Как преодолеть кадровый голод на стройплощадках России?
Когда можно будет обойтись без иностранной рабочей силы на стройке? Что мешает колледжам готовить рабочих нужной квалификации? Сможет ли стройкомплекс победить другие отрасли в борьбе за кадры? Работодатели и учебные заведения поделились оценками и прогнозами.
Дискуссия о способах привлечения молодежи на стройку, равно как и о способах сокращения на ней числа мигрантов, идет давно и пока остается животрепещущей. Не менее, чем проблема квалификации национальных рабочих кадров. Отрасль пытается нащупать, какие из желаемых целей достижимы, какой инструментарий эффективен.
«Привлечь в строительную отрасль молодежь, как и удержать в ней опытных специалистов, — задача достаточно сложная, ведь квалифицированные кадры нужны не только стройке», — отмечает президент Национального объединения строителей (НОСТРОЙ) Антон Глушков. По его мнению, не получится выиграть такую конкуренцию с другими отраслями экономики, просто подняв зарплаты. «Жизнь показывает, что одними деньгами не обойтись», — говорит Глушков.
Тупик мигранта
Иностранная рабочая сила на стройках — это на сегодня вопрос существования отрасли в принципе? Или это пережиток прошлого, от которого надо избавляться путем ужесточения законодательства? Обе позиции в последнее время высказываются одинаково настойчиво.
«В текущем периоде ни одна страна не может обойтись без привлечения иностранной рабочей силы», — считает президент НОСТРОЙ. При этом Антон Глушков настаивает на осознанном и грамотном подходе к привлечению мигрантов на стройку: «Это должна быть помощь экономике нашей страны для решения национальных задач». В то же время глава Нацобъединения убежден, что высокопроизводительная квалифицированная рабочая сила должна быть все же уделом национальных рабочих кадров.
Первый вице-спикер Свердловской областной думы, вице-президент НОСТРОЙ Аркадий Чернецкий также не придерживается ни одной из крайних позиций. «В сегодняшних условиях существования строительного комплекса совсем обойтись без мигрантов мы не сможем. Дефицит рабочей силы настолько серьезен, что убрать эту категорию сотрудников с наших объектов мы не в состоянии», — говорит Чернецкий. При этом он убежден, что нужно не просто завозить людей, а добиваться привлечения в страну квалифицированного персонала. В первую очередь организуя предварительное обучение людей на территории стран, которые делегируют свою рабочую силу.
Директор Колледжа строительной индустрии и городского хозяйства (СПб) Анатолий Кривоносов также обращает внимание, что в современных реалиях совершенно не задействован механизм привлечения иностранных специалистов через обучение в рамках международного обмена.
«Критериальные показатели говорят, что не менее 3% студентов должны обучаться в российских вузах в рамках международного сотрудничества. Однако для средних профессиональных учебных заведений подобные показатели не введены. Это говорит об отсутствии для системы СПО какого-либо драйвера по привлечению иностранцев для профильного обучения и последующего трудоустройства», — объясняет он.
Впрочем, быстро отказаться от зарубежной рабочей силы едва ли получится. По крайне мере, так считает председатель Совета по профессиональным квалификациям в области сварки и первый заместитель СРО «Национальное агентство контроля сварки» Александр Чупрак: «Говорить, что уже завтра мы можем обойтись без иностранцев, — не стал бы. Это можно подтвердить цифрами. Одним из основных видов деятельности “Национального агентства контроля сварки” является допуск сварщиков на опасные производственные объекты. Статистика показывает, что у нас ежегодно тысячи сварщиков въезжают на территорию России и работают на строительстве опасных производственных объектов. Тысячи — не единицы, не десятки, не сотни».
Плановая проблема
Очевидно, что системе образования обеспечить строительную отрасль кадрами нужных ей специальностей и требуемого уровня подготовки тем проще, чем конкретнее будет сформулировано соответствующее пожелание бизнеса. Но реалистичность подобной схемы пока неочевидна.
По убеждению Антона Глушкова, для того чтобы работодатель был готов рассуждать о подготовке кадров вперед, он должен видеть свою производственную загрузку хотя бы на краткосрочную перспективу. «К сожалению, сейчас стройка живет по-другому: раз в месяц заплатить налоги, заработную плату, выдохнуть и… с ужасом ждать следующего месяца», — обращает внимание президент НОСТРОЙ. Он считает, что если каким-то образом удастся наладить хотя бы прогнозирование, всем будет немного проще.
Со своей стороны координатор НОСТРОЙ по Санкт-Петербургу Александр Вахмистров называет участие бизнеса в образовательном процессе идиллией. «Конечно, хотелось бы, чтобы каждая строительная фирма вела долгосрочное планирование, точно понимая, кто ей будет нужен. А еще и финансировала бы обучение будущих сотрудников. Такого я нигде не видел и не думаю, что увижу. Не потому, что бизнес такой плохой. Просто человек сам должен заниматься своим образованием, чтобы быть востребованным на рынке труда», — уточнил Александр Вахмистров.
При этом Анатолий Кривоносов обращает внимание, что для молодых людей важно не только получить профессию, но и понять свое будущее в специальности. Для этого бизнес должен демонстрировать заинтересованность в молодых специалистах. Пока же этого не происходит.
