Сложности озеленения Петербурга
Участники конференции, посвященной «зеленой» теме, выявили целый ряд проблем в благоустройстве и озеленении жилой застройки и общественных пространств Петербурга, но также предложили решения для некоторых случаев.
Конференцию «Зеленое строительство в устойчивом развитии городов: от стратегии к стандартам безопасной, комфортной городской среды» в рамках специального проекта «Городская среда: Экология. Комфорт. Трансформация» XXIV Международного форума «Экология большого города 2025» организовали Совет по зеленому строительству Санкт-Петербургского Союза архитекторов, РИА «Архитектурные сезоны», ООО «ЭФ-Интернэшнл» при поддержке КГА и СРО НП «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга». В качестве модератора выступал Сергей Цыцин, председатель Совета по зеленому строительству Санкт-Петербургского Союза архитекторов, генеральный директор «АМЦ-Проект».
Конфликт машин и деревьев
Согласно новому Генплану Петербурга, вступившему в силу в 2024 году, 29% в городе занимают рекреационные зоны, что сопоставимо по площади с территорией жилой застройки, и больше, чем занимают промышленные земли. Смольный поставил цель увеличить площадь рекреационных зон, поскольку состояние и настроение граждан зависят, в том числе, от среды, в которой они живут.
Задача решается постепенно. В частности, ближайшая — связать зеленые зоны, создав зеленый каркас, сообщила Елена Крамскова, начальник Управления ландшафтной архитектуры и монументального искусства КГА. Но сделать это непросто.
По словам Елены Крамсковой, в центральной части Петербурга исторически выделялось мало места под зелень: «Застройка доходными домами, дворы-колодцы не позволяют должным образом озеленить эту часть города сегодня».
Кроме того, под свободными от застройки участками, как правило, проложены коммунальные сети.
По мнению специалиста, можно использовать деревья в кадках и сады-трансформеры — это почти единственный вариант озеленить историческую часть города. Существуют, конечно, иные варианты — озеленение кровли, вертикальное озеленение фасадов. Но, посетовала Елена Крамскова, расположение домов и наш климат не позволяют озеленить фасады. «При реконструкции, наверное, можно предусмотреть террасы, ярусные сады», — добавила она.
В «сталинской» застройке есть возможность увеличить зеленые площади. Самая, наверное, лучшая ситуация — в кварталах, застроенных пятиэтажными домами. При возведении таких домов уже действовали нормы озеленения. Однако сегодня ситуация меняется, причем зачастую — в худшую для зеленых насаждений сторону. Выросло количество личных автомобилей, людям понадобились места для парковок. Для их организации нередко уничтожаются зеленые насаждения. «Самая большая проблема — уширение парковок, уничтожение зелени», — констатировала Елена Крамскова.
По ее мнению, строительство паркингов на застроенных пятиэтажками территориях проблематично. Но сегодня муниципальные образования получают субсидии — у них есть средства на проектирование, и «город начал меняться».
При этом Елена Крамскова отмечает: «В советской застройке еще можно что-то придумать. Новая застройка не решает проблем, которые были, зато создает новые».
Застройщики борются за квадратные метры — появляются жилые комплексы без детских площадок и зелени. В качестве отрицательного примера приведен проект ЖК «Северная долина», где нормативы озеленения не выполняются, очень мало зелени, спортивных площадок, но при этом парковочные места заняты постоянно. То есть вопрос с парковками тоже не решен. Чтобы достойно благоустроить дворы, нужно убирать парковочные места. По мнению специалиста, надо решать проблему с парковками, поднимать проблему на законодательный уровень.
Соседство Шуваловского парка тоже не решает проблему. По словам Елены Крамсковой, в пятиминутной шаговой доступности от жилья должен находиться сквер или небольшой парк, на удалении 15–29 минут пешком — парк покрупнее: «Запирать людей в “клетках” неправильно и должно быть изменено».
По ее словам, жители «человейников» находятся постоянно в состоянии стресса, а отдохнуть им негде. Это касается не только «Северной долины» — на намыве Васильевского острова есть проекты, где в половине дворов располагаются парковки, в другой половине — газоны.
При этом в некоторых ЖК построены многоярусные паркинги, но места в них не покупают — нередко у приобретателей квартир в ипотеку не хватает средств на парковочное место. Постепенно паркинги перепрофилируются в магазины, зооцентры, медицинские центры.
