Между эстетикой и экономикой
Задачи у архитекторов и девелоперов, на первый взгляд, разнятся: архитекторы больше привержены эстетике, девелопер не может не думать о деньгах. Однако для создания конечного продукта — жилого комплекса, торгового центра или другого объекта — девелоперы и архитекторы должны выстроить отношения.
Общие интересы у девелопера, который выступает заказчиком, и архитектора в роли исполнителя заказа, безусловно, есть. И архитекторы полагают, что общего между ними и девелоперами гораздо больше, чем кажется. При этом девелоперы начали разбираться в архитектуре, а архитекторы — в экономике.
«Работа архитектора начинается по заказу девелопера — в этом и заключаются их общие интересы. Девелоперу надо построить дом, который хорошо продается. Архитектор может на это повлиять не только в смысле так называемой красоты здания, но и с точки зрения максимального выхода площадей и комфорта квартир. Знание законодательства, которое постоянно меняется, становится еще одной важной составляющей общих интересов девелопера и архитектора», — указывает Никита Явейн, руководитель Архитектурного бюро «Студия 44».
Олег Богдан, главный архитектор проектов Генпро, полагает: интересы девелоперов и архитекторов пересекаются в понятии успешного проекта. «Девелоперу выгодно, когда объект не только построен в срок и с минимальными затратами, но и пользуется спросом на рынке. А качественный архитектурный дизайн, грамотная планировка и эстетика напрямую влияют на привлекательность недвижимости. Поэтому обе стороны заинтересованы в балансе между экономикой и эстетикой».
По его мнению, девелоперы все чаще понимают ценность архитектурной выразительности как инструмента конкурентного преимущества — особенно это заметно в жилых комплексах бизнес- и премиум-классов. «Таким образом, общий интерес заключается в создании продукта, который будет востребован, рентабелен и при этом соответствует современным архитектурным стандартам», — уверен Олег Богдан.
«Я бы не сказал, что такая уж четкая двуполярность: архитекторы — об эстетике, девелоперы — о цифрах, потому что некие инновационные части проекта имеют экономическую эффективность, которую трудно предугадать, и грамотный девелопер четко знает, что закладка каких-то инноваций в проект, применение каких-то материалов — это для проекта набор очков в смысле стоимости и узнаваемости проекта в будущем. Это трудно просчитать, но оно существует. И иногда счастливо совпадают усилия девелопера и архитектора — это всегда очень-очень тонкий процесс», — рассуждает Михаил Мамошин, генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская Мамошина», академик архитектуры (РАХ, РААСН, МААМ), заслуженный архитектор России.
Он полагает, что сегодня архитекторы уже начинают понимать в девелопменте, то есть могут понять точку зрения заказчика, заказчики-девелоперы путешествуют, интересуются архитектурным мейнстримом…
«Очень важно, наверное, точно так же, как и в творчестве архитектора, в работе девелопера, личностное обозначение. Личностно обозначенный девелопмент – это правильно. Нужны личности, которые могут субъективно поставить задачу, и она в конечном итоге приведет к какой-то новой объективности и к движению вперед…», - добавил Михаил Мамошин.
Феликс Буянов, руководитель и архитектор архитектурной мастерской «Б2», не думает, что надо жестко разделять миссии архитектора и девелопера, поскольку их объединяет общая цель: преображение через развитие. Разнятся лишь инструменты и дивиденды. «Архитектор, мысля образами, не имеет права чураться цифр и должен “поверять алгеброй гармонию”, если, конечно, хочет увидеть задуманное воплощенным в жизнь; равно и девелопер, зацикленный исключительно на цифрах, пренебрегающий образом, обречен на деградацию бизнеса. Гармония всегда сбалансирована, в балансе интересов архитектора и девелопера заинтересованы обе стороны», — отметил он.
