Столичное псевдожилье попало под запрет
Власти Москвы больше не будут согласовывать строительство апартаментов в столице. Рынок апартаментов законодательно не урегулирован, каждый регион вправе самостоятельно это делать. Формально апартаменты — нежилые помещения, однако столичные девелоперы нередко придают им жилую функцию. В отличие от Петербурга, где на рынке преобладают сервисные апартаменты.
На Международном жилищном конгрессе столичные власти объявили, что перестают согласовывать строительство апартаментов. Владимир Ефимов, заместитель столичного мэра, перечислил причины решения: «Почему мы прекратили принимать такие градостроительные решения? Это вопрос обеспечения социалкой, необходимой инфраструктурой. Апартаменты — это не жилье, в них нельзя прописаться. Соответственно, нельзя по месту жительства получить необходимые услуги — например социальные и образовательные. Это сдерживает в качестве жизни реализуемые проекты».
По его словам, есть жалобы потребителей; к апартаментам нельзя предъявить требования санитарно-эпидемиологических норм; у застройщиков нет обязательства по строительству социальной инфраструктуры.
Текущие проекты, подчеркнул Владимир Ефимов, будут завершены, но девелоперов убедительно попросят по возможности перевести проекты апарт-комплексов в жилые.
Арендного жилья много не бывает
Как отмечали СМИ еще несколько месяцев назад, девелоперы притормозили вывод на рынок апарт-комплексов — не исключено, что уже были проинформированы о предстоящем решении властей. Тем более что претензии к девелоперам стали предъявляться уже в первом квартале.
Аналитики bnMAP.pro отмечают устойчивый тренд на сокращение предложения апартаментов в столице: на конец третьего квартала в старых границах Москвы на первичном рынке к продаже предлагалось 114 проектов апартаментов (156 корпусов), лотов в экспозиции — 7573. За год количество проектов сократилось на 6% (в конце третьего квартала 2023 года — 121 проект). Число корпусов снизилось на 12,2% (180). Количество лотов в экспозиции уменьшилось на 11,6% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (8566).
По подсчетам нашего издания, с начала года продажи стартовали в восьми проектах.
Cosmos Hotel Group, структура «АФК Система», вывела на рынок премиальные апартаменты под маркой «Cosmos Selection Arbat Apartments» на Новом Арбате. Апартаменты — часть гостиничного проекта «Cosmos Selection Moscow Arbat», рассчитанного на 265 номеров.
Palladio Group открыла продажи в клубном доме — элитном комплексе апартаментов «ДОМ 1913» в Хамовниках.
Компания Vesper и Сбер вывели на рынок премиальные апартаменты ««Levenson» («Левенсон») в Тверском районе.
Компания West Wind Group продает апартаменты бизнес-класса в составе многофункционального комплекса «Arkenston» в Хамовниках.
СЗ «Айгрин» открыл продажи апартаментов бизнес-класса в комплексе «Сигма Силино» в Зеленограде.
Компания «ВМС Девелопмент» вывела на рынок «Stoleshnikov 7» («Столешников 7») — комплекс апартаментов класса «делюкс» в Тверском районе.
Тюменская ГК «СтройМир» (LIRAX) открыла продажи в многофункциональном комплексе бизнес-класса «DIUS» в районе Аэропорт.
Как отметил Руслан Сырцов, управляющий директор компании «Метриум», до введения запрета предложение этого формата недвижимости на столичном рынке росло. По его словам, нельзя игнорировать тот факт, что апартаменты имеют свою целевую аудиторию. «Решение о дальнейшей судьбе апартаментов и их правовом статусе должно быть взвешенным. С одной стороны, статус апартаментов требует регулирования. С другой — они помогли решить жилищные проблемы определенным категориям покупателей с ограниченными бюджетами или специфическими потребностями, которые искали временное жилье в столице. Также апартаменты послужили основой для развития цивилизованного рынка долгосрочной и краткосрочной аренды в Москве, что актуально для большого города. И с этой точки зрения апартаменты могут сохранить свою роль, решая проблему дефицита арендного жилья в период высоких ипотечных ставок», — резюмировал он.