Впрочем, есть и другие примеры. По словам Елены Крамсковой, в Выборгском районе стали появляться нарядные экологичные детские площадки. В Приморском районе береговая полоса пользуется большим вниманием жителей. Людей интересуют экотропы, доступ к воде, индивидуальные зеленые дворы.
Методы борьбы
По мнению Сергея Цыцина, нужны подземные гаражи. Он подчеркнул необходимость проектировать дворы без машин в массовом сегменте тоже, поскольку в ЖК более высокого класса подземные парковки проектируются.
Сергей Цыцин поинтересовался: «Нельзя ли, чтобы комитет вышел с инициативой: если дома больше пяти этажей, комфортная среда должна побеждать паркинги. Застройщики, пока нет такого регламента, будут руководствоваться своими интересами. Мы создаем ущербную среду, а потом думаем, как с этим бороться».
Из зала прозвучал вопрос: «А кто должен заниматься озеленением? Застройщики вкладывают минимум, УК практически не тратится. Мы вкладывались сами, чтобы посадить деревья. Нам пришлось столкнуться с огромным количеством согласований».
Елена Крамскова объяснила: чаще всего озеленением занимаются муниципальные образования, но собственники вправе решить этот вопрос на общем собрании и обязать управляющую компанию.
По мнению Елены Крамсковой, надо менять законодательные нормы по озеленению. Осталось выяснить, как.
Сергей Цыцин полагает, что подобные изменения можно указать в Правилах землепользования и застройки.
А у законодателей уже есть идеи. Михаил Амосов, депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга, доцент кафедры физической географии и ландшафтного планирования СПбГУ, отметил: в январе прошли общественные обсуждения по теме зеленых зон, в результате сформулированы три идеи.
Первая — внеся изменения в законодательство, гарантировать участие жителей в обсуждении проектов зеленых зон. «У нас сейчас если что-то строится, это подлежит обсуждению, благоустройство — нет. У людей — другой взгляд», — прокомментировал Михаил Амосов.
Например, сделана реконструкция второй очереди Муринского парка, но третья при этом еще даже не благоустроена. Жителям не нравится то, что появилось в результате реконструкции, они полагают, что деньги надо было потратить на благоустройство третьей очереди.
По словам Михаила Амосова, Ленобласть участвует в федеральной программе, получает серьезные средства на благоустройство, и федеральный центр принуждает регион обсуждать с жителями проекты. Петербург в такой программе не участвует, но двигаться в сторону обсуждений надо, полагает депутат. По его словам, уже собирается рабочая группа для корректировки закона по благоустройству.
Вторая идея — создание городских лесопарков. Это крупные парки, как правило, на окраинах Петербурга, — бывшие участки лесов. Для таких территорий необходимы обследования, а также зонирование в проектах — спорт, другие активности, нетронутые участки.
Третья идея — временные зеленые зоны. Это могут быть территории, зарезервированные под конкретные объекты, но в далекой перспективе. В прошлом году Смольный решил создать сад сирени рядом с Невской ратушей — на месте, где зарезервирован участок под станцию метро, а раньше была автостоянка. Средства в бюджете уже запланированы.
Подобная ситуация — на Кушелевке, где проект планировки, принятый лет 15 назад, вообще не предусматривал зеленых зон. По периметру квартала располагаются паркинги, на которые спроса нет. В перспективе вместо них появятся школы, но пока можно выполнить временное благоустройство.
Алексей Саянов, кандидат географических наук, руководитель ГК SayanGroup, генеральный директор ООО «Смарт Руф», рассказал о другом способе благоустройства — озеленении крыш. Он указал на активную субурбанизацию территорий, в том числе застройку пригородов высотными домами, и возникновение конфликтов интересов. Отсутствие водно-зеленого каркаса формирует дополнительную нагрузку на инфраструктуру, также возникают риски подтопления территорий. «Создать дополнительное озеленение на крышах — хороший элемент водно-зеленой структуры», — полагает Алексей Саянов.
Зеленые кровли дают много преимуществ: в зависимости от типа озеленения растения удерживают 40–99% осадков, что существенно снижает нагрузку на ливневые канализации; увеличивает энергоэффективность зданий; улучшают микроклимат; берегут здания от воздействия экстремальных температур — летом снижают температуру, зимой лучше сохраняют тепло.
