Ван Эгераат вписался в поворот
Последнее заседание петербургского Градсовета было посвящено обсуждению знакового проекта: и по авторству – его представлял известный голландец Эрик ван Эгераат, и по расположению на карте города. Спроектированный элитный жилой комплекс, по замыслу мэтра, будет отражаться в водах Мойки и Крюкова канала. Его силуэт, асимметричный и стремительный, будет по-разному смотреться с двух сторон Мойки, но в любом случае станет приковывать взгляд – и лебединой белизной, и «необщим выражением» подчеркнуто современного фасада.
Превратности функций
На крутых поворотах истории невинной жертвой зачастую оказывается архитектура, причем по мотивам, связанным не с эстетикой, а исключительно с функцией.
В Санкт-Петербурге, на повороте течения Мойки за Поцелуевым мостом, в 1796 г. Иван Старов построил здание для Литовского мушкетерского полка с приземистыми круглыми башнями, напоминавшее крепость. Спустя 40 лет Иосиф Шарлемань, переосмыслил здание для другого предназначения – Исправительного арестантского дома. При Александре II здесь стали содержать как уголовников, так и «политических». И эта «комплексная» функция обрекла замок на гибель в феврале 1917 г. В те дни от Литовского замка остались одни головешки.
Советская власть приспособила образовавшуюся пустоту для принципиально иной функции: у остатка стены замка возникла школа, а на фасадной линии Мойки в 1961 г. построили по-хрущевски минималистский домик-кубик для детского сада. Нельзя сказать, что он радовал глаз среди архитектуры XVII-XIX вв.
Однако на очередном крутом повороте «кубик» стал смотреться чуждо, и не только по эстетике, но опять же по функции. Он занимал место, которое в новом градостроительном языке принято называть видовым, или открыточным. И когда детское учреждение отсюда переехало, стало ясно, что «кубику» жить недолго, и на этом месте возникнет нечто кардинально новое – сугубо частное, для потребностей нового состоятельного класса.
Альтернатива была. На заседании Градсовета архитектор Юрий Земцов напомнил, что при разработке проектов Мариинки-2 и Новой Голландии весь квартал между рекой, каналом, ул. Декабристов и пер. Матвеева предлагали снести, чтобы образовать по-европейски просторную пешеходную площадь.
Но история вновь слегка повернулась: случился финансовый кризис, широким массам стало не до досуга, трансформация Новой Голландии замерла, а затем переосмыслилась, а процедура сноса квартала в новых бюджетных реалиях оказалась неподъемной. Тем более что в таких случаях необходимо разрешать имущественные вопросы, а участок на углу Мойки и канала был уже в собственности «Охта-Групп».
Что такое контекст?
Для разработки проекта 20-квартирного жилого дома из 6 этажей на месте Литовского замка компания пригласила именитого голландца Эрика ван Эгераата. Член Градсовета Станислав Гайкович посетовал, что вообще-то для проектирования в таких местах был бы уместен архитектурный конкурс. Это замечание осталось без ответа и даже без дискуссии, благо на заседании не было ни Никиты Явейна, ни Евгения Герасимова, у которых есть опыт конкурсных побед над европейскими знаменитостями.
Тем не менее, совсем без дискуссии собрание обойтись никак не могло. Ван Эгераат задумал здание архитектуры XXI в., что явствовало из каждой детали: плоской кровли – впрочем, волнообразно поднимающейся к углу канала и реки, образуя небольшой высотный акцент; навесного фасада, отстоящего на полметра от основной стены с увеличением «отрыва» снизу вверх, так что верхняя часть сетки при боковом обзоре образовывала сквозные просветы; формы этой сетки, где вертикали иррегулярно сменяются диагоналями; заглублением цокольного, отделанного гранитом этажа; неровной линией фасада вдоль канала, образующего выступ – надо полагать, для создания видовых возможностей потенциальным обитателям «боковых» квартир.
Ничего подобного в архитектуре соседних исторических зданий нет и быть не может. Помимо этого, фасад проектируемого здания резко выделяется еще и ярко-белым цветом. Ю.Земцов высказал мягкое замечание именно по части цвета, напомнив о превратностях климата. Больше никаких пожеланий у рецензента не возникало, и потому именно к нему, а не к ван Эгераату, обратился академик Юрий Курбатов: вписывается ли представленный проект в градостроительный контекст? Ответ был удивительнее вопроса: ничего подобного на Градсовете ранее слышать не приходилось. «А я не знаю, что такое контекст», - заявил Ю.Земцов.
