Новые грабли для Новой Голландии
Новую Голландию ожидает новый инвестиционный конкурс. Подрядчики инвестора, победившего на конкурсе в феврале 2006 г., покинули остров в октябре 2009 г. В декабре глава КИСП Алексей Чичканов заявил, что для реализации проекта, очевидно, придется подыскивать других исполнителей, в том числе и архитектора. В мае 2010 г. зампред комитета Антон Бучнев сообщил, что официальное уведомление о расторжении договора с инвестором было направлено СТ «Новая Голландия» 23 марта, и ожидается получение техзадания Росимущества для нового конкурса.
«Заморозка» без консервации
Лондонский суд наложил арест на все активы одного из владельцев «СТ-Груп» Шалвы Чигиринского, напомнил А.Бунчев. Под действие этого решения попадают и активы аффилированной с «СТ-груп» СТ «Новая Голландия», и ее петербургской дочки – ООО «Новая Голландия». Сейчас любые шаги со стороны компании могут повлечь «заморозку» находящегося в ее распоряжении имущества. «Замена юрлица представляется возможной только путем проведения нового инвестиционного конкурса, - сказал он. – Мы изложили эти соображения Росимуществу, и оно согласилось с этим выводом».
С формально-правовой точки зрения ситуация такова – конкурс состоялся, а исполнения условий конкурса – нет. Часть работ, как заверил чиновник, выполнена: осуществлен демонтаж конструктивных и декоративных элементов, частично проведены работы по укреплению фундамента и демонтажу коммуникаций, рекультивированы водные сооружения, разработана концепция транспортного обеспечения. Подробный список выполненных работ, по его словам, КИСП готов предоставить по первому требованию.
Еще в сентябре 2009 г. возглавлявший тогда КИСП Максим Соколов назвал выполненный объем работы «колоссальным». На тот момент, по данным инвестора, в рамках реализации проекта было израсходовано 80 млн. долларов. Следует отметить, что это треть от установленной условиями конкурса 2006 г. суммы: конкурс выиграл инвестор, пообещавший осуществить проект с наименьшими затратами – в 240 млн. долларов. Тогда еще не было получено заключения Госэкспертизы, и реализация проекта официально находилась на стадии подготовительных работ.
Как рассказывают теперь бывшие подрядчики, зиму 2009-2010 гг. корпуса складских зданий Новой Голландии простояли с частично демонтированной, частично пострадавшей от пожара кровлей и на местами укрепленных, и, следовательно, разноуровневых фундаментах. Работы, по словам бывшего координатора проекта со стороны ООО «Новая Голландия» Дмитрия Хайковича, были проведены в нарушение требований КГИОП, который предписывал вначале укрепить стены.
«Укрепление фундамента – это не подготовительные, это уже полноценные строительно-монтажные работы», - подчеркивает он. Для укрепления фундаментов на глубину 30 м было установлено около 800 титановых свай. Разноуровневые фундаменты, учитывая геологические особенности петербургских грунтов вообще и особенности формирования рельефа острова, могут принести невосполнимый ущерб историческим постройкам. Подрядчики ушли в октябре, и тогда же был остановлены работы по мониторингу состояния зданий. Каким образом грунты перенесли зиму и межсезонье, сегодня никто сказать не может.
«Если сейчас провести экспертизу, то я полагаю, что часть корпусов будет признана аварийными, часть близка к аварийному состоянию», - говорит Д.Хайкович. Больше всего, по его данным, пострадали корпуса 12, 12-а и 16. В процессе работ в некоторых местах стены стали попросту «складываться», появилось 2 трещины – на углу со стороны Крюкова и Адмиралтейского каналов. Одна из трещин величиной 10-12 мм, образовалась в стене, примыкающей к помещениям дирекции. «Ее закрепили «на скорую руку», но это почему-то не вызвало нареканий в ходе проверки ни со стороны КГИОП, ни со стороны Госстройнадзора», отметил Д.Хайкович.
Где-то между Петербургом и Москвой
У петербургской команды проекта с самого начала были разногласия с московской, подчеркивает Д.Хайкович. Инициатор и автор первого проекта реконструкции Новой Голландии Вениамин Фабрицкий и Юрий Митюрев, мастерская которого победила в пробном, закрытом архитектурном конкурсе, организованном КГА в 1991 г., подтверждают наличие разногласий.
