Между эстетикой и экономикой
Задачи у архитекторов и девелоперов, на первый взгляд, разнятся: архитекторы больше привержены эстетике, девелопер не может не думать о деньгах. Однако для создания конечного продукта — жилого комплекса, торгового центра или другого объекта — девелоперы и архитекторы должны выстроить отношения.
Общие интересы у девелопера, который выступает заказчиком, и архитектора в роли исполнителя заказа, безусловно, есть. И архитекторы полагают, что общего между ними и девелоперами гораздо больше, чем кажется. При этом девелоперы начали разбираться в архитектуре, а архитекторы — в экономике.
«Работа архитектора начинается по заказу девелопера — в этом и заключаются их общие интересы. Девелоперу надо построить дом, который хорошо продается. Архитектор может на это повлиять не только в смысле так называемой красоты здания, но и с точки зрения максимального выхода площадей и комфорта квартир. Знание законодательства, которое постоянно меняется, становится еще одной важной составляющей общих интересов девелопера и архитектора», — указывает Никита Явейн, руководитель Архитектурного бюро «Студия 44».
Олег Богдан, главный архитектор проектов Генпро, полагает: интересы девелоперов и архитекторов пересекаются в понятии успешного проекта. «Девелоперу выгодно, когда объект не только построен в срок и с минимальными затратами, но и пользуется спросом на рынке. А качественный архитектурный дизайн, грамотная планировка и эстетика напрямую влияют на привлекательность недвижимости. Поэтому обе стороны заинтересованы в балансе между экономикой и эстетикой».
По его мнению, девелоперы все чаще понимают ценность архитектурной выразительности как инструмента конкурентного преимущества — особенно это заметно в жилых комплексах бизнес- и премиум-классов. «Таким образом, общий интерес заключается в создании продукта, который будет востребован, рентабелен и при этом соответствует современным архитектурным стандартам», — уверен Олег Богдан.
«Я бы не сказал, что такая уж четкая двуполярность: архитекторы — об эстетике, девелоперы — о цифрах, потому что некие инновационные части проекта имеют экономическую эффективность, которую трудно предугадать, и грамотный девелопер четко знает, что закладка каких-то инноваций в проект, применение каких-то материалов — это для проекта набор очков в смысле стоимости и узнаваемости проекта в будущем. Это трудно просчитать, но оно существует. И иногда счастливо совпадают усилия девелопера и архитектора — это всегда очень-очень тонкий процесс», — рассуждает Михаил Мамошин, генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская Мамошина», академик архитектуры (РАХ, РААСН, МААМ), заслуженный архитектор России.
Он полагает, что сегодня архитекторы уже начинают понимать в девелопменте, то есть могут понять точку зрения заказчика, заказчики-девелоперы путешествуют, интересуются архитектурным мейнстримом…
«Очень важно, наверное, точно так же, как и в творчестве архитектора, в работе девелопера, личностное обозначение. Личностно обозначенный девелопмент – это правильно. Нужны личности, которые могут субъективно поставить задачу, и она в конечном итоге приведет к какой-то новой объективности и к движению вперед…», - добавил Михаил Мамошин.
Феликс Буянов, руководитель и архитектор архитектурной мастерской «Б2», не думает, что надо жестко разделять миссии архитектора и девелопера, поскольку их объединяет общая цель: преображение через развитие. Разнятся лишь инструменты и дивиденды. «Архитектор, мысля образами, не имеет права чураться цифр и должен “поверять алгеброй гармонию”, если, конечно, хочет увидеть задуманное воплощенным в жизнь; равно и девелопер, зацикленный исключительно на цифрах, пренебрегающий образом, обречен на деградацию бизнеса. Гармония всегда сбалансирована, в балансе интересов архитектора и девелопера заинтересованы обе стороны», — отметил он.
Данила Рогожников, руководитель управления архитектуры MARKS GROUP, полагает, что архитекторов, работающих исключительно за идею, давно нет, поскольку архитектурный бизнес — тоже бизнес. Современные девелоперы тоже сосредоточены не только на цифрах: «Девелоперов, думающих лишь о собственном кармане, спрос быстро приведет в чувство. Всех уравняли конкуренция и рынок. Покупательские потребности значительно выросли. Негибкие, невосприимчивые, не слышащие и не понимающие заказчика архитекторы не будут востребованы. Не думающие о запросах покупателя девелоперы не будут востребованы».
По мнению Данилы Рогожникова, общие интересы легко находятся в конечных пользователях совместного продукта девелопера и архитектора: «Современный востребованный девелоперской проект требует уникального образа, комфортной среды, качественно организованного пространства снаружи и внутри. За что не будут платить люди, то не будет делать ни один архитектор или девелопер».
«Я глубоко убежден, что хорошие проекты появляются, только когда архитекторы и девелоперы находятся в одной команде и мыслят едиными категориями: это значит, что архитектор, создавая образы, понимает функциональность, рациональность и эффективность предложенного проекта и умеет считать деньги, а девелопер, кроме прибыли, еще должен мыслить образами, так вместе они решают единую задачу. Именно это — необходимое условие для успешного и красивого проекта в будущем», — заявил Сергей Цыцин, генеральный директор «АМЦ-Проект».
«Сделайте мне красиво»
Не каждый проект заказчик принимает с первого раза. В том числе потому, что сам изначально не определился, чего он хочет.
По словам Сергея Цыцина, каждый проект индивидуален, и очень важно, чтобы девелопер и архитектор вместе над ним работали. Необходимость в доработке, по его мнению, возникает, когда партнеры погружены в проект и на каком-то этапе понимают, что нужна корректировка. «Характерные причины, по которым проект отправляется на доработку, заключается в прикидочной оценке его стоимости по фасадам и инженерии, поскольку заказчику нужно уместиться в определенный бюджет. Выясняется это не сразу, а при достаточно развитом проекте, когда есть возможность проанализировать оценку его стоимости. Это касается интерьеров, фасадов, инженерии и благоустройства. Все девелоперы хотят, чтобы было очень красиво и в то же время дешево, но так, к сожалению, не получается, хотя нужно стремиться к рациональным вариантам в любом случае», — уточнил Сергей Цыцин.
Как рассказал Феликс Буянов, заказчик быстрее принимает проекты зданий общественного назначения, хотя позже их сложнее согласовывать. Проекты жилья и апартаментов чаще приходится корректировать в процессе разработки — меняются внешние условия, требования «продуктологов» и т. п.
Проект также может меняться, если партнеры не достигли полного взаимопонимания. Никита Явейн полагает важным моментом четкую и подробную формулировку исходного задания и исчерпывающие исходные данные. В противном случае, то есть тогда, когда задание формулируется в общих чертах, меняется по ходу работы, а любые решения согласовываются на разных уровнях, проект может отправиться на доработку. «Как бы то ни было, палитра возможностей, как правило, задается в изначальном задании. То, что архитектор может позволить в премиум-сегменте, в экономе — исключено. Там, где бюджеты больше, на удивление, и свободы у архитектора бывает больше. С другой стороны, такие объекты чаще всего располагаются в историческом центре, а это значит, что процесс согласований значительно сложнее», — подчеркнул Никита Явейн.
Среди задач архитектора – убедить заказчика применять при строительстве конкретные материалы. Общая планировка объекта, его конструктивный каркас, обычно, не вызывает дискуссий архитектора и девелопера. Девелоперы в большинстве случаев, приобретая участки под строительство, уже знают, какого класса объект могут на нем построить. «Чаще всего девелопер сам выбирает тот или иной материал и технологию с точки зрения его себестоимости. В зависимости от места и класса сооружения выбираются и применяемые к нему фасадные и интерьерные материалы. Именно выразительный подбор финишных материалов создает убедительный, притягательный образ и среду, где хочется жить», - поясняет Сергей Цыцин.
Однако рынок сегодня заметно изменился. Если раньше проект окупался задолго до завершения, сегодня девелоперам приходится считать экономику проекта заранее. По словам Сергея Цыцина, девелоперы конкурируют между собой по качеству, уровню, архитектуре, что заставляет их задумываться о создании качественной жилой среды. Поэтому девелоперов интересуют архитектурные изыски. «Часто в этой связи изыски являются хорошей бизнес-составляющей. Просто доброкачественный дом с правильными фасадами и выполненными нормами не является притягательным для будущих клиентов, в то время как проект с интересной архитектурной идеей, которая, в том числе, повышает себестоимость строительства, но при этом привлекательность проекта увеличивается больше, чем его стоимость. Другое дело, что все изыски и новшества должны быть оправданны и обоснованны и иметь рациональное зерно в повышении качества архитектуры, где дома приобретают индивидуальные черты, что тоже немаловажно, но эти новшества и изыски не являются какими-то капризами или субъективным взглядом архитектора на прекрасное. Все-таки все должно быть обоснованно», — полагает Сергей Цыцин.
«Девелопер приветствует архитектурные изыски на старте проекта и охладевает на стадии рабочей документации, тут искусство архитектора состоит в умении убеждать, в удержании баланса», — заявил Феликс Буянов.
Время экономить
Когда девелопер выходит на площадку после множества согласований, он – или подрядчик с его согласия — нередко начинает вносить в проект изменения. Как правило, это связано с желанием удешевить проект или с нежеланием подрядчика выполнять сложные архитектурные решения. Нередко также меняется квартирография. Все это — без согласования с архитектором. При этом архитектор не может ничего возразить, если по договору не сопровождает проект.
По словам Сергея Цыцина, «АМЦ-Проект», как правило, сопровождает проект до полного его завершения, хотя авторский надзор в нашей стране недооценены и оплачиваются по остаточному принципу.
«В идеале архитектор должен сопровождать проект на всех стадиях реализации, чтобы контролировать соблюдение авторского замысла. Однако в реальности так бывает не всегда, особенно если договор не предусматривает авторский надзор. Чтобы минимизировать отклонения, важно на ранних этапах договоренностей четко прописывать обязательства сторон и значение сохранения архитектурного концепта для конечного успеха проекта», — подчеркивает Олег Богдан.
«Не всегда архитектор сопровождает проект до его завершения, в случае смены проектировщика на рабочей стадии вероятность отклонения от проекта возрастает. Как правило, вероятна замена фасадных элементов более дешевыми, не исключены изменения планировок и отдельных конструктивных элементов», — рассказывает Феликс Буянов.
По мнению Никиты Явейна, отклонения от проекта, которые происходят на этапе строительства, когда подрядчик начинает диктовать условия, а девелопер вынужден их принимать, чтобы уменьшить стоимость, — самая слабая сторона той ситуации, которая сложилась в строительной сфере. «Сначала все долго и упорно согласовывается, а потом при строительстве происходят достаточно серьезные изменения, и становится совсем не понятно, зачем перед этим было столько согласований. Такое происходит очень часто и касается практически всех разделов, кроме конструктива», — говорит он.
Сергей Цыцин полагает, что отклонений становится меньше, и они, как правило, носят объективный характер. В частности, в последние годы строителям пришлось отказаться от многих импортных материалов, изделий и оборудования, заменив их параллельным импортом или отечественными аналогами.
Вместе с тем Данила Рогожников указывает на нехорошие последствия из-за отклонений от проекта. «Изменения проекта в процессе стройки в домах с проданными квартирами чревато штрафами, судебными разбирательствами с покупателями. Например, есть прецеденты, когда покупатель требовал соответствия сданного проекта и согласованного АГР. Контроль за последовательным соответствием АГК, АГР, проектной и рабочей документаций регулярно совершенствуется».
«Нам не жить друг без друга»
Вместе с изменениями строительного рынка меняются взаимоотношения между его участниками, включая взаимоотношения между девелоперами и архитекторами. По мнению Никиты Явейна, они стали более уважительными в последние годы: теперь все понимают, что архитектура — это важная составляющая коммерческого успеха.
Сергей Цыцин утверждает, что взаимоотношения становятся более профессиональными, и эффективность этих взаимоотношений постоянно растет.
«Взаимоотношения девелопера и архитектора — процесс творческий, они проходят через кризисы, переживают взлеты и падения, ясно одно: нам трудно жить друг без друга», — резюмировал Феликс Буянов.
«Карачаровский механический завод» — одно из крупнейших и старейших предприятий лифтовой отрасли с более чем 70-летней историей. Сегодня КМЗ по праву остается надежным производителем и поставщиком современных лифтов и лифтового оборудования для всех сегментов рынка недвижимости. Предприятие продолжает выпускать современные и безопасные лифты для региональных и столичных девелоперов, фондов капитального ремонта, московского фонда реновации жилой застройки, объектов дорожно-мостового строительства транспортной инфраструктуры городов, административных, медицинских и социально значимых учреждений.
В октябре 2023 года заводом было получено Заключение о подтверждении производства промышленной продукции на территории Российской Федерации. Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 17 июля 2015 г. № 719, подтвержденной продукцией КМЗ стали лифты грузоподъемностью до 1250 кг и скоростью движения до 1,6 м/сек.
Важно отметить, что в 2023 году в рамках программы капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Москве и Московской области, Санкт-Петербурге, Иркутске, Краснодарском крае, в Рязанской области, Чувашии, Хабаровском крае, Нижнем Новгороде, Великом Новгороде и других регионах КМЗ было заменено более 3000 единиц лифтового оборудования.
«Карачаровский механический завод» в 2023 году разработал и успешно испытал уникальный отечественный продукт: ограничитель скорости 2,5 м/сек, а также прототип ловителей скоростных лифтов до 2,5 м/сек. Был успешно завершен проект по разработке нового грузопассажирского лифта грузоподъемностью 5000 кг с автоматическими дверями, создан грузовой лифт с регулируемым синхронным безредукторным главным приводом. Кроме того, в 2023-м предприятие расширило линейку выпускаемых заводом лифтов серий «Оникс» и «Альтиус», разработало прототип линейки лифтов нового модельного ряда «Сириус Комфорт+».
В рамках важнейшего события в лифтовой индустрии — международной выставки «Russian Elevator Week 2023» экспертная группа и конкурсная комиссия удостоили «Карачаровский механический завод» почетной наградой «Лучшие решения в лифтовом оборудовании (узлы и компоненты)».
Более 50 учащихся и студентов в 2023 году прошли производственную практику в цехах завода. Таким образом, была продолжена работа по взаимодействию с образовательными учреждениями — инженерными классами школ, техникумами, колледжами, высшими учебными заведениями. Основная цель сотрудничества — познакомить молодежь с предприятием реального сектора экономики и заинтересовать в прохождении практики, трудоустройстве, участии в совместных исследовательских проектах, обмене опытом.
На территории КМЗ в начале 2023 года была организована и проведена первая конференция производителей лифтового и инженерного оборудования для пешеходных переходов и объектов транспортной инфраструктуры с особым вниманием к потребностям маломобильных групп населения.
В 2024 году «Карачаровский механический завод» продолжит расширять модельный ряд лифтов серии «Оникс», «Альтиус», «Сириус Комфорт+» и линейки скоростных лифтов для всех сегментов рынка недвижимости, а также модельный ряд грузовых лифтов с регулируемым синхронным безредукторным главным приводом и автоматическими дверями. Кроме того, будут продолжены работы по внедрению современных систем управления лифтов и созданию концепта кабины лифта нового дизайна с использованием инновационных материалов и технических решений. В 2024-м планируется также освоить и наладить производство устройств безопасности скоростных лифтов. На предприятии продолжится модернизация производственных процессов — от замены оборудования до внедрения цифровых технологий. Результаты проделанной работы КМЗ планирует продемонстрировать на предстоящей в октябре 2024 года выставке «Лифт Экспо. Москва».
В преддверии наступающего нового года коллектив «Карачаровского механического завода» благодарит всех партнеров, друзей и коллег за оказанное доверие и совместное плодотворное сотрудничество. КМЗ всегда готов поддержать и развивать ваши самые амбициозные проекты! Вместе, выше, быстрее к новым высотам!
Себестоимость строительства – особая зона внимания для министерств и ведомств, а для строителя этот вопрос никогда и не сходил с повестки «важных». Соцобъекты – отдельная «головная боль»: сметы индексируются неохотно, материалы растут в цене, рабочая сила в дефиците, нормативы строгие.
Сегодня, по оценкам строительных организаций Санкт-Петербурга, себестоимость строительства квадратного метра детского сада составляет 100–200 тыс. руб., строительство школы еще дороже. Как же здесь сэкономить?
Все начинается с головы – с проектирования. Современные школы рассчитаны на большое количество учащихся, имеют бассейны, несколько спортзалов, помещения так называемого свободного назначения, естественно, взлетает и стоимость материалов, работ, инженерного оборудования.
Конечно, современная оснащенная школа – это вызов времени, и это хорошо. В федеральных центрах школы на 1500–3000 мест – норма. Но в регионах дети учатся в три смены просто потому, что новых школ нет, строить по новым проектам дорого. И здесь как раз кроется возможность оптимизации – путь оптимизации решений, объемов строительства, а следовательно, и себестоимости, и сроков.
На наш взгляд, этот путь – унификация проектных решений. Да, стоит вновь вернуться к идее универсальных типовых проектов для таких объектов. Унификация в современном понимании не сводится к банальному упрощению, но должна быть рациональной. Это проработанные выверенные решения по планировке (ничего лишнего), материалы стабильного качества, инженерное оборудование, достаточное для образовательного учреждения, при этом без лишних функций. Про оборудование отдельное слово.
Приведу пример. Часто по разным программам школы и детсады осваивают средства на новомодное проекционное оборудование, а потом оно стоит, потому что в обслуживании дорого, денег на эксплуатацию не предусмотрено. Или зачем, например, в детском саду на два этажа ставить большой грузовой лифт? Затрачены миллионы, но на лифте висит табличка «Лифт не работает», а сотрудники продолжают носить кастрюлю с супом в руках, т. к. денег на регулярное обслуживание не выделяется.
Так, может быть, достаточно для того же регионального детского сада малого грузового лифта? Стоит он в разы дешевле, грузы в детском саду негабаритные, но персоналу существенно легче справляться, при этом постановки на учет в Ростехнадзоре такое оборудование не требует, и в обслуживании оно проще и дешевле. Выбрать такое оборудование грамотно – вот самый тонкий момент. Квалификация проектировщика и технолога как никогда становится актуальной. Если специалист грамотный, он не запроектирует лифт 1000 кг с огромной кабиной, режимом ППР – это излишества, а вот функциональный малый грузовой лифт на 100-250 кг с огнестойкими дверями, кабиной из нержавеющей стали, с частотным управлением – это необходимое и оптимальное решение для типового соцобъекта. Важно, чтобы изготовитель лифта был стабильным производственным предприятием с хорошей репутацией и желательно в ближайшем регионе. Сертификат по ТРТС 011/2011 «Безопасность лифтов». И тогда, затратив оптимальную, а не чрезмерную сумму, мы имеем на выходе хороший объект с качественным работающим оборудованием, никакой «головной боли» по гарантии, срок службы – 25 лет. Такой лифт можно заложить в проект еще на самом раннем этапе, связавшись с производителем и запросив готовые технические задания. Так работает лифтостроительный завод «Предприятие ПАРНАС», более 45 лет мы на связи с проектировщиками, строителями и даже руководством школ. Каждый день мы вместе с вдумчивыми ответственными проектировщиками решаем вопрос: что действительно необходимо, а что неоправданно и нефункционально.
Без административного ресурса задачу грамотной оптимизации не решить. Регулирование методами господдержки, прямой отбор изготовителей после консультаций с профессиональным сообществом, отбор универсальных проектных решений и вариантов комплектации, приоритизация оптимальных (!) решений – вот роль государственных структур. Почему бы, предположим, не упростить процедуру согласования проекта госэкспертизой, если строитель применяет рекомендованные типовые проектные решения?
Инженерного оборудования в соцобъектах немало, это далеко не только лифты. Вероятно, что «горячих точек внимания», где действительно можно оптимизировать цену, найдется не одна и не две. Так почему бы не начать прямо сейчас?