Непрофессионалов просят выйти
Появление спортивного кластера «Лужники», дома культуры «ГЭС-2», ГБУЗ МКНЦ им. А. С. Логинова говорит о том, что отрасль готова возводить уникальные и технически сложные объекты. Однако работа требует особого качества проектной документации и, возможно, пересмотра роли генерального проектировщика. Вопрос детально обсудили на площадке XI Международного строительного форума и выставки 100+ TechnoBuild в рамках сессии «Роль и функции генерального проектировщика на примере реализации технически сложных и уникальных объектов», организованной компанией «Метрополис».
Сегодня законодательство не устанавливает четкие правила работы генерального проектировщика, его права, обязанности и ответственность. Например, в Градостроительном кодексе подобного понятия нет, данная роль определяется как «лицо, выполняющее архитектурно-градостроительную часть проекта». В результате генеральным проектировщиком способна стать практически любая торговая или IT-компания, имеющая членство в СРО. Если говорить в цифрах, то на позицию генпроектировщика могут претендовать порядка 300 тысяч компаний с соответствующим ОКВЭДом. При этом бо́льшая часть из них относится к группе микропредприятий. «Эти компании невозможно взять даже на субподряд, потому что до финиша проектных работ при проектировании уникальных и технически сложных объектов они могут просто не дожить», — указывает Александр Ворожбитов, генеральный директор компании «Метрополис». По мнению эксперта, именно этот пробел может являться причиной появления некачественной проектной документации и сдерживать развитие отрасли.
Вопросы особого контроля
В советское время четкие положения деятельности генерального проектировщика как компании, выполняющей технологическую часть промышленного объекта либо основной объект капитального строительства, содержались в специальном документе Госстроя. В нем же были прописаны права, обязанности и ответственность. Именно поэтому раньше субподряд был невозможен без согласования с генпроектировщиком. Однако сегодня эта норма сохранилась лишь в части возведения объектов промышленности, так как в договорах на их проектирование прямо прописывается обязанность генпроектировщика выполнять работы самостоятельно, без субподрядчиков. Наиболее остро вопрос качества встает при создании уникальных и технически сложных зданий и сооружений в сегменте гражданского строительства, к которым относятся объекты высотой более 100 метров, с пролетами более 100 метров, наличием консоли более 20 метров и заглублением подземной части более 15 метров.
Если посмотреть на мировой опыт, то можно увидеть, что роль генерального проектировщика в разных государствах неодинакова. Например, в Японии архитектор делает только концепцию, а в ряде стран архитектурный офис относительно небольшого размера собирает команду подрядчиков под своей «крышей». Все это лишь доказывает, что хорошего качества проектирования и строительства можно добиться в разных компоновках при условии, что соблюдается строительная культура страны, города или большой корпорации, и не уменьшается роль и вес автора проекта, когда он может отстаивать свои решения.
«Каждый объект в той или иной стране — это объект строительной культуры, в которой он возник. Когда мы говорим, что Карл Росси построил здание Генерального штаба в Санкт-Петербурге, то надо понимать, что он реально занимался распределением всего бюджета на строительство, то есть архитектор владел всей суммой и нанимал всех подрядчиков, субподрядчиков и субпроектировщиков. Огюст Монферран строил Исаакиевский собор и был распорядителем бюджета. Такое было, и эта практика давала реальные результаты», — говорит Сергей Кузнецов, главный архитектор Москвы, добавляя, что сегодня в мире такого подхода нет, за исключением случаев строительства собственного частного дома.
Однако вопрос о необходимости закрепления особой роли генерального проектировщика остается открытым. По мнению Сергея Кузнецова, это может просто добавить ответственности. В данном случае наилучшим вариантом стал бы некий регламент, распределяющий ответственность между всеми участниками процесса: проектировщиком, архитектором, подрядчиком и другими.
«Зачастую она [ответственность] так размыта, что просто назначают ”крайнего”, который оказался слабее. Регуляция — вещь полезная, но неплохо бы зарегламентировать меру ответственности каждого: кто за что отвечает и какие права имеет. Выделять только проектировщика нет смысла. Иначе что бы ни случилось на стройплощадке, виноват будет проектировщик. Я — против такого положения дел», — подчеркнул главный архитектор Москвы.
