Три месяца на исправление
25 июля в Бразилии откроется 34-я сессия Центра всемирного наследия ЮНЕСКО. К этому времени Петербург должен «продемонстрировать прогресс» в области охраны памятников, иначе петербургское архитектурное наследие будет признано «находящимся под угрозой».
Разговор на разных языках
Призрак бродит по Санкт-Петербургу – призрак ЮНЕСКО. Чиновники и культурные деятели, архитекторы и журналисты обмениваются слухами о пристрастных судьях из Европы, которые вот-вот обнародуют свой вердикт по материалам, которые им предоставил Смольный. Содержание самих материалов на публику не выносится по причине их предварительного характера. Несмотря на то, что ЮНЕСКО они были предъявлены во вполне завершенном виде.
Материалы, состоящие из текстового перечня и карт, были представлены «миссии реактивного мониторинга» организации 27 марта. В них суммированы предложения по корректировке границ объекта всемирного наследия, подготовленные ООО «Архитектурно-проектная мастерская Н.Ф.Никитина». Изучив документы, ЮНЕСКО направит свое заключение не в Петербург, а в Москву, в МИД.
Дело в том, что заявку на включение исторического центра вместе с пригородами в реестр объектов всемирного наследия готовил в 1989 г. Ленгорисполком, но направлял СССР, правопреемником которого является РФ. Соответственно, если возникает необходимость в корректировке границ и элементов охраняемого на международном уровне объекта, то диалог на эту тему ЮНЕСКО может вести только с Москвой.
Официальное объяснение необходимости изменить границы состоит в том, что номинация в годы перестройки готовилась в спешке, и в нее было включено несколько утраченных зданий или сооружений. Однако, мастерская Никитина «выбросила за борт» не отдельные элементы, а целые объекты, притом существующие. Так, площадь объекта «Исторический центр» сократилась почти в 2 раза, а из состава пригородных объектов исключена историческая застройка и планировка городов Петродворец, Пушкин и Павловск (кроме музеев-заповедников), не говоря о прилегающих природных ландшафтах. «Выпал» и такой объект, как «Берега Невы и ее притоков», в том числе устье Охты.
Заинтересованной стороной в такой хирургической операции, как нетрудно догадаться, считают инвесторов. Всемирное наследие по определению не подлежит никаким изменениям. Это означает, что, либо надо отказываться от некоторых инвестпроектов, либо, как предупредили представители ЮНЕСКО, Петербург может быть исключен из числа объектов мирового наследия, как уже случилось с Дрезденом.
Столь жесткая постановка вопроса, однако, смущает далеко не только застройщиков, и так связанных ограничениями ПЗЗ и закона «О границах зон охраны». Помимо этого, «ультиматум» касается зданий, находящихся в частной собственности – в том числе и тех, чьи владельцы исправно выполняют охранные обязательства. По критериям ЮНЕСКО всемирное наследие формируется из объектов, принадлежащих государству.
Более того, только что рассмотренные Госдумой в I чтении поправки к закону №73-ФЗ «Об охране культурного наследия» облегчают передачу памятников государством в распоряжение частных лиц и некоммерческих организаций. Таким образом, наше законодательство в области охраны памятников все больше удаляется от принципов ЮНЕСКО и Европейской конвенции по культурному наследию.
ЮНЕСКО требует от государства, намеренного включить свои объекты в список мирового достояния, создать единую структуру управления реликвиями, и за оставшиеся 3 месяца до сессии она должна быть выстроена в Петербурге. Но принципы управления разрозненным конгломератом объектов по-прежнему не ясны.
Ландшафт или место?
Российские проблемы в ЮНЕСКО никого не интересуют: международное право для всех одно, а критерием эффективности национального права в сфере наследия является не абстракция, а сохранность. Неудивительно, что ООН чаще хвалит Туркменистан, чем Россию, за заботу о памятниках.
РФ гонится за «двумя зайцами» – гарантиями частных свобод и эффективностью госуправления. Но в сфере охране памятников эти две цели не могут существовать в равном статусе: государство обязано выстроить свою систему приоритетов, а бизнес – подчиниться. И если нам не хочется отставать от Туркменистана, придется внедрить именно такую модель, в которой интерес подчинен закону.
Так можно ли в Петербурге добиться компромисса, приближающего мировые консервационные нормы с отечественной практикой? Для начала нужно решить, каким будет статус петербургского наследия в уточненной номинации. Пока Петербург числится под переходным термином «универсальная выдающаяся ценность». Но управление наследием требует точного определения объекта. ЮНЕСКО различает «исторические города» и «достопримечательные места». Может быть, второй вариант предпочтительнее?
По словам зампреда КГИОП Алексея Комлева, в ЮНЕСКО достопримечательными местами обычно признается либо отдельный природный объект, связанный с исторической или культурной памяти (дуб Петра I), либо территория события (Бородинское поле). В то же время ЮНЕСКО оперирует термином «историко-культурный ландшафт». Его применение могло бы разрешить и казус с формами собственности, и более эффективно ограничить застройку включенных в ОВН естественных ландшафтов (наряду с антропогенными). Однако в российском законе 73-ФЗ «Об охране культурного наследия» такого термина нет.