Догадываясь, что спор зашел о принципах, ван Эгераат высказал собственные аргументы. Он напомнил о том, что дома в Петербурге все-таки очень разные, а общим свойством является высокое качество. А что касается эстетики, то все внешние элементы, характерные для классической застройки, здесь присутствуют: и эркеры, и консоли, и вариативная группировка окон.
Особо подчеркивалось, что здание не превышает 23,5 м при предельно допустимых 28; что оно выполняет фасадную линию, делая плавный изгиб вдоль поворота; что на углу Мойки и канала фасад закруглен, что напоминает о башне Литовского замка, а также созвучно закруглению стены комплекса Новой Голландии. Цвет обязательно должен быть ярко-белым, а внешний фасад будет выполнен из натурального камня.
И получалось, что архитектурному сообществу сказать как бы нечего. С того момента, как выяснилось, что контекст – это неизвестно что, критикам оставалось «цепляться» разве что к деталям. Так, Михаил Мамошин отметил, что для классической петербургской архитектуры типично вертикальное членение – иначе говоря, разновысотность этажей со своим стилем оконных проемов. Но замечание было не вполне уместно, поскольку у соседнего дома членение этажей было как раз нетипичным.
Теперь окна будут
«Пристрастный» академик Ю.Курбатов адресовал участвовавшему в заседании Градсовета замглавы КГИОП Алексею Комлеву тот же вопрос: предъявлялись ли к архитектору при проектировании в зоне ЗРЗ-1 требования по стилистической части? «Мы не настаивали на том, чтобы у здания была скатная крыша», - продолжил А.Комлев разговор о частностях. Он торопился на совещание к вице-губернатору, но академик успел задать ему еще один «каверзный», но безответный вопрос: рассматривался ли проект на Совете по культурному наследию?
Член этого Совета Олег Иоаннисян сообщил, что ничего не слышал о проекте. Он напомнил, что сохранившийся фрагмент стены Литовского замка обрушился при строительстве подземной части Мариинки-2. «Вот ведь как совпало», - заметил археолог.
Глава студии «Литейная часть» Рафаэль Даянов подчеркнул, что два здания в квартале как раз такой высоты, как проектируемый дом ван Эгераата, а кроме того, у них тоже плоские кровли. Он, впрочем, забыл добавить, что эти здания на фасадную линию Мойки не выходят и расходящимися диагоналями не эпатируют. Но это был опять же вопрос о контексте. Что касается других частностей, то у Литовского замка, напомнил Р.Даянов, была стена без окон. А теперь окна будут – может быть, косые и расходящиеся, но все-таки они будут.
Если, продолжив анализ Р.Даянова, окинуть взглядом соседние кварталы, то нельзя не заподозрить, что проект Мариинки-2 послужил неким прецедентом для архитектурных новаций близ Театральной пл. Сам ван Эгераат, впрочем, не считает Мариинку-2 шедевром. Более того, на торцах его здания, обращенных к улице Декабристов, окон не предусмотрено вовсе. Потенциальные приобретатели недвижимости будут любоваться только классическими красотами.
Правила мешают полету
«Если бы кто-то из нас предложил нечто подобное, идея была бы отвергнута однозначно», - заявил М.Мамошин под конец дискуссии. В самом деле, можно себе представить, какие эпитеты были бы применены к новаторскому проекту в центре, будь его автором кто-нибудь из российских архитекторов. Влетело бы и за крышу, и за окна, и за ухищрения коммерческого назначения. Достаточно вспомнить, как «распекали» Евгения Подгорнова за еле заметные «видовые уголки» на наб. Робеспьера. Но, как заметили еще древние римляне, quod licet Jovi non licet bovi.
Нельзя сказать, что выразительных эпитетов в адрес проекта ван Эгераата вовсе не прозвучало. «Дырявость – это свойство скорее средиземноморской архитектуры, чем петербургской», - отметил глава Союза архитекторов Санкт-Петербурга Владимир Попов. Сергей Орешкин назвал здание «каким-то дробным и разваливающимся». Кроме него, кажется, никто не обратил внимания на иррегулярные диагонали. И даже Ю.Курбатов в итоге высказался в пользу проекта с учетом замечаний.
