Архитекторам будущего нужна практика
После приема на работу молодых специалистов — выпускников архитектурных вузов сотрудники архитектурных компаний обнаруживают некоторые пробелы в образовании новичков. Причина — отсутствие у вчерашних студентов, которым предстоит возводить города будущего, практики в нужном объеме.
Вчерашние студенты архитектурных вузов приходят на работу в архитектурные студии и бюро, имея какой-либо багаж знаний и умений. Но он, как правило, неполон. «Трудоустройство молодых специалистов в целом положительно влияет на проектный процесс, однако наилучшие результаты демонстрируют те, кто уже во время обучения проходили стажировки и участвовали в реальных проектах», — отмечает Марина Самусенко, руководитель архитектурного отдела WE-ON.
По ее словам, молодые сотрудники обладают важными качествами, дающими им преимущество, но также присутствуют недостатки. Среди преимуществ можно выделить мотивацию к профессиональному росту: новички проявляют искренний интерес к цифровому проектированию и активно развиваются в процессе работы. Кроме того, они со своим свежим взглядом способны предложить нестандартные решения и генерировать новые идеи.
К перечню недостатков Марина Самусенко относит слабое знание нормативной базы, поверхностное владение инструментами: «Хотя они знакомы с интерфейсом программ, им не всегда хватает навыков эффективной автоматизации и параметрического проектирования».
Возможно, все это проистекает из дефицита практического опыта.
Руслан Шотаев, главный архитектор KPLN, также обращает внимание на разный уровень подготовки студентов: «Являясь частью разнообразного образовательного ландшафта, мы замечаем, что уровень подготовки выпускников различных учебных заведений может значительно варьироваться. Методические подходы к обучению отличаются, и успех зависит не только от учебной программы, но и от квалификации преподавателей и индивидуальных особенностей студентов. В нашей практике мы наблюдаем, что одни выпускники преуспевают в технических навыках, другие — в аналитическом мышлении или творческих способностях».
В то же время, по его словам, именно такое разнообразие позволяет сформировать команду, способную эффективно справляться с различными задачами — от концепции до рабочей документации.
Отдельная история — BIM/ТИМ-проектирование. «Сложно себе представить, что вуз способен подготовить специалиста, который с ходу сможет работать в ТИМ-проектировании с учетом внутренних стандартов организации и требований заказчиков. Для нас это не является проблемой, поскольку мы располагаем крепкой командой ТИМ-специалистов, но в любом случае необходимо закладывать определенное время на адаптацию недавних студентов. И в этом смысле серьезное преимущество оказывается у тех ребят, которые во время учебы проходили у нас практику», — рассказывает Евгений Новосадюк, партнер Архитектурного бюро «Студия 44», преподаватель Санкт-Петербургской академии художеств им. Ильи Репина.
В компании KPLN действуют целенаправленно: идет отбор кандидатов, обладающих подходящими навыками, затем проводится тестирование перед началом работы. «В случае недостаточного уровня подготовки в области программного обеспечения мы рекомендуем пройти дополнительные курсы обучения, что позволяет нашим сотрудникам уверенно стартовать в своей карьере», — уточнил Руслан Шотаев.
Марина Самусенко полагает, что у вчерашних студентов ограничено понимание взаимосвязей между разделами проекта (архитектура, конструкции, инженерия), в том числе в BIM-среде. Однако у них есть преимущество: гибкость в освоении новых технологий. Молодые специалисты быстро адаптируются к современным ТИМ-платформам.
«Студенты, как правило, развивают свои навыки в процессе выполнения индивидуальных проектов. Однако мы часто сталкиваемся с необходимостью адаптировать их к командной работе, где индивидуальные ошибки могут существенно повлиять на общую продуктивность. В этом спектре они быстро развиваются и уже через два-три месяца работы в KPLN зачастую начинают соперничать с более опытными коллегами», — резюмировал Руслан Шотаев.
Учиться, учиться и учиться
Любая архитектурная компания имеет в своем портфеле очень разные проекты. Среди них есть воплощенные, но не всегда эскизный проект или концепция завершается зданием. По мнению специалистов, приходящие в компанию молодые архитекторы не всегда осознают, что придуманный ими проект может превратиться в реальный объект. И этому тоже в числе прочего приходится обучать вчерашних студентов внутри компании.
