Анастасия Кожарова: «Выбрать оптимальное ПО и не прогадать»
Переход на отечественное программное обеспечение для применения технологий информационного моделирования — это важный и необходимый шаг развития проектной отрасли. Такие выводы делает ведущий инженер тепломеханического отдела проектирования ТЭС компании «НордЭнергоИнжиниринг» Анастасия Кожарова. В интервью «Строительному Еженедельнику» она рассказала об опыте организации внедрения в работу цифровых решений российского вендора.
— Какими факторами был обусловлен переход вашей проектной компании на российское ПО в работе с ТИМ?
— Основной вид деятельности «НордЭнергоИнжиниринг» — осуществление проектных работ для строительства и модернизации объектов энергетики на всех стадиях. Это предпроектные проработки, проектная и рабочая документация, выполнение авторского надзора. Мы являемся проектным подразделением АО «Силовые машины» с головным офисом в Санкт-Петербурге. Переход на российское ПО был обусловлен целым рядом причин — начиная от экономических и заканчивая функциональными и техническими. Тем более что и государство, и высококонкурентный рынок уже давно обозначили необходимость импортозамещения в сфере ТИМ.
Мы поставили перед собой задачу выбрать оптимальное российское ПО. Согласно стратегии развития организации в 2024 году мы должны полностью перейти на трехмерное проектирование. Специалисты НЭИ провели анализ рынка, чтобы найти отечественный продукт, учитывающий нашу специфику. Мы оценивали не только его функциональные возможности, но и наличие квалифицированной технической поддержки, быстрого обучения персонала и т. д. Выбор был сделан в пользу программного комплекса Model Studio CS, разработчиком которого является компания «СиСофт Девелопмент», поскольку он наиболее полно соответствовал поставленным требованиям.
— Как проходил переход на данное программное обеспечение?
— Мы приобрели ряд модулей комплекса Model Studio CS: Model Studio CS Трубопроводы, Model Studio CS Технологические схемы, Model Studio CS Строительные решения, Model Studio CS Кабельное хозяйство, Model Studio CS Водоснабжение и канализация, Model Studio CS Отопление и вентиляция, CADLib Модель и Архив. Осуществить переход на ПО и освоить трехмерное информационное моделирование нам помогала компания-интегратор «РОМБИТ» — авторизованный партнер «СиСофт Девелопмент».
Внедрение Model Studio CS проходило в несколько этапов. Это аудит наших баз, обучение, подготовка среды общих данных для пилотного проекта, непосредственно само выполнение пилотного проекта, создание стандартов и регламентов организации, переход в промышленную эксплуатацию. Специалисты «РОМБИТ» оказывали нашим сотрудникам техническую поддержку на всех этапах. В частности, через специальное приложение было решено более ста различных задач.
— Какие проекты с данным ПО уже выполнены «НордЭнергоИнжиниринг»?
— К концу 2024 года мы успешно создали в Model Studio CS трехмерные информационные модели для восьми объектов, включая шесть турбоустановок и два общестанционных объекта. На базе этих моделей была выпущена необходимая рабочая документация. Полученные результаты не только подтвердили эффективность системы, но и позволили нам взять в работу еще несколько объектов, что говорит о высоком потенциале Model Studio CS. Мы продолжаем активно внедрять этот инструмент в нашу практику.
— Каковы преимущества и недостатки Model Studio CS можете выделить?
— Опыт работы с программным комплексом Model Studio CS позволяет нам объективно оценить его сильные и слабые места. Из положительных факторов можно выделить удобство, многозадачность и функциональность. Программный комплекс обладает широкими возможностями настройки шаблона под требования заказчика. Пользователям легко осуществлять оперативный обмен информацией между подразделениями компании при моделировании различных разделов проекта. Документация по объекту собирается с помощью CADLib и доступна любому участнику проектирования: чтобы ее загрузить, увидеть или скачать, не нужно обладать какими-то уникальными правами. Кроме того, Model Studio CS — это полностью отечественный продукт, невозможно санкционное давление.
