Куда пойдет лифт?
Нужно ли унифицировать лифтовые шахты в новостройках и вернуть контроль и приемку лифтов Ростехнадзору? «Строительный Еженедельник» обратился к экспертам отрасли.
В августе 2025 года в Казани прошло межведомственное выездное совещание по контролю реформы лифтовой отрасли. На нем заместитель руководителя рабочей группы по решению вопросов лифтового хозяйства и повышению эффективности замены лифтов в жилищном фонде Госдумы РФ Сергей Колунов рассказал о предложениях, которые планируется внести в законопроект о системных изменениях в сфере эксплуатации и замены лифтового оборудования. Второе чтение документа должно пройти этой осенью.
Самые значимые идеи законодателей предполагают возвращение Ростехнадзору полномочий по контролю, приемке и надзору за лифтами и унификацию лифтовых шахт в новостройках. Опрошенные «Строительным Еженедельником» участники рынка поделились своим мнениям о перспективах реализации данных предложений депутатов.
Упреждающий надзор
Мы поддерживаем инициативу о возвращении полномочий по контролю и приемке лифтов Ростехнадзору, поскольку это напрямую связано с обеспечением безопасности граждан, отмечает генеральный директор METEOR Lift Игорь Майоров. «Мы также считаем целесообразной унификацию лифтовых шахт в новостройках, так как это позволит упростить проектирование и стандартизировать процесс монтажа лифтов, а также даст возможность устанавливать лифты российских производителей без необходимости доработки строительной части, а значит, минимизировать затраты при строительстве. Кроме того, это позволит упростить в дальнейшем замены лифтов после истечения срока службы 25 лет и тем самым оптимизирует расходы Фондов капитального ремонта МКД», — считает он.
Другие опрошенные участники рынка также поддерживают возвращение полномочий контроля Ростехнадзору, но акцентируют внимание на возможных сложностях, которые могут возникнуть в процессе реализации этого решения. По словам советника генерального директора по научно-техническим вопросам АО «ЩЛЗ» Сергея Павлова, Ростехнадзор имеет необходимый опыт и компетенции в данном вопросе, поэтому возвращение полномочий по контролю и приемке сдачи лифтового оборудования на объекте выглядит логичным. При этом крайне важно, чтобы речь шла не о дополнительном механизме бюрократии, а именно о профессиональном и упреждающем надзоре: «Но следует также отметить, что введение дополнительного участника в процессе приемки лифтового оборудования неизбежно увеличит сроки его введения в эксплуатацию, а поскольку сегодня Ростехнадзор испытывает кадровый дефицит экспертов по лифтам и физически не может обеспечить в моменте все объекты приемки сотрудниками, есть риски, что сроки могут значительно увеличиться».
На наш взгляд, отмечает заместитель генерального директора ЗАО «Предприятие ПАРНАС» Ольга Егоренко, Ростехнадзору контроль вернуть стоит по нескольким причинам. «Во-первых, централизация в принятии ответственных решений в нашей стране всегда работала неплохо, а вот саморегулирование не показало блестящих результатов. Во-вторых, мы имеем дело с опасными объектами, и квалификация специалистов здесь должна быть на очень высоком уровне.
Ответственные производители, как например наш завод, относятся к этому предложению довольно спокойно, мы в своем оборудовании уверены, так что качественный контроль здесь будет только “на руку”, особенно если это поможет побороться с засильем некачественного оборудования и неквалифицированного монтажа. В реализации такого решения пока не все ясно, нужны четкие алгоритмы, а главное — специалисты, опытные квалифицированные профессионалы, но на сегодняшний день, боюсь, в отрасли есть дефицит с такими кадрами», — добавляет она.
Не готов поддержать инициативу возврата полномочий по контролю лифтов Ростехнадзору, в том числе из-за таких же опасений, что и у коллег, генеральный директор «SKY LIFT» Владимир Опрышко: «Считаю, что это нецелесообразно. Современный рынок лифтового оборудования характеризуется зрелостью, конкуренцией и смещением акцента на превентивные меры и саморегулирование. Производители несут ответственность за качество и безопасность продукции на всех этапах, включая внутренний контроль и международную сертификацию. Возврат к детальному контролю каждого лифта Ростехнадзором потребует больших затрат времени и ресурсов, приведет к бюрократизации, задержкам в строительстве и снижению темпов развития инфраструктуры. Такой подход не гарантирует абсолютную безопасность из-за человеческого фактора и коррупционных рисков, а также снижает мотивацию производителей к совершенствованию».
