От импортозамещения — к цифровому лидерству: как российские компании внедряют ТИМ
На конференции ТИМИ 2025, собравшей более 3000 специалистов, обсуждались успехи и вызовы цифровой трансформации в условиях санкций. Представители ключевых отраслей экономики поделились опытом перехода на отечественные технологии информационного моделирования (ТИМ).
Эксперты отмечают рост IT-отрасли, вызванный созданием новых цифровых продуктов и услуг. Доля российского ПО в системах проектирования и моделирования превысила 50%.
На конференции ТИМИ 2025 состоялся обмен реальным опытом компаний в достижении независимости от зарубежных вендоров, укрепление связей и коммуникаций между пользователями отечественного ПО и ведущим разработчиком систем автоматизированного проектирования (САПР) и управления инженерными данными — ГК «СиСофт» (организатор мероприятия). Группа компаний активно участвует в импортозамещении и за 35-летний опыт работы представила свыше 114 решений, используемых более чем на 35 тысячах предприятий по всему миру.
Участники конференции обсудили актуальные вопросы и вызовы, стоящие перед строительной отраслью, получили ценные инсайды о внедрении современных технологий информационного моделирования и инжиниринга. На мероприятии прозвучали 56 экспертных докладов представителей отраслевых профессиональных объединений, крупнейших предприятий ТЭК, добывающей, строительной отраслей российской промышленности, специалистов ведущих инжиниринговых и проектных организаций, научно-исследовательских институтов, а также был проведен конкурс информационных моделей. Все это подчеркивает высокий уровень заинтересованности участников в развитии данной сферы.
Шаг к технологическому суверенитету
Ни для кого не секрет, что у иностранных компаний в нашей стране был свой штат программистов. Когда зарубежные разработчики стали покидать отечественный рынок, далеко не все специалисты уехали за границу, многие из них остались и пополнили команды ИТ-компаний. Не исключением стала и ГК «СиСофт», которая усилила инженерную часть своего состава. Ее штат пополнили специалисты проектных организаций, которые имеют огромный опыт работы как с зарубежными проектами, так и с крупными отечественными продуктами.
— В 2022 году мы столкнулись с необходимостью экстренного перехода на отечественные решения. Во многом благодаря нашим заказчикам мы перезапустили линейку Model Studio CS, — отметил Александр Белкин, руководитель департамента развития и внедрения ГК «СиСофт». — Самое главное — мы строим решения на основе технических требований, которые получаем от клиентов. Сегодня Model Studio CS — это не просто замена зарубежных аналогов, а платформа, охватывающая жизненный цикл объектов капитального строительства от проектирования до эксплуатации.
Она давно зарекомендовала себя как надежный цифровой инструмент, который применяется в ключевых проектах многих отраслей российской промышленности — IT, нефтегазовой добыче, металлургии, строительстве. Очевидно, что наше решение интересно огромному количеству разработчиков, заказчиков, интеграторов.
Конференция ТИМИ 2025 показала высокую готовность бизнеса к дальнейшим преобразованиям в сторону полного замещения иностранных программных продуктов. Главный тренд — переход от экспериментов к системному использованию российского ПО в проектах полного цикла.
Нефтегаз: точность в условиях Крайнего Севера
Информационное моделирование (BIM) становится инструментом оптимизации в нефтегазовом строительстве, особенно в сложных северных условиях. Владимир Четвериков, эксперт по ПИР ООО «НК «Роснефть» — НТЦ», поделился опытом применения 3D-технологий при разработке объемно-планировочных и конструктивных решений. В центре внимания — проект нефтеперекачивающей станции в зоне Крайнего Севера. Объект повышенного уровня ответственности, 1-го класса опасности, занимающий 17,5 гектара, расположен рядом с действующей установкой подготовки нефти.
— Наша информационная модель включает 2,8 миллиона объектов, — рассказывает Четвериков. — Проектирование стартовало в конце 2021 года, рабочая документация подготовлена в 2022-м. В 2024 году актуализирована схема внешнего транспорта. В условиях сжатых сроков строительства доработку рабочей документации решили выполнить с использованием 3D-модели. По наиболее сложным участкам мы проработали несколько вариантов проектных решений. Выбор и согласование с заказчиком итогового варианта проводили посредством ЦИМ. Благодаря выбранному адаптивному подходу к реализации проекта, информационному моделированию нашей проектной команде удалось оптимизировать проект и сэкономить средства инвесторов.
