Между эстетикой и экономикой
Задачи у архитекторов и девелоперов, на первый взгляд, разнятся: архитекторы больше привержены эстетике, девелопер не может не думать о деньгах. Однако для создания конечного продукта — жилого комплекса, торгового центра или другого объекта — девелоперы и архитекторы должны выстроить отношения.
Общие интересы у девелопера, который выступает заказчиком, и архитектора в роли исполнителя заказа, безусловно, есть. И архитекторы полагают, что общего между ними и девелоперами гораздо больше, чем кажется. При этом девелоперы начали разбираться в архитектуре, а архитекторы — в экономике.
«Работа архитектора начинается по заказу девелопера — в этом и заключаются их общие интересы. Девелоперу надо построить дом, который хорошо продается. Архитектор может на это повлиять не только в смысле так называемой красоты здания, но и с точки зрения максимального выхода площадей и комфорта квартир. Знание законодательства, которое постоянно меняется, становится еще одной важной составляющей общих интересов девелопера и архитектора», — указывает Никита Явейн, руководитель Архитектурного бюро «Студия 44».
Олег Богдан, главный архитектор проектов Генпро, полагает: интересы девелоперов и архитекторов пересекаются в понятии успешного проекта. «Девелоперу выгодно, когда объект не только построен в срок и с минимальными затратами, но и пользуется спросом на рынке. А качественный архитектурный дизайн, грамотная планировка и эстетика напрямую влияют на привлекательность недвижимости. Поэтому обе стороны заинтересованы в балансе между экономикой и эстетикой».
По его мнению, девелоперы все чаще понимают ценность архитектурной выразительности как инструмента конкурентного преимущества — особенно это заметно в жилых комплексах бизнес- и премиум-классов. «Таким образом, общий интерес заключается в создании продукта, который будет востребован, рентабелен и при этом соответствует современным архитектурным стандартам», — уверен Олег Богдан.
«Я бы не сказал, что такая уж четкая двуполярность: архитекторы — об эстетике, девелоперы — о цифрах, потому что некие инновационные части проекта имеют экономическую эффективность, которую трудно предугадать, и грамотный девелопер четко знает, что закладка каких-то инноваций в проект, применение каких-то материалов — это для проекта набор очков в смысле стоимости и узнаваемости проекта в будущем. Это трудно просчитать, но оно существует. И иногда счастливо совпадают усилия девелопера и архитектора — это всегда очень-очень тонкий процесс», — рассуждает Михаил Мамошин, генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская Мамошина», академик архитектуры (РАХ, РААСН, МААМ), заслуженный архитектор России.
Он полагает, что сегодня архитекторы уже начинают понимать в девелопменте, то есть могут понять точку зрения заказчика, заказчики-девелоперы путешествуют, интересуются архитектурным мейнстримом…
«Очень важно, наверное, точно так же, как и в творчестве архитектора, в работе девелопера, личностное обозначение. Личностно обозначенный девелопмент – это правильно. Нужны личности, которые могут субъективно поставить задачу, и она в конечном итоге приведет к какой-то новой объективности и к движению вперед…», - добавил Михаил Мамошин.
Феликс Буянов, руководитель и архитектор архитектурной мастерской «Б2», не думает, что надо жестко разделять миссии архитектора и девелопера, поскольку их объединяет общая цель: преображение через развитие. Разнятся лишь инструменты и дивиденды. «Архитектор, мысля образами, не имеет права чураться цифр и должен “поверять алгеброй гармонию”, если, конечно, хочет увидеть задуманное воплощенным в жизнь; равно и девелопер, зацикленный исключительно на цифрах, пренебрегающий образом, обречен на деградацию бизнеса. Гармония всегда сбалансирована, в балансе интересов архитектора и девелопера заинтересованы обе стороны», — отметил он.