Президент НОСТРОЙ уточнил, что в структуре подрядных организаций 65% составляют микропредприятия с численностью до 15 человек. «Всего 9% предприятий можно назвать крупными — от 250 человек. Однако даже при такой численности прогнозировать свои планы по набору персонала очень сложно. У кого людей меньше, делать это вообще невозможно», — добавил Антон Глушков.
Бизнес и система образования
«Работодатели все время вопрошают: "Кого вы готовите? Приходят ребята на стройку и не знают, как она устроена", — рассказывает Антон Глушков, — а представители вузов парируют, что бизнес не участвует в формировании заданий, не хочет помогать в обучении. В итоге образовательные учреждения готовят кадры, исходя из своих собственных представлений о потребностях отрасли».
По мнению Александра Вахмистрова, представители стройкомплекса могут только познакомить ребят со специальностью строителя, а окончательный выбор — всегда за ними самими. «У нас в городе созданы 12 специализированных строительных классов, открытых на базе 9-го, 10-го и 11-го школьных классов. Там преподаются уроки строительного дела. Нет задачи, чтобы все пошли на стройку. Мы хотим, чтобы ребята получили представление о будущей специальности. И если она им понравится, то выбирали бы соответствующее направление образования», — поделился опытом г-н Вахмистров. И выразил уверенность, что такой подход увеличивает шансы на то, что выбор строительной специальности будет осознанным, и стройкомплекс приобретет ценного специалиста, а не временщика.
Директор Колледжа метростроя Александр Филатов уверен, что трудности в достижении взаимопонимания между работодателями и системой СПО возникают не только по вине колледжей. «Нельзя забывать, что работу учебного заведения, кроме потребностей рынка, регламентируют еще и государственные образовательные стандарты. В определенной степени это сужает наши возможности», — пояснил он.
Валерий Андреев, руководитель Колледжа водных ресурсов Санкт-Петербурга, он настаивает на необходимости разделять в такой дискуссии высшее образование и среднее профессиональное. «Задача высшего образования — дать фундаментальные базовые знания. Задача СПО — иная. Обладатели рабочих профессий, выйдя из стен колледжа, должны сразу начать работать так, как прописано в профессиональном стандарте. Поэтому для среднего профессионального образования важна максимально возможная интеграция с работодателем», — поясняет Андреев.
По его словам, существуют много положительных примеров, когда строительные организации активно включаются в разработку образовательных программ. «Случалось даже, что приносили готовые программы, которые колледж просто адаптировал под действующие образовательные стандарты», — поделился Андреев.
При этом Анатолий Кривоносов считает, что обучающих программ для строителей сейчас крайне мало. «По программе “профессионалитет” сейчас работают 370 кластеров, и только 24 имеют отношение к строительству. Пропорция, с точки зрения рынка, вообще несусветная», — резюмирует г-н Кривоносов.
Можно добавить, что четыре года назад НОСТРОЙ принял решение сформировать Ассоциацию средних специальных учебных заведений. Именно этой организации и предстоит объединять интересы работодателей и обучающихся учреждений.
Строитель будущего
Не менее актуальная тема — компетенции, которыми должен обладать выпускник. Строительное оборудование становится более технологичным, а профессиональные навыки — разносторонними.
«Вместе с технологиями увеличиваются и требования к будущему строителю. И это касается не только профессиональных навыков, моторики, это еще и умение выстраивать коммуникацию в коллективе, которая позволяет добиваться повышения производительности труда, — считает коммерческий директор предприятия по производству сварочного оборудования марки “Кедр” Андрей Викторов. — Существующая автоматизация и роботизация уже делает любого работника оператором оборудования».
По словам специалиста, автоматизация производства приводит к прозрачности производственных процессов. «Например, есть система мониторинга, где видно, сколько работал сварочный аппарат, как он работал, в каких режимах. Одновременно ведется контроль, в том числе, расхода материалов. И надо быть готовыми к тому, что труд будущего строителя будет полностью прозрачен», — добавил эксперт.
С такой точкой зрения согласен и президент Ассоциации торговых компаний и производителей электроинструмента и средств малой механизации Михаил Васильев: «Требования для сегодняшних учащихся находятся на более высоком уровне. Необходимо знать программное обеспечение, владеть компьютерными технологиями, управлять современным инструментом».
При этом необходимо принимать во внимание и то, что рынку нужны универсалы. Многие стандарты обучения должны пересматриваться, объединять разные специальности или дополняться новыми навыками. Например кровельщик. В современных условиях уже недостаточно владеть базовыми навыками. Требуется умение работать с беспилотными летательными системами для обследования крыш, разбираться в системах радиосвязи или электрооборудования, так как большое число установок размещено именно на крышах.
Однако колледжи не всегда способны дать рынку таких нужных специалистов. Как заметил президент НОСТРОЙ Антон Глушков, сложилась ситуация, когда обучающиеся программы формируются не по принципу интереса студентов или потребностей рынка, «а по принципу того, на что нашли педагогов». Это объективная реальность, и необходимо решать вопрос с педагогическим составом.
«Ситуация с кадрами в колледжах следующая: большая часть — люди возрастные, работавшие на стройках очень давно. Они хорошо знают технологии своего времени и не всегда хорошо — технологии современные. Проводимых нами стажировок недостаточно. Параллельно в штатах колледжей есть совсем молодые ребята, буквально вчерашние выпускники, у которых интерес к работе и желание учить горят в глазах. Но педагог в системе профессионального образования должен передавать свой опыт, а этой молодежи такового нет. Они должны сами наступить на все “грабли”, а уж потом этому учить студентов. Поэтому — да, проблема кадров в колледжах существует», — признает Валерий Андреев, руководитель Колледжа водных ресурсов Санкт-Петербурга.
