Генпроектирование: открытый диалог лидеров отрасли
В рамках форума 100+ TechnoBuild представители рынка обсудили необходимость выработки единых стандартов работы и проблемы координации между генеральным проектировщиком и заказчиками.
При проектировании современных зданий, в том числе технически сложных и уникальных объектов, роль генерального проектировщика выходит за рамки технической части. Она включает в себя еще и сложный менеджмент проекта со всеми участниками процесса — от этапа формирования концепции до ввода объекта в эксплуатацию. При этом сами функции генпроектировщика в России не регламентированы, в законодательстве нет четкого определения и описания работы таких компаний.
Реальный потенциал
Вопрос о необходимости развития института генерального проектирования впервые в 2024 году подняла компания «Метрополис» в рамках форума 100+ TechnoBuild. Тема не теряет своей актуальности и сегодня. В 2025 году отраслевая сессия «Генеральное проектирование: открытый диалог лидеров отрасли», инициированная «Метрополис», собрала основателей и ТОП-менеджеров шести ведущих проектных компаний страны для обсуждения актуальных для отрасли вопросов.
Подобные встречи позволяют обсудить особенности проектирования и выработать стандарты оказания проектных услуг в РФ, в том числе при реализации уникальных и технически сложных объектов, а также тех из них, которые реализуются в рамках госпрограмм.
В фокусе дискуссии — ключевые вызовы, стоящие перед рынком генерального проектирования. Участники подчеркивали, что согласно отраслевой аналитике только 7,2% проектных компаний обладают реальным потенциалом для выполнения функций генпроектировщика. В ходе панельной дискуссии лидеры рынка обсудили насущную необходимость выработки единых стандартов работы и повышения ценности услуги генерального проектирования для заказчиков.
«Первый тезис, как и, по сути, резюме предыдущего года, — это полное отсутствие понимания генерального проектировщика с точки зрения законодательства. Такого термина просто не существует в нормативных документах, это оставшаяся функция, которая существовала в советское время. Второе — это несинхронность и противоречия в нормативной базе и отсутствие четких требований к генеральному проектировщику», — отмечает Александр Ворожбитов, генеральный директор компании «Метрополис».
Как показало исследование, проведенное компанией «Метрополис», из 13,7 тыс. проектных компаний в России 98% составляют малые микропредприятия, создающие лишь 22% выручки. Крупные компании (0,6%) генерируют 27% выручки, а сегмент средних предприятий практически отсутствует — его доля составляет лишь 1,4%. Этот «структурный провал» затрудняет реализацию крупных инфраструктурных проектов, вынуждая крупные компании работать с малыми предприятиями, имеющими другую корпоративную культуру и подходы к работе.
Особое внимание было уделено вопросу согласования нормативной документации. Как отметило большинство экспертов, при внесении изменений в нормативы мнение проектировщиков часто не учитывается. Участники сессии сошлись во мнении, что стандартизация бизнес-процессов и создание типовой формы договора генпроектирования способны существенно повысить эффективность работы отрасли.
«Других проблем очень много. Это и состояние заказчиков, и уровень управляемости, вопросы IT-обеспечения, потому что все-таки импортозамещение софта, мягко говоря, не произошло. И очень насущный, конечно, вопрос — это кадры, кадры, кадры. Их надо учить», — обозначил Владимир Иванов, управляющий партнер ГК «Спектрум». Эксперт также обратил внимание на учащающиеся случаи ухода проектировщиков из профессии, что вызывает обеспокоенность участников профессионального сообщества.
управляющий партнер ГК «Спектрум» Владимир Иванов
Экономика проекта
Проблему допуска генерального проектировщика к финансовой модели проекта обозначил Сергей Лахман, генеральный директор ГОРПРОЕКТа: «Для меня стало очевидным, что наука и технологии дали нам очень мощные инструменты для расчета, размерного моделирования, подстраивания информационных моделей. Наверное, основным критерием развития проекта и проектной компании на ближайшие годы будет выделение акцентов при работе именно с финансовой моделью заказчика».