По мнению Алексея Саянова, зеленые кровли позволят восстановить биоразнообразие в городской среде, организовать фермерские зоны и т. д. Однако пока спрос на зеленые крыши мал, производство дорого и невелико. Безусловно, есть климатические ограничения. «Нет господдержки. Может, это и хорошо, когда естественным путем снизу вырастает новая технология», — заключил Алексей Саянов.
Как отметил Сергей Цыцин, конференции с «зеленой» повесткой проходят регулярно, но возникают все новые проблемы, которые необходимо разрешать. Можно догадаться, что новое мероприятие — не за горами.
Мнение
Алексей Саянов, кандидат географических наук, руководитель ГК SayanGroup, генеральный директор ООО «Смарт Руф»:
— Технологии кровельного озеленения активно применяются на крышах и стилобатах. Различают два основных типа: экстенсивное, пригодное для крыш с ограниченной несущей способностью, и интенсивное — сложные системы для создания полноценных садов и парков.
Экстенсивное озеленение годится для многоквартирных домов, интенсивное — больше для общественных пространств.
С точки зрения развития водно-зеленого каркаса Петербурга необходимо увеличение площади и количества зеленых зон. Это могут быть дополнительные рекреационные пространства на плоских крышах или создание новых общественных пространств на крышах в промзонах, то есть джентрификация городского пространства. В промышленных районах плоские крыши заводских зданий могут стать основой для парков. В жилой застройке неиспользованные стилобаты можно озеленить, создавая зоны отдыха. Подземные парковки и развязки также могут быть перекрыты зелеными крышами. Особенно важно развивать зеленые зоны в районах с высокой плотностью застройки, где кровельное озеленение становится единственным решением для увеличения зеленых насаждений.
Сергей Цыцин, председатель Совета по зеленому строительству Санкт-Петербургского Союза архитекторов, главный архитектор «АМЦ-Проект»:
— До последнего времени озеленение проводилось по остаточному принципу, очень дешево. Была распространена сдача объекта в зимнем варианте, когда все покрыто снегом, когда еще не привезен грунт. А уже весной-летом доделываются эти работы, ведутся посадки.
В настоящее время сами инвесторы инициируют качественные проектирование и реализацию проектов благоустройства, будучи заинтересованными, чтобы их объект имел конкурентные преимущества.
Главный резерв для создания зеленых зон — серый пояс, половина территории которого используется очень неэффективно для города. Эта серая зона при едином плане развития города могла бы представлять мощное зеленое кольцо, которое сочеталось бы с новым транспортным кольцом, новой застройкой. Это можно превратить в зеленый пояс, который связал бы различные зеленые участки в единое целое, значительно улучшил бы качество проживания и вообще градостроительный статус нашего города. Это могло бы стать легкими Петербурга.
Искусственный интеллект в руках профессионала вполне может превратиться в действенный инструмент, но вряд ли заменит человека — машина не умеет ни мечтать, ни фантазировать, зато прекрасно просчитывает варианты. На дискуссионной площадке международной выставки архитектуры и дизайна «АРХ МОСКВА 2024» эксперты отрасли обсудили спорный вопрос и поделились опытом применения новых технологий.
Через проекты умных городов цифровые технологии постепенно входят в сферу градостроительства и ускоряют процессы. Например, запрос данных из Росреестра сейчас занимает не 7–10 дней, а секунды. Застройщики и девелоперы начинают получать информацию об участке в автоматическом режиме. С помощью новых технологий власти осуществляют контроль за освещенностью улиц, качеством дорожного покрытия, уборкой снега и даже заполняемостью мусорных урн на остановках. Кроме того, цифровые технологии помогают налаживать связь между обществом и государством. Так, в ходе недавнего голосования за объекты благоустройства стали понятны потребности горожан.
«Но в архитектуре, к сожалению, мы не видим большого продвижения. Да, многие скажут, что используют ТИМ, но еще ни разу в российской действительности мы не видели применения этих систем от этапа проектирования до эксплуатации, а в этой плоскости есть большой потенциал, — говорит заместитель руководителя ИКМО города Казань Радик Шафигуллин. — Да, возможно, отрасль строительства консервативна, не очень хочет, чтобы все процессы были видимыми и оптимизировались, но это лишь вопрос времени — максимум два-три года. Мы видим, что на основе данных предыдущих проектов искусственный интеллект способен собрать новый и привязать его к местности».
По мнению участников дискуссии, новым технологиям вполне под силу создать надбавленную стоимость к таланту архитектора.