Участники строительного рынка соглашаются: перекладывать всю ответственность за реализацию проекта на генерального проектировщика не стоит. По мнению Деяна Радоевича, первого заместителя генерального директора, директора дирекции строительства компании ВЕЛЕССТРОЙ, часть ответственности должна остаться у инжиниринговой компании, особенно учитывая, что стоимость проектирования не сопоставима со стоимостью строительства всего объекта. «Для успешной реализации управление проектом должно быть сильным и компетентным, иметь гибкость в части реализации, так как множество параметров изменяются по ходу, с четкой системой: разработанными процедурами, системой интеграции, дисциплиной и системой управления изменениями, правильно выстроенными собственными решениями, налаженной работой с заводами-изготовителями, поставщиками и монтажниками, отношениями с заказчиком и всеми участниками процесса», — перечисляет эксперт.
Особенности уникальных объектов
Работа над уникальными и технически сложными объектами порой заставляет прибегать к помощи узких специалистов, заказывать дополнительные научные исследования, даже пересматривать концептуальные решения в ходе строительства, и все это координирует генеральный проектировщик.
Одним из ярких примеров можно назвать ГБУЗ МКНЦ им. А. С. Логинова. Ожидалось, что этот уникальный объект ядерной медицины площадью 7,6 тыс. кв. м будут возводить в течение шести лет. Однако строители ввели его в эксплуатацию за 2,5 года — в конце 2023-го. При этом специалистам пришлось пересматривать часть проектных решений из-за замены медицинского оборудования. «В части уникальных объектов еще до заключения договоров на проектирование у генпроектировщика возникает затратная статья, когда надо провести тысячи консультаций, собрать весь имеющийся мировой опыт, попробовать ”поженить” между собой все полученные знания и вместить их в планируемый габарит здания», — отмечает Сергей Кацман, директор службы технического заказчика ГК «Аметист» (ранее — директор по строительству уникальных объектов АНО «РСИ»).
В процессе работы над объектом каждый из участников преследует собственные цели, тогда как общий результат, функциональное назначение объекта, его пригодность для будущей эксплуатации может уйти в сторону. По словам Сергея Кацмана, именно генпроектировщику необходимо следить за тем, чтобы назначение объекта соответствовало ожиданиям и укладывалось в законодательную базу, а также нести ответственность за координацию всех предпроектных работ.
«Цена любой ошибки генпроектировщика измеряется миллиардами, сроками и отсутствием социального эффекта. Что такое своевременно запущенная больница? Это тысячи спасенных жизней за определенный промежуток времени. Генпроектировщик должен смотреть на шаг вперед. Не просто разработать объемно-планировочные решения, но и оценить реализацию с точки зрения конструктива и инженерии, всей градостроительной документации. И если потом возникнет вопрос фасада, архитектурного облика, которые так или иначе могут противоречить решениям, утвержденным на предыдущей стадии, то здесь генпроектировщик должен найти “золотую середину”», — указал Игорь Базий, заместитель руководителя Департамента гражданского строительства Москвы, обращая внимание, что именно генпроектировщик должен следить за тем, чтобы создание объекта не выходило за рамки принятого бюджета, нести ответственность за принятые решения и ставить выполнимые сроки.
Эксперт по всем вопросам
Успешная работа в части создания уникальных и технически сложных объектов не обходится без участия консультантов, представителей науки. Так, на этапе проектирования спортивного кластера «Лужники» подключился Михаил Фарфель, заведующий лабораторией нормирования, реконструкции и мониторинга уникальных зданий и сооружений ЦНИИСК им. В. А. Кучеренко. Ранее Большая спортивная арена «Лужники» не соответствовала требованиям ФИФА. К чемпионату мира по футболу требовалось приблизить трибуны к полю на 17 метров и закрыть их от атмосферных осадков. В результате изменилась геометрия поля и увеличилась площадь кровли. Чтобы определить новые ветровые и снеговые нагрузки, ученые использовали состав, который по своему объему и весу очень похож на снег, и на основании полученных данных генпроектировщик разрабатывал конструктивные решения.