Откровеннее всех оказался В.Григорьев, неполиткорректно положив конец обсуждению частностей. «Бывают традиционалистские проекты, а бывают модернистские. Этот – модернистский», - заявил он. Он не заметил, что проект не вписывается в некоторые требования ПЗЗ. Со стороны канала динамичный силуэт внешнего фасада, по его оценке, дважды нависнет над красной линией. А значит, придется делать одно из двух: либо приспосабливать правила к автору, либо автора к правилам.
Главный архитектор города Юрий Митюрев не отреагировал на это замечание напрямую, но его заключительное выступление содержало исключительно похвалы в адрес голландского мастера. Более того, по мнению Ю.Митюрева, здание настолько индивидуально, что почерк ван Эгераата угадывается мгновенно.
Какой Эгераат нам нужен
Общий знаменатель всех завершающих рекомендаций выразился в восклицании М.Мамошина: «У нас европейские архитекторы уже 15 лет ничего не могут построить. Дайте Эгераату такую возможность!».
В самом деле, общую благосклонность обычно придирчивого Градсовета трудно было объяснить чем-либо иным, кроме отношения к мэтру. Перед ним как-то неловко: его проекты уже выставлялись на городские конкурсы, но не удостаивались первого места. И в результате в других европейских городах есть ван Эгераат, а у нас нет.
Но вот что интересно: его прежние проекты для Петербурга (в отличие от разработок для Москвы и Ханты-Мансийска) как раз не были модернистскими. Его «голландский городок» в Новой Голландии как раз воспроизводил традиционную европейскую архитектуру. А его дома-«дольки» в комплексе «Театральный» у Юсуповского дворца прятались за фасадами на набережной, не звучали намеренным вызовом градостроительной среде (избежим «неведомого» термина «контекст»).
«Все дома разные, как и люди», - пояснял голландец на Градсовете, явно ожидая сопротивления консерваторов. «И есть такие люди, которые хотят обязательно оказаться на виду», - дополнил В.Попов.
После одобрения проекта, ван Эгераат сообщил, что считает свое произведение великолепным. Более того, по его словам, он намеренно хотел внедрить архитектуру XXI в., пусть и делающей некоторые реверансы перед традицией, на отдельно взятом небольшом участке в центре города, чтобы преодолеть «главную проблему» Петербурга – недоверие к новшествам.
Мойка, даже с точки зрения формальностей охранного зонирования, а не индивидуальных вкусов, - не то же самое, что Большая Невка у «Русского дизеля», и даже не Крестовский. Но революционный напор возможен теперь и здесь – поскольку дозволен и более того, приветствуется. «Выбрав этого автора, мы сознательно пошли на то, что эта архитектура будет узнаваемой», - пояснил Ю.Митюрев, таким образом не оставляя сомнений в том, какой именно ван Эгераат ныне востребован: именно модернистский, именно вызывающий. Другое дело, что понятие «мы» остается несколько неопределенным: понятно только, что оно не распространяется на Совет по культурному наследию. Насколько это «мы» распространяется на жителей Центрального района, прояснится, надо полагать, на общественных слушаниях: проект планировки и межевания преобразуемого квартала еще не утвержден.
Константин Черемных
Строительство еще на протяжении года будет относиться к тем видам деятельности, где сохраняется лицензирование. Соответствующий закон был подписан президентом России Владимиром Путиным 19 июля. За день до этого ФГУ «Федеральный лицензионный центр при Росстрое», уже несколько лет существующее от одного продления лицензирования до другого, подвело итоги работы за первое полугодие 2007 года.Фактически официальное продление лицензирования строительной деятельности было утверждено 25 июля на первом после подписания закона президентом заседании Лицензионной комиссии. Это позволяет ФГУ «Федеральный лицензионный центр при Росстрое» (ФЛЦ) продолжать работу по выдаче лицензий строительным компаниям, по меньшей мере, до 1 июля 2008 года. Однако нельзя сказать, что после этого срока о лицензировании в строительстве можно будет забыть: во-первых, пока никто не может дать гарантий, что через год в стране все-таки появится работоспособный закон о саморегулируемых организациях. Во-вторых, в любом случае должен быть переходный период, в течение которого новые механизмы негосударственного контроля будут существовать параллельно с лицензированием. По разным оценкам он может продлиться от года до трех лет.