Кадровый голод
В Санкт-Петербурге сохраняется высокий спрос на рабочих и производственных специалистов. По данным hh.ru, в августе 2025 года в этих сферах было открыто более 27,8 тыс. вакансий — это около 31,5% от общего числа предложений на рынке труда города (88,3 тыс.). Каждая третья вакансия в Петербурге связана с рабочими и производственными профессиями.
Спрос со стороны компаний сопровождается дефицитом специалистов. Так, в сфере «рабочий персонал» индекс hh в августе составил 4,8, а в сфере «производство, сервисное обслуживание» — 5. Это значит, что на одну вакансию приходится меньше пяти резюме, и работодателям становится все сложнее закрывать позиции.
При этом уровень оплаты в этих сегментах растет быстрее среднерыночного. В целом по рынку Санкт-Петербурга за год (август 2025-го к августу 2024 года) медианная предлагаемая зарплата увеличилась на 10% — с 77,5 тыс. до 85,3 тыс. рублей. В то время как в рабочих и производственных профессиях динамика была заметно выше: зарплаты выросли на 11% — с 90 тыс. до 100 тыс. рублей.
Престиж профессии
Анатолий Кривоносов обратил внимание и на другой аспект — престижа строительных специальностей. По его словам, поступающие в учебные заведения не так часто ставят на первое место рабочие профессии. Главенствовать могут архитектура, проектирование и пр., а рабочие специальности рассматриваются только в конце.
Эту проблему видят и в Министерстве строительства и жилищно-коммунального хозяйства, и в Национальном объединении строителей. Для ее решения пытаются делать многое, в том числе проводить конкурсы профмастерства.
Конкурс, организаторами которого являются Минстрой и Нострой, состоит из региональных этапов и всероссийского финала. Юбилейный финал «Строймастер-2025» состоялся 25 сентября в Санкт-Петербурге на площадке Колледжа метростроя.
Финал проходил в четырех номинациях: «Лучший сварщик», «Лучший каменщик», «Лучший штукатур» и «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций». За звание первых боролись 75 человек — состоявшиеся профессионалы и учащиеся колледжей. Всего на всех этапах в конкурсе приняли участие 1700 специалистов.
Как рассказал главный инженер компании «ИвЛайн» и член конкурсной комиссии Алексей Сысоев, предложенные задания отличались не только сложностью, главным было временное ограничение для их выполнения. «Участникам пришлось демонстрировать не только профессиональные навыки, но и умение сконцентрироваться, работать в нестандартных условиях», — поделился Алексей Сысоев.
Для эксперта стало неожиданностью, что ряд заданий участники студенческой лиги выполнили лучше профессионалов. По мнению Алексея Сысоева, это только доказывает качественный уровень образования.
Призер в номинации «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций» петербуржец Александр Фадейчев также отметил сложность предложенных участникам заданий. Хотя, как отметил сам призер, в его профессиональном опыте случались и посерьезней задачи.
«Могу отметить высокую организацию всего конкурса, и конечно, было интересно познакомиться с другими участниками. Это касается и молодых ребят, которые продемонстрировали качественные навыки», — заключил Александр Фадейчев.
Сразу в двух категориях студенческой лиги петербуржцы попали в призеры. Выпускница СПб ГБ ПОУ «Академия реставрации и дизайна» Ксения Мазянина рассказала, что попала на соревнования по настоянию своего педагога. И хотя ее специализация — декор, но она согласилась посоревноваться среди штукатуров.
«Возможно, могла бы занять и первое место, если бы у меня было больше физических сил», — смеется Ксения. Выяснилось, что хрупкой конкурсантке было тяжело работать с раствором, и для облегчения она сделала его более жидким, чем требовалось. Впрочем, девушка не расстраивается, а наоборот — гордится своим достижением среди штукатуров.
В число призеров в номинации «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций» попал и Дмитрий Масюк (СПб ГБ ПОУ «Колледж «ПетроСтройСервис»). Он уже третий раз выходит в финал конкурса. В этом году он оканчивает учебу и пока не видит себя в профессии, так как намерен пройти срочную службу в вооруженных силах.
«В моей семье есть строители. Поэтому и выбор профессии было сделать просто. После возвращения из армии намерен поступить в один из строительных вузов», — делится он планами. По мнению собеседника, в этом ему поможет и конкурс, так как участие в финальной стадии «Строймастера» даст дополнительные баллы при поступлении.
Победный аккорд
Надо отметить, что организаторы конкурса «Строймастер» решили не ограничиваться проведением соревнований как таковых. Финал сопровождался множеством мероприятий, призванных привлечь внимание к рабочим строительным профессиям и повысить их престиж и привлекательность, особенно в глазах молодежи.
К примеру, в преддверии конкурса проходил флешмоб видеовизиток #ЯЕДУЗАПОБЕДОЙ, в рамках которого каждый финалист в небольшом ролике рассказывал «о себе в профессии» и о своем участии в конкурсе. Победителей выбирали народным голосованием в интернете.