Николай Антонов, председатель правления Межрегиональной Ассоциации Апарт-отелей (МААО), отмечает: «Принцип Москвы — строить квазижилье, поэтому нормы и критерии определения статуса объекта девелоперы изобретали сами — кто во что горазд. Им было выгодно строить псевдожилье, потому что от этого зависели, в том числе, нормы продаж и прибыли».
По его словам, в любом регионе остается все меньше участков под застройку, не слишком много выдается разрешений на строительство. Вакуум в законодательстве в отношении апарт-отелей заставляет местные власти собирать специальные комиссии, которые определяют статус проекта и выдают разрешения на строительство апарт-комплексов, если есть субъективное соответствие. «Эти моменты не ускоряют рынок, только тормозят. Разрешений выдается мало, земельных участков мало, в результате — замедление темпов вывода на рынок апарт-отелей», — констатирует Николай Антонов.
В то же время в Москве, указывает он, всегда есть потребность в жилье, покупают любое. «Если в топовых локациях подходящих участков под жилье нет, хитрые девелоперы строят квазижилье на промышленных территориях. И как можно больше объектов вводят, потому что в Москве арендное жилье пользуется спросом», — заключил Николай Антонов.
Не хватает всего
«Мне кажется, произошло какое-то мощное смешение понятий, которое грозит периодом смуты и застоя, пока все не разрешится», — опасается Карине Шмарева, управляющий партнер Intermark Residence.
По ее мнению, нужно разделять понятие «апартаменты», когда девелоперы обходят закон о строительстве жилья, и «апарт-отели», которые призваны развивать туристический кластер путем, по сути, соинвестирования граждан в туристические объекты.
Законодательство действительно не дает ответов на многие вопросы. С 2016 года в повестке дня Госдумы периодически появляется тема апартаментов, однако статус у этого вида недвижимости не обновляется.
«В связи с введением моратория на строительство апартаментов в Москве и Махачкале, а также отсутствием правового статуса апартаментов в законодательстве снова встает вопрос о рассмотрении и введении аналогичных ограничений в других городах страны, который обсуждается с 2016 года», — предполагает Светлана Московченко, заместитель директора Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость».
По словам Николая Антонова, депутаты несколько лет назад пытались провести законодательную инициативу о переводе апартаментов в многофункциональные комплексы с возможностью перевода части из них в жилье. «Это утопия по нескольким причинам. Во-первых, нарушается принцип генплана. Те участки, на которых должна находиться нежилая застройка, не будут соответствовать этой функции, и, наоборот, жилье может оказаться там, где его быть не должно. Таким образом, могут быть нарушены права граждан на социальное обеспечение. Во-вторых, при переводе в жилую функцию, например, инсоляцию не изменить. А апарт-комплексы строятся без учета инсоляции. Также могут быть нарушены и другие санитарные нормы. Поэтому сам продукт не может быть жильем априори: не те нормы, не те требования, не те правила, не та подоснова земельного участка», — объясняет Николай Антонов.
По его словам, обеспеченность социальной инфраструктурой ответственными застройщиками апарт-отелей вообще не обсуждается, потому что апарт-отель — это все-таки отель, а не жилой комплекс. «Госдума от этой концепции отказалась. Переводить апартаменты в жилье никто не собирается», — полагает Николай Антонов.
Сергей Софронов, коммерческий директор ГК «ПСК», также полагает проблемой отсутствие законодательной базы: «Все разговоры вокруг статуса — жилье, не жилье, апартаменты, некая новая юридическая категория и тому подобное — исключительно по причине отсутствия нормативной базы определений. Попытки подойти к этой проблеме и решить ее уже были, но пока неудачные. Что в этом контексте делать с апартаментами, появившимися в большом количестве, например, в Москве (как правило, с обозначением МФК) – пока непонятно».