Юрий Готман, генеральный директор MARKS GROUP, также отметил проблему связи проектировщика с экономикой проекта: «Девелоперы не допускают проектировщиков к финансовой модели, а если бы были понятные ориентиры, куда идти, то проектировщик смог бы конкретно дать вектор своей разработке, чтобы прийти именно к той экономической задаче, которую ставит девелопер».
Исполнительный директор Проектного бюро «АПЕКС» Александр Мамаев поддержал прозвучавшее в ходе дискуссии предложение закрепить «одностадийное» проектирование объектов: «Я считаю, что абсолютно назрел момент открытой дискуссии о пересмотре стадийности проектирования. Та боль, которую коллеги высказывают относительно объема “бросовой” работы, связанной с большим количеством изменений в документации, проекте, проектных решениях, продуктовых решениях ближе к завершению процесса проектирования, очевидно, избыточно влияют и на структуру себестоимости проектирования, и на количество проектных ошибок, переделок и решений, которые выполняются в ходе строительно-монтажных работ».
Генеральный директор ГК «Олимпроект» Никита Сухих поделился насущным вопросом, связанным с долгим согласованием проектов: «Отдельная проблема — затягивающиеся сроки согласований в Москве и области, из-за которых девелоперы несут убытки от простоя площадок. Архитектурные концепции часто утверждаются без должной оценки стоимости строительства, что приводит к необходимости дорогостоящих доработок на стадии рабочей документации и увеличивает себестоимость проекта», — добавляет эксперт.
генеральный директор компании «Метрополис» Александр Ворожбитов, управляющий партнер
ГК «Спектрум» Владимир Иванов, генеральный директор компании «Горпроект» Сергей Лахман
Согласно проведенной компанией «Метрополис» аналитике в гражданском проектировании работают менее 30 крупных компаний, причем часть из них интегрирована в девелоперские холдинги и не выходит на открытый рынок. Объем открытого рынка генпроектирования Александр Ворожбитов оценивает примерно в 600 млрд рублей в год.
«Объем рынка генерального проектирования относительно небольшой, особенно если сравнивать с рынком телекома, поэтому возникают риторические вопросы, насколько эта структура вообще может поменяться и стоит ли ее менять», — отметил он.
В III Национальном конкурсе с международным участием на образцовое спортивное сооружение «Арена» бронзовым призером стала «Сибирь-Арена», открытая в Новосибирске в августе 2023 года на улице Немировича-Данченко. Жюри конкурса высоко оценило архитектуру, внутренний дизайн, функциональность и другие составляющие проекта.
Конкурс прошел при поддержке Минспорта России. В нем были представлены 307 спортивных объектов из 67 регионов России, а также Беларуси, Армении, Узбекистана и Азербайджана.
«В 2023 году введен в эксплуатацию крупнейший региональный объект — многофункциональная ледовая арена “Сибирь-Арена”, построенная по индивидуальному проекту. Площадь спортивного сооружения — самая большая за Уралом. Это самое вместительное спортивное сооружение в регионе», — заказчик проекта — Минстрой Новосибирской области.
Ледовый дворец расположен в 500 метрах от берега Оби. Это шестиэтажное здание многофункционального назначения. Внутри располагаются основная и тренировочная арены, тренажерные залы и другие помещения. Но кроме хоккея и других соревнований на льду, основной зал можно трансформировать и проводить соревнования по всем видам спорта и любые зрелищные мероприятия, праздники, концерты.
«Сибирь-Арена» — часть более масштабного проекта, в который входят также большой парк и новая станция метро «Спортивная». Такой проект предполагалось реализовать, чтобы принять Молодежный чемпионат мира по хоккею в декабре 2022 года. Однако после начала СВО Новосибирск лишился чемпионата. Спешить было уже некуда, тем более что возникли проблемы, знакомые всем строительным компаниям, работавшим в 2022 году.
Тестовое открытие «Сибирь-Арены» состоялось 13 августа 2023 года.
Стоимость проекта выяснить не удалось. Называются разные цифры, поскольку каждое ведомство считает по-разному, в том числе учитывая в составе проекта стоимость парка и станции метро. Кадастровая стоимость «Сибирь-Арены» и прилегающего к ней парка — более 13,2 млрд рублей. Называются также цифры свыше 17 млрд рублей, если учитывается оборудование комплекса.