Проект «Строительная буквица» был новшеством прошлого года, и идея очевидно прижилась. Суть заключается в том, что каждый федеральный округ и город федерального значения России изготавливает к финалу одну из букв названия конкурса. Работать можно в любой строительной технике — от гипсокартона до металла. В результате на площадке проведения соревнований появляется уникальный арт-объект.
Помимо этого, впервые в финале «Строймастера» прошли не только соревнования рабочих и студентов колледжей, но и «соревнования в рубашках», когда к участию пригласили руководителей НОСТРОЙ. Президент НОСТРОЙ Антон Глушков, вице-президент НОСТРОЙ Антон Мороз и координатор НОПРИЗ по СЗФО Александр Вихров продемонстрировали свои навыки каменщиков. Победу одержала кладка, выполненная президентом НОСТРОЙ.
Сама церемония награждения также прошла в максимально торжественной обстановке — победителей пригласили 26 сентября подняться на сцену Всероссийской конференции «Российский строительный комплекс», награды вручали президент Национального объединения строителей Антон Глушков и президент Национального союза архитекторов и строителей Кубы Антонио Герреро Родригес.
Награждали не только победителей, не забыли поблагодарить и партнеров. Кстати, одно из партнерств в рамках конкурса «Строймастер» за годы переросло в стратегическое. Речь идет о торговом доме «Петрович», бывшем много лет партнером петербургского регионального этапа конкурса. Опыт взаимодействия показался всем сторонам настолько удачным, что в октябре 2025 года в рамках Международного строительного форума 100+ TechnoBuild НОСТРОЙ и ТД «Петрович» подписали соглашение о сотрудничестве. Соглашение предполагает консолидацию усилий по отбору добросовестных производителей и поставщиков строительных материалов, инструмента и оборудования.
Сложно сказать, как сложится дальнейшая профессиональная жизнь конкурсантов. Можно лишь согласится со словами президента Национального объединения строителей Антона Глушкова: «Важная функция конкурса — это обмен опытом среди профессионалов и мотивация специалистов к повышению собственной квалификации. Финалисты конкурса уже могут считать себя профессиональной элитой российской строительной отрасли».
Победители и призеры конкурса «Строймастер»:
В номинации «Лучший штукатур»:
I место – Бахтоварджон Кахрамонджонович Турсункулов, Челябинская область, ООО «СК «Кема»;
II место – Абдувохид Назрихуджаевич Вазиров, Самарская область, Строй Артамонтаж;
III место – Андрей Александрович Морозов, Ленинградская область (самозанятый).
В номинации «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций»:
I место – Николай Михайлович Филин, Москва, АО «МФС»;
II место – Александр Дмитриевич Фадейчев, Санкт-Петербург, ИП «Баженов»;
III место – Леонид Владимирович Шашмарин, Волгоградская область, ООО «Дизайнстройиндустрия».
В номинации «Лучший сварщик»:
I место – Валентин Николаевич Ольховский, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, ООО «Газпром Трансгаз Сургут»;
II место – Ринат Миргалиевич Изикаев, Республика Башкортостан, АО «Транснефть-Урал»;
III место – Алексей Владимирович Новожилов, Санкт-Петербург, ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга».
В номинации «Лучший каменщик»:
I место – Сергей Сергеевич Херкун, Москва, АО «МФС»;
II место – Никита Васильевич Баташов, Владимирская область, ООО №СФ МОНОСТРОЙ»;
III место – Иван Александрович Афтаев, Пензенская область, ИП Малькова.
В КАТЕГОРИИ СТУДЕНЧЕСКАЯ ЛИГА:
В номинации «Лучший штукатур»:
I место – Илья Романович Лебедев, Тюменская область, ГАПОУ ТО «Тюменский техникум строительной индустрии и городского хозяйства»;
II место – Ксения Дмитриевна Мазязина, Санкт-Петербург, СПб ГБ ПОУ «Академия реставрации и дизайна»;
III место – Андрей Михайлович Вязовкин, Калужская область, ГБПОУ КО «ККСТ» им. И.К. Ципулина.
В номинации «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций»:
I место – Александр Григорьевич Панов, Тюменская область, ГАПОУ ТО «Тюменский техникум строительной индустрии и городского хозяйства»;
II место – Олег Николаевич Кобылинский, Краснодарский край, ГБПОУ КК «Краснодарский монтажный техникум»;
II место – Александр Дмитриевич Смольянов, Оренбургская область, ГПАОУ «Бузулукский строительный колледж»;
III место – Вячеслав Сергеевич Терещенко, Алтайский край, КГБПОУ «Алтайский архитектурно-строительный колледж»;
III место – Дмитрий Сергеевич Масюк, Санкт-Петербург, СПб ГБ ПОУ «Колледж «ПетроСтройСервис».
В номинации «Лучший сварщик»:
I место – Амир Дамирович Важенин, Тюменская область, ГАПОУ ТО «Тюменский техникум строительной индустрии и городского хозяйства»;
II место – Сергей Андреевич Черевичко, Пензенская область, ГАПОУ ПО «Пензенский колледж информационных и промышленных технологий»;
III место – Амиран Спартакович Каркусов, Республика Северная Осетия – Алания, ФГБОУ ВО «Северо-Кавказский горно-металлургический институт».
В номинации «Лучший каменщик»:
I место – Александр Витальевич Митрофанов, Владимирская область, ГАПОУ ВО «Владимирский строительный колледж»;
II место – Александр Павлович Крицин, Вологодская область, БПОУ ВО «Вологодский строительный колледж»;
III место – Юрий Дмитриевич Семенов, Москва, ФГБОУ ВО «НИУ МГСУ».