Данила Рогожников, руководитель управления архитектуры MARKS GROUP, полагает, что архитекторов, работающих исключительно за идею, давно нет, поскольку архитектурный бизнес — тоже бизнес. Современные девелоперы тоже сосредоточены не только на цифрах: «Девелоперов, думающих лишь о собственном кармане, спрос быстро приведет в чувство. Всех уравняли конкуренция и рынок. Покупательские потребности значительно выросли. Негибкие, невосприимчивые, не слышащие и не понимающие заказчика архитекторы не будут востребованы. Не думающие о запросах покупателя девелоперы не будут востребованы».
По мнению Данилы Рогожникова, общие интересы легко находятся в конечных пользователях совместного продукта девелопера и архитектора: «Современный востребованный девелоперской проект требует уникального образа, комфортной среды, качественно организованного пространства снаружи и внутри. За что не будут платить люди, то не будет делать ни один архитектор или девелопер».
«Я глубоко убежден, что хорошие проекты появляются, только когда архитекторы и девелоперы находятся в одной команде и мыслят едиными категориями: это значит, что архитектор, создавая образы, понимает функциональность, рациональность и эффективность предложенного проекта и умеет считать деньги, а девелопер, кроме прибыли, еще должен мыслить образами, так вместе они решают единую задачу. Именно это — необходимое условие для успешного и красивого проекта в будущем», — заявил Сергей Цыцин, генеральный директор «АМЦ-Проект».
«Сделайте мне красиво»
Не каждый проект заказчик принимает с первого раза. В том числе потому, что сам изначально не определился, чего он хочет.
По словам Сергея Цыцина, каждый проект индивидуален, и очень важно, чтобы девелопер и архитектор вместе над ним работали. Необходимость в доработке, по его мнению, возникает, когда партнеры погружены в проект и на каком-то этапе понимают, что нужна корректировка. «Характерные причины, по которым проект отправляется на доработку, заключается в прикидочной оценке его стоимости по фасадам и инженерии, поскольку заказчику нужно уместиться в определенный бюджет. Выясняется это не сразу, а при достаточно развитом проекте, когда есть возможность проанализировать оценку его стоимости. Это касается интерьеров, фасадов, инженерии и благоустройства. Все девелоперы хотят, чтобы было очень красиво и в то же время дешево, но так, к сожалению, не получается, хотя нужно стремиться к рациональным вариантам в любом случае», — уточнил Сергей Цыцин.
Как рассказал Феликс Буянов, заказчик быстрее принимает проекты зданий общественного назначения, хотя позже их сложнее согласовывать. Проекты жилья и апартаментов чаще приходится корректировать в процессе разработки — меняются внешние условия, требования «продуктологов» и т. п.
Проект также может меняться, если партнеры не достигли полного взаимопонимания. Никита Явейн полагает важным моментом четкую и подробную формулировку исходного задания и исчерпывающие исходные данные. В противном случае, то есть тогда, когда задание формулируется в общих чертах, меняется по ходу работы, а любые решения согласовываются на разных уровнях, проект может отправиться на доработку. «Как бы то ни было, палитра возможностей, как правило, задается в изначальном задании. То, что архитектор может позволить в премиум-сегменте, в экономе — исключено. Там, где бюджеты больше, на удивление, и свободы у архитектора бывает больше. С другой стороны, такие объекты чаще всего располагаются в историческом центре, а это значит, что процесс согласований значительно сложнее», — подчеркнул Никита Явейн.
Среди задач архитектора – убедить заказчика применять при строительстве конкретные материалы. Общая планировка объекта, его конструктивный каркас, обычно, не вызывает дискуссий архитектора и девелопера. Девелоперы в большинстве случаев, приобретая участки под строительство, уже знают, какого класса объект могут на нем построить. «Чаще всего девелопер сам выбирает тот или иной материал и технологию с точки зрения его себестоимости. В зависимости от места и класса сооружения выбираются и применяемые к нему фасадные и интерьерные материалы. Именно выразительный подбор финишных материалов создает убедительный, притягательный образ и среду, где хочется жить», - поясняет Сергей Цыцин.