Из недостатков можно отметить некоторые недоработки программного комплекса, усложняющие процесс проектирования. Это, к примеру, сложности, возникающие при настройке профилей для специфицирования и профилей преднастроенных проекций, а также при простановке размеров. О выявленных недочетах мы уже проинформировали вендора. Уверены, что в следующих релизах он их исправит, доработает функционал и усовершенствует продукт.
В целом Model Studio CS является перспективным программным продуктом и достойной альтернативой зарубежному ПО. Продукт может удовлетворить большинство потребностей участников рынка и взят за основу стандартов в отрасли.
— Что можете порекомендовать организациям, переходящим на Model Studio CS?
— Основываясь на нашем опыте выполненных в Model Studio CS проектов, я бы посоветовала ответственно подготовиться к первым этапам внедрения ПО. В частности, к аудиту и обучению сотрудников. Необходимо проверить имеющийся парк компьютеров на соответствие рекомендуемым «СиСофт Девелопмент» системным требованиям. В процессе проектирования следует проанализировать взаимодействие отделов, порядок обмена информацией и заданиями, чтобы впоследствии было легче создавать ТИМ-стандарт. Первоначальное обучение, предусматривающее освоение Model Studio CS на базовом уровне, не должно вызывать у них особых трудностей. А вот этап более углубленного изучения потребует всестороннего сравнения этого программного комплекса с аналогичным ПО, с которым проектировщики уже знакомы.
Успешность проведения пилотного проекта напрямую зависит от верного выбора объекта, который должен соответствовать определенным критериям. В частности, объект не должен быть уникальным или технологически слишком сложным. При реализации пилота важно задействовать все проектные специальности и обеспечить участникам комфортные сроки для выполнения работ.
В целом, как уже было отмечено, правильный подбор российского программного обеспечения для ТИМ и других операций — это первый и важный шаг, который может оказать существенное влияние на эффективность работы, сроки выполнения проектов и, соответственно, на их успешность и прибыльность.
Парадокс сегодняшнего времени: студии развития и культурного воспитания уходят на первые этажи новостроек, а не заполняют здания, которые для этого созданы, — Дома культуры пустеют, разрушаются или вовсе меняют функцию. Можно ли вернуть советским ДК былую красоту и о роли центра эстетического воспитания рассуждали архитекторы и чиновники на «Арх Москве».
По оценкам Союза архитекторов, в России более 42 тысяч Домов культуры. Большинство построено в 70–80-х годах прошлого века и сегодня отчаянно нуждается в реконструкции.
Частично государство выделяет деньги на ремонт ДК, но архитектурное сообщество заботит качество проведенных работ, ведь зачастую они проходят без участия архитектора по проекту, который дешевле всего реализовать. В итоге фасады остаются без авторских мозаик, фресок и других архитектурных деталей, есть вопросы и к качеству материалов.
«Очень обидно, что после советского периода рассвета в строительстве ДК мы скатились к тому, что имеем сегодня, — говорит архитектор Дарья Наугольнова. — Здание Дома культуры — это место, которое отвечает за эстетическое воспитание, поэтому именно оно должно быть самым прогрессивным в городе».
Однако есть примеры, когда реконструкция дает Дому культуры вторую жизнь и превращает в центр эстетического воспитания. Например, так произошло в Воронеже.
ДК от архитекторов в Воронеже
Архитекторы российско-голландского бюро Visota Дарья Наугольнова и Алексей Боев предложили властям родного Воронежа вместе подумать над реконструкцией местного ДК «Машиностроитель». Чиновники откликнулись и пригласили к обсуждению молодых архитекторов и неравнодушных горожан, чуть позже бюджет выделил деньги на реконструкцию.
В результате реализовали проект, который показал в выгодном свете советскую архитектуру Дома культуры. Не обошли стороной даже утраченную фреску на фасаде. При помощи IT-технологий один из художников восстановил изображение в виртуальном формате, и теперь любой желающий ее может увидеть, считав QR-код на фасаде здания.