«Основная проблема поколения нынешних студентов — в инфантильности. Наверное, каждое прошлое поколение может сказать нечто похожее о каждом последующем, но тем не менее. Приходится учить их ответственности, добиваться от будущих архитекторов осознания того, что их идеи могут быть воплощены. Часто бывает так, что преподаватель оказывается заинтересован в результате даже больше студента. Вообще, образование — это обоюдный процесс», — рассуждает Евгений Новосадюк.
В рамках обоюдного процесса наставники, по его словам, тоже учатся у студентов. Например терпению. «После того как недавние выпускники оказываются в большом архитектурном бюро, нередко возникают два блока вопросов. Один связан с техническими навыками, другой — с пониманием архитектурного языка. И если я готов потратить свое время на то, чтобы подтянуть молодого коллегу в первом вопросе, то со вторым намного сложнее: если нет совпадения, нет общности в понимании архитектуры, то, скорее всего, плодотворной совместной работы не выйдет», — заключил Евгений Новосадюк.
По словам Марины Самусенко, новичкам приходится объяснять множество вещей. Например работу в BIM: выпускники знают базовый функционал Revit, ArchiCAD, но не всегда понимают принципы информационного моделирования. Или, например, приходится учить применению нормативов: объяснять, как использовать регламентирующие документы в практической деятельности. То же касается оформления документов, взаимодействия с заказчиками, экспертизой, ведение переписки и т. д.
Кроме того, надо учить работе в команде. «Поскольку вузы не уделяют этому достаточного внимания, новички не всегда осознают свою роль в общем проекте. И зачастую они не представляют, как их идеи будут функционировать в реальных условиях», — добавила Марина Самусенко.
«Выпускники, как правило, не имеют практического опыта в реальном проектировании, что может привести к недостаточному пониманию профессиональных реалий, таких как требования клиентов и постоянно меняющиеся нормативные ограничения. Кроме того, им не хватает знаний о взаимодействии с коллегами смежных направлений проектирования. Мы помогаем им адаптироваться и учитывать эти важные аспекты в работе», — отметил Руслан Шотаев.
Ликвидация пробелов
У действующих архитекторов есть целый перечень предложений по усовершенствованию системы подготовки архитектурных кадров. Основное направление — больше практики. Так, по мнению Марины Самусенко, нужны стажировки, разбор реальных кейсов, чтобы приблизить учебные задачи к профессиональным реалиям, а также привлечение практикующих специалистов в качестве преподавателей или наставников.
«Для повышения качества образования в системе подготовки кадров необходимо, чтобы в учебный процесс вовлекались только увлеченные и компетентные специалисты-наставники, способные зародить у студентов интерес и привить им любовь к профессии. Важно вливаться в работу во время практики в архитектурных бюро как можно чаще, чтобы к концу обучения иметь представление, как устроен рынок, и знать, каким будут первые шаги в профессии», — отмечает Руслан Шотаев.
Кроме того, Марина Самусенко убеждена в необходимости внедрять современные технологии: углубленное изучение BIM, автоматизацию проектирования, введение модулей по актуальным трендам — например зеленое строительство, энергоэффективность и другие современные направления. Также необходимо регулярно обновлять учебные материалы: изменения в нормативной базе, ПО и методиках проектирования. «Это позволило бы сократить время адаптации после выхода на работу», — подчеркнула Марина Самусенко.
По мнению Евгения Новосадюка, система образования до ее перехода на бакалавриат и магистратуру была сильна тем, что ставила своей целью не получить на выходе специалиста, который умеет выполнять определенный спектр задач, а научить самостоятельно искать подходы к их решению. «У нас сейчас настолько подвижная и живая структура нормативной базы, технических средств, программного обеспечения, что многие конкретные навыки быстро становятся неактуальными, тогда как умение обучаться, анализировать и адаптироваться оказывается основным условием для профессионального роста. Именно поэтому во время обучения отдельным типом учебного задания могут стать задания, связанные с моделированием некоих нетривиальных ситуаций, когда студентам необходимо проявлять творческие и коммуникационные навыки, напрямую не связанные с их техническим арсеналом», — заключил он.
Умные лифты постепенно получают все большее распространение, они стали востребованы для объектов самого разного назначения. Это сложные системы, более дорогие, но и более совершенные.
Существующие сегодня подъемники далеко не примитивны. «В данный момент “глупых лифтов” не существует. Кроме механической, лифтовое оборудование имеет продвинутые электронную и вычислительную части, широкий набор датчиков различного назначения и систем обработки данных, систем голосового сопровождения и информирования, систем распределения пассажиропотока с многое другое», — объясняет Владимир Попов, директор по ключевым проектам ООО «МОДТФИЛ».