Данила Рогожников, руководитель управления архитектуры MARKS GROUP, полагает, что архитекторов, работающих исключительно за идею, давно нет, поскольку архитектурный бизнес — тоже бизнес. Современные девелоперы тоже сосредоточены не только на цифрах: «Девелоперов, думающих лишь о собственном кармане, спрос быстро приведет в чувство. Всех уравняли конкуренция и рынок. Покупательские потребности значительно выросли. Негибкие, невосприимчивые, не слышащие и не понимающие заказчика архитекторы не будут востребованы. Не думающие о запросах покупателя девелоперы не будут востребованы».
По мнению Данилы Рогожникова, общие интересы легко находятся в конечных пользователях совместного продукта девелопера и архитектора: «Современный востребованный девелоперской проект требует уникального образа, комфортной среды, качественно организованного пространства снаружи и внутри. За что не будут платить люди, то не будет делать ни один архитектор или девелопер».
«Я глубоко убежден, что хорошие проекты появляются, только когда архитекторы и девелоперы находятся в одной команде и мыслят едиными категориями: это значит, что архитектор, создавая образы, понимает функциональность, рациональность и эффективность предложенного проекта и умеет считать деньги, а девелопер, кроме прибыли, еще должен мыслить образами, так вместе они решают единую задачу. Именно это — необходимое условие для успешного и красивого проекта в будущем», — заявил Сергей Цыцин, генеральный директор «АМЦ-Проект».
«Сделайте мне красиво»
Не каждый проект заказчик принимает с первого раза. В том числе потому, что сам изначально не определился, чего он хочет.
По словам Сергея Цыцина, каждый проект индивидуален, и очень важно, чтобы девелопер и архитектор вместе над ним работали. Необходимость в доработке, по его мнению, возникает, когда партнеры погружены в проект и на каком-то этапе понимают, что нужна корректировка. «Характерные причины, по которым проект отправляется на доработку, заключается в прикидочной оценке его стоимости по фасадам и инженерии, поскольку заказчику нужно уместиться в определенный бюджет. Выясняется это не сразу, а при достаточно развитом проекте, когда есть возможность проанализировать оценку его стоимости. Это касается интерьеров, фасадов, инженерии и благоустройства. Все девелоперы хотят, чтобы было очень красиво и в то же время дешево, но так, к сожалению, не получается, хотя нужно стремиться к рациональным вариантам в любом случае», — уточнил Сергей Цыцин.
Как рассказал Феликс Буянов, заказчик быстрее принимает проекты зданий общественного назначения, хотя позже их сложнее согласовывать. Проекты жилья и апартаментов чаще приходится корректировать в процессе разработки — меняются внешние условия, требования «продуктологов» и т. п.
Проект также может меняться, если партнеры не достигли полного взаимопонимания. Никита Явейн полагает важным моментом четкую и подробную формулировку исходного задания и исчерпывающие исходные данные. В противном случае, то есть тогда, когда задание формулируется в общих чертах, меняется по ходу работы, а любые решения согласовываются на разных уровнях, проект может отправиться на доработку. «Как бы то ни было, палитра возможностей, как правило, задается в изначальном задании. То, что архитектор может позволить в премиум-сегменте, в экономе — исключено. Там, где бюджеты больше, на удивление, и свободы у архитектора бывает больше. С другой стороны, такие объекты чаще всего располагаются в историческом центре, а это значит, что процесс согласований значительно сложнее», — подчеркнул Никита Явейн.
Среди задач архитектора – убедить заказчика применять при строительстве конкретные материалы. Общая планировка объекта, его конструктивный каркас, обычно, не вызывает дискуссий архитектора и девелопера. Девелоперы в большинстве случаев, приобретая участки под строительство, уже знают, какого класса объект могут на нем построить. «Чаще всего девелопер сам выбирает тот или иной материал и технологию с точки зрения его себестоимости. В зависимости от места и класса сооружения выбираются и применяемые к нему фасадные и интерьерные материалы. Именно выразительный подбор финишных материалов создает убедительный, притягательный образ и среду, где хочется жить», - поясняет Сергей Цыцин.
