Между эстетикой и экономикой
Задачи у архитекторов и девелоперов, на первый взгляд, разнятся: архитекторы больше привержены эстетике, девелопер не может не думать о деньгах. Однако для создания конечного продукта — жилого комплекса, торгового центра или другого объекта — девелоперы и архитекторы должны выстроить отношения.
Общие интересы у девелопера, который выступает заказчиком, и архитектора в роли исполнителя заказа, безусловно, есть. И архитекторы полагают, что общего между ними и девелоперами гораздо больше, чем кажется. При этом девелоперы начали разбираться в архитектуре, а архитекторы — в экономике.
«Работа архитектора начинается по заказу девелопера — в этом и заключаются их общие интересы. Девелоперу надо построить дом, который хорошо продается. Архитектор может на это повлиять не только в смысле так называемой красоты здания, но и с точки зрения максимального выхода площадей и комфорта квартир. Знание законодательства, которое постоянно меняется, становится еще одной важной составляющей общих интересов девелопера и архитектора», — указывает Никита Явейн, руководитель Архитектурного бюро «Студия 44».
Олег Богдан, главный архитектор проектов Генпро, полагает: интересы девелоперов и архитекторов пересекаются в понятии успешного проекта. «Девелоперу выгодно, когда объект не только построен в срок и с минимальными затратами, но и пользуется спросом на рынке. А качественный архитектурный дизайн, грамотная планировка и эстетика напрямую влияют на привлекательность недвижимости. Поэтому обе стороны заинтересованы в балансе между экономикой и эстетикой».
По его мнению, девелоперы все чаще понимают ценность архитектурной выразительности как инструмента конкурентного преимущества — особенно это заметно в жилых комплексах бизнес- и премиум-классов. «Таким образом, общий интерес заключается в создании продукта, который будет востребован, рентабелен и при этом соответствует современным архитектурным стандартам», — уверен Олег Богдан.
«Я бы не сказал, что такая уж четкая двуполярность: архитекторы — об эстетике, девелоперы — о цифрах, потому что некие инновационные части проекта имеют экономическую эффективность, которую трудно предугадать, и грамотный девелопер четко знает, что закладка каких-то инноваций в проект, применение каких-то материалов — это для проекта набор очков в смысле стоимости и узнаваемости проекта в будущем. Это трудно просчитать, но оно существует. И иногда счастливо совпадают усилия девелопера и архитектора — это всегда очень-очень тонкий процесс», — рассуждает Михаил Мамошин, генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская Мамошина», академик архитектуры (РАХ, РААСН, МААМ), заслуженный архитектор России.
Он полагает, что сегодня архитекторы уже начинают понимать в девелопменте, то есть могут понять точку зрения заказчика, заказчики-девелоперы путешествуют, интересуются архитектурным мейнстримом…
«Очень важно, наверное, точно так же, как и в творчестве архитектора, в работе девелопера, личностное обозначение. Личностно обозначенный девелопмент – это правильно. Нужны личности, которые могут субъективно поставить задачу, и она в конечном итоге приведет к какой-то новой объективности и к движению вперед…», - добавил Михаил Мамошин.
Феликс Буянов, руководитель и архитектор архитектурной мастерской «Б2», не думает, что надо жестко разделять миссии архитектора и девелопера, поскольку их объединяет общая цель: преображение через развитие. Разнятся лишь инструменты и дивиденды. «Архитектор, мысля образами, не имеет права чураться цифр и должен “поверять алгеброй гармонию”, если, конечно, хочет увидеть задуманное воплощенным в жизнь; равно и девелопер, зацикленный исключительно на цифрах, пренебрегающий образом, обречен на деградацию бизнеса. Гармония всегда сбалансирована, в балансе интересов архитектора и девелопера заинтересованы обе стороны», — отметил он.