За последние двадцать лет механизмы застройки масштабных участков претерпели множество трансформаций. Первоначальный вариант в виде РЗТ предлагал слишком сложный и непрозрачный подход. Пришедший ему на смену КОТ постепенно преобразовался в КРТ, который дал возможность посчитать экономику и понять сроки. Тем не менее проблем остается множество — от простых «где взять деньги» до философских «как должна выглядеть комплексность».
Партнерский диалог
В отличие от привычных проектов по застройке, КРТ предполагает девелоперам не просто оценить экономический потенциал участка, а выявить факторы, которые закрутят спираль экономики внутри территории. И главным вызовом, по мнению члена совета директоров ГК «ЭНКО» Елены Степановой, становится синхронизация темпов финансовых потоков. «Для старта необходимо разработать более дорогую и масштабную концепцию, переселить людей, освободить участок и начать строительство с инфраструктуры — сетей и дорог. Этот дорогостоящий и долгосрочный разрыв в финансовой модели происходит намного раньше, чем компания сможет подойти к старту продаж и получить первые потоки на эскроу-счета. Поэтому диалог до входа и запуска крайне важен для определения объема участия публичного партнера и для балансирования финансовой модели. Это партнерская, командная работа».
На практике зачастую ситуацию усугубляет отсутствие подобного баланса из-за желания местных властей переложить все обязательства исключительно на застройщика. Участники рынка рассказывают о случаях, когда в договорах КРТ четко прописываются сроки возведения объектов для девелоперов, однако обещания чиновников построить дорогу или ливневку высказываются только на словах. По мнению экспертов, успех проекта возможен, только когда договоренности взаимны. «Муниципалитеты, не понимая, какая нагрузка ложится на девелопера, пытаются вместить в КРТ все: садик, дорогу, пожарное депо... Но все мы понимаем, что такие проекты в текущей ситуации с сегодняшней ставкой не летают. Поэтому хотелось бы, чтобы регионы больше прислушивались к тому, какая нагрузка была бы оптимальной, и позволила проект реализовать», — говорит вице-президент АО «Страна Девелопмент» Андрей Басов, отмечая, что в портфеле — компании 28 действующих проектов, половина из которых предполагает комплексное развитие. В общей сложности расселены уже 3500 человек.
При всем этом механизм КРТ выгоден застройщикам, а кроме того, дает возможность развивать центральные части городов, которые зачастую находятся в ненадлежащем состоянии, но обеспечены необходимой инженерной инфраструктурой. «Если банки готовы финансировать проекты, то нам они кажутся экономически очень перспективными и показывают хорошую устойчивость. В реализации можно структурировать финансовые потоки, либо включая их в проектное финансирование конкретных домов, либо финансируя за счет прибыли от строительства первых домов или очередей», — перечисляет председатель совета директоров DARS Дмитрий Рябов, добавляя, что инструмент стал бы еще привлекательнее, если бы банки брали в залог земельный участок.
Один из вариантов поиска финансового баланса предлагает «ДОМ.РФ». «Ключевой рассинхрон происходит из-за того, что что-то ломается на этапе диалога между застройщиком, властью и жителями, — говорит директор по развитию регионального бизнеса АО “ДОМ.РФ” Софья Пуликовская. — Бюджетный цикл рассчитан на три года, а средний инвестиционно-строительный — на пять-десять-пятнадцать лет, то есть для региона заложить средства на реализацию сложно. Мы выступаем третьей стороной, которая предлагает зафиксировать это (намерение. — Примеч. ред.) в форме соглашения или использовать для строительства инфраструктурные облигации — один из инструментов “Инфраструктурного меню”. Вариантов очень много».
Отметим, что в настоящее время в базе «ДОМ.РФ» находятся 120 проектов комплексного развития совокупной площадью 5,6 тысячи гектар в 49 субъектах Российской Федерации. В общей сложности они обладают градостроительным потенциалом в 25 млн кв. м.
Раскрутить гайки?
Существующее законодательство предполагает достаточно жесткие рамки для реализации проектов КРТ. С одной стороны, это дает застройщикам больше определенности, так как в процессе реализации проекта правила игры не меняются. Другими словами, через пять лет девелопера не могут заставить строить дополнительную школу или два бассейна в составе детского сада. Зная это, власти стали более детально подходить к составлению технического задания.
И все же участники рынка просят больше свободы. Например, в части сроков реализации запланированного. «Мы получили жесткую структуру в отношении девелоперов. Однако в КРТ участвует не только застройщик, но и органы власти, местное самоуправление. Например, есть дорога, которую нужно запроектировать и построить, но уже сейчас очевидно, что публичная власть в эти сроки не вмещается... Хотелось бы, чтобы договор был обоюдоострым для всех участников процесса», — рассуждает генеральный директор «КОРТРОС» Станислав Киселев. Помимо этого, понятию комплексного развития не отвечают ситуации, когда застройщика обязывают возводить ливневую канализацию внутри квартала, которую в итоге оказывается не к чему подключить, так как городские сети не готовы. Приемлемым вариантом может стать и смещение сроков отдельных этапов внутри общих сроков КРТ.