В ожидании умного проекта
«Множество из описанных вещей искусственным интеллектом не является. ”Если мусорка наполнилась, то пора сделать то-то” — это алгоритм. Да, цифровые технологии нужны, но искусственный интеллект — это другое. Он накапливает опыт, обучается. Мы от него находимся довольно далеко, но обязаны к нему прийти», — уверена главный архитектор Генпро Елена Пучкова.
Часть архитектурных бюро уже использует в работе новые технологии, и это не только привычный ТИМ. Например, с помощью генеративных систем создается квартирография и проектируются паркинги, в виртуальных вселенных возводятся объекты для портфолио, здесь же происходят встречи с заказчиками, нейросети помогают быстро сгенерировать облик будущих объектов, которые после утверждения клиентом концепции дорабатываются проектировщиками. «Нормана Фостера технологии, естественно, не сделают, а Заху Хадид сделают. Параметрическая архитектура производится из алгоритмов, то есть архитектор пишет алгоритм, задает код, по которому машина и рисует форму. Вы никогда не знаете, что получится в конце», — говорит г-жа Пучкова.
Однако основным остается вопрос: какое место в этом процессе занимает творческий человек? Сотрудники архитектурного бюро «Т+Т Architects» не понаслышке знакомы с искусственным интеллектом и даже участвуют в обучении системы Kandinsky, однако не уверены, что на данном этапе развития технология способна ускорить процесс проектирования. «Если проводить аналогию от умного города до умного проекта, то раздирают противоречия между надеждой и скепсисом применяемости. С одной стороны, есть визионерские ощущения, что применение нейронных сетей, искусственного интеллекта и любых генеративных алгоритмов сильно упростят нашу проектную жизнь, выведут продукт на новый уровень качества, сожмут сроки реализации до минимальных значений и уберут человеческий фактор в плане ошибки. С другой стороны, есть определенный спектр сомнений в применении прикладных инструментов, которые мы можем использовать в проектировании. Сколько раз мы ни пытались работать с нейронной сетью для получения практически применяемого результата (особенно на этапах концепции), то по времени и трудозатратам получается либо столько же, либо дольше», — говорит руководитель бюро «Т+Т Architects» Сергей Труханов.
Сущность ИИ
При этом профессиональное сообщество архитекторов уверено: машина не в состоянии работать без человека. Хорошим примером развенчивания мифа стал проект здания исследовательского центра в Торонто (Канада). Изначально заявлялось, что объект был спроектирован с применением искусственного интеллекта, но позже оказалось, что все ограничения и параметры, необходимые для проектирования, закладывались человеком, а машина, по сути, выносила только шорт-лист решений, самый эффективный из которых выбирал опять же профессиональный архитектор.
«Это не генеративный инструмент, — поясняет Радик Шафигуллин. — Он не может сказать: “Давайте здесь линию нарисуем”. Он смотрит и говорит: “Если здесь стоит эта панель, то в большинстве случаев к ней ставится этот элемент”. Пока мы не видели вариантов ИИ, который мог бы сам что-то ”допиливать”».
Другими словами, архитектор становится оператором, который может изучить сценарии, предложенные машиной, оттолкнуться от них, внести корректировки и дальше работать в привычном режиме. По словам Сергея Труханова, в технологии нет ничего удивительного: «Это не искусственный интеллект, а заранее предустановленные решения, которые могут существовать в зависимости от параметров, выбранных для проекта. Машина никогда не создаст новый контент, потому что не умеет мечтать, а может лишь брать накопленный опыт и интерпретировать его».
Компьютер предлагает среднестатистический образ объекта на основе загруженных в него данных, то есть это усредненное представление людей, которые участвовали в обучении машины. Не исключено, что технология существенно поможет тем, кто строят дома без участия архитектора, а создатели в это время продолжат претворять в жизнь уникальные здания и сооружения.
«Если мы будем разбирать исходный термин, то увидим, что имеется в виду машинное обучение алгоритмов и программ. И только русская душа наделяет его понятием “интеллект” и дает определение “искусственный”, что одушевляет предмет и побуждает вступить с ним в ментальное взаимодействие, — рассуждает сооснователь архитектурного бюро Osetskaya.Salov Александр Салов. — Можем ли мы освободить мозг творца, применяя цифровые технологии, передать им всю механическую работу, чтобы автор мог сосредоточиться только на главный мысли?» В будущем — вполне возможно. Нейросети обучаемы, и сейчас архитектор может приступить к ее тренировке, задавая параметры собственного творчества, ценности, определенные ориентиры, визуальную статистику, чтобы в конечном итоге генерации выдавались в рамках фирменного стиля компании.