Данила Рогожников, руководитель управления архитектуры MARKS GROUP, полагает, что архитекторов, работающих исключительно за идею, давно нет, поскольку архитектурный бизнес — тоже бизнес. Современные девелоперы тоже сосредоточены не только на цифрах: «Девелоперов, думающих лишь о собственном кармане, спрос быстро приведет в чувство. Всех уравняли конкуренция и рынок. Покупательские потребности значительно выросли. Негибкие, невосприимчивые, не слышащие и не понимающие заказчика архитекторы не будут востребованы. Не думающие о запросах покупателя девелоперы не будут востребованы».
По мнению Данилы Рогожникова, общие интересы легко находятся в конечных пользователях совместного продукта девелопера и архитектора: «Современный востребованный девелоперской проект требует уникального образа, комфортной среды, качественно организованного пространства снаружи и внутри. За что не будут платить люди, то не будет делать ни один архитектор или девелопер».
«Я глубоко убежден, что хорошие проекты появляются, только когда архитекторы и девелоперы находятся в одной команде и мыслят едиными категориями: это значит, что архитектор, создавая образы, понимает функциональность, рациональность и эффективность предложенного проекта и умеет считать деньги, а девелопер, кроме прибыли, еще должен мыслить образами, так вместе они решают единую задачу. Именно это — необходимое условие для успешного и красивого проекта в будущем», — заявил Сергей Цыцин, генеральный директор «АМЦ-Проект».
«Сделайте мне красиво»
Не каждый проект заказчик принимает с первого раза. В том числе потому, что сам изначально не определился, чего он хочет.
По словам Сергея Цыцина, каждый проект индивидуален, и очень важно, чтобы девелопер и архитектор вместе над ним работали. Необходимость в доработке, по его мнению, возникает, когда партнеры погружены в проект и на каком-то этапе понимают, что нужна корректировка. «Характерные причины, по которым проект отправляется на доработку, заключается в прикидочной оценке его стоимости по фасадам и инженерии, поскольку заказчику нужно уместиться в определенный бюджет. Выясняется это не сразу, а при достаточно развитом проекте, когда есть возможность проанализировать оценку его стоимости. Это касается интерьеров, фасадов, инженерии и благоустройства. Все девелоперы хотят, чтобы было очень красиво и в то же время дешево, но так, к сожалению, не получается, хотя нужно стремиться к рациональным вариантам в любом случае», — уточнил Сергей Цыцин.
Как рассказал Феликс Буянов, заказчик быстрее принимает проекты зданий общественного назначения, хотя позже их сложнее согласовывать. Проекты жилья и апартаментов чаще приходится корректировать в процессе разработки — меняются внешние условия, требования «продуктологов» и т. п.
Проект также может меняться, если партнеры не достигли полного взаимопонимания. Никита Явейн полагает важным моментом четкую и подробную формулировку исходного задания и исчерпывающие исходные данные. В противном случае, то есть тогда, когда задание формулируется в общих чертах, меняется по ходу работы, а любые решения согласовываются на разных уровнях, проект может отправиться на доработку. «Как бы то ни было, палитра возможностей, как правило, задается в изначальном задании. То, что архитектор может позволить в премиум-сегменте, в экономе — исключено. Там, где бюджеты больше, на удивление, и свободы у архитектора бывает больше. С другой стороны, такие объекты чаще всего располагаются в историческом центре, а это значит, что процесс согласований значительно сложнее», — подчеркнул Никита Явейн.
Среди задач архитектора – убедить заказчика применять при строительстве конкретные материалы. Общая планировка объекта, его конструктивный каркас, обычно, не вызывает дискуссий архитектора и девелопера. Девелоперы в большинстве случаев, приобретая участки под строительство, уже знают, какого класса объект могут на нем построить. «Чаще всего девелопер сам выбирает тот или иной материал и технологию с точки зрения его себестоимости. В зависимости от места и класса сооружения выбираются и применяемые к нему фасадные и интерьерные материалы. Именно выразительный подбор финишных материалов создает убедительный, притягательный образ и среду, где хочется жить», - поясняет Сергей Цыцин.
