в июле Росстат планирует начать публикацию данных, которые в будущем лягут в основу прогнозных индексов для составления смет.
Также в числе поддерживающих мер звучат предложения об отказе от банковских гарантий в контрактах с казнайческим сопровождением, чтобы направлять деньги на стройку, а не на обслуживание кредитных организаций.
Достижение значительных конкурентных преимуществ российского транспорта по сравнению с другими странами на каждом из этапов логистики - задача государства, государственных банков, частных инвесторов и бизнеса, сообщил старший вице-президент ВТБ Дмитрий Средин, руководитель департамента по работе с клиентами рыночных отраслей, в ходе Петербургского международного экономического форума. Он перечислил меры, которые, по оценке ВТБ, могли бы стимулировать развитие транспорта.
Распространить практику концессий по созданию высокоскоростных магистралей и приобретению для данных целей подвижного состава из внебюджетных источников на другие направления. Например, на создание путевой техники, необходимой для реализации «Программы поэтапного вывода путевого комплекса ОАО «РЖД» на нормативный уровень до 2035 года», которая предусматривает объем инвестиций в объеме более 7,5 трлн руб.
Поддержать экспортный спрос на отечественные технологии. Новые технологии и производства на начальном этапе требуют масштаба выпуска и реализации для достижения окупаемости. Потребности внутри страны не всегда способны обеспечить необходимый спрос, а выход на экспорт сопряжен с высокой конкуренцией, к которой новый производитель чаще всего не готов. Для решения этой задачи ВТБ предлагает заключение долгосрочных офсетных контрактов, которые обеспечат производителям минимально гарантированный спрос, а также возможное субсидирование экспорта, чтобы стимулировать масштабирование новых технологий.
Снижение рисков промышленных ГЧП. Необходимо определиться с целями технологического суверенитета в транспортном машиностроении и поддерживать инициаторов. Это можно сделать с помощью инструментов снижения технологических рисков и предоставления финансирования по конкурентным ставкам. Примером успешных решений в этой области могут стать промышленные концессии или иные формы ГЧП. Один из вариантов закрытия рисков промышленных ГЧП - участие института развития ВЭБ.РФ, в том числе с привлечением Фонда содействия инноваций и Фонда развития промышленности.
«Для того, чтобы отрасль достигла технологического суверенитета, по оценкам экспертов, требуется около 5 трлн рублей. В 2023 году, по разным оценкам, было инвестировано 250–300 млрд рублей. В прошлом году эта сумма удвоилась, но всё равно остаётся недостаточной. Наши коллеги говорят о необходимости вывода новых моделей автомобилей, новых моделей подвижных составов, новых «Ласточек», которые будут ездить со скоростью 400 км/ч, а может и 500. Это всё требует колоссальных инвестиций. Например, чтобы ввести в производство одну новую модель автомобиля, даже обновлённую, компании вроде General Motors необходимо от 1 млрд долларов США. И это — на одну модель, на одном заводе. Мы, со стороны банков, продолжим обеспечивать долгосрочные кредитные ресурсы и платёжную инфраструктуру, в том числе международную, для поддержки экспортных и импортных потоков. Уже 50% международных расчётов осуществляются в рублях — это колоссальный шаг, который страна сделала за последние три года», - сказал Дмитрий Средин в ходе выступления на ПМЭФ.