А при возведении Дворца художественной гимнастики Ирины Винер-Усмановой требовалась дополнительная включенность генерального проектировщика уже на стадии строительства, чтобы доработать детали в части будущей окупаемости. Изначально дворец был задуман и спроектирован как исключительно спортивное сооружение для проведения тренировок и соревнований. Но в процессе строительства задача поменялась: объект должен был стать многофункциональным. Учитывая местоположение, ему следовало соответствовать разным категориям потребителей и различным сценариям. Другими словами, здание должно было отвечать требованиям для проведения ледовых шоу Ильи Авербуха, чемпионата мира по скалолазанию и даже для шоу Cirque du Soleil (Цирка дю Солей).
«Заказчик ожидает, что генпроектировщик является профессионалом не только в области проектирования и прохождения экспертизы, но и хорошо понимает операционные составляющие: маркетинг и финансы, — говорит Александр Паньков, генеральный директор спортивного оператора «Олимпико» (ранее — генеральный директор Дворца художественной гимнастики Ирины Винер-Усмановой). — Правильное взаимодействие на ранних стадиях с командами, которые могут продумывать функциональные концепции спортивных объектов, приведет к эффективности: сооружения будут востребованы, а самое главное — станут стремиться к окупаемости».
Современные спортивные объекты должны быть не только коммерчески эффективными, но и способными развиваться вместе с меняющимися потребностями общества. Тенденцию можно увидеть уже на примере Центра водных видов спорта, в состав которого вошли два ресторана Аркадия Новикова, а ВТБ Арена является примером встраивания торгового центра. Большой потенциал у спортивного комплекса «Малая спортивная арена Олимпийского комплекса “Лужники”», который предлагается превратить в молодежный культурный центр. При этом все варианты многофункционального использования уникальных объектов должны детально прорабатываться на этапе проектирования под контролем генпроектировщика.
Современные тренды развития бизнеса не могли обойти стороной одного из крупнейших игроков металлургического сегмента международного рынка — российскую «Северсталь» (входит в холдинг «Севергрупп»). О реализации положений принятой два года назад стратегии представители руководства компании рассказали в ходе онлайн-конференции «Меняемся к лучшему. Для вас».
На пути к мировому лидерству
Реализация утвержденной два года назад стратегии дала мощный толчок развитию компании, подчеркивает генеральный директор «Северстали» Александр Шевелев. «Стратегия — это не просто некий план действий, это целый комплекс идей и решений, дающий ответ на актуальные вызовы современности. И успешность ее реализации, невзирая на появляющиеся новые факторы — а сегодня это такое глобальное явление, как пандемия коронавируса, — лучшее доказательство верности заложенных в нее принципов», — отмечает он.
Глава компании выделяет три ключевых фактора, заложенных в идеологию стратегии и дающих ей высокую эффективность. Во-первых, это решение задач по обеспечению внутренней эффективности работы. Внедрение современных цифровых и иных технологий позволяет существенно снижать затраты на самые разные процессы. Это, в свою очередь, не только влияет на цену продукции, но и открывает огромные возможности для инвестирования, запуска новых проектов и иных инициатив.
Во-вторых, это превосходный клиентский опыт. Работа с «Северсталью» не сводится к схеме «продал — купил», она должна полностью решать конкретные задачи партнеров по объемам, качеству, срокам, логистике, сопровождению, удобству взаимодействия и пр.
В-третьих, это выход за рамки исключительно металлургического бизнеса. Предоставление целого комплекса сопутствующих услуг, появление новых перспективных направлений, готовность к партнерству с клиентами по созданию новых производств, выход в сферу e-commerce — все это создает уникальные возможности для диверсификации бизнеса. «Многие крупные компании сегодня создают экосистемы — своего рода конгломераты сервисов, взаимно дополняющих и укрепляющих друг друга. Это Сбербанк, Yandex, МТС и др. И "Северсталь" не остается в стороне от этого мейнстрима», — отмечает Александр Шевелев.
По его словам, начавшийся ребрендинг — это отражение внутренних изменений, которые происходят в компании в рамках реализации стратегии. «При этом слоган "Достичь большего вместе", после тщательного размышления, мы решили оставить. Однако его смысл претерпел некоторые изменения. Если раньше слово "вместе" было как бы направлено внутрь компании, к ее сотрудникам, стимулируя их к объединению усилий, то теперь оно обращено также и вовне — к нашим клиентам. Мы твердо убеждены, что, объединив усилия с партнерами, обеспечив синергию, мы сможем достигнуть гораздо лучших результатов, чем по отдельности», — говорит глава «Северстали».
