Смена курса
Рынок жилого строительства стремительно меняется, девелоперы вынуждены приспосабливаться к новым условиям. Каждая компания идет свои путем, делая упор на новые технологии, цифровизацию, качество продукта и т. д.
Новые для девелоперов вызовы в ходе ПМЭФ-2025 обсуждали участники сессии «За рамками жанра: новые модели девелопмента для нового времени» и круглого стола «Выжить, чтобы развиваться».
О чем бы ни говорили участники разных дискуссий на ПМЭФ, многие проблемы сводились к финансированию — точнее, к непомерно высокой ключевой ставке Центробанка.
По мнению Ольги Архангельской, партнера, руководителя направления по оказанию услуг компаниям сектора недвижимости, инфраструктуры, гостиничного бизнеса и строительства, государственного и транспортного секторов Группы компаний Б1, текущие изменения в отрасли, скорее, вынужденные. Рынок развивается всегда, но сейчас для девелоперов — сложное время. Они пытаются снизить себестоимость, нарастить продажи, выстраивают долгосрочные отношения с покупателями — борются с вызовами как могут. Все больше продаж идет через ПИФы, рассрочки, цифровые активы. Применяются новые материалы, технологии, эффективная организация строительства.
По словам Ольги Архангельской, сегодня используются цифровизация, 3D-проектирование, «личные кабинеты», соцсети, БИМ, ИИ, дроны… «Все идет к тому, что дом воспринимается не как набор кирпичей, а как сервис, услуга», — подчеркнула она.
Роман Антощенков, руководитель дирекции «Недвижимость, строительство и девелопмент» ПАО Банк «ВТБ», полагает, что сегодня на первый план выходит «искусство девелопмента». По его мнению, важно правильно упаковать проект, разбить его по очередям… «Сегодня цена ошибки становится более высокой — процентные ставки влияют на экономику проекта. Процентные ставки из эффективного проекта могут сделать неэффективный», — утверждает он.
При этом лучше себя чувствуют компании, придерживающиеся консервативной политики. Те девелоперы, которые демонстрировали агрессивный рост — скупали земельные участки и проекты, брали кредиты, — получили сегодня большие долги и большой объем нераспроданного жилья.
Максим Грицкевич, председатель правления Банка ДОМ.РФ, отметил: «Мы видим, что есть очевидная временная компонента — рост себестоимости, нехватка кадров, ключевая ставка…»
По его словам, 41% девелоперских компаний готовы покупать новые участки и двигаться дальше. Есть компании, которые притормозили вывод на рынок новых проектов, но есть и те, кто уйдут с рынка, завершив проект. Максим Грицкевич полагает, что банки и застройщики будут реструктурировать обязательства. Но если и банк, и застройщик понимают, что проект не выйдет в плюс, банк не сможет помочь — проект был изначально плохо посчитан.
Способы и методы
Каждая компания не то выживает, не то развивается, как умеет. Группа «Самолет», например, пересмотрела планы в начале 2024 года и сократила развитие. «Мы с 2024 года максимально сократили развитие, запускаем новые проекты с учетом географической диверсификации, принимаем оптимальную стратегию для каждого проекта, управляем земельным банком, выводим только точечные проекты. Фокусируемся на основном бизнесе — девелопмент, стройка. Это основной план развития в 2025-м — первой половине 2026 года», — рассказала Анна Акиньшина, генеральный директор Группы «Самолет».
По ее словам, у компании самый большой земельный банк в стране. Теперь настал момент его монетизировать. Какие-то проекты приостановлены, какие-то проданы. «Наращивать земельный банк с точки зрения входа в проект и кредитования — не время», — утверждает она.
Компания DARS развивалось небыстро. «Мы не меняли стратегию, мы всегда развивались неагрессивно», — подчеркнул Дмитрий Рябов, председатель совета директоров компании DARS.
По его мнению, надо заниматься продажами и наполнением эскроу-счетов, получать разрешения на строительство и открывать продажи, особенно если площадки приобретены на кредитные деньги. Вместе с тем, полагает Дмитрий Рябов, нужно заниматься проектами вроде комплексного развития территорий (КРТ) — такими, где затраты растянуты во времени.