Однако рынок сегодня заметно изменился. Если раньше проект окупался задолго до завершения, сегодня девелоперам приходится считать экономику проекта заранее. По словам Сергея Цыцина, девелоперы конкурируют между собой по качеству, уровню, архитектуре, что заставляет их задумываться о создании качественной жилой среды. Поэтому девелоперов интересуют архитектурные изыски. «Часто в этой связи изыски являются хорошей бизнес-составляющей. Просто доброкачественный дом с правильными фасадами и выполненными нормами не является притягательным для будущих клиентов, в то время как проект с интересной архитектурной идеей, которая, в том числе, повышает себестоимость строительства, но при этом привлекательность проекта увеличивается больше, чем его стоимость. Другое дело, что все изыски и новшества должны быть оправданны и обоснованны и иметь рациональное зерно в повышении качества архитектуры, где дома приобретают индивидуальные черты, что тоже немаловажно, но эти новшества и изыски не являются какими-то капризами или субъективным взглядом архитектора на прекрасное. Все-таки все должно быть обоснованно», — полагает Сергей Цыцин.
«Девелопер приветствует архитектурные изыски на старте проекта и охладевает на стадии рабочей документации, тут искусство архитектора состоит в умении убеждать, в удержании баланса», — заявил Феликс Буянов.
Время экономить
Когда девелопер выходит на площадку после множества согласований, он – или подрядчик с его согласия — нередко начинает вносить в проект изменения. Как правило, это связано с желанием удешевить проект или с нежеланием подрядчика выполнять сложные архитектурные решения. Нередко также меняется квартирография. Все это — без согласования с архитектором. При этом архитектор не может ничего возразить, если по договору не сопровождает проект.
По словам Сергея Цыцина, «АМЦ-Проект», как правило, сопровождает проект до полного его завершения, хотя авторский надзор в нашей стране недооценены и оплачиваются по остаточному принципу.
«В идеале архитектор должен сопровождать проект на всех стадиях реализации, чтобы контролировать соблюдение авторского замысла. Однако в реальности так бывает не всегда, особенно если договор не предусматривает авторский надзор. Чтобы минимизировать отклонения, важно на ранних этапах договоренностей четко прописывать обязательства сторон и значение сохранения архитектурного концепта для конечного успеха проекта», — подчеркивает Олег Богдан.
«Не всегда архитектор сопровождает проект до его завершения, в случае смены проектировщика на рабочей стадии вероятность отклонения от проекта возрастает. Как правило, вероятна замена фасадных элементов более дешевыми, не исключены изменения планировок и отдельных конструктивных элементов», — рассказывает Феликс Буянов.
По мнению Никиты Явейна, отклонения от проекта, которые происходят на этапе строительства, когда подрядчик начинает диктовать условия, а девелопер вынужден их принимать, чтобы уменьшить стоимость, — самая слабая сторона той ситуации, которая сложилась в строительной сфере. «Сначала все долго и упорно согласовывается, а потом при строительстве происходят достаточно серьезные изменения, и становится совсем не понятно, зачем перед этим было столько согласований. Такое происходит очень часто и касается практически всех разделов, кроме конструктива», — говорит он.
Сергей Цыцин полагает, что отклонений становится меньше, и они, как правило, носят объективный характер. В частности, в последние годы строителям пришлось отказаться от многих импортных материалов, изделий и оборудования, заменив их параллельным импортом или отечественными аналогами.
Вместе с тем Данила Рогожников указывает на нехорошие последствия из-за отклонений от проекта. «Изменения проекта в процессе стройки в домах с проданными квартирами чревато штрафами, судебными разбирательствами с покупателями. Например, есть прецеденты, когда покупатель требовал соответствия сданного проекта и согласованного АГР. Контроль за последовательным соответствием АГК, АГР, проектной и рабочей документаций регулярно совершенствуется».
«Нам не жить друг без друга»
Вместе с изменениями строительного рынка меняются взаимоотношения между его участниками, включая взаимоотношения между девелоперами и архитекторами. По мнению Никиты Явейна, они стали более уважительными в последние годы: теперь все понимают, что архитектура — это важная составляющая коммерческого успеха.