«Для нас это показатель того, что несколько хороших инициатив позволяют городской власти принять правильное решение и найти средства на поддержку таких проектов», — резюмировал главный архитектор Воронежской области Андрей Еренков.
Авторы отмечают важность и того, что работа над проектом реконструкции шла с участием директора ДК, поэтому в обновленном здании удалось реализовать новую концепцию работы Дома культуры как прогрессивного центра развития и просвещения.
ДК в Якутии с нотами местного колорита
Воодушевившись результатами Воронежа, к проекту подключились власти Республики Саха (Якутия). Здесь бюро Visota работает над реконструкцией Дома дружбы народов. Сейчас сделан проект, в ближайшее время начнутся строительные работы.
В ходе реконструкции архитекторы предложили доработать типовой проект и сделать пристрой на месте внутреннего двора (в условиях вечной мерзлоты люди им не пользуются), убрать голубые окна, установленные в начале 2000-х, и вернуть витражи.
«Здесь, в отличие от Воронежа, мы посмотрели, насколько здание можно увеличить в объеме, не сильно нарушая типовой проект. Вторая наша задача в том, чтобы сохранить элементы региональной идентичности: мозаики, барельефы и витражи, — рассказывает архитектор Алексей Боев, один из авторов проекта. — В интерьере мы предлагаем использовать дерево, но не превращать пространство в выставку якутской этники».
Спасенный ДК в Ельце
Параллельно команда российско-голландских архитекторов работает над реконструкцией Дома культуры «Эльта» в Ельце (Липецкая область).
Как рассказывает главный архитектор Ельца Марина Молодых, этот единственный в городе Дом культуры удалось спасти от демонтажа — повторная экспертиза показала, что разрушения не столь значительны и здание еще может жить: «На данный момент закончена работа над проектной документацией, мы ушли в экспертизу. И сейчас ждем реализации проекта по воссозданию этого важного для города объекта культуры».
Также в Ельце планируется реконструировать советский кинотеатр «Луч», превратив его в молодежный образовательный центр.
Пока судьба исторического центра Петербурга остается предметом горячих споров, политических манипуляций и болью города, «Строительный Еженедельник» изучил примеры успешного редевелопмента исторических зданий и попытался выяснить у экспертов, как применить положительный опыт ко всему историческому фонду.
Имея иммунитет от сноса, большая часть исторических зданий города, тем не менее, находится на грани исчезновения. Разрушительное воздействие времени на объект недвижимости, если в нем никто не живет десятилетиями, не могут остановить никакие охранные нормативы, тем более когда заложенные в них ограничения не только отдаляют сроки начала восстановительных работ, но и отбивают у инвесторов всякое желание браться за такие проекты.
Депутат ЗАКСа Алексей Ковалев считает, что схема привлечения инвесторов на условиях долгосрочной аренды условно за 1 рубль невыгодна девелоперам, а в идее раздавать исторические объекты целевым назначением содержится потенциально высокая коррупционная составляющая: «К тому же сейчас нет понимания, по каким критериям должны отбираться инвесторы, каковы критерии оценки степени разрушения здания, параметров определения границ земельного участка. Привлекать инвесторов, конечно, нужно, но процедура должна проходить на конкурсной основе, с выгодой и для города, и для инвесторов».
Общественная жизнь серого пояса
Депутат ЗАКСа Оксана Дмитриева видит выход в редевелопменте так называемого серого пояса, окольцовывающего исторические районы города: «Развивая новые функции бывших промзон, мы, во-первых, создаем новые общественные, культурно-досуговые пространства, а во-вторых, снимаем постоянное социальное напряжение, связанное с недовольством резидентов центральных районов из-за расположения во дворах и на первых этажах жилых домов ресторанов, кальянных и пр. заведений».