Кто останется без работы?
Подобно тому, как однажды стали не нужны телефонистки, может трансформироваться отрасль проектирования. Рутинная, монотонная и повторяющаяся работа перейдет к машине. Однако одновременно с этим вырастет спрос на вовлеченных в работу архитекторов, обладающих высоким уровнем профессионализма и экспертизы.
Пару им составят специалисты по кибербезопасности. Сегодня это направление представляет собой самую большую опасность, ведь творческая разработка архитектора легко может стать доступной неограниченному кругу лиц. И этот вызов пока остается без ответа.
Системы архитектурного обогрева все активнее задействуются в эксплуатации зданий и сооружений, прилегающих к ним территорий и инженерии. По мнению экспертов, в перспективе технология получит еще более массовое распространение.
В большинстве российских регионов ярко выражен зимний сезон. На протяжении нескольких месяцев держится снежный покров, и наблюдаются отрицательные температуры воздуха. Данные природные факторы негативно влияют на качественную эксплуатацию зданий и сооружений. В частности, снег на кровле увеличивает нагрузку на несущие конструкции, возникают протечки, сосульки и наледи при падении могут травмировать людей и привести к другим ЧП. Свести к минимуму такие происшествия и повысить устойчивость кровли и других элементов сооружений к воздействию снега и перепадов температур способны системы архитектурного обогрева (АО).
Технологии АО все активнее задействуются в эксплуатации жилых, коммерческих, промышленных зданий и сооружений, прилегающих к ним территорий и инженерии, а также в загородном домостроении. Эксперты полагают, что архитектурный обогрев в ближайшие годы найдет еще более массовое распространение, в том числе за счет появления на рынке новых видов АО, заинтересованности собственников различных объектов в их энергоэффективности и безопасности.
Выполняя задачи
Архитектурный обогрев представляет собой кабельные системы электрического обогрева, предназначенные для борьбы со снегом и образованием наледи, рассказывает продакт-менеджер направления обогрева, бренд EKF, Артем Евстропов. «Главным элементом системы являются нагревательные кабели, которые при работе обеспечивают выполнение поставленных задач. Электрический обогрев очень удобен. По сравнению с другими видами он может применяться для решения различных задач, для любых типов кровли и площадок, размеров и т. д. Нагревательные кабели технологичны и удобны в монтаже, легко управляются с помощью специализированных контроллеров, что позволяет рационально расходовать электроэнергию. Задачи по антиобледенению встречаются везде, поэтому данные системы применяются повсеместно: это обогрев кровель промышленных цехов, площадок и ступеней в переходах метро и торговых центрах, защита от замерзания труб в частном домостроении».
Ключевые различия, которые можно выделить в системах архитектурного обогрева, – тип греющего кабеля, отмечает ГИП (главный инженер проекта) ООО «Обогрев Люкс» Игорь Скворцов. Он может быть резистивным и саморегулирующимся. Отличие кабелей в пусковых токах (у саморегулирующихся он есть, у резистивных — нет) – в материале, внутренней конструкция кабеля, а также линейной мощности обогрева (в среднем – 30 ватт на погонный метр, но может варьироваться в зависимости от применения). Высокая эффективность и долговечность систем АО достигается благодаря применению систем управления на основе датчиков температуры, воды и осадков – вовремя установленная и запущенная система обогрева сможет самостоятельно реагировать на любые изменения температуры среды и автоматически регулировать уровень отдачи тепла. Соответственно, это позволяет оптимизировать работу системы и снизить энергопотребление. «Еще можно отметить разницу между саморегулирующимися кабелями и резистивными в бытовом плане. За счет матрицы с частицами графита внутри “самрегов” кабель способен самостоятельно изменять выделение тепла (а следовательно, и электропотребление) в зависимости от температуры окружающей среды. Таким образом, его можно подключить напрямую в сеть и использовать по назначению без дополнительного контроля (например, многие используют готовые кабельные секции на основе саморегулирующегося греющего кабеля для обогрева бытовых трубопроводов). Резистивный же кабель — это кабель постоянной мощности, требующий постоянного контроля через терморегулятор», – поясняет специалист.