«Уже есть технологии отслеживания состояния лифта в режиме реального времени: на какой остановке находится лифт, какое количество сбоев, статистика работы за месяц, какие работы проводились на лифте и каким механиком и т. д. Это из технических аспектов внедрения, но также есть решения интеграции систем аналогов “Алиса” в кабине лифта с выводом запрашиваемой информации на большой дисплей или монитор, распознавание пассажира и приветствие его с автоматическим нажатием нужного этажа, так называемый контроль доступа. Это, скорее всего, про перспективы», — рассуждает Дмитрий Мареев, генеральный директор Санкт-Петербургского лифтового завода.
По словам Владимира Попова, понятие «умный лифт», с точки зрения пользователя, заключается в качественном повышении уровня общения человек — машина, новыми мультимедийными возможностями. «В последние пять-десять лет сервисы, связанные с ИИ и «облачными» решениями, стали развиваться более активно. Становятся умными телефоны, поумнели колонки, телевизоры, пылесосы, автомобили… И почему бы не поумнеть еще и лифту?» — говорит он.
С точки зрения пользователя, полагает Владимир Попов, новое устройство или сервис не должны требовать дополнительных усилий. Этим многие разработчики пренебрегают, делая решение «для инженера», не ставя себя на место пользователя.
Лифт от производителя
Собственные разработки имеют многие компании. Так, Серпуховской лифтостроительный завод (СЛЗ) первым из отечественных компаний запустил проект по созданию интерактивного лифта. Интерактивные панели в кабинах представляют собой сенсорные экраны, которые имеют различное предназначение: дисплеи отображают сводки погоды, графики движения общественного транспорта, биржевые котировки и т. д. Как отметил Алексей Григорьев, коммерческий директор СЛЗ, в дальнейшем эти функции будут полностью интегрированы в инновационные технологии искусственного интеллекта и «облачные» сервисы.
У компании «МОДТФИЛ» есть собственная разработка, в числе достоинств которой — простота и безопасность в эксплуатации, независимость от внешних сторонних систем, возможность увеличить перечень функций, а также доступность с точки зрения производства, цены и монтажа.
ООО «Лифт-Комплекс ДС» разработало диспетчерский комплекс «Обь» для умного лифта. Мария Тютюнник, главный специалист направления «Проектирование» компании, уверена: «Функционал умного лифта во многом зависит от возможностей самой станции управления лифтом и системы диспетчерского контроля, обеспечивающей получение в реальном времени информации о работе лифта».
Щербинский лифтостроительный завод (ЩЛЗ) реализует в своих лифтах «умные» опции Smart Air Clean, SmartMirror и Smart Air Key. SmartMirror позволяет транслировать пассажирам справочную либо рекламную информацию, не нарушая эстетики. Smart AirClean — система дезинфекции воздуха и поверхностей кабины лифта, работающая при отсутствии пассажиров в лифте. Smart Air Key — система бесконтактного управления и приоритезации доступа. В основе решения лежит уникальная цифровая метка, которая работает через защищенный крипто-протокол и позволяет пассажиру совершать поездки на лифте, не касаясь кнопок, используя приложение в своем смартфоне.
«Это очередной шаг в развитии концепции умных зданий и их более развитой инфраструктуры. В перспективе мы видим развитие этого тренда в появлении цифровых ассистентов и голосовых помощников, систем умного освещения, климат-контроля, а также в более глубокой интеграции лифтового оборудования в цифровую экосистему дома», — поясняет Юрий Лядунов, руководитель отдела бизнес-аналитики и мониторинга рынка ЩЛЗ.
METEOR Lift работает над несколькими решениями: часть уже внедрена в производство, часть находится в разработке. Например, система Meteor Pass, которая позволяет управлять оборудованием с помощью смартфона через Bluetooth: система распознает приближение пользователя, вызывает лифт и отвозит пассажира на нужный этаж. Первые лифты с такой системой уже поставлены заказчикам.
На предприятии разработана и внедрена опция установки информационного экрана в зеркало лифта. Он позволяет транслировать рекламу, данные о погоде, курсах валют и т. д., а в выключенном состоянии выглядит как обычное зеркало. Компания уже поставила более 150 лифтов с такой опцией.