«В нашем случае хочется развиваться, чтобы жить, а не наоборот», — заявила Елена Степанова, член совета директоров ГК «ЭНКО». Компания задолго до сегодняшнего дня начала заниматься проектам КРТ. Кроме того, при замедлении спроса на все, связанное с ипотечными продуктами, увидела рост спроса на другие виды недвижимости, инвестиционный спрос. Идет диверсификация проектов, экспансия в другие регионы.
Господдержка
Тем не менее девелоперы заинтересованы в различного рода поддержке со стороны государства. Такую поддержку обещает Никита Стасишин, заместитель министра строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации: «В следующую шестилетку будет работать ряд механизмов, прямые вливания бюджетов, казначейские инфраструктурные кредиты, инфраструктурные облигации».
По его словам, уже разработана программа по субсидированию проектного финансирования для проектов со сроком ввода в 2026 году в небольших городах с 20-процентной распроданностью жилья. Будут и другие инструменты, которые помогут застройщикам минимизировать затраты без бюджетных вливаний. Сейчас они на стадии обсуждения.
Но главная помощь от власти бизнесу — не мешать, подчеркнул Никита Стасишин.
В Госдуме также озабочены мерами поддержки строительного комплекса. Как заявил Владимир Кошелев, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по строительству и ЖКХ, есть предложение выкупать нераспроданное жилье для расселения аварийного жилого фонда. «Это позволит ускорить темпы расселения», — подчеркнул он.
Кроме того, депутаты полагают, что нужны доходные дома, им даже понятно, что именно надо сделать, чтобы в этот сегмент пришел частный капитал. Однако пока этого не происходит.
Некоторым девелоперам повезло больше, чем остальным. Александр Гайдуков, руководитель компании «Страна девелопмент», заявил: когда компания работала на растущем рынке, ее поддерживали все. Сейчас, по его словам, «обнажились места, на которые надо обратить внимание». Он подчеркнул: «Все полномочия для поддержки девелоперов сегодня есть у муниципальных округов, и выживаемость девелопера зависит от политики в муниципальном округе».
Москва, как обычно, оказалась впереди всех. Программа реновации служит эффективной мерой поддержки для девелоперов, выступающих подрядчиками. «Большинство крупных девелоперов — подрядчики по реновации, потому что это гарантированный доход», — отметил Владислав Овчинский, руководитель департамента инвестиционной и промышленной политики Москвы.
Сейчас, полагает он, наступило время доверия. Столичные власти перешли на скоринг, отказались от гарантий. По его словам, многие крупные девелоперы пользуются этим инструментом, но власти не боятся, потому что уже в первом квартале выросло количество выданных разрешений на строительство. «Это значит, что город доверяет девелоперам, девелоперы — городу», — подчеркнул Владислав Овчинский. Он заявил: «Финансовая поддержка – хорошая история, когда есть финансы».
При этом Владислав Овчинский полагает: не надо создавать искусственных инструментов помощи — у Минстроя и банков их много, у регионов их вполне достаточно, чтобы сформировать программу не выживания, а развития. Надо пользоваться тем, что есть, выжимать из этого максимум. Все остальное, утверждает он, зависит от грамотной стратегии развития бизнеса, стратегии не стабилизации, не консервации, а развития.
Перспектива
Между тем рынок продолжает меняться. Антон Финогенов, директор по развитию городской среды АО «ДОМ.РФ», полагает, что ужесточится конкуренция за покупателя, причем малые и средние компании будут конкурировать с крупными вполне успешно, потому что они гибче.
Меняются требования к застройщикам. По словам Антона Финогенова, власти регионов требуют от девелоперов все больше инфраструктурной нагрузки и меньше этажей в домах. Меняется квартирография. В ряде регионов уже нормативно запрещены студии определенной площади. «Думаю, это долгосрочный фактор», — заявил Антон Финогенов.
По его мнению, будет расти доля арендного жилья, будут более гибкими планировочные решения, «плотность будет умной», под влиянием растущих тарифов на коммунальные услуги будут повышаться энергоэффективность, улучшаться экологичные характеристики…
Роман Антощенков считает ключом к успеху проекта — правильный набор квартирографии. По его мнению, цена — не единственный и не самый первый критерий сегодня, потому важно понять, какова целевая аудитория компании или проекта.