Некоторые итоги
Руководство ФЛЦ отмечает, что 2007 год оказался весьма напряженным, поскольку сохраняется неопределенность ситуации со сроками отмены лицензирования в строительстве и предполагаемого перехода на негосударственные методы регулирования. Тем не менее, несмотря на шаткую позицию, свои функции ФЛЦ выполняет исправно. По словам Александра Толкачева, генерального директора ФЛЦ при Росстрое, за первое полугодие 2007 года было выдано около 42 тысяч лицензий. Александр Толмачев отмечает, что в последние годы сохраняется тенденция стабилизации количества выданных лицензий на все виды деятельности в строительной отрасли на уровне 67–73 тыс. лицензий в год по всей стране.
Особое место в лицензировании принадлежит лицензионному контролю за соблюдением лицензионных требований и условий. Только в 2005–2006 годах была проведена проверка около 100 тыс. организаций строительного комплекса. Меры воздействия применены почти к 16 тыс. организациям. В судебном порядке аннулировано 498 лицензий (в том числе в 2007 году – 149 лицензий). При осуществлении лицензирования большое значение придается постоянному взаимодействию с правоохранительными органами при расследовании экономических преступлений и выяснении причин различных аварий на строительных объектах. За прошедший год в правоохранительные органы было направлено около 18 тыс. копий документов лицензий из реестра, в этом году свыше 14 тысяч.
В настоящее время в России в строительной отрасли работает 747 иностранных фирм, имеющих 1129 лицензий. Наибольший интерес к российскому рынку проявляют компании Турции, Кипра, Германии, Великобритании, Финляндии, а также компании из стран СНГ – Беларуси и Украины. Интересно проследить динамику присутствия иностранных строительных компаний на российском рынке хотя бы в период с 2002 года. Если на начало 2002 года в России было 482 иностранные проектно-изыскательские и строительные компании, у которых было 894 лицензии, то в настоящее время количество этих компаний увеличилось более чем в полтора раза.
Если же говорить о результатах не во всероссийском масштабе, то, например, в Ленинградской области, по данным регионального филиала ФЛЦ, за истекший период 2007 года было выдано 338 лицензий (это на 148 процентов больше, чем в прошлом году), 328 лицензий прекратило свое действие. Всего же в Ленобласти действует на сегодняшний день 2528 лицензий, из которых 540 действуют в сфере проектирования, 1958 – по строительно-монтажным работам и 30 лицензий по изысканиям.
До саморегулирования
«Депутаты Госдумы 27 июня вновь принимают очередной федеральный закон об отмене лицензирования в строительстве уже с 1 июля 2008 года, и снова ими даются обещания сообществу строителей за предстоящий год ввести механизмы саморегулирования», – комментирует ситуацию Александр Толкачев.
Но реализация вновь принятого депутатами федерального закона о продлении лицензирования в строительстве потребует, с одной стороны, совершенствования механизмов лицензирования, с другой стороны, принятия действенных механизмов негосударственного регулирования. Причем сроки отмены лицензирования и перехода на иные методы регулирования, по мнению руководства ФЛЦ, необходимо увязывать со сроком принятия первоочередных техрегламентов в строительной отрасли, определенных в Федеральном законе от 1 мая 2007 года № 65-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О техническом регулировании» (до 1 января 2010 года). Именно технические регламенты (два первоочередных и десятки, определенных в правительственной программе) устанавливают обязательные требования к безопасности строительства и эксплуатации зданий и сооружений и являются основой деятельности организаций строительного комплекса, независимо от вида регулирования в строительной отрасли – государственного или негосударственного.
Кроме того, пока не прият и закон о саморегулируемых организациях. «Сейчас существует два практически альтернативных законопроекта: один разработан думским Комитетом по промышленности, строительству и наукоемким технологиям, второй – Комитетом по собственности. Работу друг друга депутаты, входящие в эти комитеты, оценивают отрицательно, – отмечает начальник Ленинградского областного отделения ФЛЦ Дмитрий Васильев. – Не решены фундаментальные вопросы, лежащие в основе коллективной ответственности СРО: страхование, стандартизация, взаимодействие СРО из разных регионов».