Улучшая характеристики
По словам руководителя направления архитектурного и промышленного обогрева компании «Теплолюкс» Константина Архипова, современные технологии не стоят на месте, и это находит отражение в разработке и производстве систем АО. В последние годы на рынке появились решения, которые не только повышают эффективность таких систем, но и делают их более безопасными и долговечными.
«Одним из ключевых нововведений стало использование передовых материалов, обладающих малодымными и негорючими свойствами. Такие материалы оболочек греющих кабелей обеспечивают не только высокий уровень безопасности, но и продлевают срок службы систем, что особенно важно в условиях эксплуатации на открытых пространствах. Также стоит отметить широкое применение саморегулирующихся греющих кабелей. Эти кабели автоматически адаптируются к условиям окружающей среды, изменяя свою мощность в зависимости от температуры воздуха и наличия влаги. Это позволяет значительно снизить энергопотребление, так как система будет работать ровно столько, насколько это необходимо в текущих условиях. Такие кабели стали особенно востребованными благодаря их высокой надежности и экономичности», – отмечает специалист.
Можно сказать, что саморегулирующийся кабель – это более современная и энергоэффективная технология в сравнении с резистивным кабелем, продолжает тему директор по продажам компании «Современные технологии нагрева» Александр Саразов. Автономное управление (метеостанция) гарантирует энергосбережение системы архитектурного обогрева, так как она работает только во время снегопада или иных осадков. Да и в целом избавляться от наледи дешевле, проще и безопаснее, чем вручную сбивать лед с крыши. Саморегулирующийся кабель – сейчас самый используемый. Его преимущество – отсутствие перегрева. Он наиболее эффективен при обогреве кровли и водостоков.
Совсем недавно мы улучшили характеристики, добавляет Александр Саразов, и резистивных нагревательных кабелей. Обновили производство серии НРК ТР FEP со фторопластовой изоляцией нагревательных жил. Это решение для систем антиобледенения и снеготаяния с улучшенными показателями. Обновленный кабель НРК ТР FEP удобен в монтаже и имеет усиленную защиту от механических и иных повреждений. Резистивные нагревательные кабели постоянной мощности эффективны при укладке на открытых участках кровли скатных крыш и иных наружных объектов, обеспечивают равномерный нагрев по всей длине. Обновленный кабель НРК ТР FEP удобен в монтаже и имеет такие преимущества, как защита от перегрева, повреждений при укладке, УФ-лучей и агрессивного воздействия, повышенная термостойкость.
Коммерческий директор компании «Антилед-групп» Максим Павлов также отмечает, что в последнее время в производстве систем архитектурного обогрева все чаще используются инновационные материалы и технологии. Например, появились тонкие гибкие пленки, способные равномерно обогревать поверхность без создания видимых элементов. Также разработаны системы автоматизации, которые могут контролировать и регулировать температуру в зависимости от погодных условий. «Таким образом, технология АО является эффективным способом обеспечения безопасности и комфорта на различных строениях. С появлением новых решений и инноваций – как в производстве, так и в установке систем антиобледенения – данная технология становится все более популярной и востребованной в современном домостроении».
По нашим подсчетам, рассказывает руководитель направления технико-коммерческого сопровождения партнерских продаж «ИВС» (входит в ГК «ССТ») Марина Борисова, системы электрообогрева окупаются в ближайшие два-три года эксплуатации за счет экономии на расходах по вызову бригад по уборке территорий от снега и льда. Плюс это страховка от незапланированных судебных исков от собственников автомобилей, на которые могут упасть ледяные глыбы, или пешеходов, или жителей, которые могут получить травмы из-за наледи. Говоря про энергопотребление систем электрообогрева, нельзя не отметить, что решения на основе саморегулирующих кабелей на 20−30% энергоэффективнее аналогичных решений на основе резистивных кабелей. А при применении автоматизированных систем управления (АСУ) системы обогрева работают только в необходимый промежуток времени, при заданных температурах и исключительно при наличии осадков. «При выборе подрядчика мы рекомендуем обращать внимание на качество нагревательных кабелей. Все-таки система рассчитана не на один год службы, а на 10−25 лет, и лучше выбирать не дешевые китайские аналоги, а качественные изделия. Важно, чтобы вы могли в любое время обратиться за гарантийной и технической поддержкой, которую всегда окажет российский производитель», – добавляет специалист.