Девелоперы сами указывают на слабую цифровизацию строительной отрасли, следовательно, потенциал в этом направлении есть. «Опыт накоплен, а пользоваться им никто не может», — заявил Алексей Дроздов, генеральный директор Pragmacore.
По его словам, нередко процессы использования искусственного интеллекта в компаниях — «для галочки». Максим Грицкевич полагает важной задачей цифровизацию, «которая через несколько лет принесет плоды».
Он также возлагает надежды на снижение ключевой ставки в 2026 году хотя бы до 14–15%, тогда ситуация на рынке выправится. «Банковские инструменты развились, надо развивать другие инструменты — привлечь профессиональных инвесторов в отрасль. И лет через 20 отрасль будет другой», — добавил Максим Грицкевич.
По словам Владислава Овчинского, почти во всех компаниях, у которых есть планы на развитие, произошла диверсификация: стали строить свои заводы, создали подразделения по строительству промышленных площадей. Кроме того, в Москве активизировалось строительство коммерческих площадей.
«Выживают сильные, а умирают не слабые, а глупые», — заключил он.
Ситуация в дорожном строительстве дошла до точки кипения: мелкие и средние компании уже покинули рынок, крупные готовятся к банкротству. Им на смену могут прийти или казенные предприятия, или китайские компании, единственные из иностранных, работающих на дорогах России.
В июле доведенные до отчаяния крупные компании, работающие на строительстве дорог и мостов, обратились с письмом к президенту РФ Владимиру Путину с просьбой решить проблемы отрасли. Реакция есть: президент поручил председателю правительства Михаилу Мишустину «рассмотреть и доложить».
Профильные министерства подготовили свои ответы, а Минстрой еще в апреле – поправки в законодательство, которые разрешают пересмотреть и увеличить цену контракта. Однако участники рынка называют министерские письма отписками. «Нам нужен ответ, как нам планировать свою деятельность. ФАС дала более-менее конструктивный ответ, прочие вызывают удивление», - прокомментировал Павел Горячкин, президент Союза инженеров-сметчиков, директор департамента ценообразования и экспертно-аналитической работы Ассоциации строителей России.
Похоже, что основная задача – снять поручение «с контрольки президента».
ПЕРЕЧЕНЬ компаний, подписавших обращение к президенту РФ:
ООО «СГМ Мост»
АО «Дороги мосты»
АО «Мосметрострой»
АО «ВАД»
ООО «ДСК»
ООО «Альмакор Груп»
АО «ДСК «Автобан»
АО «Стройтрансгаз»
ООО «Трансстроймеханизация»
АО «Мостострой»
АО «Новосибирскавтодор»
АО «Донаэродострой»
АО «Центродострой»
ООО «ФСК Мостотряд-47»
ПАО «Мостострест»
ООО «УК Бамстроймеханизация»
АО «АБС-Дорстрой»
АО «УК Камдострой»
ООО ТК «Руслан-1»
Сплошные убытки
По итогам 2020 года в России работала 301 дорожно-строительная компания с выручкой свыше 1 млрд рублей, из них 25 закончили финансовый год с убытками. Мостовых компаний с выручкой свыше 1 млрд рублей работало 25, из них 5 компаний завершили год с отрицательной прибылью. Фактическая рентабельность за 2017-2019 г. мостостроительных компаний составила -1,02%, рентабельность дорожно-строительных компаний равна 0%.
Отрасль терпит убытки с 2015 года. По данным Росстата, за 2017-2019 г. рентабельность мостостроительных компаний составила -1,02%, рентабельность дорожно-строительных компаний равна 0%, заявил Юрий Агафонов, генеральный директор Ассоциации строителей и поставщиков дорожного комплекса. Однако сегодня, по его словам, эти данные удалены с сайта Росстата.
Убытки заставляют компании уходить с рынка. За последние пять лет 54% предприятий прекратили работу. Мелкие и средние подрядчики не выдержали первыми.
Теперь очередь дошла до крупных компаний. «Принято считать, что дорожный бизнес прибыльный. Почему тогда компании уходят с рынка», - задает риторический вопрос Агафонов.
По его словам, с каждым годом количество компаний сокращается. В Петербурге еще несколько лет назад был десяток мостостроительных компаний, теперь осталась одна. Если немедленно не принять кардинальных мер, банкротство грозит еще нескольким компаниям, в том числе крупным. «Если бы на рынке было все хорошо, никто бы таких писем не писал», - резюмировал Агафонов.