«Лично я полностью согласен с высказываниями о том, что перестраивать Новую Голландию недопустимо», - признался главный архитектор Петербурга. По его мнению, проект Н.Фостера слишком радикален в части нового строительства на территории исторического комплекса. «Мы будем бороться за корректное новое строительство», - пообещал он.
Первой «недопустимость» части проектных предложений, утвержденных на конкурсе 2006 г., признала еще в 2008 г. геотехническая экспертиза. Тогда гендиректор СТ «Новая Голландия» Александр Зеленский сообщил, что в проект необходимо внести изменения, согласно которым при строительстве новых зданий увеличится отступ от исторических объектов – с 3 м до 7 м. А для создания подземной парковки необходимо возвести «стены в грунте» гораздо больше, чем на 30 м в глубину. Инвесторы также были вынуждены отказаться от планов строительства третьего водного канала и решили сделать Малый театр под ротондой не подземным. Под вопросом оказались и планы по соединению острова подземным тоннелем с будущей станцией метро «Театральная».
Одновременно в СТ «Новая Голландия» задумались над увеличением объемов нового строительства и корректировкой сметы расходов. В частности, было решено увеличить площадь Дворца фестивалей с 12,3 до 24 тысяч кв. м, а летний амфитеатр на 3 тысячи мест со сценой в центре водоема и вовсе исчез из проекта. Эти правки в проект КГИОП согласовал, утвердив также и спорный вопрос о стеклянном куполе высотой в 37 м, который, по задумке Н.Фостера должен был напоминать бриллиант. В результате, по словам тогдашнего первого зампреда КГИОП Ольги Таратыновой, высотную часть здания было бы видно на Благовещенском мосту и с Университетской наб.
После внесения правок, выяснилось, что реализация проекта обойдется не в 240, а как минимум в 800 млн. долларов. О чем и заявил Ш.Чигиринский. «О том, что 240 млн. – сумма совершенно неадекватная, я говорил Ш.Чигиринскому с самого начала», - рассказывает В.Фабрицкий. В 1991 г. компании, взявшиеся за организацию международной выставки проекта Фабрицкого, оценивали его реализацию в 350-450 млн. долларов. «В пересчете на цены 2004 г. проект должен был обойтись вдвое дороже, - говорит он. - Позднее Ш.Чигиринский согласился с такой оценкой. И, ссылался на свои финансовые обязательства перед городом, обещал, что на заключительной стадии проекта все наши замечания будут учтены».
По словам В.Фабрицкого, проект Н.Фостера более чем в 2 раза превысил действующие ограничения по высоте. По нему новое строительство предполагалось в местах, которые, по его мнению, следовало бы сохранить для истории. «В нашем проекте была строго обозначена лакуна для нового строительства. А Фостер «накрыл» своим Дворцом фестивалей кузницу и ковш водоема, который сам по себе является центральным элементом, заложенным в ходе планировки, возможно еще при Петре I. На берегу этого ковша находился Запасной дворец императора», говорит он.
Кроме того, фостеровский проект перекрыл стрелой нового здания знаменитую арку Новой Голландии. «Когда мы его спросили, зачем, он ответил, что это здание будет втягивать потоки людей со стороны набережной Мойки, так, словно арка для этой цели недостаточно хороша», - посетовал В.Фабрицкий.
Хорошо забытые грабли
Организация нового инвестконкурса должна выявляет несколько трудноразрешимых проблем, считают эксперты. Самая большая из них, по мнению Ю.Митюрева – это несоответствие проекта принятым в 2008 г. ПЗЗ и закону об охранных зонах. Новая Голландия находится в составе исторической охранной зоны Петербурга, на которой невозможно никакое новое строительство.
Решить эту проблему, по его мнению, можно двумя способами: «надо либо менять закон, либо искать способ вписаться в него». Исполнить закон, если речь идет об инвестконкурсе, невозможно. У проекта очень большая нагрузка – огромный объем реставрационных работ. Они должны окупиться за счет новых коммерческих объектов. И чем дольше незаконсервированная Новая Голландия простоит без присмотра, тем больше будет затрат на реставрацию, поясняет Ю.Митюрев.