Однако рынок сегодня заметно изменился. Если раньше проект окупался задолго до завершения, сегодня девелоперам приходится считать экономику проекта заранее. По словам Сергея Цыцина, девелоперы конкурируют между собой по качеству, уровню, архитектуре, что заставляет их задумываться о создании качественной жилой среды. Поэтому девелоперов интересуют архитектурные изыски. «Часто в этой связи изыски являются хорошей бизнес-составляющей. Просто доброкачественный дом с правильными фасадами и выполненными нормами не является притягательным для будущих клиентов, в то время как проект с интересной архитектурной идеей, которая, в том числе, повышает себестоимость строительства, но при этом привлекательность проекта увеличивается больше, чем его стоимость. Другое дело, что все изыски и новшества должны быть оправданны и обоснованны и иметь рациональное зерно в повышении качества архитектуры, где дома приобретают индивидуальные черты, что тоже немаловажно, но эти новшества и изыски не являются какими-то капризами или субъективным взглядом архитектора на прекрасное. Все-таки все должно быть обоснованно», — полагает Сергей Цыцин.
«Девелопер приветствует архитектурные изыски на старте проекта и охладевает на стадии рабочей документации, тут искусство архитектора состоит в умении убеждать, в удержании баланса», — заявил Феликс Буянов.
Время экономить
Когда девелопер выходит на площадку после множества согласований, он – или подрядчик с его согласия — нередко начинает вносить в проект изменения. Как правило, это связано с желанием удешевить проект или с нежеланием подрядчика выполнять сложные архитектурные решения. Нередко также меняется квартирография. Все это — без согласования с архитектором. При этом архитектор не может ничего возразить, если по договору не сопровождает проект.
По словам Сергея Цыцина, «АМЦ-Проект», как правило, сопровождает проект до полного его завершения, хотя авторский надзор в нашей стране недооценены и оплачиваются по остаточному принципу.
«В идеале архитектор должен сопровождать проект на всех стадиях реализации, чтобы контролировать соблюдение авторского замысла. Однако в реальности так бывает не всегда, особенно если договор не предусматривает авторский надзор. Чтобы минимизировать отклонения, важно на ранних этапах договоренностей четко прописывать обязательства сторон и значение сохранения архитектурного концепта для конечного успеха проекта», — подчеркивает Олег Богдан.
«Не всегда архитектор сопровождает проект до его завершения, в случае смены проектировщика на рабочей стадии вероятность отклонения от проекта возрастает. Как правило, вероятна замена фасадных элементов более дешевыми, не исключены изменения планировок и отдельных конструктивных элементов», — рассказывает Феликс Буянов.
По мнению Никиты Явейна, отклонения от проекта, которые происходят на этапе строительства, когда подрядчик начинает диктовать условия, а девелопер вынужден их принимать, чтобы уменьшить стоимость, — самая слабая сторона той ситуации, которая сложилась в строительной сфере. «Сначала все долго и упорно согласовывается, а потом при строительстве происходят достаточно серьезные изменения, и становится совсем не понятно, зачем перед этим было столько согласований. Такое происходит очень часто и касается практически всех разделов, кроме конструктива», — говорит он.
Сергей Цыцин полагает, что отклонений становится меньше, и они, как правило, носят объективный характер. В частности, в последние годы строителям пришлось отказаться от многих импортных материалов, изделий и оборудования, заменив их параллельным импортом или отечественными аналогами.
Вместе с тем Данила Рогожников указывает на нехорошие последствия из-за отклонений от проекта. «Изменения проекта в процессе стройки в домах с проданными квартирами чревато штрафами, судебными разбирательствами с покупателями. Например, есть прецеденты, когда покупатель требовал соответствия сданного проекта и согласованного АГР. Контроль за последовательным соответствием АГК, АГР, проектной и рабочей документаций регулярно совершенствуется».
«Нам не жить друг без друга»
Вместе с изменениями строительного рынка меняются взаимоотношения между его участниками, включая взаимоотношения между девелоперами и архитекторами. По мнению Никиты Явейна, они стали более уважительными в последние годы: теперь все понимают, что архитектура — это важная составляющая коммерческого успеха.
Сергей Цыцин утверждает, что взаимоотношения становятся более профессиональными, и эффективность этих взаимоотношений постоянно растет.