Уже в 2019 году, выступая на XVII Съезде строителей Санкт-Петербурга, Лев Каплан, директор Санкт-Петербургского Союза строительных компаний «Союзпетрострой», рассказывал о срыве торгов на ремонт и строительство дорог в соседних регионах. Желающих не находилось – целый ряд компаний уже объявились банкротами. По словам Агафонова, в прошлом году на 80% конкурсов с ценой более 1 млн рублей заявлялся один участник. И кто сегодня будет ремонтировать дороги и мосты, в том числе аварийные, пока не ясно.
Причины для недовольства
Известны и другие официальные данные: за пять лет убытки дорожных строителей достигли 137 млрд рублей. Система торгов выстроена таким образом, что подрядные компании вынуждены обращаться в банки за кредитами. По словам Агафонова, отрасль сильно закредитована, проценты по кредитам не компенсируются сметной стоимостью. «Прибыль подрядчика, заложенная в контрактах, ушла в банки», - полагает он.
Прибыль банков за прошлый год составила 1,6 трлн рублей – при том, что около 300 млрд рублей составляют долги дорожных строителей, более 15 млрд – мостостроителей.
Подрядные компании вынуждены обращаться за займами в финансовые организации, поскольку собственных средств не хватает на реализацию проекта. Есть целый перечень расходов, которые заказчик подрядчику не компенсирует. «Он еще не приступил к работе, а уже должен заплатить», - комментирует дополнительные затраты Агафонов.
Кроме того, теперь появилась еще одна статья затрат, связанных с пандемией, в том числе платные прививки для неграждан РФ.
По мнению участников рынка, в отрасли есть системные проблемы, которые необходимо срочно исправлять.
Кроме давления со стороны банков, страдает система ценообразования в общем. Так, в рамках госзаказа механизм не учитывает реальный график распределения затрат, механизм нацелен исключительно на удешевление стоимости строительства. Есть дисбаланс между фактической инфляцией и индексами-дефляторами. Контракты заключаются с учетом официальных прогнозов инфляции, хотя реальные цифры, как правило, выше. Кроме того, заказчики по-прежнему задерживают выплаты подрядчикам.
Методика ценообразования на 2021 год не соответствует реалиям. Мало того, в ней снижены нормы прибыли: до 15% по строительным работам, по пуско-наладочным – до 33%. По новой методике показатель снижен с 7% до 5%, а по факту будет 2% от сметной прибыли, рассуждает Агафонов, поскольку подрядчикам приходится делать дополнительную работу и нести дополнительные затраты.
В сметную стоимость не включен целый ряд позиций, например, не финансируются изыскания, слишком мало средств выделяется на проектирование. «В результате подрядчик за свои деньги проводит повторные изыскания, появляются дополнительные виды работ, растут издержки, которые подрядчик оплачивает из своей сметной прибыли», - указывает Агафонов.
Нередко подрядчик выходи на неподготовленную территорию, и по мере реализации проекта появляются дополнительные виды работ.
Пример дополнительных финансовых затрат подрядчика, не учтенных в нормативах и смете
|
НМЦК с НДС, руб |
26 841 550 330 |
|
|
№ |
Наименование затрат |
Стоимость без НДС, руб. |
|
1 |
НМЦК без НДС |
22 367 958 608 |
|
2 |
Затраты на банковскую гарантию для обеспечения исполнения контракта |
521 338 206 |
|
3 |
Задраны на банковскую гарантию для обеспечения заявки на участие в конкурсе |
3 072 926 |
|
4 |
Затраты на банковскую гарантию для обеспечения гарантийных обязательств 0,1% от МНЦК на срок 8 лет под кредит 12% годовых -27 млн руб, |
39 736 144 |
|
5 |
МСП (30%) - 8 052 млн руб. Срок оплаты 30/15 дней под кредит 12% годовых |
25 749 021 |
|
6 |
Затраты на страхование СМР, не предусмотренные контрактом |
107 340 570 |
|
7 |
Затраты по кредиту (12%) на пополнение оборотных средств для устранения кассового разрыва при несоответствии графика финансирования графику производства работ |
237 251 269 |
|
8 |
Банковское сопровождение (простое) |
Ограничение ведения самостоятельной финансовой деятельности, прогноз потерь невозможен |
|
Итого: |
934 488 139 |
|
|
Затраты в %% от НМЦК |
4,2 % |
Источник: Ассоциация строителей и поставщиков дорожного комплекса
Большинство контрактов заключается без рабочей документации, у которой почему-то нет статуса. Требует повторная экспертиза. «В итоге задержка темпов строительства, даже остановка, и повторную экспертизу оплачивает подрядчик», - говорит Агафонов.