Примерно так же объясняет спешку с организацией нового конкурса и А.Бучнев. Он также подчеркивает, что примерно 90-85% объектов, расположенных на территории Новой Голландии, является памятниками федерального значения и находится в ведении Росимущества. Ввиду этого петербургские власти не могут ручаться за то, что их точка зрения будет иметь решающее значение в ходе формирования техзадания для нового инвестиционного конкурса.
У территориального управления агентства недостаточно полномочий для составления техусловий по конкурсу. «Оно обратилось за разрешением этого вопроса в Москву. И мы надеемся в ближайшее время получить резюмирующий ответ», - сообщил А.Бучнев. Таким образом, на сегодняшний день реализация проекта находится на стадии урегулирования правовых вопросов. Но как только они будут разрешены, общественность допустят к обсуждению проекта, обещает он.
Вместе с тем, он предостерегает: «Не надо думать, что с новым конкурсом реализация проекта начнется с «чистого листа», не надо затевать революции в этом вопросе. Будет или не будет строиться Дворец фестивалей по проекту Фостера, я лично предсказывать не берусь. Но мне кажется, что дворец мог бы стать принципиальной основой концепции и, соответственно, позицией со стороны Москвы».
По словам Ю.Митюрева, инвестиционный конкурс состоится уже в июне 2010 г. Но открытым на некоторое время остается и вопрос об архитектурной концепции проекта. «Инвестор сам решит, кому он поручит обеспечить архитектурную составляющую», - сказал он. Подтвердить или опровергнуть слова главы КИСП А.Чичканова о том, будет ли приглашен в качестве нового проектировщика «Моспроект-2», А.Бучнев не смог. Но зато сообщил, что готовность принять участие в инвестиционном конкурсе выражает совладелец «СТ-Груп», глава московской компании «Меркури» Игорь Кесаев.
ВООПИК не против революции
Ш.Чигиринский с самого начала прекрасно понимал, что 240 млн. – это совершенно неадекватная цифра для Новой Голландии, считает сопредседатель петербургского ВООПИК Александр Марголис. «Он попросту демпинговал и, если называть вещи свои именами, то это мошенничество», - заметил он, заметив, что фактами нарушений предписаний КГИОП должна заинтересоваться прокуратура.
«Мы не знаем, какими будут условия нового конкурса, и каким образом власти отчитаются по тому, что уже сделано в Новой Голландии. С общественностью условия конкурса 2006 г. никто не обсуждал», - напоминает А.Марголис. Рекомендации экспертизы, выполненной НИИ «Спецпроектреставрация» под руководством Михаила Мильчика, а также рекомендации, данные по результатам археологической экспедиции, которую возглавлял зав. сектором архитектурной археологии Эрмитажа Олег Иоаннисян, в ходе реализации проекта в 2006-2009 гг. были проигнорированы.
«Это чудовищная история, которая к тому же имеет серийный характер. Мы можем то же самое наблюдать на примере проекта строительства второй сцены Мариинского театра, разрушения памятника XX в. – Кировского стадиона на Крестовском острове и в других местах», - говорит А.Марголис. Сегодня представители власти оправдывают разрушение памятников в Новой Голландии тем, что в результате открылся идеальный обзор архитектурного ансамбля. «Но ведь в реальности снос осуществлен с целью нового строительства», - констатирует он.
По словам А.Марголиса, Новая Голландия должна стать новым рубежом в деле защиты памятников Петербурга. И именно на этом рубеже необходимо дать принципиальный ответ самый острый вопрос: «Возможен ли применительно к памятникам такого масштаба, как Новая Голландия, «жанр инвестиционного конкурса?».
«История первого инвестиционного конкурса по Новой Голландии обнажила вопрос слабости петербургского охранного законодательства, - отмечает он. – Готовя второй инвестиционный конкурс, чиновники говорят, что надо всего лишь утрясти правовые вопросы, грядущее разрушение памятника их не беспокоит. Мы должны добиваться, чтобы эта порочная практика прекратилась. Каждый новый инвестиционный конкурс – это смертный приговор памятнику». Петербург и его памятники, по мнению А.Марголиса, заслуживают реставрации за государственный счет.