Также на уровне федеральных властей обсуждаются корректировки в части социальной инфраструктуры. При достаточном обосновании может быть допущена замена школы на 1500 мест объектом с меньшей посещаемостью. Однако категорически недопустимо отказаться от строительства объекта социальной инфраструктуры под предлогом достаточного количества мест в соседних районах.
Еще одна просьба девелоперов касается возможности привлекать партнеров и перераспределять обязательства — по сути, дробить проекты КРТ и продавать. Впрочем, данное предложение не нашло поддержки. «Нет права нарезать и продавать. Это опасная история, — акцентирует внимание заместитель министра строительства и ЖХК России Никита Стасишин. — Без одобрения властей вы никогда не войдете в КРТ ни в Нижний Новгород, ни в Омск, ни в Волгоград, ни в Ленинградскую область, ни в Петербург, чтобы потом кого-то запустить, продавая. Если бы я был губернатором, то, мягко говоря, разозлился: ты мне пообещал сделать вот такой проект, а потом приходишь и говоришь: ”Пришло время продавать Васе Пупкину”. А он придет, не зная регион, но с согласованной кредитной линией, чтобы через пять лет на ”Движении” рассказывать, что для него ставки большие!»
КРТ для пустующих территорий
Механизм КРТ предлагает девелоперам развивать и пустующие федеральные земли в перспективных локациях. Пул подобных участков сегодня активно формируется. Согласно поручению заместителя председателя правительства России Марата Хуснуллина, недавно созданный Фонд развития территорий приступил к анализу территорий, расположенных в зоне влияния скоростных магистралей, которая порой доходит до 100 километров. Совместно с регионами и муниципалитетами специалистам предстоит продумать будущую застройку и внести соответствующие изменения в программы социально-экономического развития.
По оценкам аналитиков, на каждый километр автодороги возводятся в среднем семь-восемь тысяч квадратных метров нового жилья в уже в момент запуска трассы или в первые годы ее работы. Например, до строительства КАД агломерации Парголова, Парнаса, Юнтолова, Мурина и Бугров, Янина и Ковалева, Кудрова, Пулкова, Шушар и Обухова были практически незастроенными территориями, а сейчас здесь введены миллионы квадратных метров недвижимости и проживают тысячи человек.
В числе перспективных участков, подобранных «ДОМ.РФ», — территория в 3342 гектара на федеральной трассе М-11 «Нева» вблизи северного обхода Твери; 1708 гектаров в непосредственной близости от города Калуги на М-3 «Украина» и 3496 гектаров к северу от границ Воронежа на М-4 «Дон». Эти достаточно большие площади могут быть использованы как частично, так и полностью при условии определения их функционального назначения и приоритетов развития.
Еще несколько привлекательных территорий прямо сейчас формируются по ходу движения М-11 «Нева», когда между Москвой и Санкт-Петербургом идет строительство высокоскоростной магистрали (ВСМ). Президент Центра экономики инфраструктуры Владимир Косой указывает, что при сближении с федеральной дорогой и региональными трассами она сформирует важные узлы с высокой транспортной доступностью. Речь — о Валдае, где планируется станция ВСМ и уже имеется съезд с М-11 вместе с региональной автомобильной дорогой. Не менее привлекательным может стать участок вблизи будущей станции Жаровская, в 50–60 минутах пути от которой проходит М-11. Однако для развития потенциала необходимо проработать вопрос о строительстве нового съезда с федеральной дороги на региональную.
С просьбой о единообразности
Значительная часть полномочий по комплексному развитию территорий отдана местным властям, так как с «земли» лучше видно, какой стратегии требует тот или иной участок. Однако нормативные акты регионов существенно отличаются друг от друга. Примерно половина копирует друг друга, а остальные, как выразился президент НОСТРОЙ Антон Глушков, представляют собой «региональное творчество». В ближайшее время при поддержке Минстроя организация проведет аудит документации, чтобы исключить излишние требования.
Задачи у архитекторов и девелоперов, на первый взгляд, разнятся: архитекторы больше привержены эстетике, девелопер не может не думать о деньгах. Однако для создания конечного продукта — жилого комплекса, торгового центра или другого объекта — девелоперы и архитекторы должны выстроить отношения.
Общие интересы у девелопера, который выступает заказчиком, и архитектора в роли исполнителя заказа, безусловно, есть. И архитекторы полагают, что общего между ними и девелоперами гораздо больше, чем кажется. При этом девелоперы начали разбираться в архитектуре, а архитекторы — в экономике.
«Работа архитектора начинается по заказу девелопера — в этом и заключаются их общие интересы. Девелоперу надо построить дом, который хорошо продается. Архитектор может на это повлиять не только в смысле так называемой красоты здания, но и с точки зрения максимального выхода площадей и комфорта квартир. Знание законодательства, которое постоянно меняется, становится еще одной важной составляющей общих интересов девелопера и архитектора», — указывает Никита Явейн, руководитель Архитектурного бюро «Студия 44».
Олег Богдан, главный архитектор проектов Генпро, полагает: интересы девелоперов и архитекторов пересекаются в понятии успешного проекта. «Девелоперу выгодно, когда объект не только построен в срок и с минимальными затратами, но и пользуется спросом на рынке. А качественный архитектурный дизайн, грамотная планировка и эстетика напрямую влияют на привлекательность недвижимости. Поэтому обе стороны заинтересованы в балансе между экономикой и эстетикой».