Уникальность во всем
Архитектурный фестиваль «Зодчество» в прошлом году также отметил «Сибирь-Арену», присудив команде архитекторов диплом в номинации «Объект социального и культурного назначения».
В документальном фильме «Горячий лед» ГТРК «Новосибирск» Андрей Травников, губернатор Новосибирской области, говорил о выборе площадки под строительство спорткомплекса в 2017 году: «Рассматривали девять вариантов размещения арены и все равно вернулись туда, где задумывали комплекс еще в СССР».
По его словам, участок находится в зоне подтопления. Поэтому пришлось завозить песок под будущее здание и дороги — около 1 млн тонн. Это была первая задачка для архитекторов. «Действительно, участок проектирования находился в зоне подтопления и на “плохих’ грунтах. Технически пришлось поднять отметку земли на три метра, устроить свайный фундамент. Выбор места повлиял на объемное решение арены. Поскольку она находится в рекреационной зоне и воспринимается с различных точек — из парка, с эстакады, от метро и даже с противоположного берега, — объемное решение придумывалось одновременно и равнозначным, к тому же интересным для каждого ракурса», — рассказал Алексей Орлов, заместитель генерального директор проектного института уникальных сооружений «АРЕНА».
Первое, что обращает на себя внимание, — фасад здания и кровля: немного металла, много стекла, витражи. Между собой конструкция скреплена специальными узлами, форма каждого уникальна. «То, что стеклом сложнее сохранять тепло, является предрассудком и устаревшим мнением. Современные стеклопакеты зачастую более энергоэффективны, чем каменная кладка с вентилируемым фасадом. А для заявленного образа “ледовой арены” и ”снежной” Сибири стекло подходит лучше других материалов», — утверждает Алексей Орлов.
Кровля ледового дворца, повторяя внутренний объем, формирует характерный силуэт, который виден как из левобережной части города, так и с правого берега Оби, отмечается в описании «Сибирь-Арены» на сайте комплекса.
Как отмечает заказчик — Минстрой Новосибирской области, при строительстве объекта разработаны уникальные фасадно-витражные конструкции, которые были изготовлены и установлены новосибирскими специалистами. Всего смонтировано порядка 12 тыс. кв. м светопрозрачных конструкций. Эта фасадная система позволяет при наименьшей металлоемкости получить необычную поверхность, которая создает уникальный для России и мира архитектурный комплекс.
По ходу работ приходилось что-то менять, что-то добавлять, искать технические решения, рассказывал Андрей Травников.
По мнению Алексея Орлова, проблем при проектировании не возникало: это было «решение технических вопросов сложной геометрии и многодельности фасада, состоящего из большого количества индивидуальных, неповторяющихся элементов». По его словам, с детальной разработкой и монтажом фасада превосходно справилась новосибирская компания «Несущие системы».
«Мы спроектировали много крупных спортивных объектов. Их особенность — в индивидуальных архитектурных решениях, которые мы постарались найти для каждого конкретного места, поскольку эти сооружения объективно занимают значимое положение в градостроительной ситуации того или иного города. А внутри любой спортивный объект — это многофункциональное сооружение, объединяющее спорт, питание, зрелище и строго контролируемое комплексом норм безопасности, спортивными регламентами, санитарными правилами, комплексом норм, не допускающих вольностей и отклонений», — добавил Алексей Орлов.
Стекло и металл
Период строительства выдался нервным: пандемия, нехватка средств и рабочих рук, последствия СВО. Первоначальный срок был сдвинут, что, впрочем, было уже неважно. По ходу стройки из-за санкций усложнилась и сильно выросла в цене доставка материалов и оборудования из-за рубежа. «Пришлось вытягивать стройку в ручном режиме», — заявил Андрей Травников.
По его словам, у подрядчика закончились средства, но ни один банк в период пандемии не решился выдавать дополнительные кредиты. Спасением стал пересмотр законодательства, в результате которого увеличились авансовые платежи по госконтрактам: Новосибирская область первая воспользовалась такой возможностью.