Он уверен: уже построенные апарт-отели нельзя просто перевести в жилье. «Это как если рассуждать о потенциальном переводе в жилье классических гостиниц — разные назначения и разный подход к проектированию. Невозможно. Это — во-первых. Во-вторых, это совершенно ненужная процедура, поскольку апарт-отели работают на рынке гостеприимства. В отличие от классических гостиниц, они гораздо в большем объеме имеют дело с долгосрочным размещением. Если сводить к базовому отличию, то апарт-отель — это отель с собственной кухней в номере. Отсюда и больший спрос на долгосрочное проживание. В данном формате это просто удобнее. Переводить же в жилье гостиничный фонд бессмысленно», — полагает Сергей Софронов.
Ты — Москва, я — Питер
Рынки апартаментов в Москве и Петербурге заметно отличаются друг от друга: в Москве основная доля приходится на несервисные апартаменты для постоянного проживания, есть немного сервисных для сдачи в аренду, рекреационных комплексов нет совсем. В Петербурге превалируют сервисные апартаменты.
По данным NF Group, до конца 2024 года в Петербурге появятся 18 апарт-отелей на 4,9 тыс. юнитов. Ввод всех анонсированных объектов может увеличить долю сервисных апартаментов в структуре предложения городских средств размещения с 35% до 46%.
«В Петербурге апартаменты — в первую очередь инвестиционный продукт, который используется для сдачи в аренду через управляющую компанию и получение гарантированного дохода. Так, в 2023–2024 годах ежеквартальная доля предложения сервисных апартаментов занимала в среднем 70% от общего объема экспозиции на рынке. В третьем квартале текущего года доля составляла 75%. При этом из 70 комплексов апартаментов, находящихся в продаже, больше половины (36) — сервисные. Таким образом, в Петербурге апартаменты являются популярной и качественной альтернативой местам размещения туристов, бизнесменов и командировочных, что повышает темпы развития города как туристического направления. Именно поэтому вопрос о возможных запретах или ограничениях в Петербурге на данный момент не является актуальным. Также нет предпосылок о переводе апартаментов в жилую недвижимость, несмотря на ранее поднимаемые дискуссии. В первую очередь это связано со сложностью формирования подобного законопроекта», — указывает Светлана Московченко.
По мнению Сергея Софронова, опасений о запрете строительства апартаментов в Петербурге нет — апарт-отели с каждым годом наращивают свою долю в структуре средств размещения гостей города.
В строительстве апарт-комплексов Петербург тоже идет своей дорогой. Сергей Софронов узрел здесь «нечастый пример, когда сравнение Петербурга и Москвы в пользу первого».
По его словам, необходимые шаги предприняли уже все — и власти, и девелоперы. Кроме того, на девелоперов всегда возлагаются социальные обязательства. Наконец, в Петербурге псевдожилья немного, поэтому речь идет не о запретах и ограничениях, а о выполнениях фактически существующих требований при согласовании новых проектов апарт-отелей.
Перспектива без консенсуса
Федеральные власти не собираются сидеть сложа руки. Вопрос о статусе апартаментов планируется обсудить в очередной раз в рамках национального проекта «Инфраструктура для жизни». Об этом заявил Марат Хуснуллин, вице-премьер РФ, в ходе Международного жилищного конгресса. По его словам, пока консенсуса нет, и в регионах позиция на сей счет разная. В частности, власти ряда регионов не хотят, чтобы строились апарт-отели из-за гипотетической социальной нагрузки.
Однако туристический бизнес, напротив, нуждается в апартаментах. «С одной стороны, мы развиваем внутренний туризм, с другой — у нас пока нет конституциональных инвесторов, которые могут себе позволить построить целый апарт-отель. Более того, мы провозглашаем Год семьи, а размещение с детьми в отеле крайне затруднено. А если их двое-трое, то невозможно в принципе. Получается, таким семьям надо искать в аренду квартиры, которые тоже запрещают к краткосрочной аренде. То есть туризм для семей с детьми — пока тема очень непроработанная», — подчеркивает Карине Шмарева.
Межрегиональная Ассоциация Апарт-отелей намерена участвовать в разработке законодательных актов по апартаментам. «Ассоциация как раз и создана, чтобы помочь властям разбираться, где сервисные, а где несервисные апарт-отели, где отель, а где жилье. Эта структура намерена лоббировать принятие закона, который позволит легко разграничить категории на апартаменты и жилье; прописать методологию выдачи разрешений, чтобы такое разрешение не включало в себя лишние обременения для добросовестных застройщиков, строящих апарт-отели с привлечением профессиональной управляющей компании или гостиничного оператора», — заключил Николай Антонов.
