Магистрали в обход ставки
Заградительно высокая ключевая ставка не стала препятствием для запуска масштабных транспортных проектов. Уже в 2025 году инвестор приступит к возведению новых этапов ШМСД в Санкт-Петербурге, а во Всеволожском районе Ленинградской области специалисты начнут проектирование первого отрезка второго обхода Северной столицы — КАД-2.
ШМСД продолжает движение
Одной из главных тем Транспортной недели стало продолжение строительства Широтной магистрали скоростного движения в Санкт-Петербурге. Концессионное соглашение о строительстве и вводе в эксплуатацию второго, третьего и четвертого этапов ШМСД в торжественной обстановке подписали губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов и президент-председатель Правления ВТБ Андрей Костин в присутствии министра транспорта РФ Романа Старовойта.
«Мы благодарны президенту России, правительству и ВТБ за поддержку этого жизненно важного для Петербурга мегапроекта. Сделан важный шаг на пути реализации ключевого этапа развития нашей транспортной инфраструктуры. Весь проект выполняется по поручению президента России. Магистраль станет третьим звеном в системе скоростных магистралей города и частью обновленного транспортного коридора в Карелию, Мурманск, Архангельск. Это укрепит позиции города как ведущего транспортного узла страны», — подчеркнул губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов.
Напомним, реализация первого этапа платной магистрали стартовала в марте 2021 года, когда ВТБ Инфраструктурный холдинг приступил к возведению Витебской развязки стоимостью 43 млрд рублей. Шестиполосный участок протяженностью 2,6 км, преимущественно проходящий по эстакаде, призван соединить Западный скоростной диаметр с Витебским проспектом и обеспечивать проезд для 70 тысяч автомобилей в сутки со скоростью до 110 км/ч. Как и было заложено в графике, основные виды работ на объекте полностью завершены, а 25 декабря 2024 года трасса будет открыта для движения транспорта.
Проект реализуется на принципах государственно-частного партнерства с привлечением федерального и частного финансирования. По результатам предварительной проработки стоимость строительства второго, третьего и четвертого этапов оценена ориентировочно в 185,6 млрд рублей в ценах на второй квартал 2023 года. Это 241,3 млрд рублей в ценах лет строительства, из которых капитальный грант составляет 159,2 млрд рублей, а федеральные средства — 90 млрд рублей.
«Сегодня мы договорились продолжить партнерство по проекту, который привлечет в экономику города 241 млрд инвестиций, — заявил президент-председатель Правления ВТБ Андрей Костин. — В следующем году начнем строительство второй, третьей и четвертой очереди ШМСД — главной части этой транспортной артерии. Есть участие федерального правительства, но очень помог Петербург. Он вышел вперед и больше авансирует в начальной стадии. Проект крупный и очень сложный. Есть разводной мост. Для того чтобы не нарушить гармонию исторической части, приходится возводить надземные конструкции в виде эстакад».
Согласно проекту, ШМСД протяженностью 32,4 км состоит из шести этапов, из которых первые четыре проходят на территории Санкт-Петербурга, а пятый и шестой — по землям Ленинградской области. По завершении строительства магистраль станет одним из ключевых элементов каркаса городских магистралей скоростного и непрерывного движения наравне с КАД и ЗСД. Новая трасса разгрузит кольцевую автодорогу и сеть прилегающих к ней транспортных артерий, а также создаст удобную межрегиональную связь Санкт-Петербурга и Ленинградской области. В частности, она соединит несколько районов Северной столицы с кварталами жилой застройки в области, благодаря чему время в пути от Всеволожска до Стрельны сократится с 85 до 49 минут, а от центра города до аэропорта можно будет добраться в два раза быстрее — за 25 минут.
«В Петербурге трасса пройдет в основном внутри промышленного пояса. В состав магистрали входит новый разводной мост, строительство которого начнем в следующем году. Это будет уже второй мост, который возводится через Неву, — впервые за многие десятилетия. Новая скоростная трасса станет стимулом промышленного и жилого строительства, внесет большой вклад в развитие экономики Петербурга и Ленобласти», — подчеркнул Александр Беглов.
Общая протяженность второго, третьего и четвертого этапов составляет 14,1 км. Ожидается, что реализация будет осуществляться последовательно. По информации Дирекции по развитию транспортной системы Санкт-Петербурга и Ленинградской области, сначала подрядчики приступят к возведению второго этапа, чтобы ввести в эксплуатацию левобережный участок в 2028 году. Строительство правобережного отрезка (этап 4.1 и 4.2) должно стартовать в 2027 и завершиться к концу 2030 года. На данный момент АО «Институт Гипростроймост — Санкт-Петербург» (разработчик проектной документации второго-четвертого этапов) проводит корректировку. Ожидаемый срок получения заключения Главгосэкспертизы в отношении оптимизированной документации — февраль 2025 года.
Тем не менее основные параметры Широтной магистрали скоростного движения уже известны. В общей сложности в ее состав войдут 12 транспортных развязок, 12 путепроводов на пересечении улицами, 8 путепроводов над железнодорожными путями и разводной мост через Неву в районе железнодорожного вокзала. Искусственное сооружение пройдет параллельно Финляндскому мосту, а высота пролетов и количество опор нового объекта повторит параметры соседней переправы. При этом пролет будет реализован в виде однокрылой раскрывающейся системы. Завершение строительства всех шести участков ШМСД намечено на первый квартал 2031 года.
По словам Андрея Костина, интерес к инфраструктурному строительству не угасает из-за движения ключевой ставки. Проекты ГЧП имеют длительную перспективу окупаемости на уровне 25–50 лет, поэтому они менее чувствительны к условиям кредитования, присущим другим проектам. Согласно результатам исследования ВТБ Инфраструктурный холдинг, до 2035 года государство и частные инвесторы реализуют бо́льшую часть транспортно-логистических коридоров и построят 40–45 обходов городов даже при базовом сценарии. Оптимистичный сценарий позволит к указанному сроку реализовать практически все запланированные крупные проекты транспортных коридоров, ввести в эксплуатацию первую ВСМ и построить больше половины второй. Кроме того, завершится строительство обходов более чем 60 населенных пунктов, всех 40 кампусов мирового уровня в университетах, а также будет создана инфраструктура для прорывных научных исследований.
КАД-2 готовят к старту
На полях выставки «Транспорт России» приоткрыли и подробности строительства еще одной скоростной трассы в Северной столице. Дирекция по развитию транспортной системы Санкт-Петербурга и Ленинградской области представила проект реализации первого этапа скоростного автодорожного обхода от МО Кузьмоловское городское поселение до федеральной трассы М-11 «Нева» во Всеволожском районе Ленинградской области.
Как указано в презентации, существующая кольцевая автомагистраль Санкт-Петербурга А-118 (КАД) ввиду плотности жилой застройки фактически становится частью улично-дорожной сети города. Интенсивность движения на отдельных участках оценивается 206 тыс. автомобилей в сутки. Местные транспортные потоки составляют порядка 80% в структуре общего потока, а на транзит приходится всего 20%. Разгрузить существующую дорожную сеть позволит строительство КАД-2.
Согласно предоставленной информации, в 2024 году подрядчики приступили к выполнению проектно-изыскательских работ, которые продлятся в течение двух лет. Начало непосредственных строительно-монтажных работ в части реализации первого этапа скоростного автодорожного обхода от Кузьмолова до федеральной трассы М-11 «Нева» запланировано на 2027 год. Предварительная стоимость оценивается в сумму порядка 174,4 млрд рублей (в ценах третьего квартала 2023 года).
Напомним, в начале 2024 года президент России Владимир Путин дал поручение по резервированию земли и планировке территории под цели строительства КАД-2, а также определить работы для формирования скоростного автодорожного обхода Санкт-Петербурга по созданию федеральной и региональной дорожной инфраструктуры. Чуть позже ГК «Автодор» получила поручение принять участие в проекте строительства автомобильного обхода Санкт-Петербурга от МО Кузьмоловское городское поселение Ленинградской области до автомобильной дороги М-11 «Нева» Москва — Санкт-Петербург с привлечением бюджетных ассигнований федерального бюджета (в пределах бюджетных ассигнований Федерального дорожного фонда). Чуть позже схему презентовали в правительстве России. Она предполагает создание «кольца» общей протяженностью чуть более 348 км, из которых 121,2 км представляют собой существующую дорожную сеть и не требуют мероприятий по усовершенствованию. В общей сложности ГК «Автодор» предстоит возвести 112 км новой четырехполосной магистрали в рамках двух первых этапов реализации проекта, а Росавтодору реконструировать порядка 115 км существующей сети.
Городские агломерации — не просто скопление потребителей, но локомотив для развития инфраструктуры и экономики соседних регионов и всей страны. Министерство экономического развития РФ надеется, что в 2023 году к 22 существующим агломерациям добавятся еще семь. Но пока подобные скопления возникают скорее стихийно, чем по плану: процесс сдерживает низкая эффективность территориального планирования, использования бюджетных средств и проч.
О вкладе агломераций в экономику и наборе инструментов, которые позволяют усилить экономический эффект, рассуждали участники сессии «Агломерации: точка роста в эпоху турбулентности» в ходе ПМЭФ-2023.
Статистика + экономика
Фонд «Центр стратегических разработок» провел исследование, по итогам которого выяснил: в России есть 22 агломерации с населением более 1 млн человек. Всего в российских агломерациях проживают 59 млн человек. В некоторых численность людей растет, в других — сокращается.
Агломерации привлекают половину всех инвестиций в стране и обеспечивают 53% экономики.
Основная масса агломераций сосредоточена в центре страны. Разумеется, самая большая — Московская. Это крупнейший рынок сбыта — 23% потребления от всех домашних хозяйств, хорошо развитая инфраструктура, крупный научный центр.
В Московской агломерации проживают более 20 млн человек. Другие образования заметно меньше, и сравнивать их между собой неправильно, полагает Владимир Ефимов, заместитель мэра Москвы в Правительстве Москвы по вопросам экономической политики и имущественно-земельных отношений. Эффект масштаба, по его словам, позволяет увеличить производительность труда. В столичной агломерации она в два раза выше, чем по стране. Например, поезд в метро перевозит в Москве ежедневно 1,5 тыс. человек, в любом другом регионе — меньше. Т. е. производительность получается меньше.
Самое главное, подчеркнул Владимир Ефимов, транспортная связанность и скорость перемещения внутри агломерации, что экономит время, невозобновляемый ресурс. По его словам, построенные и строящиеся транспортные артерии связывают разные точки Москвы и позволяют ускорить экономический оборот.
О необходимости транспортных связей говорил и Алексей Текслер, губернатор Челябинской области. В регионе есть и формируется несколько агломераций — в соответствии с концепцией. Транспорт — это первый вектор развития. Второй приоритет — концепция 20-минутного города: жилье, культура, спорт, здравоохранение, работа должны находиться в 20-минутной доступности. Алексей Текслер подчеркнул: по каждому муниципалитету есть программа развития.
В том числе формируется агломерация Челябинск — Екатеринбург, притом что расстояние между городами составляет 180 км. По словам Алексея Текслера, аналогов в стране нет. «Мы видим в агломерациях драйвер развития», — резюмировал он.
Способы и методы
Власти заинтересованы в создании агломераций. Как заявил Дмитрий Вахруков, заместитель министра экономического развития РФ, эта тема давно в повестке министерства. Однако пока, по его словам, «больше обсуждаем, чем делаем, потому что все развиваются самостоятельно».
Но темпы развития агломераций в регионах отстают от темпов двух столиц. Причин много. По словам Дмитрия Вахрукова, это дефицит земельных и трудовых ресурсов, недостаток инфраструктуры в регионах, транспортные проблемы, в некоторых агломерациях — сокращение населения. Кроме того, в отличие от столичных образований практика муниципальных взаимодействий работает слабо: почти нет случаев, когда муниципалитеты объединяются для совместных проектов. Планы муниципалов не синхронизированы: кто-то строит дорогу, которая не имеет продолжения в соседней локации. Кто-то опережающими темпами наращивает жилищное строительство, не обеспечивая рабочих мест.
Развитие регионов сдерживает эффективность территориального планирования, эффективность использования бюджетных ресурсов.
Поэтому власти начали проекты — долгосрочные программы развития агломераций. В этом году ожидается появление семи новых образований, в том числе в Екатеринбурге и Нижнем Новгороде. Задача — вывести темпы экономического роста на уровень выше среднего по стране. Для этого формируются экономические модели — набор мероприятий, которые нужны для развития региона. В числе инструментов — инфраструктурные кредиты, реструктуризация ранее выданных займов.
Наталья Трунова, аудитор Счетной палаты РФ, сомневается в бездействии властей. Она полагает, что правительство в достаточной мере поддерживает формирование агломераций. Это, например, крупные проекты, связанные с инновационным развитием. Это вложение огромных средств в строительство жилья и развитие городской среды. Это инфраструктура и качественные дороги — проблема, над которой Минтранс работает с 2018 года. И т. д. «Колоссальный комплекс инструментария», — резюмировала Наталья Трунова.
Агломерации, отметил Дмитрий Вахруков, становятся точками притяжения человеческих ресурсов. Хотя бы из-за более высокой зарплаты. Поэтому, формируя агломерации, надо действовать аккуратно, «чтобы агломерации не высосали весь ресурс из других территорий», подчеркнул Дмитрий Вахруков.
В тени агломераций
Агломерации действительно становятся точками притяжения — нынче на заработки едут не на Север, а в Москву. Но, по словам Павла Смелова, заместителя генерального директора фонда «Центр стратегических разработок», все экономики всех субъектов так или иначе связаны.
Сегодня в Москве образовался огромный рынок труда, где работают 875 тыс. человек, не проживая в столичной агломерации — они приезжают из соседних регионов.
«Рост выпуска продукции на 1 рубль в Москве стимулирует выпуск на 20 коп. в регионе, который связан со столицей», — отметил Павел Смелов.
Павел Малков, губернатор Рязанской области, подтвердил: люди уезжают в поисках высокооплачиваемой работы. А по соседству Москва — огромный рынок сбыта при коротком плече доставки. «Агломерация — это вызов», — подчеркнул Павел Малков.
Региональным властям приходится думать, как удержать людей. «Сейчас идет работа по созданию новых рабочих мест, создаются общественные пространства… чтобы люди не уезжали», — добавил Павел Малков.
По его словам, риск здесь один — неготовность работать по новым правилам.
«Российское могущество прирастать будет Сибирью…»
Участники дискуссии единодушны: агломерации — эффективны в экономическом плане, необходимо их развивать для поступательного движения экономики страны.
По мнению Владимира Ефимова, «административно никого ни с кем объединять не надо, надо дороги строить».
Он полагает, что надо искать точки роста в агломерациях, которые стагнируют. При этом указывает: регионам, у которых много муниципальных образований, сложнее сформировать агломерацию. Но агломерации, убежден Владимир Ефимов, надо развивать по всей стране.
Агломерации в России очень разные, указала Наталья Трунова. Не везде растет численность населения. Не в каждой есть экономический рост — он рост в наиболее активных, а где-то стагнация.
Идет перестройка секторов экономики — нужен масштаб, нужна кооперация сначала для создания транспортных связей, для организации новых производств.
По словам Натальи Труновой, соседний Китай уже перешел к новой фазе — начал выстраивать мегарегионы: 11 городов с населением от 5 млн человек, а в России только Московская агломерация более-менее соответствует подобным масштабам. Поэтому, отметила Наталья Трунова, очень важно развивать такие агломерации, как Екатеринбург — Челябинск.
По ее словам, постепенно компании начинают перемещаться в Сибирь. В том числе потому, что некоторые города уже готовы стать частью агломерации.
Доля энергетики из возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в России пока мала и растет медленно. Наращивать ее надо, но при этом отечественные компании до последнего времени работали на импортном оборудовании и цена энергии из возобновляемых источников достаточно велика. Участники рынка поставлены перед выбором: технологический суверенитет страны или низкая цена энергии.
Проблему выбора обсудили участники сессии «Возобновляемая энергетика: низкие цены на электроэнергию или технологический суверенитет?», прошедшей в рамках Петербургского международного экономического форума. Они пришли к выводу: нужен баланс между ценой и суверенитетом.
Малые мощности
В 2022 году доля ветровой (ВЭС) и солнечной энергии (СЭС) составила в России 19% от мирового производства. По данным Ассоциации развития возобновляемой энергетики (АРВЭ), в 2022 году самая большая доля СЭС и ВЭС в совокупном объеме выработки электрической энергии зафиксирована в странах Европы. Но наибольший совокупный объем мощности СЭС и ВЭС по итогам года зафиксирован в Китае — 759,0 ГВт. Китай считается бесспорным лидером, который, кроме прочего, придумывает новые технологии для солнечной и ветровой энергетики. Например, солнечные батареи из гибкого кремния. Китай выступает основным поставщиком технологий.
По данным Федеральной антимонопольной службы, на 1 января 2023 года в стране действовали 186 объектов ВИЭ. По подсчетам АРВЭ, доля генерации составляет всего 1% в общем объеме. По словам Алексея Жихарева, директора АРВЭ, господдержка этого сегмента «очень умеренная», игроков на рынке мало — в основном это молодые компании, которые базировались на трансфере западных технологий.
Двигатель прогресса
Чтобы снизить затраты на электроэнергию, которую генерируют ВИЭ, необходимо удешевить оборудование. Это также поможет России конкурировать на мировом рынке.
«Модернизировать европейские технологии, потом выйти с ними на рынок не получится — нужна глубокая модернизация. Можно ли выиграть войну чужими танками, которых у нас нет?» — рассуждает Валерий Селезнев, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по энергетике.
Михаил Хардиков, руководитель энергетического бизнеса En+ Group, генеральный директор АО «ЕвроСибЭнерго», удивляется: «Был же технологический суверенитет до СВО. А теперь нет — это что за локализация была?»
По его мнению, с оборудованием для ГЭС, а это тоже источники возобновляемой энергии, проблем нет, оно все производится в России, причем разными компаниями. А вот уровень локализации по ВИЭ «надо посмотреть».
С 2007 года, отметил Михаил Хардиков, компания «ЕвроСибЭнерго» много оборудования закупала в Китае. На тендерах китайские компании конкурировали с российскими и европейскими (за исключением последнего времени) и выигрывали.
Он полагает: «Нужно выбирать — что хотим свое и до какой степени».
Виталий Королев, заместитель руководителя, Федеральная антимонопольная служба (ФАС России), согласен: «Надо снижать капитальные затраты».
По его словам, наработки технологий есть в Росатоме, например. Планируется проект по поликремнию, реализация которого позволит не зависеть от китайских поставщиков, «которые очень подняли цены».
Кроме того, компания «Юнигрин Энерджи» в 2023 году запустит завод по производству оборудования для солнечной энергетики в Калининграде. Это будет предприятие полного цикла, рассказал Олег Шуткин, заместитель генерального директора ООО «Юнигрин Энерджи»: кремниевая пластина, ячейка и модуль.
Сейчас тема возобновляемой энергетики появилась в новых регионах — в странах Латинской Америки, Африки, и Олег Шуткин полагает, что новые страны будут заинтересованы в российской продукции.
«Чтобы мы могли конкурировать, надо говорить о более серьезных инвестициях в НИОКР. Ключевое слово — технология, а не каждый винтик», — заявил Алексей Жихарев.
Он также полагает важным не зависеть от одного поставщика, если мы хотим создать уверенно развивающуюся отрасль с ориентацией на экспорт с паритетной ценой.
Или-или
Выбор между низкой ценой на электроэнергию и технологическим суверенитетом зависит от позиции той или иной компании — потребитель она или производитель. Компания «Н2 Чистая энергетика» выступает в двух ипостасях. Однако Алексей Каплун, генеральный директор, ООО «Н2 Чистая энергетика», утверждает: «Для нас низкие цены важнее».
При этом для потребителя не важно, откуда именно он получит энергию: важнее цена. Потому что, констатирует Алексей Каплун, «цены давно не низкие».
По мнению Олега Шуткина, для стабилизации цен на отечественное оборудование можно масштабировать бизнес. По крайней мере, «Юнигрин Энерджи» так и поступает. «Мы масштабируем производство, чтобы быть конкурентными», — заявил он.
В то же время некоторые эксперты полагают, что необходимости выбирать нет. По словам Виталия Королева, потребители отстаивают право на доступную энергию, и цены надо снижать. Но можно параллельно снижать затраты и наращивать технологический суверенитет. «Механизмы есть. Нужно их скомпоновать и правильно использовать», — заявил Королев.
Эксперты называют ВИЭ перспективным направлением. «Есть спрос на низкоуглеродную энергию. Углеродная повестка есть и будет», — говорит Михаил Хардиков.
Но в то же время напоминает: ВИЭ — не только солнце и ветер, но и ГЭС.
«Надо определять не долю ВИЭ, а роль», — убежден Валерий Селезнев.
По его словам, нужен крупный — государственный— игрок в этом сегменте рынка. А пока нет ни такого игрока, ни внятного законодательства, ни политической воли, ни ясной перспективы хотя бы до 2030 года.