Более рациональным, добавляет он, вижу развитие независимой оценки соответствия с привлечением аккредитованных лабораторий и органов по сертификации. Ростехнадзору следует сосредоточиться на разработке современных технических регламентов и стандартов, а также на системном надзоре: выборочных проверках, анализе статистики аварийности и выявлении системных проблем. «Эволюция и современные подходы, а не возврат к устаревшим моделям контроля обеспечат безопасность лифтового оборудования. Мы — за партнерство между государством, бизнесом и обществом в этом важном направлении», — подчеркнул Владимир Опрышко.
Плюсы и минусы
С осторожностью относятся большинство опрошенных представителей отрасли и к идее законодателей об унификации лифтовых шахт в новостройках. Предполагается, что такое решение позволит устанавливать оборудование любого отечественного производителя без доработки строительной части, что снизит стоимость монтажа и проектирования.
С одной стороны, унификация шахт в новостройках, считает Сергей Павлов, могла бы стать серьезным шагом к удешевлению и ускорению процессов замены лифтов в будущем. Но сегодняшние рыночные реалии таковы, что отечественная стройотрасль давно ушла от советской практики типового жилья с унифицированными инженерными решениями и, судя по всему, возвращаться к ней не намерена: «Эта инициатива потребует как минимум изменений в нормативной базе, пересмотра уже находящихся в работе проектных решений и готовности девелоперов работать по единым стандартам».
Схожие выводы делает и Ольга Егоренко. По ее словам, идея унификации шахт не нова, она была реализована еще в советское время, как мы помним, строительство велось по государственным стандартизированным проектным решениям, и это не всегда было плохо: во-первых, все решения были действительно проработаны и аргументированы, во-вторых, оборудование можно было подобрать довольно легко, строительство было плановым. С другой стороны, конечно, типовое строительство не радует разнообразием, дизайн обычно скучный, но ведь и задачи перед строительной отраслью сейчас совершенно другие — масштабнее и в то же время требующие индивидуального подхода, детальной проработки.
«Вероятно, унификацию лифтовых шахт применить можно уже сейчас, начать в отдельно выбранном сегменте типового строительства как пилотный проект. Предполагаю, что небольшие льготы тем застройщикам, которые внедрят унифицированные шахты, помогли бы преодолеть скепсис, например более простое и приоритетное прохождение процедур экспертизы, льготы в налогообложении и прочие мелочи наверняка порадовали бы. Не стоит особенно торопиться, сначала надо оценить промежуточные результаты, посчитать, возможно, это положительно скажется на сроках и себестоимости типового строительства. В любом случае специальное проектирование и свободный полет архитектурной фантазии это не затронет», — подчеркивает Ольга Егоренко.
Идея унификации лифтовых шахт привлекательна, полагает Владимир Опрышко, но требует оценки реализуемости. Из преимуществ — экономия, надежность, эффективность и экологичность. Упрощается процесс изготовления деталей и компонентов, уменьшается количество используемых материалов и технологий. Стандартизированные шахты облегчат монтаж лифтов, сократят сроки ввода в эксплуатацию и снизят расходы на техническое обслуживание. Единообразие конструкций облегчит контроль качества и повысит надежность конструкции, снизит риск аварий и поломок. При этом уменьшается потребность в разработке новых проектов и документации, что снижает административные издержки.
«К недостаткам я бы отнес ограничение инноваций: строгость стандартов может препятствовать внедрению инновационных решений и технологий, ограничивая возможности для развития отрасли. Универсальные решения могут не подходить для всех регионов, особенно с особыми климатическими условиями или архитектурными особенностями зданий, а также развитию нишевых направлений (например коттеджные лифты). Переход на унифицированные стандарты потребует значительных инвестиций, включая переобучение персонала, модернизацию производственных мощностей и обновление технической документации. Считаю, что унификация лифтовых шахт целесообразна, но требует тщательной подготовки и учета особенностей российского рынка. Необходимо разработать гибкую систему стандартов, позволяющую сочетать преимущества стандартизации с возможностью внедрения новшеств и адаптацию к региональным особенностям», — резюмирует представитель лифтовой отрасли.