«В 2023 году мы запустили проект “Цифровой лифт”, в рамках которого уже реализуется подпроект “Цифровой сервис”. Он предусматривает создание системы, позволяющей передавать информацию о состоянии лифта в режиме реального времени в сервисные подразделения компании. В перспективе в рамках проекта “Цифровой лифт” мы намерены использовать механизмы предиктивной аналитики и создать цифровой двойник. Это виртуальная модель, синхронизированная с оригиналом и дающая возможность понять, что будет происходить с ним в тех или иных условиях. Система будет вести ретроспективный анализ параметров телеметрии оборудования, что позволит выявлять закономерности при эксплуатации вертикального транспорта, в том числе признаки скорого выхода из строя компонентов оборудования. Опытную эксплуатацию системы планируется запустить в 2025 году», — рассказал Игорь Майоров, генеральный директор METEOR Lift.
По его словам, к системам умного лифта можно отнести решения с компьютерным зрением и речевой аналитикой, которые позволяют считывать информацию с камер и микрофонов в кабине лифтов и уведомлять операторов обслуживающих компаний о нештатных ситуациях и противоправных действиях. Такие разработки уже ведутся в METEOR Lift при участии «Сбер Бизнес Софт».
Часть поставок лифтов сегодня идет из Белоруссии, где производители также работают над системами умного лифта. Например, ОАО «Могилёвлифтмаш» в 2024 году запустило производство умных лифтов, оборудованных программно-аппаратным комплексом OPENY — системой бесконтактного управления подъемного оборудования с помощью мобильного приложения на мобильном устройстве.
«В настоящее время имеется техническая возможность дооборудовать лифты опциями, которые повысят его интеллектуальные и функциональные особенности: умным зеркалом с трансляцией погодных условий, последних новостей города или управляющей компании. Но главная особенность, из-за которой мы называем его умным, — способность лифта определить пассажира как личность, открывая двери до его приближения, и самостоятельно задавать нужный этаж после входа в кабину. Пассажиру необходимо только зайти в кабину, все остальное сделает за него наш интеллектуальный лифт. Еще одна из возможных опций, которую мы можем предложить, — сбор, запись, хранение и передача информации обо всех ошибках, техническом обслуживании с возможностью эксплуатационной службе наглядно следить и понимать особенности конкретного лифта», — рассказал Анатолий Черников, генеральный директор ООО «Могилёвлифт» (Петербург).
Степень сложности
Разумеется, умные лифты — более сложные системы, нежели стандартные. Соответственно, их изготовление и монтаж требуют больше усилий, что сказывается и на ценах.
По словам Дмитрия Мареева, умные лифты зачастую требуют более сложных и специализированных установок из-за необходимости интеграции с системами управления, беспроводными сетями и другими умными устройствами. Это может потребовать более квалифицированных специалистов и специализированного оборудования.
«Сроки монтажа умных лифтов могут продлеваться из-за дополнительных этапов проверки, настройки сетевых подключений и тестирования функционала. В то время как монтаж обычного лифта может занять меньше времени, особенно если используются стандартные технологии. Обычно монтаж умного лифта занимает на 10–30% больше времени по сравнению с обычным лифтом из-за вышеупомянутых факторов», — пояснил он.
В то же время Анатолий Черников утверждает: разницы по срокам и сложности монтажа нет, если система для производителя понятна.
«Сам монтаж не зависит от технической оснащенности лифта, вся сложность и дополнительное время уйдут на пусконаладочные работы, важно связать работу лифта со сторонним оборудованием», — подчеркнула Ирина Степанова, руководитель ООО «НС-ЛИФТ».
Александр Матвейчев, заместитель директора Научно-технического центра ОАО «Могилёвлифтмаш», уверен: «Наличие функции “умный лифт” предусматривает увеличение стоимости лифта не более чем на 10%, не приводит к увеличению сроков монтажа лифта, так как все дополнительное оборудование предустанавливается при производстве лифта».
Производители сходятся в одном: цена на умный лифт больше. Однако разброс цен велик: от 1% до 50% в зависимости от конкретного набора опций и требований заказчика.
Как отметила Ирина Степанова, цена даже обычных лифов сильно варьируется в зависимости от комплектации и отделки, цена отдельных «фишек» может составить как 10% от общей стоимости, так и все 100%.
Сергей Софронов, коммерческий директор ГК «ПСК», при этом подчеркивает: «Умный лифт, разумеется, дороже. Но он дает выигрыш как в электропотреблении, так и в немаловажной опции удаленного доступа и самодиагностики. То есть это еще и определенная экономия на обслуживании. Поэтому спрос на более продвинутые лифты будет во всех сегментах сообразно экономике их строительства. Но в первую очередь такие лифты востребованы в сегментах бизнес-класса и выше».