«В этих законопроектах отражены фактически противоположные точки зрения на саморегулируемые организации, – считает и.о. директора ФЛЦ по Санкт-Петербургу Игорь Спиров. – И ни одну из отраженных в проектах закона точек зрения нельзя назвать безупречной. Именно поэтому в весеннюю сессию Госдума их не рассматривала. Возможно, это произойдет осенью. Что же касается его окончательного принятия, то здесь все зависит от расторопности депутатов, учитывая приближающиеся двойные выборы. Не исключено, что к 1 июля 2008 года закон будет принят».
Этого же мнения придерживается и Алексей Белоусов, генеральный директор Ассоциации «Строительно-промышленный комплекс Северо-Запада». «Нужно приложить максимум усилий для того, чтобы федеральный закон, регламентирующий саморегулирование, был принят по окончанию полномочий действующего состава Государственной думы. Это снимет все вопросы в части возможного продления действия лицензий после 1 июля 2007 года, – уверен он. – Период, который возник между моментом завершения действия Федерального Закона, определившего окончание срока лицензирования 1 июля 2007 года, и его продлением прошел очень незаметно. На мой взгляд, задержка в подписании Закона, продлившего лицензирование, Президент дал понять, что вопрос саморегулирования давно назрел. Я считаю, что продление действия лицензий не идет на пользу процессам создания СРО, что в свою очередь не позволяет строительному сообществу эффективно контролировать работу компаний».
Проверка на прочность
Но даже при принятии закона о СРО до внедрения механизмов саморегулирования во всероссийском масштабе, Росстроем рассматривается возможность применения новых механизмов негосударственного контроля на опытной площадке – в отдельно взятом регионе. О своем желании проверить работоспособность саморегулирования на себе уже заявили строители Сибирского федерального округа. Также не исключено, что эксперимент может проводиться в Москве или Санкт-Петербурге, то есть там, где общественные строительные объединения являются силой, действительно способной влиять на процессы, происходящие в отрасли. Но в любом случае, это произойдет не раньше лета следующего года.
Вероника Шеменева
Гаражная программа Санкт-Петербурга будет представлена на рассмотрение правительства к середине октября. Между тем, уже сейчас ее основные положения ясны: город планирует постепенно избавиться от плоскостных боксовых гаражей, заменив их многоуровневыми паркингами. Этот процесс должен протекать максимально безболезненно для владельцев гаражей, а точнее, арендаторов городских земель.
По экспертным оценкам, к 2010 году количество личных автомобилей в Петербурге достигнет 1,35 млн единиц. Но уже сегодня ощущается значительная нехватка парковочных мест: ими обеспечено не более 43 процентов автомобилей при норме в 60–70 процентов.
В соответствии с Генпланом
Весной этого года была проведена комплексная инвентаризация коллективных автостоянок (КАС). Результаты инвентаризации показали, что в настоящее время плоскостными боксовыми гаражами занято более 1000 га городских земель, на которых расположено более 325 тыс. гаражных боксов. По подсчетам Комитета по градостроительству и архитектуре, в Петербурге зарегистрировано 405 КАСов. Их подавляющее большинство в ближайшие 10 лет переедет с насиженных мест. Естественно, этот процесс будет идти постепенно: примерно четверть гаражей останутся на своих местах в течение ближайшего года, еще столько же – на протяжении 10 лет, с остальными (а их большинство) договор аренды земельного участка предполагается пролонгировать на три года. Кому как повезет. Менее всех стоит беспокоиться гаражникам Пушкинского района: из 11 зарегистрированных КАСов 8 простоят на месте еще 10 лет, а еще два вообще не предполагается вводить «в оборот» по Генплану до 2025 года.
Согласно действующему Генплану, большинство земель, занимаемых сейчас плоскостными автостоянками, относятся по функциональному назначению к категориям Ж5 (многоквартирная жилая застройка 9 этажей и выше), Д1 (многофункциональная общественно-деловая застройка), И1 (зона городского транспорта и инженерной инфраструктуры), У (зона городских скоростных дорог, магистралей непрерывного движения и магистралей городского значения).