Среди реализованных проектов такого редевелопмента последних лет: арт-квартал Temple Of Deer в корпусах завода «Арсенал» на ул. Комсомола, коворкинг AVENUE-PAGE и контейнерный городок AVENUE-BOX на Аптекарской набережной, общественное пространство в корпусах подковно-гвоздильного завода Посселя на Малом пр. В. О. Это удачный пример того, когда для спасения исторических зданий были найдены точки соприкосновения между сохранением исторического наследия, современной архитектурой, общественной значимостью и выгодой инвесторов.
«Чтобы город не превратился в руины, нужен компромисс, — отмечает Георгий Рыков, партнер и генеральный директор компании "БестЪ. Коммерческая недвижимость", — и он вполне достижим. Требовать от города восстанавливать исторические здания за счет бюджета — безумие, необходимо разработать понятную конкурсную процедуру, с четкими требованиями, вплоть до изъятия объекта, если инвестор не выполняет условия».
Правильный редевелопмент — тот, в результате которого городские пространства не просто обретают вторую жизнь, а постоянно развиваются в динамике современного мегаполиса, уверен эксперт. Квартал AVENUE между Аптекарской набережной и улицей, построенный несколько лет назад, в 2020 и 2021 году дополнился коворкингом AVENUE-PAGE на 500 мест и контейнерным городком AVENUE-BOX. «Сегодня на месте промзоны мы видим устойчивую городскую структуру с хорошей урбанистической архитектурой по проектам Герасимова и Мамошина, востребованными форматами недвижимости. После редевелопмента квартал живет своей интересной динамичной жизнью», — рассказывает Георгий Рыков.
Другой пример сложившегося взаимопонимания властей и инвесторов — реконструкция корпусов подковно-гвоздильного завода Посселя на Васильевском под мегаресторан Ognivo с коммерческими помещениями для сдачи в аренду. «Спасибо администрации района за то, что дали нам в аренду сквер, и "Водоканалу Санкт-Петербурга" за согласие на реконструкцию и передачу нам на баланс исторического фонтана. Благодаря этому консенсусу получилось уютное пространство на территории бывшей промзоны и открылись новые перспективы развития Малого проспекта В. О. как альтернативы набережной в логистическом и культурно-досуговом планах», — делится опытом девелопмента ресторатор и промоутер Андрей Перцев.
Часть забора проходной завода имеет историческую ценность, в связи с чем он был внедрен в фасад дома 55 по Малому проспекту. Не удалось сохранить металлические колонны кузни, она, как и все сооружения комплекса завода, была в аварийном состоянии. Для эффективного использования 17-метровой высоты кузни было принято решение разделить пространство на три части, на первом этаже сделать огромный ресторан, а помещения на других ярусах сдавать в аренду.
Обременительные ценности
Основные проблемы девелоперов и архитекторов, работающих над проектами приспособления исторических зданий под современное использование вне зависимости от их статуса, связаны со сложностью соблюдения на таких объектах действующих строительных норм. «На наш взгляд, в отношении исторических зданий главным в подходе государства должно быть понимание, что без эксплуатации памятники архитектуры просто погибнут, и охранять будет уже нечего», — отмечает Майя Ридер, главный архитектор, научный руководитель «Проектной группы «РИЕДЕР», архитектор-реставратор I категории.
В комплекс памятника архитектуры и объекта культурного наследия федерального значения «Императорская ферма» в Царском Селе, построенный в 1820-х годах по проекту Адама Менеласа, входит девять зданий. «Павильон Молочный» с круглой башней над летним ледником, маслобойней, сыроварней и зимним ледником, «Корпус Высочайшего присутствия» (на случай приезда на ферму членов царской семьи), два «Боковых флигеля для мериносов» и «Дом смотрителя» были объединены исторической оградой в закрытый комплекс, в центре которого располагалось крестообразное здание коровника. С востока к комплексу был пристроен «черный двор», огражденный конюшнями и корпусом для телят. За пределами этого контура располагались «Баня» и «Птичник».
После завершения реставрационных работ здесь разместятся: музейный комплекс, представительская служба ГМЗ «Царское Село», конно-каретная служба, досуговый центр с кафе и мини-ферма с питомником для овец и коз.