«Взаимоотношения девелопера и архитектора — процесс творческий, они проходят через кризисы, переживают взлеты и падения, ясно одно: нам трудно жить друг без друга», — резюмировал Феликс Буянов.
Федеральные власти намерены всерьез взяться за легализацию объектов самовольного строительства. Вопрос на самом высоком уровне был поднят еще весной. И вот теперь власти перешли от слов к действию – в Минстрое РФ создается рабочая группа по легализации самостроев.
Напомним, весной руководитель Всероссийского центра национальной строительной политики (ВЦНСП) Александр Моор обратился к Правительству РФ с призывом легализовать самострои. «Причины появления домов, признанных впоследствии самостроями, неоднозначны, а обвинения исключительно одной стороны (застройщиков) в незаконном строительстве часто несправедливы, особенно учитывая противоречивую судебную практику в сфере узаконивания или сноса таких домов. В результате ни в чем не повинные граждане лишаются своих квартир», – отмечал он в письме на имя вице-премьера РФ Виталия Мутко.
По словам Александра Моора, единственным действенным правовым инструментом могла бы стать «строительная амнистия» объектов, в отношении которых дано положительное заключение строительно-технической экспертизы. Идею поддержала организация малого и среднего предпринимательства «Опора России».
Не нашлось возражений и у властей. «Если обследование показывает, что помещение безопасно, то конечно, надо найти варианты, как нам его узаконить. Главное – безопасность для граждан», – заявил глава Минстроя Владимир Якушев, подчеркнув при этом, что важно сделать так, чтобы «амнистия самостроев не послужила стимулирующим фактором для появления новых незаконных построек».
И вот теперь объявлено, что в Минстрое РФ создается межведомственная рабочая группа по вопросам применения правовых механизмов легализации объектов недвижимости, признанных по решению суда самовольными постройками, но являющимися безопасными для проживания граждан. Ее возглавит директор правового департамента ведомства Олег Сперанский.
На совещании в Минстрое, в котором приняли участие представители ВЦНСП, «Опоры» и Генпрокуратуры, принято решение обобщить и проанализировать имеющуюся информацию о самостроях в различных регионах РФ и практику применения законодательства в отношении таких объектов. Координацией деятельности рабочей группы займется ВЦНСП.
В первую очередь предполагается составить список таких объектов и структурировать их по категориям. «Граждане, которые попали в такую сложную ситуацию, могут предоставить в ВЦНСП информацию о проблемных объектах, признанных судами самостроями и подлежащих сносу, с предоставлением всей необходимой документации», – сообщил Александр Моор.
Эксперты считают идею актуальной. «Такая инициатива в целом не противоречит положениям законодательства. На сегодняшний день статья 222 ГК РФ содержит соответствующую процедуру легализации самовольной постройки», – говорит советник, руководитель практики «Недвижимость и строительство» юридической компании Borenius Арина Довженко.
Однако, по ее словам, процедура является общей как для нежилых, так и для жилых зданий. «Одной из проблем легализации самовольных построек является то, что право собственности на нее может быть признано при соблюдении определенных условий только за лицом, которому принадлежат права на земельный участок под постройкой. В ситуации с жилым самостроем не всегда собственники жилых помещений (квартир) обладают соответствующими правами на землю», – говорит эксперт.
Еще одной проблемой является то, что, согласно действующей редакции ст. 222 ГК РФ, самовольная постройка может быть легализована только в случае соответствия параметрам, установленным правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом. «В случае с жилыми самостроями это означает, что владельцы (граждане) должны будут за свой счет осуществить работы по приведению параметров дома в соответствие с текущими требованиями закона. Однако в случае, когда жилая самовольная постройка фактически не несет угрозы жизни или здоровью граждан, такое требование представляется избыточным. Таким образом, для упрощения механизма легализации самовольных построек необходимо вносить соответствующие изменения в ст. 222 ГК», – резюмирует Арина Довженко.
Мнение
Советник, руководитель практики «Недвижимость и строительство» юридической компании Borenius Арина Довженко:
– Проблема актуальна, подтверждением чему является довольно пристальное внимание законодателя к ст. 222 ГК РФ, которая содержит определение понятия «самовольная постройка»: в данную статью периодически вносятся уточнения, в связи с чем потенциально может меняться квалификация того или иного объекта.