Отдельная тема – удорожание стройматериалов. Как отметил Горячкин, за 25 лет работы он не помнит, чтобы настолько и так дружно дорожали все позиции. По его словам, в июне цены на стройматериалы выросли на 5,6%, в июле – на 5,1%. А с начала года битум, например, подорожал на 43,8%, листовое стекло – на 22%, асфальтобетонная смесь, востребованная только в сезон, - на 9,8%. Подорожали и металл, и пиломатериалы, и цемент, и теплоизоляция.
«В течение десяти лет мы по два раза в год обращались с предложениями в правительство изменить ценообразование. Кардинальных мер не принято», - подытожил Агафонов.
Рост цен на отдельные строительные материалы с начала 2021 года
|
Наименование материала |
Рост цен, % |
|
Битум строительный |
43,8 |
|
Лакокрасочные материалы |
34,6 |
|
Бордюр ж/б |
22,5 |
|
Смеси асфальтобетонные |
9,51 |
|
Цемент |
3,6-5,3 |
|
Щебень |
4,5 |
|
Песок строительный |
3,3 |
Источник: мониторинг Союза инженеров-сметчиков
Презумпция виновности
Система построена так, что ответственность за любые недочеты в готовом объекте возложена на подрядчиков. Четкого определения оценки работ и правил приемки нет. «Как только подрядчик подписал контракт, он берет на себя все риски», - отмечает Агафонов.
Он полагает, что систему надо менять.
Горячкин добавляет: после завершения работ, когда подрядчик и заказчик уже мирно разошлись, появляются толпы проверяющих. Считается, что нарушения всегда найдутся – стоит зайти на любой объект. «Неразбериха с ценами и нормативами, которую устроил Минстрой, позволяет обвинять строителей», - уточняет Горячкин.
И все решается через уголовный кодекс, минуя арбитражный суд или суд общей юрисдикции.
Предсказуемые последствия
Особое беспокойство у участников рынка вызывают контракты, заключенные в 2020 году и с начала текущего года. Как поясняет Горячкин, процедуры торгов были проведены на основе неактуальной сметной стоимости.
Ранее президент Национального объединения строителей (НОСТРОЙ) Антон Глушков заявил: после многочисленных обращений строителей и профильных сообществ Минстрой, Минфин и ФАС написали разъяснительное письмо, по которому заказчик может увеличить стоимость контракта даже на 30%. Правда, отметил Глушков, речь идет о контрактах стоимость свыше 100 млн рублей, а таких насчитывается всего 9%. Что делать подрядчикам на остальных 91%?
Но пересмотр контрактов, обещанный вице-премьером Маратом Хуснуллиным с 1 июля 2020 года, до сих пор не случился, хотя сезон строительства и ремонта дорог в самом разгаре. Обещанного правительством постановления нет.
Участники рынка предлагают выход из кризисной ситуации. Во-первых, необходимо как можно скорее выпустить постановление правительства о пересмотре контрактов. «Мы предлагаем в первую очередь увеличить стоимость заключенных контрактов на 15%. В 2009 году все контракты были урезаны на 15%. Никто не мешает сделать теперь наоборот», - комментирует Агафонов.
Кроме того, в рамках постановления участники рынка предлагают увеличить норму прибыли до 10%; исключить обязательную экспертизу при пересчете стоимости для контрактов с суммой свыше 100 млн рублей; разрешить пересчет контрактов до их завершения и проч.
Во-вторых, необходимо разрешить системные проблемы в отрасли, пересмотрев подходы к бюджетному строительству. Помимо мер, заложенных в постановление, участники рынка предлагают исключить из состава затрат проценты по кредитам; закрепить разработку рабочей документации как самостоятельного этапа проектирования; закрепить «симметричную» ответственность заказчика за выполнение своих функций, исключив «презумпцию виновности» подрядчика при любых отклонениях и проч.