Если бы кто-то сказал мне десять лет назад, что я приму участие в спасении Петропавловской крепости, я бы не поверил.
В 2011 году мы с братом организовали небольшую компанию по продаже гидроизоляционных материалов. Вскоре поняли, что интереснее и выгоднее заниматься работами, переключились на осушение небольших погребов и подвалов. Росли компетенции, пухла папка портфолио, и нас стали приглашать на все более ответственные объекты.
На каком-то этапе наша фирма «Оптимум Прайс» вместе с операциями по гидроизоляции уже что-то укрепляла, усиливала. Новый вид работ органично влился в пул осуществляемых услуг. В немалой степени благодаря применению нами материала «ФОРС», обезвоживающего и упрочняющего конструкцию.
Однажды раздался звонок, и некий прораб попросил нас помочь разобраться с проектом. Каково же было удивление, когда в штампе документации мы прочитали «Петропавловская Крепость Монетный Дворъ». Рассмотрев чертежи и спецификации, мы выдали альтернативное решение задачи одновременного усиления и гидроизоляции стен углубляемого подвала старинного помещения, отослав обратным письмом. Прошло два дня. И вдруг на третий наша телефонная трубка стала красной! Мобильный разрывался от десятков звонков. Нас просили обосновать, доказать, дать пояснения. Мы несколько обескураженно рассказывали вещи, ставшие для нас рутинными за последние годы, и не понимали, что вызвало столь бурную реакцию.
«Монетный Дворъ» мы выполнили, сдали. Помню, как сидел в кабинете инженера крепости, и туда ворвался прораб сторонней организации с круглыми глазами, рассказывая, что они «попытались выбурить состав Оптимум Прайс, а от него искры летят, буры ломаются, такой крепкий!». Это был замечательный комплимент нашей технологии.
После этого нас приглашали на крепость еще трижды на протяжении нескольких лет. Одной из решенных нами задач было усиление оснований корпуса 14Б. Свежо воспоминание о совещании, посвященном началу работ. Длинный стол, администрация, проектировщики, технадзор, КГИОП, все твердо стоят на том, что делать нужно по проекту и никак иначе. Мне передают утвержденную документацию, а я смотрю и не понимаю. Так посмотрел и эдак, а между тем дискуссия продолжается и уже переходят к другим вопросам.
— Простите, но тут забивка свай прописана, верно? — я неуверенно прерываю общий диалог, все еще сомневаясь, так ли я понял.
— Да, верно.
— Внутри здания бить сваи? Но это невозможно. А если и было бы реально, то такие вибрации разрушат корпус и еще пару зданий рядом.
На минуту воцарилась тишина. А потом все тот же шквал вопросов, что и при первом знакомстве с объектом.
Усиление фундамента Петропавловской крепости мы выполнили успешно, применив метод манжетного инъектирования составом ФОРС Фундамент. Наше решение спасло комплекс от вероятного разрушения. Все фото и видеоотчеты в открытом доступе размещены на нашем сайте.
Петропавловская крепость — это не единственный памятник архитектуры, спасенный нашей организацией, где мы поменяли проект, доказали его у проектировщиков и сделали все от нас зависящее, чтобы культурное наследие увидели потомки. В нашей копилке — здание «Грандъ Отеля» на Малой Морской, 18–20, особняк Бейера 1820 года постройки на набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербург, усадьба Баташевых (ныне Яузская больница) и Трехгорная мануфактура в Москве, парковый комплекс «Монрепо» (наследие ЮНЕСКО) в Выборге, Меншиковский дворец в Ораниенбауме и другие. Также мы работали на ТЭЦ № 5 в Санкт-Петербурге, вытаскивали проваливающуюся под землю мегаваттную котельную в Ярославле, обследовали и выдавали технические решения по ТЭС на Кавказе, а сейчас, когда вы читаете эту статью, наши сотрудники работают на острове Сахалин.