В то же время Юрий Лядунов указывает на возможность окупить дополнительные затраты: «К примеру, для лифтов в торгово-развлекательных центрах система SmartMirror достаточно быстро окупит себя за счет рекламных контрактов с арендаторами, а Smart Air Clean позволит снизить эпидемиологические угрозы в условиях высокого пассажиропотока».
По словам Сергея Софронова, умные лифты востребованы прежде всего в высотных офисных зданиях и отелях с большой интенсивностью использования. «Оптимизация движения в пересчете на год экономит заметные деньги. В жилом доме лифт должен быть в первую очередь надежным (особенно в многоэтажном), энергоэффективным и ремонтопригодным. В целом, чем выше дом, тем дороже вся система подъемных машин. И отказ лифта в 30-этажном здании — это большая проблема. В четырех-пятиэтажном — просто временное неудобство», — заключил он.
Решать проблему дефицита кадров в отрасли демонтажа, считают представители ГК «АРАСАР», нужно системно при поддержке государства и профессионального сообщества.
По оценке экспертов, в настоящее время в индустрии профессионального демонтажа в России работают около 200 тыс. человек. Эта цифра не учитывает персонал специализированных подразделений некоторых крупных строительных компаний, которые сносом зданий и сооружений занимаются самостоятельно. Так как объемы демонтажных работ в стране ежегодно растут — увеличивается и потребность рынка в новых квалифицированных кадрах.
Как и в целом в сфере строительства, в отрасли профессионального демонтажа сейчас наблюдается дефицит кадров. Особо ценных сотрудников руководители демонтажных компаний готовы искать в других городах, предлагать им служебное жилье, бонусы и другие «плюшки». С учетом того, что в демонтажные работы внедряются новые инновационные технологии, растет спрос и на специалистов особо узких категорий, которые благодаря своим знаниям и навыкам способны существенно оптимизировать деятельность организации.
По мнению лидеров рынка, важно как можно быстрее и эффективнее решить вопрос нехватки квалифицированных кадров. Для этого, считают они, на государственном уровне необходимо разработать систему подготовки кадров для отрасли демонтажа. Профессиональные сообщества и ассоциации должны еще более активно заниматься профессиональной переподготовкой кадров для индустрии демонтажа. Кроме того, важно разработать механизмы стимулирования молодых специалистов к выбору профессий, связанных с демонтажными работами. Среди таковых — программы стажировок, льготные или бесплатные условия обучения, возможности карьерного роста и другие мотивационные меры.
По словам основателя ГК «АРАСАР» Александра Штарева, главная особенность демонтажной отрасли состоит в том, что в стране нет профильного образования. Ни один институт не учит профессионалов для данной сферы. Все обучение происходит внутри демонтажной компании. «Важно отметить, что работы по демонтажу часто уникальны, всегда сопряжены с повышенной опасностью, поэтому стандарты безопасности должны быть выше, чем в какой-либо строительной организации. Объекты требуют самой доскональной проработки и оценки рисков. Все это накладывает соответствующие требования на специалистов».
Конечно, дефицит кадров в отрасли ощущается, признается Александр Штарев, как и везде. Причины этого очевидны. По его мнению, решение проблемы нехватки квалифицированных специалистов должно быть системным, взять его на себя обязано государство. Кроме того, важно и самим участникам отрасли сохранять кадры, создавать вовлеченность сотрудников в рабочий процесс.
«В нашей компании подбор на любую должность рассматривается не с позиции “человек — функция”, а в первую очередь с точки зрения психологических особенностей человека, насколько он соответствует духу компании и запросам должности. Наиболее востребованы, безусловно, специалисты инженерных специальностей. В связи с тем, что демонтаж — достаточно узкое направление, специалистов с нужным нам опытом крайне мало, поэтому чаще отдаем предпочтение молодым ребятам, которым интересен демонтаж и которые готовы учиться. У нас существует внутренняя система обучения молодых специалистов, сейчас работаем над оформлением корпоративной школы. В компании есть сотрудники, которые приходили к нам на позицию рабочего и со временем становились мастерами, прорабами и даже руководителями, мы всегда смотрим, кто на что способен, какие амбиции у человека. Кроме того, у нас принято хотя бы раз в месяц проводить какое-либо мероприятие, это может быть что-то познавательное — обучение, «круглый стол», семинар или же что-то развлекательное — выезд на природу, игры, квесты, которые укрепляют корпоративный дух», — подчеркнул основатель ГК «АРАСАР».