Санкции заставили искать новых поставщиков. Фасады дворца запроектированы в витражных полуструктурных конструкциях с использованием стекол различной прозрачности и зеркальности. Фасадно-витражные конструкции изготовлены в Новосибирске. Компания Sibglass изготовила структурные стеклопакеты треугольной и трапециевидной формы с закаленным высокоселективным мультифункциональным теплосберегающим стеклом — стемалитом.
Польская плитка для пола и французское оборудование трансформаторной подстанции заменены российскими. Как ранее сообщала пресс-служба регионального правительства, из-за введенных санкций пришлось изменить проектные решения и использовать оборудование, произведенное компанией GREENCAST, которое соответствует всем необходимым параметрам.
В раздевалках установлены отечественные тепловые пушки, на основной арене — телескопические трибуны отечественного производства, все сиденья отечественного производства. Импортное оборудование, которое удалось закупить, — машины для заливки льда и борта.
Внутри комплекса находятся стометровые пролеты, монтаж которых был сложным. Соответственно, были сложности с монтажом освещения. «Для данного проекта мы разработали 30-метровые высокомачтовые опоры освещения с мобильной короной в точности по техническому заданию заказчика. Они имеют необходимую металлоемкость и способны выдерживать высокие нагрузки. Также мы учли достаточно суровый и морозный климат Сибири, температура зимой может опуститься ниже минус 45 ℃, поэтому использовали для производства морозостойкую сталь 09Г2С. Высокомачтовые опоры покрыты горячим цинком, это самый надежный вариант защиты металла от коррозии на многие годы. Срок службы таких изделий — от 15 лет», — рассказала Марина Баранова, коммерческий директор ГК «Пересвет».
По ее словам, в данном случае стволы опоры состоят из нескольких частей, они представляют собой многогранные полые стойки, сужающиеся кверху. Опоры с мобильной короной обычно устанавливаются в местах, где нет возможности использовать спецтехнику для обслуживания электроприборов. Главное преимущество заключается в том, что заменить или обслужить осветительные приборы можно на доступной с земли высоте. Светильники размещаются на специальной подвижной раме (короне), она подвешена на тросах в нескольких точках. А в нижней части опоры установлен механизм спуска и подъема этой конструкции.
Безопасность «Сибирь-Арены» хорошо продумана. Там смонтированы современные инженерные системы. Например, роботизированные установки пожаротушения с применением роботов.
ГК «Инновационные системы пожаробезопасности» поставила на объект модули газового пожаротушения «ЗАРЯ» и автономные устройства пожаротушения «УльтраZ».
«Наше сотрудничество происходило в несколько этапов. На первом этапе заказчик обратился к нам за решением по пожарной защите электрошкафов и ГРЩ. Поскольку речь идет об электрооборудовании под напряжением, для их защиты невозможно применять системы пенного, порошкового или аэрозольного тушения. Поэтому для защиты были выбраны автономные устройства пожаротушения “УльтраZ” с газовым огнетушащим веществом. Их преимущество — компактные размеры, простой монтаж и отсутствие затрат на техобслуживание. Устройство крепится в шкаф с помощью хомута, не требует подключения к питанию или автоматике, самостоятельно обнаруживает и тушит пожар», — рассказал Кирилл Лыгин, ведущий эксперт коммерческого отдела ГК.
По его словам, позже у заказчика возник срочный запрос на поставку противопожарного оборудования для серверных помещений. Поскольку сроки были крайне сжатые, в качестве решения были выбраны модули газового пожаротушения «ЗАРЯ» подвесного исполнения. «В отличие от классических напольных систем они не требуют проведения гидравлического расчета при проектировании, а также монтажа трубной разводки и проведения при монтаже. Это большой плюс. Кроме того, важную роль сыграл тот факт, что модули “ЗАРЯ” имеют пожизненную гарантию на весь срок службы», — пояснил Кирилл Лыгин.
ПО «Эталон» для кровли поставило 25 тыс. кв. м оцинкованного профнастила и более 10 тыс. кв. м окрашенного профнастила. Корпорация «А ГРУПП» поставила более 1,5 тыс. тонн металлопродукции — металлопроката, профиля, арматуры.