Однако рынок сегодня заметно изменился. Если раньше проект окупался задолго до завершения, сегодня девелоперам приходится считать экономику проекта заранее. По словам Сергея Цыцина, девелоперы конкурируют между собой по качеству, уровню, архитектуре, что заставляет их задумываться о создании качественной жилой среды. Поэтому девелоперов интересуют архитектурные изыски. «Часто в этой связи изыски являются хорошей бизнес-составляющей. Просто доброкачественный дом с правильными фасадами и выполненными нормами не является притягательным для будущих клиентов, в то время как проект с интересной архитектурной идеей, которая, в том числе, повышает себестоимость строительства, но при этом привлекательность проекта увеличивается больше, чем его стоимость. Другое дело, что все изыски и новшества должны быть оправданны и обоснованны и иметь рациональное зерно в повышении качества архитектуры, где дома приобретают индивидуальные черты, что тоже немаловажно, но эти новшества и изыски не являются какими-то капризами или субъективным взглядом архитектора на прекрасное. Все-таки все должно быть обоснованно», — полагает Сергей Цыцин.
«Девелопер приветствует архитектурные изыски на старте проекта и охладевает на стадии рабочей документации, тут искусство архитектора состоит в умении убеждать, в удержании баланса», — заявил Феликс Буянов.
Время экономить
Когда девелопер выходит на площадку после множества согласований, он – или подрядчик с его согласия — нередко начинает вносить в проект изменения. Как правило, это связано с желанием удешевить проект или с нежеланием подрядчика выполнять сложные архитектурные решения. Нередко также меняется квартирография. Все это — без согласования с архитектором. При этом архитектор не может ничего возразить, если по договору не сопровождает проект.
По словам Сергея Цыцина, «АМЦ-Проект», как правило, сопровождает проект до полного его завершения, хотя авторский надзор в нашей стране недооценены и оплачиваются по остаточному принципу.
«В идеале архитектор должен сопровождать проект на всех стадиях реализации, чтобы контролировать соблюдение авторского замысла. Однако в реальности так бывает не всегда, особенно если договор не предусматривает авторский надзор. Чтобы минимизировать отклонения, важно на ранних этапах договоренностей четко прописывать обязательства сторон и значение сохранения архитектурного концепта для конечного успеха проекта», — подчеркивает Олег Богдан.
«Не всегда архитектор сопровождает проект до его завершения, в случае смены проектировщика на рабочей стадии вероятность отклонения от проекта возрастает. Как правило, вероятна замена фасадных элементов более дешевыми, не исключены изменения планировок и отдельных конструктивных элементов», — рассказывает Феликс Буянов.
По мнению Никиты Явейна, отклонения от проекта, которые происходят на этапе строительства, когда подрядчик начинает диктовать условия, а девелопер вынужден их принимать, чтобы уменьшить стоимость, — самая слабая сторона той ситуации, которая сложилась в строительной сфере. «Сначала все долго и упорно согласовывается, а потом при строительстве происходят достаточно серьезные изменения, и становится совсем не понятно, зачем перед этим было столько согласований. Такое происходит очень часто и касается практически всех разделов, кроме конструктива», — говорит он.
Сергей Цыцин полагает, что отклонений становится меньше, и они, как правило, носят объективный характер. В частности, в последние годы строителям пришлось отказаться от многих импортных материалов, изделий и оборудования, заменив их параллельным импортом или отечественными аналогами.
Вместе с тем Данила Рогожников указывает на нехорошие последствия из-за отклонений от проекта. «Изменения проекта в процессе стройки в домах с проданными квартирами чревато штрафами, судебными разбирательствами с покупателями. Например, есть прецеденты, когда покупатель требовал соответствия сданного проекта и согласованного АГР. Контроль за последовательным соответствием АГК, АГР, проектной и рабочей документаций регулярно совершенствуется».
«Нам не жить друг без друга»
Вместе с изменениями строительного рынка меняются взаимоотношения между его участниками, включая взаимоотношения между девелоперами и архитекторами. По мнению Никиты Явейна, они стали более уважительными в последние годы: теперь все понимают, что архитектура — это важная составляющая коммерческого успеха.