Городские агломерации — не просто скопление потребителей, но локомотив для развития инфраструктуры и экономики соседних регионов и всей страны. Министерство экономического развития РФ надеется, что в 2023 году к 22 существующим агломерациям добавятся еще семь. Но пока подобные скопления возникают скорее стихийно, чем по плану: процесс сдерживает низкая эффективность территориального планирования, использования бюджетных средств и проч.
О вкладе агломераций в экономику и наборе инструментов, которые позволяют усилить экономический эффект, рассуждали участники сессии «Агломерации: точка роста в эпоху турбулентности» в ходе ПМЭФ-2023.
Статистика + экономика
Фонд «Центр стратегических разработок» провел исследование, по итогам которого выяснил: в России есть 22 агломерации с населением более 1 млн человек. Всего в российских агломерациях проживают 59 млн человек. В некоторых численность людей растет, в других — сокращается.
Агломерации привлекают половину всех инвестиций в стране и обеспечивают 53% экономики.
Основная масса агломераций сосредоточена в центре страны. Разумеется, самая большая — Московская. Это крупнейший рынок сбыта — 23% потребления от всех домашних хозяйств, хорошо развитая инфраструктура, крупный научный центр.
В Московской агломерации проживают более 20 млн человек. Другие образования заметно меньше, и сравнивать их между собой неправильно, полагает Владимир Ефимов, заместитель мэра Москвы в Правительстве Москвы по вопросам экономической политики и имущественно-земельных отношений. Эффект масштаба, по его словам, позволяет увеличить производительность труда. В столичной агломерации она в два раза выше, чем по стране. Например, поезд в метро перевозит в Москве ежедневно 1,5 тыс. человек, в любом другом регионе — меньше. Т. е. производительность получается меньше.
Самое главное, подчеркнул Владимир Ефимов, транспортная связанность и скорость перемещения внутри агломерации, что экономит время, невозобновляемый ресурс. По его словам, построенные и строящиеся транспортные артерии связывают разные точки Москвы и позволяют ускорить экономический оборот.
О необходимости транспортных связей говорил и Алексей Текслер, губернатор Челябинской области. В регионе есть и формируется несколько агломераций — в соответствии с концепцией. Транспорт — это первый вектор развития. Второй приоритет — концепция 20-минутного города: жилье, культура, спорт, здравоохранение, работа должны находиться в 20-минутной доступности. Алексей Текслер подчеркнул: по каждому муниципалитету есть программа развития.
В том числе формируется агломерация Челябинск — Екатеринбург, притом что расстояние между городами составляет 180 км. По словам Алексея Текслера, аналогов в стране нет. «Мы видим в агломерациях драйвер развития», — резюмировал он.
Способы и методы
Власти заинтересованы в создании агломераций. Как заявил Дмитрий Вахруков, заместитель министра экономического развития РФ, эта тема давно в повестке министерства. Однако пока, по его словам, «больше обсуждаем, чем делаем, потому что все развиваются самостоятельно».
Но темпы развития агломераций в регионах отстают от темпов двух столиц. Причин много. По словам Дмитрия Вахрукова, это дефицит земельных и трудовых ресурсов, недостаток инфраструктуры в регионах, транспортные проблемы, в некоторых агломерациях — сокращение населения. Кроме того, в отличие от столичных образований практика муниципальных взаимодействий работает слабо: почти нет случаев, когда муниципалитеты объединяются для совместных проектов. Планы муниципалов не синхронизированы: кто-то строит дорогу, которая не имеет продолжения в соседней локации. Кто-то опережающими темпами наращивает жилищное строительство, не обеспечивая рабочих мест.
Развитие регионов сдерживает эффективность территориального планирования, эффективность использования бюджетных ресурсов.
Поэтому власти начали проекты — долгосрочные программы развития агломераций. В этом году ожидается появление семи новых образований, в том числе в Екатеринбурге и Нижнем Новгороде. Задача — вывести темпы экономического роста на уровень выше среднего по стране. Для этого формируются экономические модели — набор мероприятий, которые нужны для развития региона. В числе инструментов — инфраструктурные кредиты, реструктуризация ранее выданных займов.