По словам эксперта, для оценки состояния ранее построенных конструкций было проведено техническое обследование с использованием аэрофотосъемки и лазерного сканирования. Это обеспечило возможность создания точных и детализированных информационных моделей и минимизацию коллизий при проектировании в реконструируемой зоне.
— Создана комплексная 3D-модель со всеми инженерными сетями, что позволило эффективно управлять проектом, — отметил Четвериков. — Разработанный чек-лист для оценки качества информационной модели обеспечил автоматизированный контроль соответствия требованиям. Динамика строительства с опережением сроков обеспечена эффективной коммуникацией с заказчиком и строительным подрядчиком с активным использованием разработанной цифровой информационной модели. Для нас это важный результат проекта.
Металлургия: от фрагментов — к системе
Внедрение ТИМ и информационного менеджмента — фактор повышения эффективности в строительстве промышленных компаний.
О цифровом рывке «Евраза» рассказали Вадим Сухарев, директор дирекции по управлению инженерными данными ООО «ЕвразИнжиниринг», и Роман Кравченко, руководитель проектов внедрения ООО «АйДиТи» — Премиум-партнера «СиСофт Девелопмент» и Аккредитованного центра компетенций Model Studio CS.
— До недавнего времени информационное моделирование в «Евразе» применялось фрагментарно, — отметил Сухарев. — Но уже три года ведется системное и комплексное внедрение ТИМ и информационного менеджмента. Стратегическим решением стало создание собственного проектного института и одновременное внедрение в нем трехмерного проектирования на базе отечественного ПО объединенными компетенциями наших сотрудников и специалистов ООО «АйДиТи».
Важным этапом стала интеграция технологий лазерного сканирования. Оцифровка существующих конструкций и создание 3D-моделей упростили работу проектировщиков и ТИМ-команды. Получать цифровую информационную модель стало значительно быстрее.
Сухарев уверен: трехмерное проектирование — это вопрос производительности и эффективности.
— Мы стремимся максимально использовать его в операционной деятельности и вовлекать заказчиков в этот процесс, — отметил он. — Наш опыт доказал, что проектирование возможно организовать на отечественном ПО, хотя это и сопряжено с трудностями. Уверен: совместными усилиями с разработчиком ГК «СиСофт» и интегратором ООО «АйДиТи» мы достигнем новых высот в развитии ТИМ.
Газпром-революция: переход на 3D
— В 2019 году ООО «Газпром проектирование» было назначено генпроектировщиком в контуре «Газпрома», — рассказывает Вячеслав Гурьянов, заместитель генерального директора по информационным технологиям ООО «Газпром проектирование». — Мы должны были создать институт, работающий по единым стандартам, правилам и использующий унифицированный инструментарий. Несколько лет ушло на то, чтобы собрать лучшие практики и внедрить передовые технологии.
После выхода правительственных директив в 2021 году «Газпром проектирование» взяло курс на импортозамещение.
— В конце 2022 года мы совершили революцию в области САПР, — вспоминает Гурьянов. — Мы взяли на себя обязательства полностью перейти на прямое 3D-проектирование площадных объектов, используя только отечественные продукты. Это изменило не только наши инструменты, но и подход к организации проектирования. С 1 июля 2023 года мы перешли на прямое 3D-проектирование всех площадных объектов и используем только отечественные решения, в том числе Model Studio CS.
Для обеспечения перехода и повышения квалификации сотрудников был создан учебный центр. Информационное моделирование в «Газпром проектировании» — это комплексный подход, основанный на единых базах данных, объединяющих геоинформационные системы, цифровые информационные модели, 4D-графики и 5D-ценообразование, что позволяет эффективно управлять данными и процессами на всех этапах строительства.
— Мы формализовали процесс доработок совместно с ГК «СиСофт», — подчеркивает Гурьянов. — На данный момент уже реализовано более 80% поставленных задач.
Клиентоориентированность и новые горизонты
Развитие Model Studio CS — приоритет для ГК «СиСофт», которая непрерывно расширяет функционал, добавляя инструменты для проектирования автодорог, технологических схем и электротехнических решений.
— Продуктов становится больше, и это требует качественного обслуживания, — отмечает Степан Воробьев, руководитель департамента внедрения и сопровождения Model Studio CS. — Поэтому создан аккредитованный центр компетенции, обеспечивающий поддержку от обучения до настройки ПО.
Важный элемент стратегии — развитие партнерской сети, объединяющей свыше трехсот специалистов по Model Studio CS. Компания создает площадки для обмена опытом между разработчиками и пользователями.
— Регулярно организуем мероприятия, где инженеры-проектировщики обмениваются лучшими практиками, — подчеркивает Воробьев. — Эти встречи привлекли тысячи специалистов.
В приоритете — создание безфайловой версии и генератора чертежей для упрощения проектирования, поддержка отечественных ОС. Решения протестированы на совместимость с Astra Linux. Ведется разработка мобильных приложений для работы в удаленных местах.
— В 2025 году мы запустили проект Stakeholders, куда вошли «Газпром», «Сибур», «Росатом». Систематизируем информацию от пользователей для разработки новых функций. Уверен: совместными усилиями достигнем новых высот в развитии IT и внедрении технологий. Компания открыта к диалогу и обмену опытом, готова делиться наработками и получать обратную связь для развития», — резюмировал Степан Воробьев.
Готовность рынка
Проектно-строительная отрасль настроена весьма благожелательно к отечественному ПО ТИМ. Это заметно и по результатам анализа добровольного и обезличенного опроса, проведенного в марте 2025 года Ассоциацией «Национальное объединение строителей» (НОСТРОЙ) и журналом «Информационное моделирование» в рамках онлайн-курса «От идеи к практике цифровизации строительной отрасли».
Выводы: рынок ПО ТИМ технологически и организационно готов к переходу на отечественные продукты ПО. Более того, специалисты в этой области ждут от власти решительных действий по устранению проблем хаотизации в управлении данными информационной модели. Проектировщик как самое квалифицированное звено в ПО ТИМ должен перестроиться сам и перестроить строительную отрасль, которая, проходя процесс цифровой трансформации, также выполняет задачи по импортозамещению. И у этого процесса, судя по всему, хорошие перспективы.
Президент России Владимир Путин по итогам заседания Госсовета в конце 2020 года поручил провести работу по повышению экономической эффективности работы строительной отрасли и снижению темпов роста цен. На совещании в ФАС одним из инструментов для достижения этой цели признано расширение практики прямых поставок оборудования и стройматериалов от производителей застройщикам, минуя различных посредников. Эксперты считают, что определенные перспективы в этом направлении есть.
Система сложилась
Представители девелоперов отмечают, что в настоящее время доля прямых поставок стройматериалов с производств сравнительно невелика. По словам директора по развитию компании Л1 Надежды Калашниковой, непосредственно с заводов поступают в основном нерудные материалы, кирпич и бетон. Юрий Колотвин, генеральный директор ООО «ПСК» (входит в ГК «ПСК»), отмечает, что компания старается по максимуму работать напрямую с производителями и дает сходный список. Впрочем, он добавляет в перечень еще и арматуру.
О том же свидетельствуют производители стройматериалов. «Доля прямых поставок у нас составляет около 8%, из которых 4% приходятся на объекты крупных клиентов и 4% на —сети DIY», — констатирует заместитель генерального директора по продажам ТЕХНОНИКОЛЬ Виктор Юрченко.
При этом эксперты отмечают, что эта система не искусственно создана, а отражает реалии и потребности рынка. «Работа с посредниками оправданна, если их ценообразование обосновано сервисом. Например, есть своя логистика, есть возможность разместить комплексный или сборный заказ, согласовать удобный график поставок под график выполнения работ на объекте», — говорит Юрий Колотвин.
«Закупка большинства строительных материалов, таких как арматура, утеплитель и многое другое, производится через официальных дилеров заводов-изготовителей, и это нормальная мировая практика. Особенно если речь идет о продукции иностранных компаний, имеющих свои производства в России: они не работают напрямую с конечным потребителем. Производителю просто невыгодно поставлять небольшие партии материалов. Вести диалог напрямую с заводом стоит в том случае, если речь идет о десятках тысяч тонн той же арматуры. Понятно, что такие объемы не нужны застройщикам», — отмечает Надежда Калашникова.
Аналогичное мнение озвучивают эксперты НОСТРОЙ на примере металла. «Из 95 тысяч строительных компаний, которые входят в состав строительных СРО, около 90% — микро- и малые предприятия. Их потребности в металле по объему каждой ассортиментной позиции объективно неинтересны заводам. Минимальные условия отгрузки от производителей: от пяти вагонов, каждый из которых вмещает 68 тонн, и в каждом вагоне не более трех позиций номенклатуры», — отмечают там.
При этом строительная компания должна решить вопрос с разгрузкой вагонов, хранением этих 340 тонн металла, т. к. держать на стройплощадке такие запасы невозможно. «К тому же заводы просят сделать заказ минимум за 45 дней до отгрузки, чтобы спланировать свою производственную программу и оплатить заранее до 100% стоимости. В такой ситуации покупка с заводов — это прерогатива крупных застройщиков, которые строят серии домов или осуществляют комплексное освоение обширных территорий. Также среди прямых покупателей мы видим заводы ЖБИ. Остальные вынуждены покупать металл у дилеров, которые держат у себя постоянно наиболее востребованный ассортимент, имеют площади для хранения, разгрузки вагонов, осуществляют доставку и др. Это совершенно оправданная часть цепочки дистрибуции на рынке», — заключают в НОСТРОЙ.
«Рыночная модель подразумевает, что производитель может сфокусироваться на своей продукции, а вопросы реализации и доставки делегировать посредникам. Поэтому стремиться к 100%-но прямым поставкам — не факт, что правильно. Кроме того, иностранные поставщики в принципе могут работать на российском рынке только через посредников — разворачивать свой отдел поставок и свои склады в России экономически для них не всегда оправданно», — отмечает Юрий Колотвин. «Крупные застройщики имеют персональные максимальные скидки от дилеров, поэтому итоговая цена для них оказывается практически не выше той, которая была бы при покупке прямо с производства. Если же говорить о небольших торговых посредниках, то они уже давно себя изжили в сфере строительства. Поэтому переделывать сложившуюся систему нет никакого смысла», — добавляет Надежда Калашникова.
Производители в принципе согласны с такой постановкой вопроса. «При разговоре о прямых поставках вид продукции не имеет значения. Гораздо более важно учитывать тип объекта. Так, например, для крупных и статусных объектов прямые поставки могут быть экономически целесообразнее при предоплате», — считает Виктор Юрченко.
Есть перспективы
При этом эксперты отмечают, что определенные перспективы у наращивания прямых поставок имеются. Виктор Юрченко полагает, что расширению этой практики мешают и нерыночные факторы. «Одно из самых главных препятствий — плохое планирование строительных работ на объекте. Сюда же можно отнести недостаточную финансовую дисциплину при отгрузках в кредит. Также мешает практике прямых поставок неготовность многих покупателей к электронному документообороту», — говорит он.
В НОСТРОЙ же обращают внимание на злоупотребления в рамках сложившейся системы. Там называют неприемлемым то, что наблюдалось в декабре 2020 — январе 2021 года, когда цены на металл взлетели у дилеров на десятки процентов и когда его перестали отгружать, ссылаясь на то, что не знают, на сколько вырастет цена.
В такой ситуации одним из путей решения проблемы может стать расширение практики прямых поставок. «Строительные компании вынуждены были искать новые варианты покупки и выходить непосредственно на заводы. НОСТРОЙ стал помогать региональным строителям, собирать заявки и вместе с Ассоциацией «Русская сталь» отправлять их на заводы. Начали заключаться прямые контракты. При этом средние цены по ним были на 5–10% ниже, чем те, которые назначали дилеры. НОСТРОЙ предложил для заключения прямых контрактов использовать единую электронную торговую площадку, доступ на которую будут иметь только заводы и подрядчики. Пилотные проекты по таким контрактам сейчас в стадии реализации. Минстрой РФ и Минпромторг РФ поддержали эту инициативу», — резюмируют в НОСТРОЙ.
Со своей стороны, производители стараются развивать сервисы, которые могли бы помочь строительным компаниям работать с ними напрямую. «Нужно развивать сервисное направление. Так, в ТЕХНОНИКОЛЬ для крупных клиентов мы создали Проект Личный Кабинет для КК 2.0. Клиенты через него могут заказывать продукцию, отслеживать статусы заказов, узнать свое сальдо, заказать технический расчет, техническую документацию и пр.»,—- рассказывает Виктор Юрченко.
Таким образом, наблюдается явный интерес со стороны и производителей, и строительных компаний к наращиванию объемов прямых поставок, что должно сыграть позитивную роль в повышении экономической эффективности работы отрасли.
Не секрет, что налоги государствами повышались всегда. Также известно, что во время кризисов налоговое бремя для налогоплательщиков становится еще более ощутимым. Можно ли, не повышая налог, увеличить поступления в бюджет? Да, если речь идет о земельном налоге и налоге на имущество. О том, где искать скрытые налоговые резервы, рассказывает управляющий партнер Митсан Консалтинг Дмитрий Желнин.
Причины и последствия
На данный момент специалисты уверены, что объем собираемых государством имущественных налогов (налог на имущество организаций, налог на имущество физических лиц и земельный налог. — Прим. редакции) недостаточно большой и его можно увеличить. Сразу оговоримся: речь не идет об увеличении налоговой нагрузки — увеличении размеров налогов. Мы говорим об увеличении, во-первых, количества плательщиков налогов, то есть о выведении из тени тех, кто ухитряется скрыться от уплаты сам или скрыть свое имущество. Во-вторых, говорим о качестве определения размера налоговых платежей. Но обо всем по порядку.
Рис. 1. Поступления в бюджет Санкт-Петербурга
Обратим внимание на причины низкой собираемости имущественных налогов.
Во-первых, это плохое администрирование. Недоработка в контроле вызвана тем, что налоги делятся на федеральные, региональные и местные. Естественно, Федеральная налоговая служба более сконцентрирована на сборе налогов федеральных, как более весомо несущих вклад в бюджет страны. Речь идет о налогах на прибыль, на добавленную стоимость, налог на добычу полезных ископаемых и т. д.
Со сбором же имущественных налогов, которые являются или местными, или региональными, возникают сложности. В России 85 субъектов. Каждый из них имеет право устанавливать региональные нюансы определения и уплаты, например, налога на имущество организаций. Почти сотня различных правил, которые должна выучить и грамотно применять Федеральная налоговая служба. А вот земельный налог — налог местный — регулируется нормативно-правовыми актами местных органов власти, коих в России тысячи.
В связи с этим часто ФНС, не разбираясь в региональных и местных тонкостях, собирает налоги по т. н. «остаточному принципу» и руководствуется при этом федеральными нормами, не обращая внимания на региональное или местное регулирование.
Во-вторых, государство имеет очень низкий уровень информированности об имеющихся на его территории объектах недвижимости, и, естественно, из-за этого огромное их количество не облагается налогом.
«Нужно провести полную инвентаризацию объектов недвижимости, в первую очередь — земли. Использовать для реализации этой задачи существующие механизмы — комплексные кадастровые работы — и искать новые инновационные подходы», — заявлял еще в 2019 году экс-министр ведомства Максим Орешкин. «Большое количество объектов, которые были построены, в том числе в советское время, в реальности не имеют законных владельцев, или эта информация государству неизвестна», — констатировал Орешкин. «Мы должны понимать в отношении каждого объекта, какие у него характеристики, кто его реальный владелец», — пояснил он.
Кроме этого, у госорганов нет полной информации об известных объектах недвижимости: их годах постройки, состоянии, проведении или непроведении в них капитальных ремонтов, удаленности от объектов транспортной инфраструктуры и инженерных сетей. А это лишь малая часть перечня характеристик, которые влияют на справедливую кадастровую оценку объектов.
Из отчета СПб ГБУ «Кадастровая оценка» об определении кадастровой стоимости объектов недвижимости на территории Санкт-Петербурга (2020 г.). Количество объектов оценки:
Анализ перечня объектов оценки показал, что для 264 153 объектов оценки информации, представленной в перечне, было недостаточно для проведения группировки в соответствии с Методическими указаниями (359 земельных участков, 36 051 здание, 280 сооружений, 744 ОНС, 226 719 нежилых помещений).
И это еще далеко не все замечания, предъявляемые государственными оценщиками к информации об оцениваемых объектах.
Недостаток информации об объектах недвижимости влияет не только на грамотное проведение государственной кадастровой оценки, но и способствует недоимкам по сбору налогов в госбюджет, не говоря уже о дополнительном налоговом бремени для добросовестных налогоплательщиков, зарегистрировавших свои объекты недвижимости в Едином государственном реестре (ЕГРН. — Прим. редакции) и сообщивших о своих объектах полную информацию.
Для восполнения пробелов при проведении государственной кадастровой оценки (далее — ГКО) применяются так называемые «допущения», но результатом их применения, как правило, является завышение кадастровой стоимости, потому как эти допущения приводят все объекты к единому знаменателю и не учитывают индивидуальных характеристик.
Как результат вышеперечисленных причин — несправедливое налогообложение, недоимки по сборам у муниципальных и региональных органов власти и переплата у налогоплательщиков.
Простыми словами, сегодня государство ищет «потерянные недоимки» не там, где потеряли, а там, где можно точно что-то собрать, оставляя без внимания большую «темную комнату» с множеством «черных кошек неучтенных объектов».
Одно из другого
Казалось бы, все предельно просто: устранить вышеописанные причины, и все будет хорошо, но практически сделать это в сегодняшних реалиях трудно.
Во-первых, у муниципальных и региональных властей, даже у федеральных, недостаточно средств на организацию мероприятий по ликвидации информационного вакуума по базе объектов недвижимости.
Во-вторых, откровенная нехватка кадров: низкий уровень развития инструментария и малочисленность сотрудников земельного контроля и надзора.
Земельный контроль на территории Санкт-Петербурга осуществляется Комитетом по контролю за имуществом. В план проверок соблюдения земельного законодательства на 2019 год — последний год до пандемии — было включено 93 юридических лица и 34 физических.
План земельного надзора, осуществляемого Росреестром, в том же году предполагал проверку четырнадцати юридических лиц и 547 граждан и некоторого количества участков, занимаемых государственными органами.
Суммарно два ведомства должны были проверить 688 участков из 145 000 существующих на территории города — это 0,5% при том, что каждый земельный участок должен проверяться хотя бы раз в пять лет.
В-третьих, коррупционная составляющая на местах, приводящая к собираемости «дани», но не налогов. Примеры такого отношения к сбору имущественных налогов уже, к сожалению, есть.
В-четвертых, отсутствие законодательной возможности привлечь частные инвестиции для разрешения вышеуказанных проблем.
Возможные пути решения
Выявив основные причины, можно приступать к их устранению. Поэтому логично говорить о том, что если государство уделит больше внимания администрированию процесса сбора имущественных налогов, а также направит усилия на повышение уровня информированности о находящихся в базе, а также неучтенных объектах недвижимости, то на выходе можно получить пополнение бюджета без повышения налоговых ставок.
Также это поможет сделать налогообложение более справедливым: бюджет будет пополняться, тарифы не будут повышаться, добросовестные налогоплательщики не будут страдать от повышения налогов, а недобросовестные — наконец-то начнут платить налог.
Это позволит в конечном итоге предусмотреть для добросовестных налогоплательщиков инвестиционные вычеты или пониженные ставки, а для остальных — будет действовать единый, но справедливый налоговый тариф.
К примеру, если добросовестный налогоплательщик на принадлежащем ему земельном участке решил построить инвестиционно привлекательный объект — торговый центр или промышленное предприятие, увеличивающие количество рабочих мест в локации, — то для него будет применена, скажем, льготная ставка или освобождение от имущественных налогов на период «раскрутки». В конце концов с нового объекта недвижимости тоже будут потом поступать налоги — главное, чтобы предпринимателю было с чего платить.
Такой подход одновременно будет являться хорошим стимулом по «выходу из налогового сумрака» для неплательщиков, а также для более активного потока поступлений от муниципальных и региональных бюджетов в бюджет страны.
При этом надо понимать, что возможно и снижение федерального финансирования в регионы с дефицитом бюджета в случае увеличения налоговых поступлений «на местах». Такими, к слову, являются бюджеты города Санкт-Петербурга и многих муниципальных образований Ленинградской области. Средства могут быть направлены на развитие региона в целом и локации в частности. Это поможет регионам с дефицитным бюджетом выйти из «финансового пике».
Реальные плюсы от частных инвестиций
Проблему нехватки средств в организации и проведении качественного мониторинга объектов недвижимости поможет решить привлечение частных инвестиций.
Это сделает возможным не только ввести в коммерческий оборот земельные участки, но и пополнить информационную базу для проведения государственной кадастровой оценки, определить самострои и самозахваты, выявить неучтенные объекты недвижимости и пополнить государственный бюджет за счет привлечения к ответственности недобросовестных налогоплательщиков и неплательщиков.
К слову, выявленные объекты недвижимости и земельные участки смогут привнести как налоги в копилку государства, так и новые рабочие места, новые источники капиталовложений для российских и иностранных инвесторов.
Проведение качественного мониторинга с привлечением частных инвесторов, обеспечиваемого современной аппаратурой, результатами аэрофотосъемки, даст в свою очередь полное представление об объектах недвижимости, устранение информационных пробелов и в конечном итоге — справедливое налогообложение и упорядоченный сбор имущественных налогов.
Станет возможно увеличение налоговых поступлений в бюджет не за счет повышения налогового бремени, а за счет увеличения количества налогоплательщиков.
В результате реализации данной идеи налоговые ставки для добросовестных налогоплательщиков могут быть снижены до минимума или, как это уже сделано в цивилизованных странах, Россия сможет прийти к налогообложению только земельных участков.