Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
Умная строительная площадка все больше становится трендом в строительстве. Но цифровизация – это не только проектирование, цифровой паспорт объекта или онлайн-продажи. Это также и управление инвестициями, реализацией и продажами, маркетинг, эксплуатация и даже работа с жителями. Это целая экосистема, в которой все решения принимаются на основе оцифрованных данных. Эксперты девелоперской компании GRAVION рассказали о технологиях, инициативах в «цифре» и трудностях, с которыми сталкивается отрасль.
«Если говорить именно про стройку, то в своей девелоперской деятельности GRAVION давно и успешно перешёл на использование BIM технологий, – отмечает Юрий. – Причем BIM-модель используется как на этапе проектирования, так и на этапе строительства. Это стало возможным благодаря сотрудничеству с IYNO – российской платформой для управления стройкой».
С ее помощью компания может принимать оптимальные управленческие решения в каждой ключевой точке процесса строительства, опираясь на достоверные прозрачные и актуальные данные. IYNO позволяет быстро просчитать изменение стоимости проекта при условии замены одного из материалов, помогает в режиме реального времени просчитывать «что если», то есть различные сценарии развития ситуации. И самое главное – выбрать оптимальный путь как с точки зрения новых проектных или технологических решений, так и в условиях, когда нужно искать решения по импортозамещению оборудования или материалов, что в текущей действительности особенно актуально.
По данным GRAVION управление строительными процессами на основе технологии BIM позволяет значительно снизить риски удорожания стоимости на каждом этапе жизненного цикла здания
- Некачественный проект – 25%
- Дополнение и изменение проекта – 5%
- Некачественная спецификация – 11%
- Некачественная ведомость объемов работ – 16%
- Неквалифицированный контроль договорных объемов и сроков – 21%
- Устранение дефектов и коллизий – 13%
- Несоблюдение сроков предоставления ИД – 6%
- Изменение стоимости материалов – 3%
«На строительной площадке нашего комплекса сервисных апартаментов CULT мы также внедряем цифровое дублирование строительной деятельности, беспилотную съемку для определения динамики строительно-монтажных работ, подтверждения соответствия стройгенплану, и используем ее для дополнительных возможностей в работе строительного контроля и контроля соблюдения техники безопасности. Разрабатываем “умные” внутренние справочники стоимости, продолжительности работ, создаем автоматическое планирование не только для внутренних процессов, но и для взаимодействия с поставщиками материалов. Формируем интерактивную отчетность для удобного использования данных в разных срезах, – добавляет Ю. Неманежин. – Все решения, которые мы используем, основаны на принципе paperless: сведения к минимуму количества бумажных экземпляров рабочей и исполнительной документации. Сначала мы видим всю необходимую нам для работы информацию на цифровых дашбордах, собранных в связке с моделью объекта, во всех видах и разрезах, которые только могут нам понадобиться, и только потом идет бумага. Конечно, без нее пока никак, но даже тут цифровые технологии помогают».
Также управляющий партнер GRAVION отметил, что с помощью технологий IYNO компания уже не раз избегала рисков роста плановой себестоимости строительства: «Когда мы мониторим план-факт строительства, принимаем решения об использовании другого оборудования или материалов, оплате работ подрядчиков, то опираемся на данные, которые видим не только на бумаге или в excel, но связанные с элементами модели. Уровень детализации информации очень высокий. Это дает в разы большую точность, а значит позволяет принимать более оптимальные решения. При этом мы не тратим лишнего времени на то, чтобы получать эти данные. Наши трудозатраты на работу с BIM-моделью, наоборот, снижаются, так как большинство рутинных операций автоматизированы. По нашей оценке, трудозатраты на подготовку данных сокращаются на 30%, а сроки подготовки уменьшаются на 70%».
При этом, несмотря на все преимущества «цифры», о полной автоматизации отрасли пока говорить рано. Эксперт GRAVION выделяет несколько трудностей:
- нежелание «идти в новое» специалистов, которые привыкли работать по-старому. «Не все готовы сразу на перемены в привычных процессах: «цифровой напильник» продолжает работать и многих это устраивает. Радует, что мы выбираем софт с понятным, удобным и простым в использовании интерфейсом и стараемся наглядно показывать эффект от цифровизации», – комментирует Юрий.
- зависимость результата использования цифровой модели на всех этапах стройки от её изначального качества.
Как отмечает Неманежин, очень важно, чтобы сама отрасль была готова к таким новшествам: «По сути многие лишь заявляют, что активно используют цифровые технологии в строительстве, но на деле все сводится либо к упрощенной BIM-модели, которую, вообще, делает сторонний проектировщик, либо к частичной автоматизации. Девелоперов, которые реально активно развивают у себя «цифру» в полном объеме, не так уж и много. И в основном они работают в столице и городах-миллионниках. Более того, это на первоначальном этапе достаточно серьёзные финансовые вложения со стороны компании (при условии, если ранее умные технологии в ней не сильно развивались), а также обучение кадров. Но за цифрой – будущее, и, так или иначе, строительная отрасль станет эффективнее».
Один из ключевых механизмов запущенного в прошлом году «инфраструктурного меню» - инфраструктурные облигации. Эффективность его работы обсудили участники сессии «Инфраструктурные облигации как эффективный механизм развития регионов» в ходе XXV Петербургского международного экономического форума и пришли к выводу: механизм действенный, однако нуждается в серьезной корректировке.