«Сибирь-Арена» стала одним из первых объектов в Сибири, где на площади более 15 тыс. кв. м применен новый материал — паробарьер СА 500, произведенный компанией ТЕХНОНИКОЛЬ. Также ТЕХНОНИКОЛЬ поставила системы для кровли, пола, гидроизоляции фундамента.
Хоккей и не только
Мировой чемпионат провести не удалось, зато теперь «Сибирь-Арена» — домашний стадион местного хоккейного клуба «Сибирь». Первые игры прошли в сентябре прошлого года, они были приурочены к открытию сезона 2023–2024 Континентальной хоккейной лиги.
По утверждению заказчика, «Сибирь-Арена» — универсальный комплекс, установленное в спортивном сооружении оборудование позволяет проводить здесь соревнования самого высокого уровня. На данный момент «Сибирь-Арена» стала одной из самых востребованных площадок для проведения крупных городских мероприятий.
Кроме спортивных соревнований, в комплексе проводятся разные мероприятия, поскольку всего за четыре часа ледовую арену можно превратить в площадку для концертов и праздников.
В июле 2023 года «Сибирь-Арена» внесена во Всероссийский реестр спортивных объектов. Это систематизированный перечень спортивных сооружений (стадионов, площадок, комплексов, арен и др.), находящихся на территории России, официально подтвердивших свою безопасность и состоятельность в рамках организации и проведения всевозможных физкультурно-спортивных мероприятий различного уровня. Проводимые на арене спортивные мероприятия включаются в общий по стране календарный план мероприятий всех уровней.
Искусственный интеллект в руках профессионала вполне может превратиться в действенный инструмент, но вряд ли заменит человека — машина не умеет ни мечтать, ни фантазировать, зато прекрасно просчитывает варианты. На дискуссионной площадке международной выставки архитектуры и дизайна «АРХ МОСКВА 2024» эксперты отрасли обсудили спорный вопрос и поделились опытом применения новых технологий.
Через проекты умных городов цифровые технологии постепенно входят в сферу градостроительства и ускоряют процессы. Например, запрос данных из Росреестра сейчас занимает не 7–10 дней, а секунды. Застройщики и девелоперы начинают получать информацию об участке в автоматическом режиме. С помощью новых технологий власти осуществляют контроль за освещенностью улиц, качеством дорожного покрытия, уборкой снега и даже заполняемостью мусорных урн на остановках. Кроме того, цифровые технологии помогают налаживать связь между обществом и государством. Так, в ходе недавнего голосования за объекты благоустройства стали понятны потребности горожан.
«Но в архитектуре, к сожалению, мы не видим большого продвижения. Да, многие скажут, что используют ТИМ, но еще ни разу в российской действительности мы не видели применения этих систем от этапа проектирования до эксплуатации, а в этой плоскости есть большой потенциал, — говорит заместитель руководителя ИКМО города Казань Радик Шафигуллин. — Да, возможно, отрасль строительства консервативна, не очень хочет, чтобы все процессы были видимыми и оптимизировались, но это лишь вопрос времени — максимум два-три года. Мы видим, что на основе данных предыдущих проектов искусственный интеллект способен собрать новый и привязать его к местности».
По мнению участников дискуссии, новым технологиям вполне под силу создать надбавленную стоимость к таланту архитектора.
В ожидании умного проекта
«Множество из описанных вещей искусственным интеллектом не является. ”Если мусорка наполнилась, то пора сделать то-то” — это алгоритм. Да, цифровые технологии нужны, но искусственный интеллект — это другое. Он накапливает опыт, обучается. Мы от него находимся довольно далеко, но обязаны к нему прийти», — уверена главный архитектор Генпро Елена Пучкова.
Часть архитектурных бюро уже использует в работе новые технологии, и это не только привычный ТИМ. Например, с помощью генеративных систем создается квартирография и проектируются паркинги, в виртуальных вселенных возводятся объекты для портфолио, здесь же происходят встречи с заказчиками, нейросети помогают быстро сгенерировать облик будущих объектов, которые после утверждения клиентом концепции дорабатываются проектировщиками. «Нормана Фостера технологии, естественно, не сделают, а Заху Хадид сделают. Параметрическая архитектура производится из алгоритмов, то есть архитектор пишет алгоритм, задает код, по которому машина и рисует форму. Вы никогда не знаете, что получится в конце», — говорит г-жа Пучкова.