Сергей Цыцин утверждает, что взаимоотношения становятся более профессиональными, и эффективность этих взаимоотношений постоянно растет.
«Взаимоотношения девелопера и архитектора — процесс творческий, они проходят через кризисы, переживают взлеты и падения, ясно одно: нам трудно жить друг без друга», — резюмировал Феликс Буянов.
Совещание в Правительстве Ленобласти стало, с одной стороны, «смотром достижений» строительного комплекса региона и возможностью подвести предварительные итоги работы в 2021 году, а с другой — возможностью поговорить о проблемах, которые беспокоят отрасль.
Достижения
По словам губернатора Ленобласти Александра Дрозденко, регион является одним из безусловных лидеров строительной отрасли страны. На его территории работают 79 застройщиков, которые в настоящий момент возводят 546 многоквартирных домов. По итогам января-ноября 2021 года объем ввода жилья достиг отметки 3,3 млн кв. м (для сравнения: за тот же период в Санкт-Петербурге — 3,02 млн).
«Регион первым в России достиг планового показателя нацпроекта по вводу "квадратов" на жителя. Сегодня он достиг уровня 1,8 кв. м на человека. Это лучший результат в стране. Мы почти в два раза превысили показатель, который фигурирует в указе Президента», — подчеркнул он.
Как отметил глава региона, строительная отрасль имеет особое значение для Ленобласти: согласно подсчетам аналитиков, один рубль, вложенный в жилье, дает девять рублей роста экономики. «Кроме того, значительные объемы строительных работ помогли региону существенно вырасти с точки зрения налоговой базы. Если в 2012 году речь шла о 200 млн рублей, то в этом году в бюджет поступит около 23 млрд», — сказал Александр Дрозденко.
По его словам, Ленобласть достигла также очень хороших результатов в деле расселения аварийного жилья (причем, в отличие большинства регионов, проблема решается не путем покупки на рынке квартир для переселения граждан, а за счет строительства новых домов, что экономически гораздо эффективнее), а также реализации программы «Комфортная городская среда».
Заместитель председателя Правительства Ленобласти Евгений Барановский отметил также успехи области при переходе на финансирование жилищного строительства путем проектного кредитования с использованием эскроу-счетов. «И если в начале 2021 года по новой схеме 34 застройщика строили 135 домов, то сегодня уже 56 компаний возводят 214 объектов с жилой площадью 2,46 млн кв. м. Таким образом, прирост застройщиков, использующих проектное финансирование, составил 65%, а число объектов выросло на 56%», — отметил он.
Кроме того, фиксируется положительная динамика в сфере ипотечного кредитования. «За январь-сентябрь 2021 года выдано 18,8 тыс. кредитов на сумму 61,1 млрд рублей, продано почти 4 тыс. квартир общей площадью 167 тыс. кв. м. Рост по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составил 17,6%», — добавил чиновник.
По словам Евгения Барановского, регион также успешно сокращает отставание в развитии социнфраструктуры. «По программе "Соцобъекты в обмен на налоги" на данный момент заключено 61 соглашение с застройщиками. В соответствии с ними до конца 2036 года будет построено 220 объектов. На сегодняшний день по этой программе уже сдано 79 детсадов и школ», — добавил он.
Замглавы Минстроя РФ Никита Стасишин тоже высоко оценил достижения региона. «Ленобласть — один из регионов, которые уже к началу ноября перевыполнили план по вводу жилья на 2021 год. При этом очень важно, что здесь идет положительная динамика как по строительству многоквартирных домов, так и в части ИЖС (этой теме мы сейчас уделяем особое внимание). Если посмотреть по статистике выдачи разрешений на ведение работ, то за последний год мы видим рост на 350%. Объем жилья в стадии строительства достиг 6,5 млн кв. м. Это значит, что строительным компаниям комфортно работать в регионе, они видят для себя интересные перспективы», — отметил он.
Задачи
Александр Дрозденко подчеркнул, что главным вызовом, который стоит сегодня как перед властями, так и перед строителями региона, — это развитие инфраструктуры — социальной, транспортной, инженерной.