По его мнению, девелоперы все чаще понимают ценность архитектурной выразительности как инструмента конкурентного преимущества — особенно это заметно в жилых комплексах бизнес- и премиум-классов. «Таким образом, общий интерес заключается в создании продукта, который будет востребован, рентабелен и при этом соответствует современным архитектурным стандартам», — уверен Олег Богдан.
«Я бы не сказал, что такая уж четкая двуполярность: архитекторы — об эстетике, девелоперы — о цифрах, потому что некие инновационные части проекта имеют экономическую эффективность, которую трудно предугадать, и грамотный девелопер четко знает, что закладка каких-то инноваций в проект, применение каких-то материалов — это для проекта набор очков в смысле стоимости и узнаваемости проекта в будущем. Это трудно просчитать, но оно существует. И иногда счастливо совпадают усилия девелопера и архитектора — это всегда очень-очень тонкий процесс», — рассуждает Михаил Мамошин, генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская Мамошина», академик архитектуры (РАХ, РААСН, МААМ), заслуженный архитектор России.
Он полагает, что сегодня архитекторы уже начинают понимать в девелопменте, то есть могут понять точку зрения заказчика, заказчики-девелоперы путешествуют, интересуются архитектурным мейнстримом…
«Очень важно, наверное, точно так же, как и в творчестве архитектора, в работе девелопера, личностное обозначение. Личностно обозначенный девелопмент – это правильно. Нужны личности, которые могут субъективно поставить задачу, и она в конечном итоге приведет к какой-то новой объективности и к движению вперед…», - добавил Михаил Мамошин.
Феликс Буянов, руководитель и архитектор архитектурной мастерской «Б2», не думает, что надо жестко разделять миссии архитектора и девелопера, поскольку их объединяет общая цель: преображение через развитие. Разнятся лишь инструменты и дивиденды. «Архитектор, мысля образами, не имеет права чураться цифр и должен “поверять алгеброй гармонию”, если, конечно, хочет увидеть задуманное воплощенным в жизнь; равно и девелопер, зацикленный исключительно на цифрах, пренебрегающий образом, обречен на деградацию бизнеса. Гармония всегда сбалансирована, в балансе интересов архитектора и девелопера заинтересованы обе стороны», — отметил он.
Данила Рогожников, руководитель управления архитектуры MARKS GROUP, полагает, что архитекторов, работающих исключительно за идею, давно нет, поскольку архитектурный бизнес — тоже бизнес. Современные девелоперы тоже сосредоточены не только на цифрах: «Девелоперов, думающих лишь о собственном кармане, спрос быстро приведет в чувство. Всех уравняли конкуренция и рынок. Покупательские потребности значительно выросли. Негибкие, невосприимчивые, не слышащие и не понимающие заказчика архитекторы не будут востребованы. Не думающие о запросах покупателя девелоперы не будут востребованы».
По мнению Данилы Рогожникова, общие интересы легко находятся в конечных пользователях совместного продукта девелопера и архитектора: «Современный востребованный девелоперской проект требует уникального образа, комфортной среды, качественно организованного пространства снаружи и внутри. За что не будут платить люди, то не будет делать ни один архитектор или девелопер».
«Я глубоко убежден, что хорошие проекты появляются, только когда архитекторы и девелоперы находятся в одной команде и мыслят едиными категориями: это значит, что архитектор, создавая образы, понимает функциональность, рациональность и эффективность предложенного проекта и умеет считать деньги, а девелопер, кроме прибыли, еще должен мыслить образами, так вместе они решают единую задачу. Именно это — необходимое условие для успешного и красивого проекта в будущем», — заявил Сергей Цыцин, генеральный директор «АМЦ-Проект».
«Сделайте мне красиво»
Не каждый проект заказчик принимает с первого раза. В том числе потому, что сам изначально не определился, чего он хочет.
По словам Сергея Цыцина, каждый проект индивидуален, и очень важно, чтобы девелопер и архитектор вместе над ним работали. Необходимость в доработке, по его мнению, возникает, когда партнеры погружены в проект и на каком-то этапе понимают, что нужна корректировка. «Характерные причины, по которым проект отправляется на доработку, заключается в прикидочной оценке его стоимости по фасадам и инженерии, поскольку заказчику нужно уместиться в определенный бюджет. Выясняется это не сразу, а при достаточно развитом проекте, когда есть возможность проанализировать оценку его стоимости. Это касается интерьеров, фасадов, инженерии и благоустройства. Все девелоперы хотят, чтобы было очень красиво и в то же время дешево, но так, к сожалению, не получается, хотя нужно стремиться к рациональным вариантам в любом случае», — уточнил Сергей Цыцин.
Как рассказал Феликс Буянов, заказчик быстрее принимает проекты зданий общественного назначения, хотя позже их сложнее согласовывать. Проекты жилья и апартаментов чаще приходится корректировать в процессе разработки — меняются внешние условия, требования «продуктологов» и т. п.
Проект также может меняться, если партнеры не достигли полного взаимопонимания. Никита Явейн полагает важным моментом четкую и подробную формулировку исходного задания и исчерпывающие исходные данные. В противном случае, то есть тогда, когда задание формулируется в общих чертах, меняется по ходу работы, а любые решения согласовываются на разных уровнях, проект может отправиться на доработку. «Как бы то ни было, палитра возможностей, как правило, задается в изначальном задании. То, что архитектор может позволить в премиум-сегменте, в экономе — исключено. Там, где бюджеты больше, на удивление, и свободы у архитектора бывает больше. С другой стороны, такие объекты чаще всего располагаются в историческом центре, а это значит, что процесс согласований значительно сложнее», — подчеркнул Никита Явейн.