«Строительный Еженедельник» продолжает рассказывать об уникальных проектах, реализованных в Санкт-Петербурге за последние годы. Сегодняшний объект – новая многопрофильная клиника Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова (ВМА), расположившаяся в исторической части Выборгской стороны – занимает достойное место среди них.
Официальным днем учреждения ВМА стало 18 (29) декабря 1798 года, когда Император Павел I подписал Указ «Об… устроении при главных госпиталях особого здания для врачебного училища и учебных театров». Между тем, еще в 1773 году при Адмиралтейском и Сухопутном госпиталях, основанных Петром I, были открыты учебные хирургические школы, которые в 1786 объединили в Главное врачебное училище, готовившее лекарей для армии и флота России. Инициатором создания ВМА стал главный директор Медицинской коллегии барон А. Васильев, который обосновал необходимость создания Медико-хирургического училища. Вскоре оно было переименовано в Медико-хирургическую академию, а в 1808 году Александр I дал ей право именоваться Императорской. ВМА стала первым и главным в стране научным, учебным и лечебным центром, где издавались первые русские оригинальные медицинские учебники и где стали готовить профессоров для медицинских факультетов российских университетов. Строительство здания академии было начато в 1799 году по проекту Антонио Порто и закончено в 1809 под руководством Андрея Воронихина. Указом Президента РФ в 1998 году ВМА включена в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия России.
В сжатые сроки
Началом реализации проекта стало одно из первых поручений главы Минобороны РФ Сергея Шойгу, который в начале 2013 года отменил переезд ВМА за пределы Петербурга. Немаловажную роль в этом сыграли общественные настроения и инициативы градозащитников. Тогда же было принято и принципиальное решение о начале реставрации и восстановления старинных зданий академии, признанных объектами культурного наследия. Параллельно началась работа по проектированию и подготовке строительства многопрофильной клиники.
Строительство клиники началось 22 августа 2014 года. Чтобы реализовать проект, на территории снесли 11 ветхих зданий, не представлявших исторической ценности. Это позволило построить клинику площадью 147 тыс. кв. м. При строительстве нового здания клиники были учтены все особенности сложившейся застройки, архитектурный облик существующих исторических зданий и современная архитектура Выборгской стороны. Классический фасад клиники с полукруглыми пилястрами с канелюрами, медальонами, карнизами и портиками органично вписывается в архитектуру стиля ампир, по которому в начале XIX века застраивался Петербург. В результате строителям удалось грамотно вписать новый комплекс в сложившуюся застройку.
Клиника состоит из семи корпусов, которые соединены с центральной коммуникационной частью. На возведение монолитного каркаса ушло 65 тыс. куб. м бетона и 10 тыс. т арматуры. Протяженность инженерных сетей МПК составляет 120 тыс. км.
Строительство продолжалось почти три года. И 30 июля 2017 года Верховный Главнокомандующий Вооруженными силами РФ, Президент России Владимир Путин смог осмотреть новый медицинский объект. Он ознакомился с уникальными возможностями, которые предоставляет многопрофильная клиника, и высоко оценил проделанную работу.
По проекту в семи корпусах располагаются 15 кафедр, 15 лечебно-диагностических центров, 27 операционных, 8 научно-исследовательских лабораторий. В клинике одновременно могут находиться на стационарном лечении 630 пациентов, из них 537 – в режиме круглосуточного пребывания. В отделениях реанимации предусмотрено 63 места. За год в 27 операционных можно проводить 20 тысяч операций (16 тысяч из них – сложные, с применением высокотехнологичного оборудования), обслуживать 50 тысяч пациентов и давать практические знания 1300 курсантам и слушателям ВМА. На крыше клиники есть вертолетная площадка для экстренной доставки больных. Немаловажно, что клиника будет работать в интересах не только военнослужащих, но и гражданского населения.