«Как известно, федеральная программа "Стимул" переориентирована на инженерию. Поэтому быть подспорьем в софинансировании выкупа у застройщиков возведенных ими социальных объектов она теперь не может. В связи с этим в рамках программы "Соцобъекты в обмен на налоги" область будет вести их частичный выкуп из собственного бюджета, выплачивая 33% от стоимости», — сообщил глава региона.
Он добавил, что регион хотел бы выплачивать большую долю, но не имеет для этого ресурсов. «Мы можем ежегодно тратить на эти нужды определенную сумму. Конечно, можно оплатить застройщикам 100% расходов по нескольким объектам. Но тогда на другие денег будет взять просто неоткуда. А без социнфраструктуры строить жилье нельзя — мы все это понимаем, значит, нам пришлось бы искусственно сдерживать объемы строительства. Поэтому мы решили гасить треть расходов на соцобъекты, но при этом продолжать развитие жилищной застройки», — пояснил Александр Дрозденко.
Второй ключевой момент — транспортная инфраструктура. «Опыт "нулевых" годов, когда строительство в пригородных зонах осуществлялось без оглядки на этот фактор, показывает, что такой подход приводит к огромным проблемам. Время кавалерийской атаки прошло. Сейчас нужен комплексный подход. Поэтому я принял решение: разрешения на строительство жилья без планов по развитию улично-дорожной сети и организации движения общественного транспорта выдаваться не будут», — подчеркнул губернатор.
В решении имеющихся транспортных проблем сейчас серьезно помогают федеральные средства. «Недавно мы открыли выезд на Подвойского, Центральную улицу, выход на Мурманское шоссе в Кудрово. Проблему транспортных потоков в районах будущего строительства область будет решать с упреждением. Нельзя больше возводить города, откуда невозможно выехать. Это касается всех перспективных территорий освоения — Уткиной Заводи, Новоселья, Гатчины, Новосаратовки, Аннино», — заявил Александр Дрозденко.
Евгений Барановский добавил, что при выдаче разрешительной документации, помимо обязательств застройщиков по «социалке» и улично-дорожной сети, будет проверяться также наличие необходимых источников генерации, возможность строительства инженерной инфраструктуры, сетей водоснабжения, канализации к моменту ввода объектов в эксплуатацию. «Таким образом, сформирован новый порядок рассмотрения проектов для получения разрешений на строительство — простой, понятный, одинаковый для всех», — считает он.
Чиновник отметил также, что региону предстоит еще очень большая работа в сфере ликвидации долгостроев, и поблагодарил застройщиков за активное участие в решении этой проблемы. «Ленобласть, к сожалению, один из лидеров по количеству проблемных объектов, но одновременно мы и один из лидеров по темпам снижения их числа. Только за последние полгода в рамках партнерства с застройщиками мы привлекли на эти цели более 5 млрд рублей. По нашим планам, по итогам этого года будут решены проблемы не менее 5 тыс. пострадавших дольщиков. При этом используются все существующие схемы. Мы рассчитываем в целом закрыть этот вопрос к концу 2024 года», — сообщил Евгений Барановский.
«Решению этой проблемы будет способствовать продление до 2024 года срока действия положения о возможности передачи застройщикам земли без торгов в качестве компенсации за достройку долгостроев», — со своей стороны добавил Никита Стасишин.
Он отметил, что разрабатываются меры по стимулированию запуска проектов комплексного развития территории (КРТ). «В начале 2022 года планируем сформировать программу субсидирования кредитов на начальные этапы таких проектов. Ставка будет — в районе "ключа". Это должно помочь запустить наконец механизм КРТ и поспособствует ускорению расселения из ветхого жилья», — говорит замминистра. Кроме того, до конца года будет принят законопроект об ИЖС, распространяющий на него проектное финансирование, систему эскроу-счетов, а также действие всех льготных программ, что должно дать серьезный толчок развитию этого направления.
Проблемы
При этом участники совещания признали, что в строительной сфере существует немало проблем, которые требуют пристального внимания. И относятся они как к макроэкономическим вопросам, так и к отраслевым.