Среди задач архитектора – убедить заказчика применять при строительстве конкретные материалы. Общая планировка объекта, его конструктивный каркас, обычно, не вызывает дискуссий архитектора и девелопера. Девелоперы в большинстве случаев, приобретая участки под строительство, уже знают, какого класса объект могут на нем построить. «Чаще всего девелопер сам выбирает тот или иной материал и технологию с точки зрения его себестоимости. В зависимости от места и класса сооружения выбираются и применяемые к нему фасадные и интерьерные материалы. Именно выразительный подбор финишных материалов создает убедительный, притягательный образ и среду, где хочется жить», - поясняет Сергей Цыцин.
Однако рынок сегодня заметно изменился. Если раньше проект окупался задолго до завершения, сегодня девелоперам приходится считать экономику проекта заранее. По словам Сергея Цыцина, девелоперы конкурируют между собой по качеству, уровню, архитектуре, что заставляет их задумываться о создании качественной жилой среды. Поэтому девелоперов интересуют архитектурные изыски. «Часто в этой связи изыски являются хорошей бизнес-составляющей. Просто доброкачественный дом с правильными фасадами и выполненными нормами не является притягательным для будущих клиентов, в то время как проект с интересной архитектурной идеей, которая, в том числе, повышает себестоимость строительства, но при этом привлекательность проекта увеличивается больше, чем его стоимость. Другое дело, что все изыски и новшества должны быть оправданны и обоснованны и иметь рациональное зерно в повышении качества архитектуры, где дома приобретают индивидуальные черты, что тоже немаловажно, но эти новшества и изыски не являются какими-то капризами или субъективным взглядом архитектора на прекрасное. Все-таки все должно быть обоснованно», — полагает Сергей Цыцин.
«Девелопер приветствует архитектурные изыски на старте проекта и охладевает на стадии рабочей документации, тут искусство архитектора состоит в умении убеждать, в удержании баланса», — заявил Феликс Буянов.
Время экономить
Когда девелопер выходит на площадку после множества согласований, он – или подрядчик с его согласия — нередко начинает вносить в проект изменения. Как правило, это связано с желанием удешевить проект или с нежеланием подрядчика выполнять сложные архитектурные решения. Нередко также меняется квартирография. Все это — без согласования с архитектором. При этом архитектор не может ничего возразить, если по договору не сопровождает проект.
По словам Сергея Цыцина, «АМЦ-Проект», как правило, сопровождает проект до полного его завершения, хотя авторский надзор в нашей стране недооценены и оплачиваются по остаточному принципу.
«В идеале архитектор должен сопровождать проект на всех стадиях реализации, чтобы контролировать соблюдение авторского замысла. Однако в реальности так бывает не всегда, особенно если договор не предусматривает авторский надзор. Чтобы минимизировать отклонения, важно на ранних этапах договоренностей четко прописывать обязательства сторон и значение сохранения архитектурного концепта для конечного успеха проекта», — подчеркивает Олег Богдан.
«Не всегда архитектор сопровождает проект до его завершения, в случае смены проектировщика на рабочей стадии вероятность отклонения от проекта возрастает. Как правило, вероятна замена фасадных элементов более дешевыми, не исключены изменения планировок и отдельных конструктивных элементов», — рассказывает Феликс Буянов.
По мнению Никиты Явейна, отклонения от проекта, которые происходят на этапе строительства, когда подрядчик начинает диктовать условия, а девелопер вынужден их принимать, чтобы уменьшить стоимость, — самая слабая сторона той ситуации, которая сложилась в строительной сфере. «Сначала все долго и упорно согласовывается, а потом при строительстве происходят достаточно серьезные изменения, и становится совсем не понятно, зачем перед этим было столько согласований. Такое происходит очень часто и касается практически всех разделов, кроме конструктива», — говорит он.
Сергей Цыцин полагает, что отклонений становится меньше, и они, как правило, носят объективный характер. В частности, в последние годы строителям пришлось отказаться от многих импортных материалов, изделий и оборудования, заменив их параллельным импортом или отечественными аналогами.
Вместе с тем Данила Рогожников указывает на нехорошие последствия из-за отклонений от проекта. «Изменения проекта в процессе стройки в домах с проданными квартирами чревато штрафами, судебными разбирательствами с покупателями. Например, есть прецеденты, когда покупатель требовал соответствия сданного проекта и согласованного АГР. Контроль за последовательным соответствием АГК, АГР, проектной и рабочей документаций регулярно совершенствуется».
«Нам не жить друг без друга»
Вместе с изменениями строительного рынка меняются взаимоотношения между его участниками, включая взаимоотношения между девелоперами и архитекторами. По мнению Никиты Явейна, они стали более уважительными в последние годы: теперь все понимают, что архитектура — это важная составляющая коммерческого успеха.
Сергей Цыцин утверждает, что взаимоотношения становятся более профессиональными, и эффективность этих взаимоотношений постоянно растет.
«Взаимоотношения девелопера и архитектора — процесс творческий, они проходят через кризисы, переживают взлеты и падения, ясно одно: нам трудно жить друг без друга», — резюмировал Феликс Буянов.