Однако основным остается вопрос: какое место в этом процессе занимает творческий человек? Сотрудники архитектурного бюро «Т+Т Architects» не понаслышке знакомы с искусственным интеллектом и даже участвуют в обучении системы Kandinsky, однако не уверены, что на данном этапе развития технология способна ускорить процесс проектирования. «Если проводить аналогию от умного города до умного проекта, то раздирают противоречия между надеждой и скепсисом применяемости. С одной стороны, есть визионерские ощущения, что применение нейронных сетей, искусственного интеллекта и любых генеративных алгоритмов сильно упростят нашу проектную жизнь, выведут продукт на новый уровень качества, сожмут сроки реализации до минимальных значений и уберут человеческий фактор в плане ошибки. С другой стороны, есть определенный спектр сомнений в применении прикладных инструментов, которые мы можем использовать в проектировании. Сколько раз мы ни пытались работать с нейронной сетью для получения практически применяемого результата (особенно на этапах концепции), то по времени и трудозатратам получается либо столько же, либо дольше», — говорит руководитель бюро «Т+Т Architects» Сергей Труханов.
Сущность ИИ
При этом профессиональное сообщество архитекторов уверено: машина не в состоянии работать без человека. Хорошим примером развенчивания мифа стал проект здания исследовательского центра в Торонто (Канада). Изначально заявлялось, что объект был спроектирован с применением искусственного интеллекта, но позже оказалось, что все ограничения и параметры, необходимые для проектирования, закладывались человеком, а машина, по сути, выносила только шорт-лист решений, самый эффективный из которых выбирал опять же профессиональный архитектор.
«Это не генеративный инструмент, — поясняет Радик Шафигуллин. — Он не может сказать: “Давайте здесь линию нарисуем”. Он смотрит и говорит: “Если здесь стоит эта панель, то в большинстве случаев к ней ставится этот элемент”. Пока мы не видели вариантов ИИ, который мог бы сам что-то ”допиливать”».
Другими словами, архитектор становится оператором, который может изучить сценарии, предложенные машиной, оттолкнуться от них, внести корректировки и дальше работать в привычном режиме. По словам Сергея Труханова, в технологии нет ничего удивительного: «Это не искусственный интеллект, а заранее предустановленные решения, которые могут существовать в зависимости от параметров, выбранных для проекта. Машина никогда не создаст новый контент, потому что не умеет мечтать, а может лишь брать накопленный опыт и интерпретировать его».
Компьютер предлагает среднестатистический образ объекта на основе загруженных в него данных, то есть это усредненное представление людей, которые участвовали в обучении машины. Не исключено, что технология существенно поможет тем, кто строят дома без участия архитектора, а создатели в это время продолжат претворять в жизнь уникальные здания и сооружения.
«Если мы будем разбирать исходный термин, то увидим, что имеется в виду машинное обучение алгоритмов и программ. И только русская душа наделяет его понятием “интеллект” и дает определение “искусственный”, что одушевляет предмет и побуждает вступить с ним в ментальное взаимодействие, — рассуждает сооснователь архитектурного бюро Osetskaya.Salov Александр Салов. — Можем ли мы освободить мозг творца, применяя цифровые технологии, передать им всю механическую работу, чтобы автор мог сосредоточиться только на главный мысли?» В будущем — вполне возможно. Нейросети обучаемы, и сейчас архитектор может приступить к ее тренировке, задавая параметры собственного творчества, ценности, определенные ориентиры, визуальную статистику, чтобы в конечном итоге генерации выдавались в рамках фирменного стиля компании.
Кто останется без работы?
Подобно тому, как однажды стали не нужны телефонистки, может трансформироваться отрасль проектирования. Рутинная, монотонная и повторяющаяся работа перейдет к машине. Однако одновременно с этим вырастет спрос на вовлеченных в работу архитекторов, обладающих высоким уровнем профессионализма и экспертизы.
Пару им составят специалисты по кибербезопасности. Сегодня это направление представляет собой самую большую опасность, ведь творческая разработка архитектора легко может стать доступной неограниченному кругу лиц. И этот вызов пока остается без ответа.