«Лично я не понимаю бравого настроения по организации второго конкурса и предупреждений о том, что нельзя в этом вопросе устраивать революции. И я – за революцию в этом вопросе. Новая Голландия – это эмблема Петербурга, один из открыточных видов, по которым люди узнают город. И именно здесь мы должны поставить заслон будущим ошибкам, которых может быть еще очень много», - говорит сопредседатель ПО ВООПИК Маргарита Штиглиц.
Наталья Черемных
Каменноостровский дворец 117 лет простоял без капитального ремонта. Как пояснила 30 января на брифинге в Смольном председатель Комитета по государственному контролю использования и охраны памятников (КГИОП) Вера Дементьева, Санкт-Петербург получил право расходовать бюджетные средства на содержание федеральных памятников в январе
Тайны и легенды Каменностровского дворца
До сих пор дворец был закрыт для экскурсий, за исключением единственной, состоявшейся в
А между тем памятник действительно имеет большое историческое и художественное значение. Согласно некоторым источникам, дворец - это одна из первых построек Джакомо Кваренги в Северной столице. По этой версии, сроки строительства датируются 1776-1782 гг. В свою очередь председатель петербургского КГИОПа очень надеется, что по ходу реставрации удастся отстоять версию об авторстве проекта Василия Баженова. В одном из источников сведения, подтверждающие тот факт, что Баженов занимался «новыми чертежами для Его Императорского Высочества к Каменному острову» имеются. Если бы эти сведения подтвердились, у Петербурга бы появился по крайне мере один баженовский памятник.
Однако спор между историками и искусствоведами еще не решен. Доподлинно известно лишь, что в
Дворец вошел в историю в основном как любимая резиденция Александра I. Во времена этого императора на втором этаже Каменностровского дворца располагался Тайный кабинет М. Сперанского, в котором готовились проекты преобразования России в парламентскую монархию. Легендарный кабинет не виден по фасаду дворца, ученые пока лишь надеются обнаружить его в ходе расчисток. 6 августа
Дворец неоднократно перестраивался, в том числе при участии таких именитых архитекторов, как В.Бренна, Л.Руска, В.Стасов. Значительным изменениям в конце XIX в. подверглась часть его интерьеров. Однако, в некоторых залах на первом, парадном этаже дворца сохранились фрагменты художественной отделки конца XVIII - начала XIX вв., в том числе четыре панно с видами Древнего Рима, исполненные темперой по штукатурке. Росписи двух кабинетов, трех «покоев» и одного зала принадлежат кисти известного живописца Федора Щербакова.
«Вы знаете, с каким сомнением мы относимся к реконструкции 60-х, - говорит Дементьева. - Слава Богу, дворец не подвергался реконструкции в эти годы. Нас долгое время беспокоило, что первый этаж использовался под процедурные мероприятия, связанные, в том числе, с водой. В здании были бесконечные протечки. Одну из стен с росписью военные закрасили маслом».
Мечта исследователей и реставраторов
В декабре
«Реставрация исторических зданий накладывает на нас огромную ответственность, - говорит, генеральный директор компании Алексей Лапин. - Для того чтобы воссоздать первоначальную красоту архитектуры одного из красивейших городов мира, мы используем самые современные технологии реставрации. Работе всегда предшествует обследование. По его результатам составляется технологическая программа производства реставрационных работ с учетом климатических особенностей Петербурга».
На сегодняшний день имеется только научная документация по проекту. Так получилось, что долгое время до и после революции дворец был обделен вниманием исследователей. Основная масса работы в этом направлении была проведена сотрудниками КГИОП в последние годы. В результате интерьеры дворца хорошо изучили художники, интерес которых привлекают старинная иконография и подлинная скульптура.
Теперь же, по словам председателя Союза реставраторов Санкт-Петербурга Нины Шангиной, речь пойдет не только о реставрации исторических зданий в их нынешнем виде, но и о восстановлении многих утраченных элементов архитектуры.