Петропавловская крепость — не единственный и даже, возможно, не самый интересный объект. Нам, как специалистам, было гораздо занятнее останавливать подземную реку под проваливающимся шестиметровым колодцем в районе Лахта Центра, который после остановки потока нужно было еще и заглубить. Вот там была борьба!
Петропавловская крепость поразила меня отсутствием непробиваемого бюрократического аппарата. Я ожидал натолкнуться на сопротивление, длительные согласования, крючкотворство… Вместо этого были живые дискуссии, правильные вопросы и быстрые решения.
К сожалению, отсутствие бюрократии — это скорее исключение, чем правило. Например, проектировщики с одной электростанции обратились к нам еще в 2017 году. Проблема достаточно яркая. Важной конструкции грозит обрушение. Решение нами выдано сразу же, в рамках диалога. Но вот прошло четыре года, мы успели съездить и провести обследования, выдать пачки листов расчётов и подтверждений, а воз и ныне там. Представители заказчика решают вопрос «кто виноват?» вместо «что делать?».
Еще страшнее лобби производителей материалов. Например, сейчас очень распространена технология, согласно которой для гидроизоляции старинного здания его стены практически подсекаются под корень перфораторами, прошивающие почти насквозь шпуры заполняют материалом, который затем просто выбуривают и выбрасывают. Издевательство над стеной повторяется трижды. В результате и без того ослабленное веками основание здания становится будто изъеденным термитами, которые забили свои ходы хлебным мякишем. Кому это выгодно? Производителю материалов. Тройной перерасход материалов! Да еще каких дорогих материалов!
Сейчас мы боремся за то, чтобы спасти от такого вандализма памятник архитектуры, входящий в пятерку самых значимых в Санкт-Петербурге.
Но вот беда: технология и материалы Оптимум Прайс, обладая многократно превосходящими характеристиками, проверенные многолетним опытом использования на самых ответственных объектах, стоят в несколько раз дешевле. А это, увы, не всем выгодно.
Потребительский экстремизм дольщиков будет процветать по-прежнему: пока Минстрой РФ и Госдума разрабатывали поправки в законодательство, которые должны блюсти баланс интересов застройщиков и дольщиков, Роспотребнадзор предложил свои поправки в закон о защите прав потребителей. Размер неустойки составит 3% от общей цены договора за каждый день.
Законопроект Роспотребнадзора касается разных сфер услуг – предоставления связи, транспортных и медицинских. Документ уже прошел общественное обсуждение.
Статистика в пользу дольщиков
Институт развития строительной отрасли в прошлом году провел опрос застройщиков: с многочисленными претензиями и судебными исками сталкивались почти 70% компаний, почти 50% получили претензии по поводу качества сданного жилья, для 45% судебные иски вылились в серьезную проблему.
За 2018-2019 годы дольщики отсудили у застройщиков более 6,5 млрд рублей по 3,7 тыс. исков – за задержку сдачи объекта или по претензиям к качеству строительства.
Средняя сумма неустойки – 300 тыс. рублей. Но есть и другой опыт. Так, компания «Дальпитерстрой» в 2017 году выплатила 600 млн рублей в пользу тысячи дольщиков, еще почти столько же – в 2018-м.
Им все мало
Роспотребнадзор счел недостаточным неустойку в размере 1/300 ставки рефинансирования. Эта норма действует с декабря 2004 года и не учитывает методику расчета штрафов и пеней на основе ключевой ставки Центробанка, появившейся в 2016 году.
В пояснительной записке указано: действующие размеры неустойки «не покрывают законного интереса потребителя», который при задержке сдачи объекта «вынужден не только принимать на себя риски, связанные с изменениями в правоотношении с застройщиком, но и претерпевать негативные последствия».
Рассматривая дела, суды руководствуются законом о защите прав потребителей, а не о защите прав дольщиков.
Но суды, как правило, встают на сторону дольщиков. Застройщикам приходится платить.
При этом размер неустойки не получится снизить по суду. Сегодня суд может сократить размер выплат, но чиновники Роспотребнадзора сочли, что «при произвольном существенном снижении неустойки она лишается своего экономического смысла».