Он отмечает, что многое в деле реализации стратегии уже сделано. И все-таки это только шаги на пути к главной цели «Северстали» — стать мировым лидером в сфере металлургии.
Не просто В2В
Несмотря на ряд существующих проблем, крупнейшие компании, ведущие бизнес в глобальном масштабе, продолжают энергичное развитие. Это касается не только поиска новых рынков и выхода в новые сферы деятельности (хотя, конечно, и этим направлениям уделяется немалое влияние). Одним из главных трендов является максимальное повышение клиентоориентированности, обеспечение партнерам современных способов взаимодействия. «По сути, задачу можно сформулировать так: создать бизнес В2В, обладающий простотой, доступностью и удобством формата В2С», — рассказывает директор по маркетингу и улучшению клиентского опыта Мария Шалина.
По ее словам, клиентам сейчас нужны не просто продукты — пусть даже современные и качественные. Необходим разносторонний комплекс услуг. Взаимодействие с компанией должно отличаться индивидуальным подходом, эффективностью и комфортностью для клиента.
В целом, как отмечает эксперт, обратная связь с партнерами уже сейчас говорит о высоком уровне удовлетворенности. Так, качество продукции высоко оценивают 94% клиентов, сопутствующий сервис — 96%, дисциплину поставок — 78%. Однако Мария Шалина убеждена, что потенциал для развития в этом направлении имеется еще очень большой.
По ее словам, это и расширение ассортимента, появление новых видов инновационной продукции, в том числе выпускаемой и партнерами «Северстали», и индивидуальная помощь клиентам, включая поддержку в освоении новых технологий, и развитие систем онлайн-торговли, и многое другое. «При этом не ставится задача создать массу разных сервисов просто ради их разнообразия. Необходимо запустить те, что реально востребованы и способны максимально эффективно работать», — уточняет эксперт.
В целях обеспечения удобства работы клиентов создан портал «Северсталь. Вместе» (vmeste.severstal.com), добавляет Мария Шалина.
Северсталь. Вместе
Александр Шевелев отмечает, что для реализации этих принципов компания постоянно совершенствуется, ищет новые идеи и инновации, стремится быть максимально открытой для партнеров, чтобы быть полезной и вырабатывать взаимопривлекательные формы сотрудничества.
По словам технического директора «Северстали» Агнес Риттер, над внедрением инноваций в компании работают восемнадцать подразделений и сотни человек. «Они занимаются не только новинками в продуктовом ряду, но и цифровыми технологиями, и формированием современных бизнес-моделей, и решениям ряда иных актуальных задач», — рассказывает она.
Отдельное важное направление — создание совместных бизнесов с партнерами. В качестве одного из таких проектов эксперт привела разработку совместно с одним из крупных застройщиков оригинального решения по созданию многоуровневых наземных паркингов на основе стальных конструкций. При этом срок работ по возведению объекта снижается с 8 до 5 месяцев, что обеспечивает серьезную экономию затрат, а уменьшение стоимости машино-места составляет порядка 17%.
Еще один интересный проект — участие в создании производства ветроэнергетических установок совместно с Группой «Роснано» и Windar renovables (Испания). Участие «Северстали» в проекте позволяет увеличить локализацию производства стальных башен ветряков до 80%, а также отражает убеждение компании в перспективности использования альтернативных источников энергии и стремление к снижению нагрузки на экологическую среду от деятельности человека, что также является важным мировым трендом.
«Эти и ряд других успешных примеров сотрудничества наглядно демонстрируют открытость "Северстали", ее готовность к реализации интересных современных высокотехнологичных проектов в различных отраслях экономики», — подчеркивает Агнес Риттер.
По словам Александра Шевелева, сегодня компания планирует развивать свою деятельность в трех ключевых направлениях: строительство, энергетика и машиностроение. «Однако все мы понимаем, насколько огромны эти отрасли, сколько в них различных сегментов и ниш. Еще раз хочется подчеркнуть нашу максимальную заинтересованность и готовность к реализации совместных проектов. Помните, объединив усилия, мы сможем достичь большего вместе», — заключает он.
Хотя спортивные объекты нередко называют дворцами, обычно это образ метафорический, говорящий о размахе объекта. Редко кому придет в голову напрямую сравнивать их с Зимним, Коломенским или Петергофским дворцами. Однако Дворец художественной гимнастики Ирины Винер-Усмановой в Лужниках имеет основания для такого наименования во всех смыслах.