По сути дела, ученые и реставраторы будут действовать параллельно. Так, очевидно, появится необходимость производства материалов, идентичных по составу тем, что использовались при постройке исторического здания. Большие ожидания специалистов связаны с работами по расчистке интерьеров от чужеродных, поздних наслоений.
По итогам научных изысканий, к ноябрю
Концепция второго рождения
«Нас полностью устраивает планировка дворца. Перестраиваться он ни в коем случае не будет», - говорит Вера Дементьева. Один или два зала дворца будут отведены под зал заседаний и протокольных мероприятий. Один из залов будет использован для презентации градостроительных проектов и выставок. Остальные помещения в парадной части дворца и на втором этаже, включая кабинет Александра I, будут превращены в музейные экспозиции. Впрочем, пока на втором этаже работа по выявлению и переписи предметов охраны будет вестись параллельно расчистке интерьеров.
Центральным помещением дворца останется Двусветный или Овальный зал. Среди его убранства - барельефы с изображением женских фигур, олицетворяющих «Правосудие и Надежду», «Истину и Справедливость», изящные кариатиды в египетском стиле с бронзовыми светильниками в поднятых руках, а также лепные грифоны над боковыми дверьми и печи с большими зеркалами и скульптурным изображением орлов. К Овальному залу примыкает аванзал, где в простенках окон, выходящих в сад, установлены зеркала, в них отражаются древние архитектурные пейзажи, с которыми гармонирует зелень сада. Еще один не менее интересный объект реставрации - Музыкальная комната, расположенная в левом крыле Северного флигеля дворца, в которой установлены бюсты известных композиторов. Впрочем, всех объектов на территории дворца не перечислить.
Перепланировка затронет Кухонный корпус, который будет использован под создание гостиницы для размещения иностранных делегаций, возможно, Трубный (Котельный) корпус, которые не имеют художественной ценности. На территории комплекса имеются хозяйственные постройки (гаражи, конюшни), а также здание бывшей оранжереи, участь которых пока не определена.
Предполагается сохранить существующий подъезд к дворцу по набережной Малой Невки и отреставрировать ворота, построенные в XVIII в. одновременно с дворцом. Кроме того, в планах КГИОПа - обустройство подъезда к комплексу с воды. Прилегающий к дворцу сад, первоначально регулярный, был перепланирован в 1810-х гг. архитектором Тома де Томоном и получил пейзажную планировку, в основных чертах сохранившуюся до нашего времени. Томону приписываются ворота в дворцовом саду, решенные в виде арки. После прокладки в XIX в. Каменноостровского пр. сад был отделен от него чугунной оградой. Деревья на большей части сада очень старые, некоторые, по все потребуется заменить. А маленький Угольный садик перед дворцом реставрировался совсем недавно и очень качественно, его лишь нужно слегка обновить.
Наибольших усилий потребует комплексный реставрационный ремонт фасадов зданий и оград, а также реставрация декоративно-художественной отделки исторических интерьеров. В помещениях, не имеющих исторической отделки, нужно будет выполнить отделочные работы по проекту декоративно-художественного оформления интерьеров.
По окончании I этапа, после разработки окончательного варианта проекта и составления проектно-сметной документации, КГИОП проведет несколько тендеров. На вопрос, будут ли привлекаться иностранные фирмы к участию в этих тендерах, председатель комитета отвечает неопределенно. «Хотелось бы все сделать собственными силами. Но в Петербурге на сегодняшний день имеется большой дефицит проектных мощностей», - говорит Вера Дементьева. По ее словам, интерес к такому объекту, как Каменностровский дворец должен быть очень велик, в том числе и за рубежом, его очень хорошо знают, например, итальянцы.
Впрочем, у петербургских проектировщиков в запасе 11 месяцев. Предварительные расчеты, сделанные КГИОП показывают, что в целом реставрация займет не менее 2,5 лет и на нее будет потрачено порядка 300-400 млн. рублей, не считая 112 млн., запланированных городским бюджетом на I этап работ.