Тем не менее, из общей площади, занимаемой КАСами, 357 гектаров (118 700 боксов), по оценке специалистов КГА, – это реальные земельные ресурсы для строительства многоэтажных паркингов как минимум на 268 170 мест. Получается, что снос экономически невыгодных городу боксов увеличит количество машиномест более чем на 30 процентов. При существующем уровне «автомобилизации» это сможет обеспечить соответствие нормативам, но не сыграть на опережение. То есть обеспеченность машиноместами будет постоянно отставать от количества автомобилей на улицах города. Чтобы этого избежать, необходима комплексная программа, которая будет учитывать и интересы города, и интересы автовладельцев. На разработку проекта этой программы губернатор выделила специалистам профильных комитетов – Комитета по строительству, КГА и КУГИ – немногим более трех месяцев. Уже 15 октября проект должен быть представлен на заседании городского правительства.
На защите интересов
Суть будущей программы уже оглашалась неоднократно. Состоит она в том, чтобы вместо КАСов, расположенных на землях, которые предполагается ввести в градостроительный оборот, строились паркинги – на других специально выделенных для этого участках. Причем строить должны сами бывшие «касовцы». Фактически, КАСы должны превратиться в «КПП» (Коллективно построенные паркинги).
Процесс преобразования будет осуществляться примерно следующим образом: во-первых, районные власти проведут собрания с представителями КАСов, расскажут им правду о будущей градостроительной участи занимаемых ими земельных участков, и если город не собирается продлевать договор аренды больше, чем на три года, касовцам будет предложена альтернативная площадка для строительства паркинга.
«Этот участок будет предоставлен без обременений. Если снос срочный и не успеть построить паркинг, предоставим место под открытую автостоянку на время строительства из расчета количества народа в КАСе, – пообещал вице-губернатор Александр Вахмистров. – Если автовладельцы не захотят строить, то мы готовы в соответствии с имеющейся судебной практикой вернуться к вопросу компенсаций. Судов больше не будет, мы будем действовать, исходя из решений прошедших судов – они определили, за какой тип КАСа какая компенсация положена. Компенсируем и ничего предоставлять больше не будем».
Отдельно рассматривается вопрос с льготниками. Для них либо паркинги будут строиться за счет бюджета, либо город будет выкупать для них места в существующих и строящихся коммерческих паркингах.
В итоге практически каждый петербургский автовладелец будет должен для себя решить, брать ли деньги (небольшие – от 32 до 120 тыс. рублей) и искать место для парковки, или брать место для паркинга, но вкладывать деньги (суммы куда более значительные). Городским же властям главное, чтоб никто не ушел обиженным, поэтому на защиту частных гаражных интересов была поставлена государственная структура – ГУП «Городской центр автостоянок и гаражей».
Первые ласточки
Полигоном для «обкатки» городской гаражной программы, скорее всего, станут КАСы, расположенные в Приморском районе, в зоне строительства Западного скоростного диаметра.
Как сообщил заместитель генерального директора ЗАО «ЗСД» Александр Филоненко, начало работ по освобождению земель для строительства ЗСД начнется в октябре нынешнего года. Списки гаражей, которые подлежат освобождению, направлены в районную администрацию и всем председателям КАС. Общее количество предполагаемых к демонтажу гаражей – около 1200. Подготовительные работы начинаются в октябре на участке от улицы Савушкина и далее на север, до Камышовой улицы.
Владельцы сносимых гаражей, в рамках провозглашенной городскими властями концепции, претендуют, во-первых, на выделение места для организации открытой автостоянки и, во-вторых, на земельный участок для строительства нового многоуровнего паркинга на льготных условиях. «Все затраты, которые связаны с проведением изыскательских работ в течение 11 месяцев делать за счет бюджетных средств: проект планировки и межевания территории, временный регламент застройки. Вот эти затратные части, которые ложатся в себестоимость реализации проекта, город возьмет на себя. Это приведет к удешевлению машиноместа в каждом построенном паркинге», – отметил Андрей Корчагин, директор ГУП «Центр городских автостоянок и гаражей».
Теперь одной из приоритетных задач для администрации Приморского района станет поиск участков как для размещения временных автостоянок, так и для капитального строительства. «Пятен в районе нет, но мы будем искать, выполняя поручение губернатора», – заверил замглавы администрации Приморского района Игорь Гудзенко.
Вероника Шеменева