Неслучайно, вдобавок к остальным наградам и титулам, в этом году он стал обладателем престижной международной премии MIPIM Awards в номинации «Лучший спортивный и культурный объект».
Появление на свет
Инициативу создания в Москве нового спортивного дворца выдвинула в 2015 году президент Всероссийской федерации художественной гимнастики, главный тренер сборной России Ирина Винер-Усманова.
Участок земли в Лужниках выделили московские власти. Благодаря тому, что финансировать строительство взялся известный бизнесмен Алишер Усманов, реализация проекта была стремительной. А объем инвестиций составил порядка 3 млрд. рублей. Строительство началось в мае 2017 года и в целом завершилось к концу 2018-го.
Дворец представляет собой здание площадью 25,7 тыс. кв. м с пятью надземными и подземным этажами. Обращают на себя внимание полностью остекленный фасад высотой до 26 м, а также крыша сложной геометрии, схожая по форме с развевающейся гимнастической лентой.
«Это самый необычный спортивный объект, который был возведен в максимально короткие сроки. Изначально силуэт здания был разработан главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым с подачи Ирины Александровны Винер. Крыша здания выполнена в форме гимнастической ленты, которая является одним из главных символов художественной гимнастики, чтобы Дворец был узнаваемым», - отмечает Александр Паньков, генеральный директор спортивного оператора Дворца.
По его словам, изначально Ирина Винер-Усманова ставила задачу построить лучший в своем роде международный дом гимнастики, но постепенно в процессе проектирования и строительства задача расширилась: «Нам предстояло сделать Дворец многофункциональной площадкой, которая бы подходила для разных мероприятий как спортивного, так и неспортивного характера. И это успешно было выполнено: Дворец отвечает всем мировым требованиям и стандартам – техническим и организационным. Его уникальность в многофункциональности – мы очень глубоко продумали возможности проведения совершенно разных форматов мероприятий».
Как спроектировать шедевр
Главной особенностью работы над проектом столь сложного сооружения стала необходимость привлечения специалистов узкого профиля для решения конкретных специфических задач, а также координация их работы и сведение плодов усилий отдельных участников команды в общий результат. Последнюю задачу реализовало АО «Мосинжпроект», выступившее в качестве генерального проектировщика и техзаказчика объекта.
«Дворец был создан с нуля по индивидуальному проекту в очень сжатые сроки – мы справились менее чем за три года, активно применяя технологии информационного моделирования (BIM)», - рассказывает генеральный директор АО «Мосинжпроект» Юрий Кравцов, добавляя, что темпы ведения работ были очень высоки, особенно учитывая то, что строительство пришлось приостанавливать на время проведения в Лужниках матчей Чемпионата мира по футболу 2018 года.
Обеспечить высокую скорость помогло использование BIM-технологий. «Дворец художественной гимнастики – это, пожалуй, самый сложный в России проект, реализованный с использованием технологии OPEN BIM. Это подход, который позволяет с использованием открытого формата IFC обмениваться информационной моделью со многими участниками процесса проектирования. В разработке этого проекта участвовало много компаний и каждая из них, в зависимости от специфики раздела над которым работала, использовала свои узкоспециализированные программные продукты, а Archicad стал общей площадкой, на которой собиралась «федеративная» модель всего объекта. Там проект проверялся на коллизии, пересечения и ошибки, что позволило нивелировать большую их часть еще на этапе подготовки документации и избежать проблем на стройплощадке», - отмечает директор по работе с ключевыми заказчиками компании «Графисофт» Артем Котельников.
По его словам использование тесной связки Archicad и Grasshopper позволило разработать проект кровли очень сложной формы – имитирующей движение ленты во время выступления гимнастки. «Дополнительным удобством стала возможность нашего продукта создавать вторичное отображение модели, сохраняя его в формате BIMx с обеспечением доступа с любого мобильного устройства. Заказчики часто не являются специалистами, способными читать чертежи, и подобная возможность визуализации проекта была очень полезна», - добавляет эксперт.