В Сосновом Бору заканчиваются подготовительные работы по строительству ЛАЭС-2. На встрече с журналистами генеральный директор ЛАЭС Олег Лебедев заявил о том, что на строительство будет привлечено порядка двух тысяч рабочих, в том числе из Белоруссии и Украины. Договор генерального подряда на строительство второй АЭС должен быть подписан не позднее марта 2008 г. Уже сейчас на строительной площадке ЛАЭС-2 задействовано около 330 человек. Каким образом будет решаться проблема размещения строителей, как, впрочем, и вообще «жилищный вопрос», который волнует многих сотрудников станции – вопрос не праздный и даже более чем насущный. Это вопрос касается и безопасности в том числе.
Жилищная проблема рассматривалась недавно руководством ЛАЭС на специальном совещании. К сожалению, в рамках финансирования проекта решить вопрос о размещении строителей не удается. Поэтому, скорее всего генеральный подрядчик будет прорабатывать вопрос о том, стоит ли возводить автономный строительный городок или же позволить субподрядчикам самостоятельно заниматься размещением своего персонала. В любом случае персонал должен быть размещен в непосредственной близости от строительной площадки. В любом случае, строительство временного жилья для рабочих, которые будут привлечены, будет связано с накладными расходами подрядных организаций.
Сроки строительства, согласно проекту, составят не менее пяти лет. По оценкам специалистов, этого времени вполне достаточно, чтобы построить объект такого уровня. Строительство первой станции в Сосновом Бору проходило в гораздо более сложных условиях. Тогда в качестве рабочих привлекли солдат. Конечно, были проблемы с созданием инфраструктуры, поскольку кроме леса и воды вокруг ничего не было. А теперь имеется возможность переброски энергии с существующей станции, что позволит существенным образом сократить затраты. По сути дела строительство будет вестись на отчасти подготовленной почве. Здесь некогда планировалось построить блоки для реактора ВВЭР-640. Но этот проект был заморожен, а площадка осталась.
В то же время, если продолжить сравнивать строительство ЛАЭС-1 и ЛАЭС-2, следует упомянуть и том, что на строительстве первой станции было очень мало подрядных организаций. Очень многое было сделано руками будущих сотрудников. Сегодня же мировой опыт показывает, что лучше нанять специалистов. Желательно, правда, чтобы это были специалисты, которые бы поставляли оборудование и изготавливали его. Такая концепция запуска крупных предприятий разработана на Западе. В дальнейшем она подразумевает, что тот, кто поставлял оборудование, тот и приедет на эти три недели или месяц, в зависимости от того, сколько у них будет длиться перегрузка, произведет ремонт или наладку, поставит свою печать. Короче говоря, гарантирует на очередной год и уедет.
Но тут, как и в ситуации с будущими строителями, снова встает вопрос о размещении, возможно, целых бригад сотрудников. Между тем, разработчики Генерального плана Соснового Бора рекомендуют городу расширять свою территорию, поскольку на имеющихся площадях городу тесно. Настолько, что даже сосновоборское кладбище находится в Ломоносовском районе. И если рассуждать в этом аспекте, то через пять лет понадобится еще и жилье для будущих сотрудников ЛАЭС-2. Хотя для работы на автоматизированной и усовершенствованной ЛАЭС-2 потребуется всего 800 человек. Для сравнения – количество сотрудников ЛАЭС-1 составляет сегодня порядка 6 тысяч человек.
По словам заместителя генерального директора ЛАЭС по управлению персоналом Николая Кириллова, на сегодняшний день примерно треть сотрудников станции – около 2 тысяч человек – не имеет жилья. При этом на ЛАЭС имеется дефицит кадров, и, кроме того, руководство станции хотело бы омолодить кадровый состав квалифицированного персонала. Но там, где привлекаются молодые кадры, там и проблема жилья встает наиболее остро. Вначале молодому сотруднику нужна хотя бы комната в общежитии, хотя бы временное жилье. Но пройдет не так уж много времени, и он обзаведется семьей.
Можно было бы с учетом планов по строительству пунктов удаленного управления обеими станциями, говорить о небольшом сокращении штатов ЛАЭС-1 в будущем. Но оно коснется в первую очередь малоквалифицированного обслуживающего персонала, а не инженеров и управленцев. Кроме того, думать о привлечении молодых специалистов, имея в виду возможность их размещения в общежитиях, теперь тоже стало невозможно. Свои общежития ЛАЭС была вынуждена передать в муниципальную собственность, как и многие другие бюджетные организации, уступающие по закону «социалку» местным властям. Если власти снимут с них статус общежития, то комнаты будут признаны коммунальными квартирами.