Сергей Цыцин утверждает, что взаимоотношения становятся более профессиональными, и эффективность этих взаимоотношений постоянно растет.
«Взаимоотношения девелопера и архитектора — процесс творческий, они проходят через кризисы, переживают взлеты и падения, ясно одно: нам трудно жить друг без друга», — резюмировал Феликс Буянов.
Решать проблему дефицита кадров в отрасли демонтажа, считают представители ГК «АРАСАР», нужно системно при поддержке государства и профессионального сообщества.
По оценке экспертов, в настоящее время в индустрии профессионального демонтажа в России работают около 200 тыс. человек. Эта цифра не учитывает персонал специализированных подразделений некоторых крупных строительных компаний, которые сносом зданий и сооружений занимаются самостоятельно. Так как объемы демонтажных работ в стране ежегодно растут — увеличивается и потребность рынка в новых квалифицированных кадрах.
Как и в целом в сфере строительства, в отрасли профессионального демонтажа сейчас наблюдается дефицит кадров. Особо ценных сотрудников руководители демонтажных компаний готовы искать в других городах, предлагать им служебное жилье, бонусы и другие «плюшки». С учетом того, что в демонтажные работы внедряются новые инновационные технологии, растет спрос и на специалистов особо узких категорий, которые благодаря своим знаниям и навыкам способны существенно оптимизировать деятельность организации.
По мнению лидеров рынка, важно как можно быстрее и эффективнее решить вопрос нехватки квалифицированных кадров. Для этого, считают они, на государственном уровне необходимо разработать систему подготовки кадров для отрасли демонтажа. Профессиональные сообщества и ассоциации должны еще более активно заниматься профессиональной переподготовкой кадров для индустрии демонтажа. Кроме того, важно разработать механизмы стимулирования молодых специалистов к выбору профессий, связанных с демонтажными работами. Среди таковых — программы стажировок, льготные или бесплатные условия обучения, возможности карьерного роста и другие мотивационные меры.
По словам основателя ГК «АРАСАР» Александра Штарева, главная особенность демонтажной отрасли состоит в том, что в стране нет профильного образования. Ни один институт не учит профессионалов для данной сферы. Все обучение происходит внутри демонтажной компании. «Важно отметить, что работы по демонтажу часто уникальны, всегда сопряжены с повышенной опасностью, поэтому стандарты безопасности должны быть выше, чем в какой-либо строительной организации. Объекты требуют самой доскональной проработки и оценки рисков. Все это накладывает соответствующие требования на специалистов».
Конечно, дефицит кадров в отрасли ощущается, признается Александр Штарев, как и везде. Причины этого очевидны. По его мнению, решение проблемы нехватки квалифицированных специалистов должно быть системным, взять его на себя обязано государство. Кроме того, важно и самим участникам отрасли сохранять кадры, создавать вовлеченность сотрудников в рабочий процесс.
«В нашей компании подбор на любую должность рассматривается не с позиции “человек — функция”, а в первую очередь с точки зрения психологических особенностей человека, насколько он соответствует духу компании и запросам должности. Наиболее востребованы, безусловно, специалисты инженерных специальностей. В связи с тем, что демонтаж — достаточно узкое направление, специалистов с нужным нам опытом крайне мало, поэтому чаще отдаем предпочтение молодым ребятам, которым интересен демонтаж и которые готовы учиться. У нас существует внутренняя система обучения молодых специалистов, сейчас работаем над оформлением корпоративной школы. В компании есть сотрудники, которые приходили к нам на позицию рабочего и со временем становились мастерами, прорабами и даже руководителями, мы всегда смотрим, кто на что способен, какие амбиции у человека. Кроме того, у нас принято хотя бы раз в месяц проводить какое-либо мероприятие, это может быть что-то познавательное — обучение, «круглый стол», семинар или же что-то развлекательное — выезд на природу, игры, квесты, которые укрепляют корпоративный дух», — подчеркнул основатель ГК «АРАСАР».