Работа идет
«Несмотря на продолжающиеся монтаж высокотехнологичного оборудования и оснащение большинства подразделений клиники медицинской и офисной мебелью, практически в полном объеме организована работа консультативно-диагностической и стоматологической поликлиник, отделений лучевой и функциональной диагностики, отделения офтальмологии для амбулаторных пациентов, отделения диализа», – рассказывает начальник многопрофильной клиники, полковник медслужбы Анатолий Завражнов.
По его словам, после ввода клиники в эксплуатацию первичная и специализированная медико-санитарная помощь оказана более чем 400 тыс. амбулаторных пациентов. «На новом оборудовании для лучевой и функциональной диагностики проведено более 50 тыс. исследований (КТ, МРТ, денситометрия, эндоскопия, УЗИ, эхокардиография, электроэнцефалография и др.), выполнено более 5 тыс. малоинвазивных операций на глазном яблоке и сетчатке, проведено более 7 тыс. операций заместительной почечной терапии. Количество амбулаторных посещений уже превысило 2,5 тыс. за рабочий день. Спектр оказываемых медицинских услуг постоянно обновляется и расширяется, увеличивается количество военнослужащих, прошедших углубленный медицинский осмотр и военно-врачебную экспертизу. Для развития платных услуг на базе многопрофильной клиники организован единый договорной отдел и call-центр, где можно получить не только справочную информацию по лечению в клиниках Военно-медицинской академии, но и дистанционно записаться на прием к специалистам и плановую госпитализацию», – говорит эксперт.
Как сообщил Анатолий Завражнов, силами дежурной службы Центра координации медицинского обеспечения ВС РФ в круглосуточном режиме может быть организована видеоконференцсвязь с Национальным Центром управления обороной государства. С привлечением ведущих специалистов академии проводятся плановые телемедицинские консультации с лечебными организациями Западного военного округа.
В классах кафедр учебного корпуса многопрофильной клиники ежедневно проводятся занятия с 1600 курсантами и слушателями. В современных аудиториях не только читаются лекции, но и организуются научно-практические конференции и межкафедральные совещания по плану академии.
По словам Анатолия Завражнова, в подразделениях научно-исследовательского центра, развернутых на базе клиники, проводятся исследования по оценке функционального состояния организма человека при воздействии неблагоприятных климатических факторов, по совершенствованию процесса медицинской реабилитации и оказанию медико-психологической помощи. Организовано взаимодействие научного и клинического комплексов. Дальнейшее оснащение научных лабораторий специальным оборудованием позволит продолжить фундаментальные исследования по клеточным и биоинженерным технологиям, регенеративной и персонализированной медицине, а также способствовать внедрению полученных результатов в клиническую практику.
«В ближайших планах работы многопрофильной клиники – открытие приемно-диагностического отделения с палатами краткосрочного пребывания. К концу года планируется переезд клиник военно-полевой хирургии, терапии усовершенствования врачей №1 и клиники офтальмологии для стационарных пациентов», – рассказал начальник клиники.
Мнение
Сергей Яшенков, региональный представитель ООО «ЦинКо РУС»:
– В рамках строительства многопрофильной клиники Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова наша компания консультировала и участвовала в проектировании пирогов эксплуатируемой кровли. Отличительными особенностями решений ZinCo можно назвать максимальную надежность и при этом минимальную высоту пирога эксплуатируемой кровли. Благодаря опыту, который накоплен нашей компанией, для нас это стандартная задача, с которой мы справились без каких бы то ни было проблем.
Особенно важно подчеркнуть, что в рамках работы по озеленению и устройству эксплуатируемой кровли мы строго придерживались российских СНиПов. Это важный момент, поскольку подавляющее большинство компаний, работающих в этом сегменте рынка, игнорирует СНиПы, действующие с декабря 2017 года. Следствием этого становятся серьезные проблемы, которые возникают при эксплуатации кровли, и их ликвидация приводит к значительным дополнительным затратам. В частности, на газонах из-за этого просто-напросто не растет трава, не говоря уже о кустарниках и деревьях.
На нашем объекте прекрасно себя чувствует хоть посевной, хоть рулонный газон. Высота субстрата – 30 см, что позволяет высаживать не только травянистые растения, но даже кустарники.