Наталья Трунова, аудитор Счетной палаты РФ, сомневается в бездействии властей. Она полагает, что правительство в достаточной мере поддерживает формирование агломераций. Это, например, крупные проекты, связанные с инновационным развитием. Это вложение огромных средств в строительство жилья и развитие городской среды. Это инфраструктура и качественные дороги — проблема, над которой Минтранс работает с 2018 года. И т. д. «Колоссальный комплекс инструментария», — резюмировала Наталья Трунова.
Агломерации, отметил Дмитрий Вахруков, становятся точками притяжения человеческих ресурсов. Хотя бы из-за более высокой зарплаты. Поэтому, формируя агломерации, надо действовать аккуратно, «чтобы агломерации не высосали весь ресурс из других территорий», подчеркнул Дмитрий Вахруков.
В тени агломераций
Агломерации действительно становятся точками притяжения — нынче на заработки едут не на Север, а в Москву. Но, по словам Павла Смелова, заместителя генерального директора фонда «Центр стратегических разработок», все экономики всех субъектов так или иначе связаны.
Сегодня в Москве образовался огромный рынок труда, где работают 875 тыс. человек, не проживая в столичной агломерации — они приезжают из соседних регионов.
«Рост выпуска продукции на 1 рубль в Москве стимулирует выпуск на 20 коп. в регионе, который связан со столицей», — отметил Павел Смелов.
Павел Малков, губернатор Рязанской области, подтвердил: люди уезжают в поисках высокооплачиваемой работы. А по соседству Москва — огромный рынок сбыта при коротком плече доставки. «Агломерация — это вызов», — подчеркнул Павел Малков.
Региональным властям приходится думать, как удержать людей. «Сейчас идет работа по созданию новых рабочих мест, создаются общественные пространства… чтобы люди не уезжали», — добавил Павел Малков.
По его словам, риск здесь один — неготовность работать по новым правилам.
«Российское могущество прирастать будет Сибирью…»
Участники дискуссии единодушны: агломерации — эффективны в экономическом плане, необходимо их развивать для поступательного движения экономики страны.
По мнению Владимира Ефимова, «административно никого ни с кем объединять не надо, надо дороги строить».
Он полагает, что надо искать точки роста в агломерациях, которые стагнируют. При этом указывает: регионам, у которых много муниципальных образований, сложнее сформировать агломерацию. Но агломерации, убежден Владимир Ефимов, надо развивать по всей стране.
Агломерации в России очень разные, указала Наталья Трунова. Не везде растет численность населения. Не в каждой есть экономический рост — он рост в наиболее активных, а где-то стагнация.
Идет перестройка секторов экономики — нужен масштаб, нужна кооперация сначала для создания транспортных связей, для организации новых производств.
По словам Натальи Труновой, соседний Китай уже перешел к новой фазе — начал выстраивать мегарегионы: 11 городов с населением от 5 млн человек, а в России только Московская агломерация более-менее соответствует подобным масштабам. Поэтому, отметила Наталья Трунова, очень важно развивать такие агломерации, как Екатеринбург — Челябинск.
По ее словам, постепенно компании начинают перемещаться в Сибирь. В том числе потому, что некоторые города уже готовы стать частью агломерации.
Доля энергетики из возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в России пока мала и растет медленно. Наращивать ее надо, но при этом отечественные компании до последнего времени работали на импортном оборудовании и цена энергии из возобновляемых источников достаточно велика. Участники рынка поставлены перед выбором: технологический суверенитет страны или низкая цена энергии.
Проблему выбора обсудили участники сессии «Возобновляемая энергетика: низкие цены на электроэнергию или технологический суверенитет?», прошедшей в рамках Петербургского международного экономического форума. Они пришли к выводу: нужен баланс между ценой и суверенитетом.
Малые мощности
В 2022 году доля ветровой (ВЭС) и солнечной энергии (СЭС) составила в России 19% от мирового производства. По данным Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ), в 2022 году самая большая доля СЭС и ВЭС в совокупном объеме выработки электрической энергии зафиксирована в странах Европы. Но наибольший совокупный объем мощности СЭС и ВЭС по итогам года зафиксирован в Китае — 759,0 ГВт. Китай считается бесспорным лидером, который, кроме прочего, придумывает новые технологии для солнечной и ветровой энергетики. Например, солнечные батареи из гибкого кремния. Китай выступает основным поставщиком технологий.