По новым правилам, застройщику придется выплачивать пени дольщику – частному лицу, в размере 3% от цены договора за каждый месяц просрочки; 3% от общей цены договора за каждый день просрочки при нарушении срока устранения недостатков.
По некоторым оценкам, размер неустойки составит более 1000% годовых.
А потребительского экстремизма, полагают власти, вообще не существует. Даже нельзя допустить, что потребитель стремится получить необоснованную выгоду, указано в пояснительной записке.
Между тем известны случаи, когда размер требований превышал размер внесенных дольщиком средств. Были также прецеденты, когда, получив неустойку, потребитель вновь шел в ту же компанию и покупал квартиру на полученную сумму. Застройщики знают также о покупках квартир в проблемных домах с целью получить потом неустойку.
Стандартная ситуация
События обычно разворачиваются так. Застройщик не может вовремя сдать объект, не всегда по своей вине – обстоятельства бывают разные. Понятно, что дольщики волнуются. И тут появляются юристы, которые помогают гражданам писать заявления и выступают в суде. Если появляется целая группа таких дольщиков, застройщик вынужден выплачивать несколько миллионов рублей. Эти средства могли бы пойти на продолжение строительства, устранение недоделок и проч. Выплата неустойки оборачивается замедлением строительства, и срок сдачи отодвигается еще и еще.
Именно поэтому застройщики называли такой алгоритм потребительским экстремизмом.
Нередко массовые выплаты ведут к банкротству компании – таким образом в процедуру банкротства попала в прошлом году компания «Леонтьевский мыс». Многие застройщики, уже покинувшие рынок, также столкнулись с потребительским экстремизмом. В результате некоторые объекты до сих пор не достроены.
Неторопливое законотворчество
На рассмотрении в Госдуму в конце декабря 2019 года попали два законопроекта, запрещающие взыскивать с застройщика неустойку на стадии строительства, а также снижать ее при уступке права требования третьим лицам (подразумевались юридические компании, разоряющие застройщиков через суды).
Никита Стасишин, заместитель главы Минстрой РФ, осенью прошлого года в ходе пленарного заседания XI Всероссийской конференции «Российский строительный комплекс» пояснил: нередко требования дольщиков по устранению недоделок в десять и больше раз превышает реальную стоимость работ. Происходит это с подачи юристов, который получает часть прибыли. Поэтому в закон о защите прав потребителя нужны поправки. Видимо, чиновник подразумевал другие поправки – не те, что предлагает Роспотребнадзор, а выстраивающие баланс во взаимоотношениях застройщика и дольщика.
Массовое недовольство застройщиков поддержал НОСТРОЙ, предложивший «Рекомендации по отдельным вопросам пределов правовой защиты участников долевого строительства в связи с выявлением недостатков переданных им помещений».
Ранее президент НОСТРОЙ Антон Глушков отметил: потребительский экстремизм имеет и положительный эффект – качество строительства улучшается.
Однако документ Роспотребнадзора уже готов, а другие законопроекты куда-то делись – наверное, утонули в море споров.
Мнение
Николай Гражданкин, начальник отдела продаж «Отделстрой»: «Хочется отметить, что часто просрочка сдачи дома случается не по вине застройщика. Например, дом готов, а монополисты не выполняют техусловия (по подключению к коммуникациям). Бывают и другие причины, по которым сроки ввода уже готовых новостроек затягиваются. Поэтому требовать неустойку с застройщика, тем более такую высокую, не обоснованно.
У нашей компании имидж надежного застройщика, всегда строящегося свои дома в срок. Кроме того, мы оперативно заселяем наши новостройки и быстро выдаем свидетельства о собственности на квартиры. Поэтому к нам в этом смысле претензий не возникает.
А что касается законопроекта, то хотелось бы, чтобы законодатели подумали и об ответных мерах по защите интересов застройщика, который мог бы получать неустойку за просрочку дольщиком платежей по рассрочке. Сейчас она несоразмерно мала, а механизм ее получения очень трудоемкий. Предлагаю тогда уж тоже повысить ее до 3% за каждый день просрочки оплаты».