Министерства предлагают некие варианты, но это надо было делать намного раньше, пока ситуация не дозрела до критической. «Клубок проблем и решения правительства – промежуточные, они кардинально не решают проблемы. Меры, предложенные министерствами, мы сможем оценить в 2026-2027 годах», - говорит Агафонов.
Он утверждает: ситуация будет только ухудшатся. И в этом случае рынку строительства дорог и мостов грозит национализация, а правительство будет создавать казенные госпредприятия. «Давайте делать казенные предприятия, которые будут выполнять указания», - разводит руками Агафонов.
По мнению Горячкина, если российские компании продолжат банкротиться, их место могут занять китайские. Это крупные структуры. И если они придут на российский рынок, уже не власти, а китайские предприниматели будут диктовать условия госконтрактов.
Петербургский Комплекс защитных сооружений от наводнений отметил десять лет с момента ввода в эксплуатацию. Главное достижение – проект окупился. Основную задачу – защиту города от морских нагонных наводнений, дамба выполняет, но защитить берега Финского залива от размывания не может.
Строительство дамбы с перерывами продолжалось с 1979 года, сдача в эксплуатацию состоялась в августе 2011-го. Стоимость строительства оценена в 109 млрд рублей. Как сообщил в ходе юбилейной пресс-конференции Игорь Полищук, заместитель генерального директора по эксплуатации Дирекции Комплекса защитных сооружений Санкт-Петербурга Минстроя России, за десять лет эксплуатации предотвращены 26 морских нагонных наводнений. Суммарный эффект – 123 млрд рублей, больше, чем стоимость строительства КЗС. Следовательно, проект окупился.
«Решена проблема номер один – защита города от наводнений», - вторит Сергей Кураев, главный инженер проекта.
По его словам, в проектировании и строительстве участвовали замечательные люди, например, Юрий Севенард, построивший несколько крупных гидротехнических сооружений, в том числе за рубежом. Также были применены уникальные технологии, которые предполагалось использовать при строительстве приливных электростанций в прибрежных районах.
Если в одни прекрасный день не получится перекрыть морские воды, ущерб, по словам Полищука, может достигнуть 49 млрд рублей, включая имущественный и экологический, плюс будут человеческие жертвы.
Пока Петербургу наводнения не угрожают. При условии выполнения необходимых регламентов дамба прослужит еще 90 лет. Как пояснил Полищук, после каждого наводнения проводится техобследование и выполняются восстановительные и ремонтные работы. Не считая плановых обследований и ремонтов, за которые отвечает подрядная компания, выигравшая конкурс на эксплуатацию.
У дамбы, сказал Полищук, большой запас прочности: «Почти все оборудование задублировано и дает возможность управлять им с локальных постов, с общего пульта, а основное оборудование может даже управляться вручную. Это 100-процентная надежность. У нас нулевая аварийность за десять лет».
Участники пресс-конференции также подчеркнули свою роль в улучшении экологического состояния окружения. «Никакого экологического ущерба нет», - заявил Полищук.
По его словам, мониторинг воды показывает постоянное улучшение, регламенты работы КЗС «подстроены» под колонии птиц. Однако защитить берега залива КЗС не может. Ранее рассматривался проект берегоукрепления, но почему-то не воплотился. По информации Полищука, вода по берегам Финского залива поднимается максимум на 5 см. «Безусловно, дамба оказывает влияние, но не больше, чем когда дамбы не было», – утверждает он.
В результате местные жители самостоятельно укрепляют берега. За свой счет. И точно это не 5 см, скорее, 150.
СПРАВКА
Протяженность Комплекса защитных сооружений – 25,4 км., включая семь мостов и две развязки. Расчетная проходимость – 25 тыс. автомобилей в сутки, пока средний показатель составляет 18 тыс. машин.
КЗС, кроме того, включает в себя 11 защитных дамб и 6 водопропускных сооружений. Расчетная высота подъема воды – 4,5 метра.
О наводнении известно за 68 часов до его наступления. Предупреждение об этом сразу получают заинтересованные компании и организации. Также рассчитывается период, на который доступ в залив и из залива будет закрыт.