Никита Стасишин предложил застройщикам внимательнее оценивать экономику проектов, поскольку ближайшие пару лет будут непростыми для экономики. «Эффективная ставка по проектному финансированию после перехода на новую схему для востребованных проектов составляла 1–2% годовых. Это было очень комфортно для застройщиков. Сейчас ситуация кардинально меняется. Ключевая ставка Цетробанка РФ серьезно выросла. Это потянуло вверх все зависимые переменные. Теперь эффективная ставка по проектному кредитованию может дойти до 5% и выше. А рост ставок по ипотеке может снизить спрос. Поэтому застройщикам нужно быть осторожными при оценке своих проектов», — подчеркнул он.
Александр Дрозденко в очередной раз поднял вопрос о необходимости федеральной поддержки в сфере развития социнфраструктуры. «Раз действие "Стимула" перенаправлено на инженерию, нужна другая программа. Возможно, ее целесообразно включить в нацпроект "Образование", поскольку ключевые социальные объекты — детсады и школы — относятся именно к этой сфере», — считает он.
О той же проблеме говорил директор по развитию «Строительного треста» Анзор Берсиров. «Ситуация в этой сфере с отменой "Стимула" и изменением условий программы "Соцобъекты в обмен на налоги" стала очень сложной. Мы все прекрасно понимаем, что выбор в пользу жилья в областных локациях под Петербургом делается в основном из-за более низкой стоимости жилья, чем в мегаполисе. Но сегодня становится все меньше факторов, позволяющих сохранять такое положение. Цены на стройматериалы, затраты на строительно-монтажные работы, зарплаты сотрудников в обоих регионах практически не различаются. Выкуп построенных соцобъектов ранее позволял снижать расходы застройщиков по сравнению с городом, но сегодня и этот фактор сведен к минимуму. Повышение же цен на жилье, чтобы сохранить рентабельность работы, может подорвать спрос. И тогда объемы строительства в Ленобласти могут существенно упасть», — прогнозирует он.
Кроме того, есть проблема сметных цен. «Они и раньше были далеки от действительности. Сегодня же совсем нереальные. Поэтому, когда речь идет о формальных 33% бюджетной компенсации за построенные объекты, сметных расценок по факту хватает на покрытие лишь примерно 20% расходов», — говорит Анзор Берсиров.
Александр Дрозденко выразил готовность искать взаимоприемлемый выход в этом вопросе. «Можно проводить экспертизу реальных расходов на строительство того или иного социального объекта. Мы готовы осуществлять их выкуп за реальные 33% потраченных на их возведение средств», — заявил он.
Президент ЛенОблСоюзСтроя Руслан Юсупов заострил внимание на другой проблеме — тарифной политике монополистов. «В целом надо признать, что ситуация в вопросе техприсоединения после принятия соответствующего регламента существенно улучшилась. Но сохранилась проблема, связанная с непрозрачностью определения стоимости энергоресурсов, которую устанавливают монополисты на свои услуги. Особенно это касается электроэнергетики. Причем при реализации комплексных проектов сложностей обычно не возникает, а вот для точечных объектов, расположенных в 300 м друг от друга, цена энергии может иметь разницу в пять раз — совершенно непонятно — почему. Также существуют проблемы с выносом сетей с участков застройки. Хотелось бы большей прозрачности и урегулирования этих вопросов, может быть, на федеральном уровне», — отметил он.
Никита Стасишин признал, что вопрос действительно существует, и не только в Ленобласти, и Минстрой РФ ищет варианты улучшения ситуации в этой сфере. Он отметил также, что для минимизации таких проблем нужна гармонизация планов региональных властей, в том числе по перспективным локациям застройки, с инвестиционными программами энергетических компаний. Со своей стороны заместитель председателя Правительства Ленобласти Дмитрий Ялов предложил обращаться с такими проблемами к нему. «Мы имеем право исследовать вопрос и можем помочь в снижении тарифов, если они необоснованно завышены. Такие прецеденты уже были», — заявил он.