По данным Федеральной антимонопольной службы, на 1 января 2023 года в стране действовали 186 объектов ВИЭ. По подсчетам АРВЭ, доля генерации составляет всего 1% в общем объеме. По словам Алексея Жихарева, директора АРВЭ, господдержка этого сегмента «очень умеренная», игроков на рынке мало — в основном это молодые компании, которые базировались на трансфере западных технологий.
Двигатель прогресса
Чтобы снизить затраты на электроэнергию, которую генерируют ВИЭ, необходимо удешевить оборудование. Это также поможет России конкурировать на мировом рынке.
«Модернизировать европейские технологии, потом выйти с ними на рынок не получится — нужна глубокая модернизация. Можно ли выиграть войну чужими танками, которых у нас нет?» — рассуждает Валерий Селезнев, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике.
Михаил Хардиков, руководитель энергетического бизнеса En+ Group, генеральный директор АО «ЕвроСибЭнерго», удивляется: «Был же технологический суверенитет до СВО. А теперь нет — это что за локализация была?»
По его мнению, с оборудованием для ГЭС, а это тоже источники возобновляемой энергии, проблем нет, оно все производится в России, причем разными компаниями. А вот уровень локализации по ВИЭ «надо посмотреть».
С 2007 года, отметил Михаил Хардиков, компания «ЕвроСибЭнерго» много оборудования закупала в Китае. На тендерах китайские компании конкурировали с российскими и европейскими (за исключением последнего времени) и выигрывали.
Он полагает: «Нужно выбирать — что хотим свое и до какой степени».
Виталий Королев, заместитель руководителя, Федеральная антимонопольная служба (ФАС России), согласен: «Надо снижать капитальные затраты».
По его словам, наработки технологий есть в Росатоме, например. Планируется проект по поликремнию, реализация которого позволит не зависеть от китайских поставщиков, «которые очень подняли цены».
Кроме того, компания «Юнигрин Энерджи» в 2023 году запустит завод по производству оборудования для солнечной энергетики в Калининграде. Это будет предприятие полного цикла, рассказал Олег Шуткин, заместитель генерального директора ООО «Юнигрин Энерджи»: кремниевая пластина, ячейка и модуль.
Сейчас тема возобновляемой энергетики появилась в новых регионах — в странах Латинской Америки, Африки, и Олег Шуткин полагает, что новые страны будут заинтересованы в российской продукции.
«Чтобы мы могли конкурировать, надо говорить о более серьезных инвестициях в НИОКР. Ключевое слово — технология, а не каждый винтик», — заявил Алексей Жихарев.
Он также полагает важным не зависеть от одного поставщика, если мы хотим создать уверенно развивающуюся отрасль с ориентацией на экспорт с паритетной ценой.
Или-или
Выбор между низкой ценой на электроэнергию и технологическим суверенитетом зависит от позиции той или иной компании — потребитель она или производитель. Компания «Н2 Чистая энергетика» выступает в двух ипостасях. Однако Алексей Каплун, генеральный директор, ООО «Н2 Чистая энергетика», утверждает: «Для нас низкие цены важнее».
При этом для потребителя не важно, откуда именно он получит энергию: важнее цена. Потому что, констатирует Алексей Каплун, «цены давно не низкие».
По мнению Олега Шуткина, для стабилизации цен на отечественное оборудование можно масштабировать бизнес. По крайней мере, «Юнигрин Энерджи» так и поступает. «Мы масштабируем производство, чтобы быть конкурентными», — заявил он.
В то же время некоторые эксперты полагают, что необходимости выбирать нет. По словам Виталия Королева, потребители отстаивают право на доступную энергию, и цены надо снижать. Но можно параллельно снижать затраты и наращивать технологический суверенитет. «Механизмы есть. Нужно их скомпоновать и правильно использовать», — заявил Королев.
Эксперты называют ВИЭ перспективным направлением. «Есть спрос на низкоуглеродную энергию. Углеродная повестка есть и будет», — говорит Михаил Хардиков.
Но в то же время напоминает: ВИЭ — не только солнце и ветер, но и ГЭС.
«Надо определять не долю ВИЭ, а роль», — убежден Валерий Селезнев.
По его словам, нужен крупный — государственный— игрок в этом сегменте рынка. А пока нет ни такого игрока, ни внятного законодательства, ни политической воли, ни ясной перспективы хотя бы до 2030 года.