Возможно, новые коммунальные квартиры и не подарок для города. И уже сейчас сосновоборцы не высказывают особенной толерантности по отношению обитанию в их городе в течение ближайших пяти лет двух тысяч строителей. Они даже обращаются к руководству станции с просьбами оградить город от общения с гастрбайтерами. И никакие разъяснения относительно того, что строительные организации из Украины и Белоруссии, которые примут участие в строительстве, имеют лицензии, договора и постоянный, стабильный штат сотрудников, в таких случаях не действуют. В воображении обывателя все равно возникает известный образ - измотанные, не имеющие возможности для полноценного отдыха, соблюдения норм гигиены и питания, люди, соседство которых неизменно внушает чувство потенциальной угрозы.
Но если бы для будущих строителей были созданы условия комфортного проживания, такие опасения потеряли бы актуальность. К примеру, финские технологии изготовления временного жилья включают сборные конструкции, обеспечивая возможность компактного хранения и последующего использования или даже передачи в аренду на время, когда они не будут нужны. Однако, несмотря на то, что город обязан ЛАЭС энергоснабжением, а в проект строительства ЛАЭС-2 включено, в том числе строительство бойлерной районного теплоснабжения, городские власти и российские, судя по всему, не имеют возможности реализовать в ходе данного проекта финский опыт.
«У нас имеются программы по обеспечению жильем, разработанные на период до 2009 года. 56 квартир мы построим благодаря договору долевого строительства. В результате 250 человек из тех, кто придет работать на станцию в этом году, получат временное жилье, - говорит Николай Кириллов. - Есть у нас и ипотечная программа. Она действует на уровне концерна «Росэнергоатом». Но условие получения кредита таково, что первоначальный взнос в приобретение жилья составляет 30% от его стоимости. Остальное оплачивает ипотечный фонд концерна на счет кредитополучателя. Этот кредит предоставляется с рассрочкой до 15 лет под 7% годовых».
На вопрос, может ли молодой специалист получить такой кредит, замдиректора по социальным вопросам отвечает, что теоретически может, даже если он отработал на ЛАЭС всего лишь год. «Допустим, что у меня есть список желающих участвовать в ипотечном проекте, - говорит Кириллов. - Но раз человек записывается в программу, он должен 30% первого взноса иметь уже сегодня. А теперь давайте посчитаем. Сколько стоит у нас, скажем, однокомнатная квартира, площадью, скажем, в 40 кв.м.? Если 1 кв. м стоит примерно 40 тысяч рублей, то квартира в 40 кв. м стоит порядка 1,6 млн рублей. Получается, что для участия в ипотеке нужно иметь примерно 500 тысяч рублей. При этом нужно понимать, что атомная станция, это такой объект, где есть и управленцы высокого класса, высококлассные инженеры, но есть и уборщицы, буфетчицы, кастелянши, которым зарплата позволяет только питаться и даже не всегда они имеют возможность даже детей учить за свои деньги. И совершенно естественно, что у большинства сотрудников нет таких денег. Поэтому пока только небольшое количество, порядка 400 человек у нас числится в желающих участвовать».
Возможно, условия ипотечного кредитования изменятся, и, может быть, это произойдет в самом ближайшем будущем. «Сейчас мы готовим изменения, в сторону снижения суммы первого взноса для молодых и уменьшения ставки по кредиту и раздвижки времени погашения до 25 лет», - говорит Кириллов. Притом, что прийти поработать на атомную станцию год-два попросту невозможно – договора со специалистами заключаются только на длительные сроки – такие условия кредитования могут оказаться вполне привлекательными.
Остается надеяться, что и проблема размещения строителей новой атомной станции в Сосновом Бору, будет решена более-менее цивилизованным образом. Хотя бы на том основании, что проблема безопасности ЛАЭС волнует не только жителей Соснового Бора, Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
Наталья Стандровская