Компания «Метрополис» участвовала в разработке проекта в части конструктивных решений и внутренних инженерных систем, а также занималась координацией пула участников, включая архитекторов, дизайнеров, технологов, организаторов мероприятий и соревнований. «Отличительной чертой проекта является его кросс-платформенность при выполнении модели и чертежей. Для обеспечения совместной единовременной работы и координации проекта, были разработаны решения по интеграции различных специализированных программных комплексов в единую BIM-модель и с учетом работы примерно 30 проектных подразделений», - говорит главный инженер проектов «Метрополис» Денис Дубинин.
По его словам, визитной карточкой Дворца стала его необычная кровля: «На монолитный каркас были установлены арочные балки, поддерживающие кровлю из металлических сот. Такая форма деталей и позволила создать крышу-ленту, обеспечив несущую способность во всех плоскостях. Еще одно преимущество этого решения – малая масса конструкции. Такую кровлю можно класть с большими пролетами между опорами». «Для создания сложной геометрии кровли использовали специально изготовленное алюминиевое фальцевое покрытие, ее конструкции прошли испытания в аэродинамической трубе, где были воссозданы характерные для столичного региона климатические условия», - добавляет Юрий Кравцов.
По словам Александра Панькова, с самого начала работы над проектом Ирина Винер-Усманова придавала особое значение оформлению интерьеров. «Ей хотелось отразить русский стиль, чтобы это был узнаваемый дизайн. Смешанные в разных вариациях несколько стилей – холуй, хохлома, жостово – создают общий фон русской культуры и делают Дворец узнаваемым, особенным, с неповторимым колоритом. Огромные колонны в хохломской росписи, выложенные вручную из мозаики, мозаичный пол, переливающийся, как река, - все это создает потрясающее впечатление на людей, которые приходят к нам в первый раз, это приятный культурный шок для них», - говорит он.
«Здесь представлено все русское народное творчество, народные промыслы: жостовская и хохломская роспись, лаковая миниатюра. И когда ты сюда заходишь, ты понимаешь, что ты в России, - и это очень важно. Здесь, конечно, нужно только выигрывать», - подчеркивает сама Ирина Винер-Усманова.
Сумма частей: акустика, остекление, гидроизоляция.
Как и всякий шедевр, Дворец гимнастики является суммой уникальных частей, утрата или замена любой из которых разрушила бы общий результат.
«Мы сделали эффект «черного кабинета» – то есть потолок выполнен в темном цвете. Кроме того, он покрыт звукопоглощающим материалом, что создает потрясающую акустику на уровне достойных театральных площадок. По этому показателю мы сильно превосходим спортивные сооружения», - отмечает Александр Паньков.
Над этим работала компания Acoustic Group, перед которой стояла задача в подготовке помещения арены для проведения спортивных соревнований мирового уровня и концертов эстрадной музыки с использованием системы звукоусиления. «После обсуждения нескольких проектов был утвержден нестандартный вариант применения «подушек» на основе базальтовых звукопоглощающих плит «ШУМАНЕТ-БМ», обернутых драпировкой из черной звукопрозрачной стеклоткани. Аналогичная технология была применена на стенах, на фронтонах и за декоративными лентами с подсветкой. ШУМАНЕТ-БМ, являясь экологичным негорючим материалом с низкой удельной массой, обеспечивает минимальную нагрузку на несущие конструкции. Такое решение позволило отказаться от подвесной конструкции потолка, провести монтаж в кратчайшие сроки и получить отделку, соответствующую требованиям пожарной безопасности. Всего нашими специалистами было смонтировано более 5 тыс. м2 звукопоглощающих плит. Перед открытием мы сделали предварительное измерение времени реверберации на арене. Готовность была еще не полная, однако уже стало очевидно, что акустика на арене очень хорошая. А после чемпионата России были проведены финишные акустические измерения, результаты были превосходными. Время реверберации на пустой арене составило 1,8 с при воздушном объеме около 100 тыс.м3.», - рассказывает ведущий инженер-акустик, ГИП Acoustic Group Антон Перетокин.
Остекление фасада было реализовано специалистами «Schüco Россия». «При подборе подходящей системы учитывались технические требования и архитектурные идеи авторов проекта. «Шахматную» расстекловку и стеклянную монолитность 26-метрового фасада удалось реализовать в стандартной стоечно-ригельной системе Schüco FWS 50 SG со структурным швом 20мм. Входные двери разработаны также в структурном исполнении, для этого поверх дверного профиля наклеивалось стекло. Это стилевое решение позволило гармонично встроить открывающиеся элементы в плоскость основного витража, получив абсолютно гладкую поверхность, без видимых выступающих частей», - отмечает руководитель крупных проектов «Schüco Россия» Роман Мишуков.
Компания ТЕХНОНИКОЛЬ поставляла на объект материалы и решения для гидроизоляции. «При возведении фундамента применялась наша система «ТН-ФУНДАМЕНТ Проф» на основе полимерной мембраны. Ее особенность заключается в том, что целостность гидроизоляции можно проверить как на этапе монтажа, так и в процессе эксплуатации. При нарушении герметичности восстановить целостность покрытия можно при помощи инъекционного состава, который закачивается через систему штуцеров и трубок. Для кровли мы поставили пароизоляционный материал «Паробарьер», - говорит руководитель региона Москва ОЦО КП ТЕХНОНИКОЛЬ Юлия Лаврехина.
Она добавляет, что с архитектурной точки зрения объект очень необычный. «Металлическая кровля сложной формы стала визитной карточкой дворца. Эти нюансы требовали внимания. Именно они стали причиной того, что мы не ограничились поставкой материалов на объект. Ведь надежность конструкции зависит не только от качества применяемых решений, но и профессионализма строителей. Технические специалисты ТЕХНОНИКОЛЬ курировали процесс работы с нашими материалами от начала и до конца».
По оценке эксперта, участие в проекте еще раз доказало тот факт, что отечественные строительные материалы соответствуют всем современным требованиям по качеству и надежности. «Сжатые сроки, зима, сложная архитектура – не преграда, а скорее повод обратиться именно к российским решениям», - подчеркивает она.
Как отмечает Александр Паньков, сейчас во Дворце проходят и спортивные турниры, и многотысячные конференции, и частные мероприятия. «Дворец гимнастики стал настоящей архитектурной жемчужиной города, ярко выделяется среди других объектов, при этом не нарушая общий архитектурный фон», - резюмирует он.
Мнения
Артем Котельников, директор по работе с ключевыми заказчиками «Графисофт»:
- При проектировании Дворца художественной гимнастики использовались наши BIM-решения, в частности, программа Archicad. Ее главная особенность в том, что она изначально была создана архитекторами для архитекторов, и учитывает многолетний опыт работы в этой сфере. Продукт отличается гибкостью, позволяет создавать объекты со сложными архитектурными формами, включающими в себя различные конструктивные решения. Уникальность Дворца художественной гимнастики для нашей компании нашла отражение еще и в том, что фото объекта размещено на обложке 23-й версии программы Archicad, выпущенной в прошлом году. Принимая во внимание, что с помощью нашего продукта проектируются объекты во всем мире, решение таким образом выделить этот объект, говорит о его особом значении для GRAPHISOFT.
Антон Перетокин, ведущий инженер-акустик, ГИП Acoustic Group:
- Хотелось бы особенно отметить высокую заинтересованность заказчика в качественной акустике арены, глубокое доверие нашему профессиональному мнению и лояльность к поиску новых акустических решений и идей. Как призналась сама Ирина Александровна, глобальной задачей было сделать лучший во всем спортивный комплекс, отвечающий самым современным мировым стандартам и требованиям. Таким образом, Москва получила еще один замечательный акустический спортивный зал.
Денис Дубинин, главный инженер проектов «Метрополис»:
- Важным моментом при проектировании инженерных разделов была вентиляция главной арены ввиду строго ограничения подвижности воздуха в центральной части ковра, чтобы гимнастические ленточки не колыхались во время выполнения упражнений. Для создания правильного микроклимата использовалась система математического моделирования CFD. Это современный инструмент проверки проектных инженерных решений на соответствие функциональной задаче. При большой зрительской аудитории и активном использовании электроприборов образуются теплые конвективные потоки, зоны с повышенной температурой воздуха и содержанием СО2. По результатам анализа CFD-моделирования в главном зале был увеличен воздухообмен на 50%, перераспределены приточные и вытяжные устройства и установлены разные температуры приточного воздуха в различных зонах – их можно регулировать независимо друг от друга. Это минимизировало тепловое давление в центральной части арены, что позволило значительно снизить подвижность воздуха, а также обеспечить комфортную температуру в помещении и поддерживать удовлетворительную концентрацию кислорода в воздухе.