Кроме того, застройщики выдвинули ряд инициатив, связанных с совершенствованием системы проектного финансирования, а также по ряду других вопросов. Никита Стасишин назвал высказанные идеи очень интересными и пообещал рассмотреть возможность принятия соответствующих мер.
Бизнес-парки, которые набирают популярность в Москве, — прообразы городов будущего, решили специалисты – участники Первого ежегодного форума РБК о развитии инфраструктурных проектов в России и инвестициях в это направление.
За последние 5 лет этот сегмент офисной недвижимости в столице вырос в полтора раза и составляет 1,2 млн. кв. м. Растут бизнес-парки и по масштабу: самый первый столичный бизнес-парк «Крылатские холмы» был построен в 2006 году, его площадь составляла 15,5 тыс.кв.м. Бизнес-парк «Ростех-Сити», введенный в эксплуатацию в этом году, в 17 раз больше. Крупнейший бизнес-парк класса А в России построен всего за 2,5 года компанией «ASTERUS» в Тушинской пойме и создает 20 тыс. рабочих мест, а все архитектурные и технологические решения соразмерны человеку и отвечают его запросам.
Глава компании-девелопера Карима Нигматулина-Мащицкая поясняет, что «Ростех-сити» станет деловым ядром района с жилой застройкой, социальными и спортивными объектами. 2/3 территории объекта отдано на благоустройство «зеленых» зон, что в 5 раз больше, чем в обычном бизнес-строительстве. По мнению девелопера, Москва – уникальная площадка для таких проектов, — здесь их можно реализовывать динамично и быстро. «У нас есть большие территории бывших промзон, где такие новые полицентры можно создавать, вносить элемент новшества в городскую ткань. В европейских городах такой возможности нет, и аппетиты девелоперов очень умеренные в этом смысле», - подчеркнула она.
Бизнес-парки отвечают запросам людей XXI века и Москва следует примеру других мировых мегаполисов, которые создают несколько центров притяжения, за счет чего сокращается время на перемещение дом-работа и концентрация людей в офисах, что особо актуально в условиях пандемии, подчеркнул руководитель отдела организации рабочих пространств компании JLL Гузман де Ярза Бланш.
Футуролог, председатель совета директоров группы компаний «Русские инвестиции» Кирилл Игнатьев считает, что бизнес-парки вытеснят традиционные офисы, чья локация в центре сейчас кажется непререкаемой. «Через 30-40 лет население Москвы приблизится к 50 млн человек, а границы мегаполиса будут проходить по линии ЦКАД. Так что Тушино и другие нынешние мегапроекты застройки окажутся в центральном поясе нашего города», - прогнозирует эксперт.
В основе флагманских московских проектов бизнес-парков концепция WORK.LIVE.PLAY.LEARN, максимально комплиментарная человеку. Свобода и «гибкость» пространств, «зеленость», развитая инфраструктура и эстетические wow-эффекты – то, что привлекает в них экономически активных людей. Здесь есть все для продуктивной работы, саморазвития и комфортного времяпровождения. Корпорации-работодатели используют такие локации в конкурентной борьбе на рынке труда за талантливых и перспективных сотрудников.
Потенциал бизнес-парков огромен, считает директор офисной недвижимости PPF Real Estate Russia Никола Обайдин. «Буквально перед началом пандемии мы начали строительство второй фазы нашего офисного парка Comcity, но не сомневались, что он будет востребован. Сегодня люди стали возвращаться в такие офисы с удовольствием, это связано с тем, что люди чувствуют себя в такой среде спокойнее», - пояснил он.
Директор по аренде управления недвижимости компании Milhouse Елена Малиновская отметила, что спрос на бизнес-парки в ближайшие два года возрастет, потому что арендаторы столкнутся с нехваткой качественных офисных площадей.
Участники Форума сошлись во мнении, что развитие бизнес-парков отвечает общественным запросам и несет очевидные множественные выгоды: для города и его жителей, работодателей – арендаторов и их сотрудников, инвесторов проектов, строительной и смежных отраслей.