Восемь из девяти зданий комплекса являются объектами культурного наследия, что потребовало разработки специальных технических условий (длительной и дорогостоящей процедуры), в результате которой удалось обосновать необходимые для эксплуатации отступления от норм пожарной безопасности. Главной проблемой приспособления объектов культурного наследия является необходимость одновременного выполнения часто противоречащих друг другу требований по сохранению предметов охраны, требований пожарной безопасности, требований доступности для инвалидов и недавно введенных требований по расчету конструкций на прогрессирующее обрушение. «Выполнение этих нормативов требует серьезного конструктивного вмешательства в историческую постройку. Изначально в исторических зданиях не предусматривались пандусы и лифты», — поясняет Наталья Громова, главный инженер проектной группы «РИЕДЕР». При реконструкции и приспособлении под современное использование большинство исторических зданий меняет функциональное назначение, и в этом тоже кроется источник технических проблем. Так, из-за отличий в содержании коров и лошадей приспособить бывший коровник под конюшню оказывается совсем не просто.
Инженерная история
С большим трудом часто решаются вопросы полного технического переоснащения зданий. «Прежде чем браться за проект, необходимо выяснить технические нюансы инженерного обеспечения объекта, т. к. для многих исторических зданий устройство современных систем отопления, вентиляции и кондиционирования является серьезной проблемой, а некоторые объекты десятилетиями были отключены от всех инженерных коммуникаций», — говорит Майя Ридер.
Так, к примеру, здание бывшей богадельни купцов первой гильдии Ф. М. Садовникова и С. Г. Герасимова на Каменноостровском проспекте не эксплуатировалось более десяти лет в связи с тем, что предыдущие 70 лет в нем располагался туберкулезный диспансер. Из-за этого по требованиям санитарно-эпидемических нормативов в интерьерах трехэтажного здания конца XIX века, являющегося объектом культурного наследия регионального значения, будет демонтирована вся внутренняя историческая отделка: штукатурка, лепнина, деревянные элементы интерьера. Проектом предусмотрены: реставрация декоративного оформления фасадов, воссоздание по обмерам нескольких сохранившихся интерьеров, устройство интерьеров остальных помещений по образцу исторических, полная замена перекрытий и конструкций кровли, а также полное техническое переоснащение здания и благоустройство территории. После завершения работ в здании расположится учебный корпус Северо-Западного института управления, филиала РАНХиГС.
Среди других трудностей современного использования исторических зданий архитекторы называют «запредельно низкие сроки выполнения проектных работ». Последнее относится в основном к проектам «реставрации с приспособлением», где заказчиком выступают государственные организации, которые, в свою очередь, зависят от сроков освоения бюджетов.
Реставрация с международными амбициями
Примером реставрации с научным подходом призван стать проект сохранения дома архитектора Константина Мельникова в Кривоарбатском переулке Москвы. Уникальное здание было построено в 1927–1929 годах в стиле модерн. До начала активных работ главный партнер реставрации объекта — «Группа ЛСР» — проводит серьезную работу по сбору большого массива данных о современном состоянии дома: от анализа почвы до детального химического анализа строительных материалов. Генеральным проектировщиком реставрации выступит архитектурное бюро «Рождественка».
По данным пресс-службы «Группы ЛСР», спецификой проекта является то, что и сейчас, и в ближайшие годы дом-мастерская Мельникова, являющийся филиалом Музея архитектуры имени Щусева, будет открыт для посещения. Архитекторы говорят, что это будет похоже на открытую реставрацию огромных картин в крупнейших музеях мира, когда пространство для посещения закрывается частично. С учетом публичности подробный перечень работ для каждой части здания будет составляться заранее, что позволит корректировать алгоритм посещения музея. Такой подход сделает проект сохранения дома-мастерской просветительским и безопасным.
В техническом плане при разработке всех реставрационных мер приоритетом для музея является максимальное сохранение подлинных материалов, оригинальных архитектурных и инженерных решений 1920-х годов. Планируется, что после завершения реставрации будет подготовлено досье для включения здания в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО.