XXII Съезд строителей: рынок ждет позитивных сигналов
Союз строительных объединений и организаций Санкт-Петербурга 11 декабря проведет XXII Съезд строителей. Это крупнейший ежегодный отраслевой форум, в рамках которого не только подводятся итоги уходящего года, но также обсуждаются профессиональные вопросы, строятся планы на будущее.
Строительный комплекс переживает нелучшие времена, хотя участники строительного рынка бодрятся и не жалуются. Но ждут позитивных сигналов Центробанка и новых преференций — и на федеральном, и на региональном уровнях.
Накануне съезда газета «Строительный Еженедельник» попросила участников строительного рынка оценить итоги работы отрасли и задала вопрос: что вы относите к успехам, а что стало для вас проблемой в 2024 году?
Некоторые участники опроса сосредоточились на собственных успехах, игнорируя проблемы — как в компании, так и в отрасли в целом.
Михаил Саленко, директор СРО А КСК «СОЮЗПЕТРОСТРОЙ-СТАНДАРТ»:
— Основные трудности уходящего года для отрасли — сокращение внешних инвестиций, продолжающееся удорожание заемных средств и — что прежде всего касается предприятий сегмента жилищного строительства — сворачивание программы льготной ипотеки. Последнее с учетом существенного роста цен на рынке первичной недвижимости не могло не сказаться на спросе, в особенности в категории жилья эконом-класса, а, соответственно, и на компаниях, специализирующихся на жилищном строительстве.
Вместе с тем, несмотря на все трудности, включая рост ключевой ставки, отрасль развивается. Ведется строительство многоэтажного жилья, домов ИЖС. Продолжается возведение и сдача в эксплуатацию социальной инфраструктуры, что особенно важно для комфортной жизни в густонаселенных районах. Кроме того, осуществляется работа над такими важными и масштабными проектами, как развитие метрополитена: строительство новых линий (в частности, долгожданной Калининско-Красносельской), подходят к концу работы на станции «Горный институт».
Не всегда городу нужны крупные имиджевые проекты, на мой взгляд, сегодня Петербургу необходимо развивать комфортную среду, и, несмотря на все сложности как последних лет, так и этого года, такая работа идет на хорошем уровне.
Владимир Марков, генеральный директор ППК ТЕХНОНИКОЛЬ:
— Начало 2024 года было для строительной отрасли достаточно успешным. Производство демонстрировало рост по многим группам материалов. Так, например, ПВХ-мембраны в первом квартале 2024 года показывали 20-процентный рост по сравнению с аналогичным периодом 2023 года, схожие значения — у каменной ваты, мастик. Со второй половины года темпы начали замедляться, причем еще до отмены льготной ипотеки. Связано это, скорее всего, с усталостью рынка, который в 2022–2023 годы переживал бурную активность. Но при этом, несмотря на удорожание кредитов, начатые стройки продолжены, что крайне важно.
Конечно, высокая ключевая ставка повлияет на рынок. Будет замедление, производство использует этот период для модернизации мощностей. В течение двух последних лет ажиотажный спрос не оставлял даже шанса провести плановые ремонты, более того, приходилось работать на пределе мощностей. Поэтому замедление темпов мы рассматриваем не как проблему, а как способ использовать время в свою пользу.
Александр Саразов, директор по продажам компании «Современные технологии нагрева» («СТН»):
— Главным положительным фактором уходящего года для нашего бизнеса стал ввод в строй в России значительных площадей нового жилья: по состоянию на 1 сентября 2024 года — 71,3 млн кв. м, в том числе МКД (многоквартирные дома) — 21,6 млн кв. м и ИЖС (индивидуальное жилищное строительство) — 49,7 млн кв. м, что на 18,2% выше показателя аналогичного периода 2023 года. Это огромный потенциальный рынок сбыта для нашей продукции — систем архитектурного обогрева для ИЖС и электрических теплых полов для МКД. Так что сейчас спрос опережает предложение, и мы постоянно расширяем производство, чтобы производить и отгружать нагревательные кабели нашим партнерам — монтажным организациям.
Но есть и отрицательный момент в национальной экономике: повышение ключевой ставки и снижение покупательной способности населения. Частные лица вынуждены брать ипотеку и кредиты на строительно-ремонтные работы под высокие проценты или временно отказываться от приобретения и улучшения недвижимости. Для нас это означает уменьшение объемов отгрузок в частном сегменте. Но, как я уже сказал, это компенсируется увеличением сбыта в корпоративном секторе за счет поставок застройщикам и управляющим компаниям МКД и поселков под ИЖС.
Александр Кравцов, управляющий партнер ГК Fizika Development:
— К сожалению, проблем у отрасли в этом году было много. Прежде всего, это рост цен на строительные материалы и увеличение издержек на фоне постоянно повышающейся ключевой ставки. Как следствие — текущая ставка Центробанка привела к удорожанию ипотечного кредитования и проектного финансирования, что снизило покупательскую способность для населения и рентабельность проектов для застройщиков. Также в городе по-прежнему существует дефицит подходящих участков в центре с готовой документацией.
На фоне этих сложностей мы довольны нашей работой. Нам удалось продать более 80% лотов в нашем готовом апарт-отеле VIDI на Синопской набережной, провести ребрендинг в связи с расширением бизнеса, а главное — запустить продажи в элитном проекте на улице Моисеенко, 10, напротив Невской ратуши.
Алексей Муравьев, директор по маркетингу NOVOSELIE DEVELOPMENT:
— Несмотря на повышение ипотечных ставок, ГК NOVOSELIE DEVELOPMENT удалось нарастить продажи по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Связано это с трендом на смещение покупательского спроса в Ленинградскую область, в частности в Новоселье.
Стоимость квартир в Санкт-Петербурге в два-три раза выше стоимости сопоставимых по площади квартир в Ленобласти. Люди просто не могут позволить себе купить квартиру в Санкт-Петербурге с использованием ипотечного займа по текущим ипотечным ставкам.
Рост популярности локации Новоселье вызван выгодным предложением — более низкой ценой относительно предложения в городе и одновременно более высоким качеством жизни. Хочу отметить, что у нас выросла доля инвестиционных сделок, так как локация Новоселье имеет большой инвестиционный потенциал.
Елена Соловьева, директор по продажам TIBRGROUP (девелопер апарт-отеля «Alba del Mare»):
— Наш главный успех — завершение строительства первой очереди апарт-отеля «Alba del Mare», нашего главного объекта на полуострове Крым, а также старт строительства второй очереди апартаментов, которые вместе создадут новый туристический кластер в Евпатории.
Безусловно, основными сложностями в этом году, как и у всех девелоперов, была отмена льготной ипотеки и постоянно растущая ключевая ставка. Однако нам повезло, поскольку сегмент коммерческой недвижимости бизнес-класса пострадал в меньшей степени: здесь традиционно больше распространены рассрочки от застройщика.
При этом продолжался рост цен по мере увеличения готовности объекта, благодаря чему инвесторы, купившие курортные апартаменты, смогли приумножить свои вложения.
Ольга Егоренко, заместитель генерального директора ЗАО «Предприятие ПАРНАС»:
— Год 2024-й стал для всех очередным испытанием, но мы с этими вызовами вполне успешно справились. Первое — срочные поставки в новые регионы, и здесь главная проблема — очень сжатые сроки: лифты каждый раз производятся под конкретные условия, а не отгружаются со склада. Нам пришлось максимально интенсифицировать производство, даже немного пересмотреть технологию, и мы справились, все лифты были отгружены вовремя, сейчас они уже работают в детских садах, школах и больницах Мариуполя.
Вторая проблема, с которой мы продолжаем бороться перманентно, — засилье некачественной продукции, которая попадает на рынок из-за несовершенства нашего технического законодательства, недостаточности госрегулирования ситуации и невнимания со стороны заказчиков. Но наше кредо — высокое качество лифта, здесь никаких изменений!
А достижение этого года — расширение линейки лифтов. Теперь наши малые грузовые лифты будут изготавливаться с увеличенными размерами кабины и грузоподъемностью до 500 кг, сохраняя все преимущества малых лифтов. Но фактически это уже не «малыш», а полноценный помощник по перевозке грузов.
Ольга Аршанская, директор по развитию ООО «Инжиниринговая корпорация ”ИРБИС”»:
— К успехам мы относим рост компании — численный и географический. Во-первых, в 2024 году мы зарегистрировали предприятие под нашим брендом «Ирбис-Восток» на востоке страны. И уже работаем на Дальнем Востоке и на Камчатке. Данный опыт оказался очень непростым и интересным. Мы открыли для себя много нюансов, часть которых лежит на поверхности, — например временной лаг, а кроме этого, неочевидные вызовы: отсутствие специалистов, природные, климатические и бытовые особенности.
В численном отношении компания выросла на 30%. Это гигантский рост для предприятия среднего бизнеса.
Во-вторых, успешно завершились масштабные проекты, которые наша компания сопровождала на протяжении всего периода их реализации: агропромышленный комплекс на Сахалине и новая логистическая площадка ПМК. До нового года мы ждем завершения еще одного интересного проекта.
В-третьих, впервые за последние несколько лет мы приняли участие в качестве экспонентов в Международной промышленной выставке «ИННОПРОМ» в Екатеринбурге.
Но были также и сложности. Одна из основных, с которой столкнулись почти все компании, — дефицит квалифицированных кадров. В ответ на этот вызов мы проявили креативность и гибкость — разработали новые проекты и инструменты для поиска талантливых специалистов, что позволило нам значительно увеличить численность нашей команды.
Еще одна сложность, которую нужно принимать во внимание, — рост ставки рефинансирования, установленной Центробанком. Пока проблема не проявилась в полном объеме, но мы готовы к ее возможным последствиям.
Александр Штарёв, основатель ГК «Арасар»:
— За этот год мы выполнили ряд сложных проектов, где потребовался нестандартный подход. Например, в Забайкальском крае мы завершили демонтаж аварийного объекта на металлургическом комбинате за рекордные четыре месяца. Работы велись круглосуточно под строгим контролем ИТР и специалистов по охране труда. Аварийное состояние конструкций потребовало поэлементного демонтажа с использованием экскаваторов-разрушителей, чтобы минимизировать риски обрушений. В горных условиях на высоте три тысячи метров было демонтировано более десяти тысяч тонн металлоконструкций и сохранены две тысячи тонн технологического оборудования.
Также отмечу комплекс работ для ПАО «ГМК ”Норильский никель”» в экстремальных погодных условиях с трудностями логистики и персонала. Проект по реконструкции Верхне-Свирской ГЭС — для нас уникальный: работы выполнялись под водой на глубине до 20 метров в условиях нулевой видимости и частично зимой.
Каждый проект — это новые задачи, которые мы решаем. Этот год стал для нас этапом роста и генерации идей, которые задают ориентиры для будущих успехов.
Увлекательная тема реструктуризации задолженности и рефинансирования ипотечных кредитов интересует всё большее количество россиян. Статистика неумолима: объём этого рынка неуклонно растёт. Эксперт по жилищному кредитованию — исполнительный директор компании «Ипотека века» Андрей Колпаков — в прямом эфире на канале «Диалоги о недвижимости» рассказал о нюансах рефинансирования и реструктуризации ипотеки.
В стране, где чуть ли не половина жителей увязла в ипотечных долгах, вопросы рефинансирования и реструктуризации кредитов вызывают живой интерес. В то же время периодические колебания процентных ставок дают простор для эффективного взаимодействия с банками и экономии собственных средств. Главное — хорошо представлять, о чём идёт речь.
Что такое рефинансирование и реструктуризация? Реструктуризация задолженности есть не что иное, как использование новых заёмных средств с погашением предыдущих кредитов. Чем реструктуризация отличается от рефинансирования? Программа рефинансирования — это целевой кредит, направленный на погашение одного или нескольких действующих кредитов под официальные справки об остатках этих кредитов.
— Проще говоря, можно взять обычный потребительский кредит на ремонт квартиры — и потратить на погашение другого кредита, — говорит Колпаков. — И это — реструктуризация. Значит, реструктуризация — это некое действие, а рефинансирование — целевой банковский продукт.
Для чего нужно — или не нужно — проводить реструктуризацию/рефинансирование? Чтобы погасить долг, чтобы платить меньше, наконец, чтобы быстрее погасить кредит? Колпаков соглашается, что основная, «большая» цель — оптимизация расходов. Но при этом сразу уточняет:
— Главная задача заёмщиков, которые обращаются в нашу компанию по вопросам рефинансирования — сократить ежемесячный платёж, «платёж в моменте». Сегодня это самый распространённый запрос, поскольку всеобщий кризис привёл к снижению доходов.
Что интересно: несмотря на экономическую встряску, есть большая группа клиентов, готовых платить банку несколько больше, чтобы вывести из-под ипотеки один из своих объектов. К примеру, чтобы сдавать недвижимость внаём.
— Это может быть одной из целей, но подавляющее большинство хочет сократить платёж в моменте, — настаивает Андрей Колпаков. — Конечно, пожелания бывают разные. Кому-то не нравится платить 10 кредитов, он готов платить больше, но в одно место. Тем более что наличие большого количества кредитов — один из стоп-факторов для многих банков. Кому-то именно сейчас нужна сумма, чтобы перекрутиться, тогда он рефинансирует свою ипотеку. И так далее.
Почему обращаются к ипотечным брокерам? По словам Андрея, 20% клиентов компании «Ипотека века» — те, у которых нет времени самостоятельно разбираться во всех нюансах кредитования. Остальные приходят тогда, когда уже столкнулись с отказами в 3-4 банках. Цена такой нерешительности — повышенные ставки. Так что не стоит откладывать обращение к профессионалам. Рефинансировать ипотеку довольно сложно, ведь идёт серьёзная аналитика платежеспособности. Никто не даст деньги, если увидит, что заёмщик неисправно платил раньше, под закрытие этого же кредита.
Кто может рассчитывать на реструктуризацию и рефинансирование? Совершеннолетний гражданин (либо резидент с видом на жительство), возраст которого на момент погашения ипотеки не будет превышать 75 лет (в некоторых банках — 65), имеющий чистую кредитную историю и официально подтверждённый доход. Есть регламенты, по которым мы не имеем права тратить на кредиты 50-60% от него. Если он низкий — обращаться за рефинансированием смысла нет.
Говорить о рефинансировании можно только после 6 своевременно внесённых платежей. Даже наличие так называемой «технической просрочки» (к примеру, задержка межбанковских переводов) автоматически отправит вашу заявку в отказ — она просто не дойдёт до менеджера.
Но не всё так безнадёжно. Колпаков делится лайфхаком: брокеры могут помочь подтвердить реальный доход на основании выписки по дебетовой карте, где оборот выше официального дохода.
Сколько можно сэкономить на переплате? Один из кейсов, которым поделился со слушателями «Диалогов о недвижимости» Андрей Колпаков, наглядно показывает, как человек сэкономил на переплате по ипотечному кредиту более миллиона рублей и при этом существенно снизил сумму ежемесячного платежа. В другом случае удалось добиться снижения процентной ставки с 19% до 9% — и «убрать» почти 50% переплаты.
Как часто можно делать рефинансирование? Каждые полгода, если на это есть желание, деньги и время. Одно «но»: перепродать такую квартиру будет нелегко. Потому что новая ипотека — это так или иначе сделка с недвижимостью. Не все риелторы имеют достаточную квалификацию, чтобы с этим работать. Сложные схемы — профиль ипотечных брокеров.
Как отличить мошенника от профессионала? Это очень сложно, рассказывает гость эфира, потому что часто на обман идут бывшие сотрудники банка. Если у вас просят деньги до получения кредита — за кредитную историю, за консультацию, за подтверждение платежеспособности — это плохой знак. Порядочные брокеры:
- не берут предоплаты;
- лично встречаются с клиентом;
- всегда делают тщательный анализ конкретной ситуации, прежде чем дать ответ.
… «Реструктуризация» и «рефинансирование» — это только звучит страшно. А на деле даёт очень хорошую экономию. При грамотном подходе.
Если бы кто-то сказал мне десять лет назад, что я приму участие в спасении Петропавловской крепости, я бы не поверил.
В 2011 году мы с братом организовали небольшую компанию по продаже гидроизоляционных материалов. Вскоре поняли, что интереснее и выгоднее заниматься работами, переключились на осушение небольших погребов и подвалов. Росли компетенции, пухла папка портфолио, и нас стали приглашать на все более ответственные объекты.
На каком-то этапе наша фирма «Оптимум Прайс» вместе с операциями по гидроизоляции уже что-то укрепляла, усиливала. Новый вид работ органично влился в пул осуществляемых услуг. В немалой степени благодаря применению нами материала «ФОРС», обезвоживающего и упрочняющего конструкцию.
Однажды раздался звонок, и некий прораб попросил нас помочь разобраться с проектом. Каково же было удивление, когда в штампе документации мы прочитали «Петропавловская Крепость Монетный Дворъ». Рассмотрев чертежи и спецификации, мы выдали альтернативное решение задачи одновременного усиления и гидроизоляции стен углубляемого подвала старинного помещения, отослав обратным письмом. Прошло два дня. И вдруг на третий наша телефонная трубка стала красной! Мобильный разрывался от десятков звонков. Нас просили обосновать, доказать, дать пояснения. Мы несколько обескураженно рассказывали вещи, ставшие для нас рутинными за последние годы, и не понимали, что вызвало столь бурную реакцию.
«Монетный Дворъ» мы выполнили, сдали. Помню, как сидел в кабинете инженера крепости, и туда ворвался прораб сторонней организации с круглыми глазами, рассказывая, что они «попытались выбурить состав Оптимум Прайс, а от него искры летят, буры ломаются, такой крепкий!». Это был замечательный комплимент нашей технологии.
После этого нас приглашали на крепость еще трижды на протяжении нескольких лет. Одной из решенных нами задач было усиление оснований корпуса 14Б. Свежо воспоминание о совещании, посвященном началу работ. Длинный стол, администрация, проектировщики, технадзор, КГИОП, все твердо стоят на том, что делать нужно по проекту и никак иначе. Мне передают утвержденную документацию, а я смотрю и не понимаю. Так посмотрел и эдак, а между тем дискуссия продолжается и уже переходят к другим вопросам.
— Простите, но тут забивка свай прописана, верно? — я неуверенно прерываю общий диалог, все еще сомневаясь, так ли я понял.
— Да, верно.
— Внутри здания бить сваи? Но это невозможно. А если и было бы реально, то такие вибрации разрушат корпус и еще пару зданий рядом.
На минуту воцарилась тишина. А потом все тот же шквал вопросов, что и при первом знакомстве с объектом.
Усиление фундамента Петропавловской крепости мы выполнили успешно, применив метод манжетного инъектирования составом ФОРС Фундамент. Наше решение спасло комплекс от вероятного разрушения. Все фото и видеоотчеты в открытом доступе размещены на нашем сайте.
Петропавловская крепость — это не единственный памятник архитектуры, спасенный нашей организацией, где мы поменяли проект, доказали его у проектировщиков и сделали все от нас зависящее, чтобы культурное наследие увидели потомки. В нашей копилке — здание «Грандъ Отеля» на Малой Морской, 18–20, особняк Бейера 1820 года постройки на набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербург, усадьба Баташевых (ныне Яузская больница) и Трехгорная мануфактура в Москве, парковый комплекс «Монрепо» (наследие ЮНЕСКО) в Выборге, Меншиковский дворец в Ораниенбауме и другие. Также мы работали на ТЭЦ № 5 в Санкт-Петербурге, вытаскивали проваливающуюся под землю мегаваттную котельную в Ярославле, обследовали и выдавали технические решения по ТЭС на Кавказе, а сейчас, когда вы читаете эту статью, наши сотрудники работают на острове Сахалин.
Петропавловская крепость — не единственный и даже, возможно, не самый интересный объект. Нам, как специалистам, было гораздо занятнее останавливать подземную реку под проваливающимся шестиметровым колодцем в районе Лахта Центра, который после остановки потока нужно было еще и заглубить. Вот там была борьба!
Петропавловская крепость поразила меня отсутствием непробиваемого бюрократического аппарата. Я ожидал натолкнуться на сопротивление, длительные согласования, крючкотворство… Вместо этого были живые дискуссии, правильные вопросы и быстрые решения.
К сожалению, отсутствие бюрократии — это скорее исключение, чем правило. Например, проектировщики с одной электростанции обратились к нам еще в 2017 году. Проблема достаточно яркая. Важной конструкции грозит обрушение. Решение нами выдано сразу же, в рамках диалога. Но вот прошло четыре года, мы успели съездить и провести обследования, выдать пачки листов расчётов и подтверждений, а воз и ныне там. Представители заказчика решают вопрос «кто виноват?» вместо «что делать?».
Еще страшнее лобби производителей материалов. Например, сейчас очень распространена технология, согласно которой для гидроизоляции старинного здания его стены практически подсекаются под корень перфораторами, прошивающие почти насквозь шпуры заполняют материалом, который затем просто выбуривают и выбрасывают. Издевательство над стеной повторяется трижды. В результате и без того ослабленное веками основание здания становится будто изъеденным термитами, которые забили свои ходы хлебным мякишем. Кому это выгодно? Производителю материалов. Тройной перерасход материалов! Да еще каких дорогих материалов!
Сейчас мы боремся за то, чтобы спасти от такого вандализма памятник архитектуры, входящий в пятерку самых значимых в Санкт-Петербурге.
Но вот беда: технология и материалы Оптимум Прайс, обладая многократно превосходящими характеристиками, проверенные многолетним опытом использования на самых ответственных объектах, стоят в несколько раз дешевле. А это, увы, не всем выгодно.