Всероссийская премия Sports Facilities по итогам 2022–2023 годов назвала Кемеровскую область самым спортивным регионом России. Неудивительно: в 2022 году в Кемерове завершилось строительство крупнейшего в Сибири спортивного комплекса «Кузбасс-Арена», который в апреле 2024 года получил первое место в номинации «Лучший проект общественных зданий и сооружений» Международного профессионального конкурса НОПРИЗ на лучший проект-2023.
В 2022 году в Кемерове на Притомском проспекте, 10, начал работу многофункциональный спортивный комплекс, который первоначально возводился, чтобы принять чемпионат мира по волейболу. Чемпионат состоялся в другой стране, но комплекс «Кузбасс-Арена» стал спортивным и культурным центром не только для Кемерова, но регионов Сибири и всей России.
«Кузбасс-Арена» построена по соседству с Ледовым дворцом. По словам Олега Ражева, главного архитектора холдинговой компании «Сибирский деловой союз» (СДС) и главного архитектора проекта, эти два спортивных объекта объединили основные виды спорта, развиваемые в Кузбассе: Ледовый дворец ориентирован практически на все зимние виды спорта, но он настолько универсален, что там можно проводить соревнования и по летним олимпийским видам. Настелив покрытие, ледовую арену можно преобразовать в легкоатлетический комплекс, арену для соревнований по спортивной, художественной гимнастике и другим видам.
«Кузбасс-Арена» — не менее универсальный комплекс, здесь есть все условия для занятий 24 видами спорта: олимпийскими, игровыми, единоборствами. Здесь есть бассейн олимпийского формата, бассейн с обратной волной для тренировок по сёрфингу, вторая в мире по параметрам аэротруба с базой для круглогодичной подготовки сборной России по парашютным видам спорта, 18-метровый олимпийский скалолазный комплекс с различными видами сложности и многое другое.
Как отметил Олег Ражев, чтобы спортсмены и зрители не испытывали каких-либо неудобств, добавлено несколько разнообразных залов и помещений — дополнительно к техническим решениям под ЧМ по волейболу. Например, есть специальные сауны для контроля веса борцов, сделан зрительский променад, с которого в блоке спортивных залов можно пройти и увидеть тренировку. Посмотреть есть на что: одновременно в спорткомплексе могут заниматься до 2,5 тысячи спортсменов.
Центральное ядро спорткомплекса — главная волейбольная арена, где уже проходят матчи чемпионата России по волейболу, российские соревнования по вольной борьбе, тхэквандо, проведены международные спортивные игры «Дети Азии-2023». Также на главной арене проводятся мероприятия зрелищно-развлекательного характера.
Зрительская трибуна — это трансформер: при вместимости шесть тысяч человек с помощью выдвижных телескопических трибун ее можно увеличить до 7,5 тысячи мест.
Кроме того, в «Кузбасс-Арене» есть медицинский центр для восстановления спортсменов и жилые помещения, где можно пребывать во время подготовки к соревнованиям.
Уникальные технологии
Специалисты ГАУ КО «Управление госэкспертизы» отмечают: основой архитектурного образа комплекса «Кузбасс-Арена» послужила ладья. Юго-западный и юго-восточный фасады стадиона имеют выступающие железобетонные устои, которые несут в себе стилистический смысл, визуально формируя стилизованные борта ладьи, и являются конструктивным элементом, служащим опорой для большепролетных деревянных арок.
При разработке проекта обоснования инвестиций за основу приняты проект стадиона «Енисей» в Красноярске, проект стадиона «Байкал» в Иркутске и проект Ледового дворца «Кузбасс» в Кемерове, разработанные ООО ПИ «Кузбассгорпроект» — компанией, которая проектировала также «Кузбасс-Арену» в 2017–2019 годах.
Олег Ражев поясняет: «Известны слова Ломоносова ”Российское могущество прирастать будет Сибирью…” Так и случилось. Все, что связано с развитием страны, сегодня существует за Уралом. И Россия прирастала благодаря Ермаку, который по Енисею пришел на ладье. Символ освоения Сибири — ладья. Мы почитаем образ ладьи и продолжаем традиции архитекторов 1960-х».
Цветовое решение фасадов выполнено в бело-серебристо-голубой гамме. По словам Олега Ражева, цветовое решение формировалось для всесезонного восприятия комплекса: «Мы не хотели фасадов активного цвета вроде красного, синего — выбрали универсальные охристые тона и бронзовое стекло. Фасад основного здания выполнен в теплых охристых “деревянных” оттенках», — рассказывает архитектор.
Фасады второго блока отсылают к теме воды: разные оттенки воды, ее динамика. Это тем более актуально: река Томь протекает неподалеку. Спорткомплекс создает ощущение ладьи, преодолевающей реку.
У расположенного рядом Ледового дворца выполнен интерактивный фасад. У «Кузбасс-Арены» — интерактивная кровля. По словам Олега Ражева, такое решение — альтернатива декоративной подсветке, «чтобы в ночное время архитектура превращалась в НЛО».
При проектировании «Кузбасс-Арены» применялись системы информационного моделирования (3D, BIM), что позволило и ускорить процесс, и сделать его более точным и экономичным.
В «Кузбасс-Арене» установлены уникальные конструкции — клееные деревянные арки постоянного сечения с пролетом до 78 метров, армированные металлом. Это изобретение кемеровских проектировщиков. Олег Ражев вспоминает, что первые подобные арки перекрытий арены проектировщики собирались сделать в спорткомплексе в Комсомольском парке. Но в то время деревянные производства в Сибири закрылись, и пришлось изготавливать металлические арки. Технологию позже удалось применить в Иркутске и Красноярске с помощью предприятия из Новгорода. «Это уникальное решение команды архитекторов. В России аналогов нет», — комментирует он.
Кроме того, отмечает Олег Ражев, деревянные детали со специальным покрытием более пожаростойки, чем металлические.
Как отмечают эксперты, для светопрозрачных ограждающих конструкций наружных стен разработана уникальная опорно-стержневая структурная конструкция с отрицательным уклоном в двоякоизогнутой плоскости с индивидуальными элементами. В спортивных залах вместо типовых металлических большепролетных ферм также применялись разработки команды архитекторов — металлические балки большого сечения с отверстиями для облегчения их веса, прохода коммуникаций и уменьшения общей высоты помещения.
Для устройства витражной системы, в том числе в двоякоизогнутой плоскости, был разработан подъемный механизм с вакуумными присосками для подъема и монтажа системы.
Расходы взял на себя регион
Стоимость проекта на старте оценивалась в 7,99 млрд рублей: 7,4 млрд рублей предназначались на расходы на проектирование и строительство, 500 млн рублей — на подключение спорткомплекса к инженерным сетям, остальная сумма — на осуществление строительного контроля.
Финансирование шло из областного бюджета, соответственно, объем средств с разбивкой по годам определило своим распоряжением областное правительство: 2 млрд рублей в 2019 году, 5,2 млрд рублей — в 2020-м, 2,1 млрд — в 2021-м.
Холдинг «СДС-Строй» получил контракт на строительство «Кузбасс-Арены» в феврале 2020 года. Предполагалось завершить объект в 2021 году — к 300-летию Кузбасса, однако в процесс вмешалась пандемия COVID-19, и уже в июне 2020-го власти решили приостановить возведение комплекса, чтобы за счет средств, предназначавшихся на строительство, пополнить региональный резервный фонд для борьбы с пандемией. Но уже в конце июля 2020 года строительство возобновилось.
В 2022 году слаженной работе помешали санкции: часть заказанного в Европе оборудования пришлось заменить отечественными аналогами.
Окончательная стоимость «Кузбасс-Арены» оценивается сегодня в 9 млрд рублей.
Ударные темпы
По данным экспертизы, для подготовки участка под строительство в пойме реки Томь была выполнена срезка техногенных грунтов мощностью 2,4 метра. При планировке территории выполнена отсыпка бутовым камнем. На стройке задействовались до десяти единиц строительной крупногабаритной техники, два 100-тонных крана для монтажа большепролетных элементов каркаса. Для ускорения строительства наружные и внутренние работы велись параллельно. Иногда на стройплощадке действовали до трех тысяч человек.
92,5% использованных на объекте материалов — отечественные. Так, на строительстве применялись материалы из премиальной линейки компании ТЕХНОНИКОЛЬ. Юрий Гасанов, руководитель технической службы Общего центра обслуживания корпоративных продаж ТЕХНОНИКОЛЬ, рассказал: «”Кузбасс-Арена” — не типовой объект. Это касается и архитектурной формы, которая внешне напоминает ладью, и функционального назначения, поскольку комплекс получился действительно многогранным. Каждую зону важно было грамотно интегрировать в общий комплекс здания. С такими проектами всегда интересно работать.
Учитывая многофункциональность объекта, важно было предложить под каждую задачу индивидуальное решение. Для этих целей мы задействовали сразу несколько служб и направлений компании. Например, в зоне трибун было использовано наше системное решение с защитным слоем из материалов “Тайкор”. Учитывая архитектурную сложность объекта, наши специалисты подключились к процессу проработки нестандартных узлов и элементов. Еще одна особенность — сжатые сроки строительства. В этом вопросе тоже приходилось четко следовать плану работ, выстраивать под него график поставок».
По словам Никиты Федорова, коммерческого директора компании «Сибтехвент», проблем с поставками не возникло, поскольку основные вентиляционные агрегаты, используемые на объекте, были произведены в Кемерове. Возникли трудности с холодильными машинами. Их привезли из Турции. Прочее оборудование — производства России или Китая.
Как отметил Никита Федоров, здание многофункционально: здесь одновременно могут проводиться соревнования по нескольким видам спорта. И зрителей, и спортсменов необходимо обеспечить свежим воздухом. Основная задача, по его словам, — поддерживать требуемые нормы воздухообмена в каждом спортзале, в каждом помещении.
Инженерное решение и монтаж для поддержания комфортного климата внутри спорткомплекса были разработаны компанией «Сибтехвент» в партнерстве с вентиляционным заводом «Аргес» из Кемерова. Смонтировано почти 13 км воздуховодов и установлено более 200 единиц вентиляционных агрегатов разной степени сложности для воздухообмена.
«В бассейне установлены два промышленных осушителя воздуха ”Аргес” производительностью 50 тыс. куб. м, которые обеспечивают комфортный микроклимат. Для зрителей арены созданы приточно-вытяжные агрегаты с роторным рекуператором, установлены восемь таких машин, каждая производительностью 25 тыс. куб. м.
Роторные рекуператоры используются для экономии затрат. С помощью автоматики отслеживается температура, и при необходимости включается система подогрева приточного воздуха. Теплоносителем здесь служит пропиленгликоль, который предотвращает аварийные ситуации в сильные морозы. Он превращается в гель, не портит оборудование», — пояснил Никита Федоров.
Помимо этого, специально для «Кузбасс-Арены» компания разработала, изготовила и смонтировала системы дымоудаления и компенсации воздуха.
Продолжение следует…
Проект продолжает развиваться. Как заявил Олег Ражев, начато проектирование гостиницы на 150 номеров. Отель задумывался изначально, однако бюджет не смог выделить на эту часть проекта средства. Гостиница, подчеркнул Олег Ражев, предназначается для спортсменов всего региона — они смогут в ней жить не только в период проведения соревнований, но и приезжая на тренировки.
Планируется 15-этажное здание, которое будет соединено переходом со спорткомплексом. Основа здания — металлический каркас в форме эллипса, который визуально может служить парусом для здания-ладьи.
Инвестором готов выступить Промсвязьбанк, управлять объектом будет Cosmos Hotel Group.
При проектировании «Кузбасс-Арены» под застройку попала территория, на которой росли 120-летние кедр и пихта. Было разработано конструктивное решение, которое позволило при помощи специализированной техники грузоподъемностью 200 тонн перенести эти реликтовые деревья на расстояние 300 метров. Теперь они стали частью первого в России Парка олимпийской славы.