Государство решает задачу улучшения комфортной среды. Во многих регионах строительство социальных объектов не поспевает за жилым, слабая транспортная доступность, недостаточная обеспеченность инженерией.
Благодаря инфраструктурным облигациям застройщики могут получить средства на развитие инфраструктуры под 4-5% годовых сроком на 15 лет. Оператор механизма – Дом.РФ.
Уже в прошлом году Дом. РФ привлек в стройку 20 млрд рублей через размещение облигаций. Как сообщил Ирек Файзуллин, министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ, на сегодня защищены 18 проектов на сумму 62,7 млрд рублей. До 2024 года предполагается привлечь 150 млрд рублей – построенная на эти средства инфраструктура позволит возвести 11 млн кв. м жилья.
Бочка меда
Как отметил Виталий Мутко, генеральный директор АО «ДОМ.РФ», облигации сразу вышли на фондовый рынок и имеют хорошую доходность.
По данным Минфин РФ, доходность инфраструктурных облигаций выше, чем облигаций ОФЗ, и они имеют рейтинг 3А.
«В развитии инфраструктуры успешны страны, которые полагаются не на бюджетные деньги», - заявил Иван Чебесков, директор департамента финансовой политики Министерства финансов РФ. По его словам, облигации – и есть такой механизм, рыночный.
В ряде регионов он уже заработал. Три школы и три детских сада запланированы в Челябинской области, школа и детские сады – в ЯНАО, объекты в Якутии, Тюменской области. В Нижегородской области за счет инфраструктурных облигаций строятся магистральные коллекторы ливневой канализации. Сергей Морозов, заместитель губернатора региона, отдельно подчеркнул: через этот механизм можно получить средства не под конкретный проект, но под магистральные сети.
Половник дегтя
Однако есть условие, из-за которого застройщикам крайне сложно получить деньги – нужны гарантии региона. Власти в большинстве регионов не хотят рисковать и выдавать гарантии девелоперам. «Пока облигации ограничены уровнем госдолга», - пояснил Морозов.
В стране недообеспеченность жильем. Решить задачу можно только с помощью больших проектов или реновации. Но экономика таких проектов, как говорят девелоперы, «не бьется».
Антон Елистратов, генеральный директор, член совета директоров, ПАО «ГК «Самолет», привел конкретные цифры: средняя цена квадратного метра – 150 тыс. рублей. Из них 50 тыс. рублей – непосредственно стройка, включая отделку, еще 7-8 тыс. – расходы на сети, 6-9 тыс. – на социальные объекты, 5 тыс. – на дороги. Т.е. в цене «квадрата» около 20 тыс. рублей составляют расходы на инфраструктуру.
По словам Елистратова, при точечной застройке у девелопера нет таких проблем – специализированные компании строят сети и дороги, а иной раз инфраструктура уже готова. «Хороший инструмент, но он имеет ограниченную полезность для нас», - заявил он.
В некоторых регионах застройщики, имеющие в портфеле масштабные проекты, уже обращались к местным властям, но получили отказ. «Пока система госгарантий – не для бизнеса», - отметил Кирилл Бычков, первый заместитель председателя правительства Республики Саха (Якутия).
Алексей Текслер, губернатор Челябинской области, согласен с коллегой, но надеется, что частный бизнес удастся «подключить потом». А пока социальные объекты в регионе возводит областная строительная структура.
Длинные деньги под невысокую ставку
Елистратов сформулировал условия, при которых застройщики смогут воспользоваться механизмом инфраструктурных облигаций. Во-первых, в отрасль должны прийти длинные дешевые деньги, не связанные с бюджетом. Во-вторых, средства должны помочь сделать жилье для потребителя либо дешевле, либо качественнее. «Тем, где ситуация совсем тяжелая, там облигации должны помочь. В регионах, где экономика средняя, этот механизм используется, чтобы получить проектное финансирование, где банк не пропускает проект – регион поручается, банк начинает финансировать», - рассуждает Елистратов.
Но если бы власть «надавила» на банки, полагает он, деньги на инфраструктуру для застройщика были бы бесплатные.
В-третьих, сегодня, по мнению Елистратова, речь идет о проектах, где вообще не запланирована инфраструктура. Между тем, инструмент можно использовать для стимула застройщиков, чтобы качественно улучшить проекты: увеличить транспортную доступность, строить подземные парковки, обеспечить проект системами безопасности и умного города и т.д.
«Надеюсь, развитие этой темы продолжится и станет инструментом для крупных застройщиков», - заключил Елистратов.
Морозов предлагает комбинировать все инфраструктурное меню. По его подсчетам, если к 18,5 млрд рублей, полученным из бюджета на инфраструктуру добавить 30 млрд по облигациям, можно построить 3 млн кв. м.
Он также предлагает расширить перечень объектов, строительство которых возможно за счет облигаций.
Корректировка механизма уже началась. «Механизм новый, будем докручивать», - объявил Мутко.
По его словам, к инфраструктурным облигациям добавляется концессия. Механизм поручительства тоже будет дорабатываться. Документ готов, но пока не внесен на рассмотрение Правительства РФ: поручительства смогут давать крупные региональные корпорации. По строительству сетей гарантом будет выступать сетевая компания, по социальным объектам – отвечающая за строительство и т.д.
«Посмотрим, как сделать механизм выгоднее. Тогда сможем выдавать больше займов», - заключил он.