По этому вопросу и возникло первое противоречие между КГИОП и вновь созданного петербургской организацией ICOMOS – основного экспертного института ЮНЕСКО, наблюдающего за состоянием объектов наследия. Бывший коллега Комлева по КГИОП Сергей Горбатенко, возглавивший петербургский филиал структуры, настаивает именно на статусе достопримечательного места.
Он напоминает, что вместе с городской застройкой пригородов в откорректированный перечень не вошла Александровская дача, построенная Екатериной для своего внука Александра I. Не вошел также Таицкий водовод, Петергофский водовод и прилегающие к Петергофу и Пушкину поля и дороги.
Между тем планировка пригородов была столь же не случайной, как и развитие самого Петербурга. Так, между Пушкином и Павловском не предполагалось застройки; специальным искусственным препятствием служил Отдельный парк. Однако этот массив «выброшен» из номинации вместе с самим Царским Селом. И следовательно, сохранить планировочный замысел царских резиденций будет труднее: местный закон не помешает заполнить «под завязку» все пространство между двумя пригородами застройкой.
То же касается южной стороны Петергофской дороги, которая до 1990-х гг. также не застраивалась. Строгая геометрическая планировка этой местности имела свою логику, как и устроенные в окрестностях Петергофа «показательные» деревни. В перспективе прямой дороги от Сергиевки к Финскому заливу открывался монастырский комплекс. Когда в нем разместили школу милиции, исторический ландшафт остался нетронутым. Потом пришло время возвращения монастырей – но оно совпало с триумфом потребительского утилитаризма частной торговли, и ныне Троице-Сергиева пустынь скрывается за кубом универсама «Лента».
Если границы единого объекта всемирного наследия будут проведены «по обрезу» памятников, все пространство между ними может оказаться предметом столь же неразборчивой торговли. А поскольку земля вблизи памятников особенно дорога, из нее выжмут максимальный доход, и гонка за видовыми качествами новой недвижимости скроет от глаз сам предмет престижного восприятия.
«В историческом городе важно не только то, что построено, сколько что откуда это видно», - подчеркивает директор филиала НИИТАГ Борис Кириков. Даже в тех кварталах города, которые ООО «Мастерская Н.Ф.Никитина» рекомендовала оставить в пределах объекта «Исторический центр», такие классические доминанты, как Смольный собор и Александро-Невская Лавра, уже не просматриваются в перспективе улиц.
Подлинная забота о наследии означает не только уход за отдельными памятниками, но и сбережение открытых пространств, обеспечивающих визуальный доступ к историческим ансамблям, напоминает член-корреспондент РААСН Галина Боренко. Более того, традиция ансамблевой архитектуры подчиняет себе и целеполагаение новых градостроителей, перенимающих у классиков композиционное мастерство.
В советский период город утратил, по данным С.Семенцова, не менее 370 культовых зданий, многие из которых выполняли роль архитектурных доминант, ибо для них Строительный устав делал преднамеренное исключение. Однако планировка 1950-1970-х гг. сохраняла непрерывность визуальных коридоров от Средней Рогатки до Адмиралтейства, от Каменки до Петропавловского собора, от Новой Деревни до Исаакия. Только в эпоху «бума 2000-х годов» многие из этих коридоров стали короткими отрезками. Это и послужило поводом к разработке самостоятельного местного закона «О границах зон охраны», который ввел термины «визуальная ось» и «панорама», широко применяемые в документах ЮНЕСКО, в региональную нормативную базу. Впрочем, пока соответствующих терминов нет в федеральном законе, а система управления мировым наследием не создана, эта нормативная база существует на «птичьих правах».
Спор на два фронта
В практике ЮНЕСКО корректировка границ в размере более 5% предполагает полный пересмотр номинации, которую заявитель вынужден переоформлять «с нуля». Это не устраивает городское правительство, поскольку требует дополнительных расходов. Это еще больше тревожит консервационистов-градозащитников: если прежняя номинация утратит силу, а новая не будет утверждена, возникнет вакуум, которым, по их мнению, неизбежно воспользуются претенденты на новое строительство в центре.
На конференции петербургского ICOMOS в Мариинском дворце руководителям КГИОП пришлось услышать немало претензий в свой адрес. На практике, как напомнил руководитель отдела архитектурной археологии Эрмитажа Олег Иоаннисян, предписания КГИОП зачастую игнорируются. Самыми вопиющими примерами было уничтожение найденных археологами фундаментов первого Гостиного двора Доменико Трезини. Такая же судьба ожидает основания крепости Ниеншанц, на месте которых планируется построить подземный паркинг «Охта-центра».
Председатель КГИОП Вера Дементьева признает, что главный спор с экспертами ICOMOS еще впереди. Однако ее ведомство в дискуссии о будущем исторической части города оказывается «между двух огней». В то время, когда КГИОП пытается найти компромисс с требованиями ЮНЕСКО по границам объекта всемирного наследия, КГА анонсирует в этом году три новых международных архитектурных конкурса по объектам в исторической части Петербурга.
Как и ранее, конкурсы будут закрытыми. Это с весьма большой вероятностью означает, что в борьбе за право проектирования реконструкции Сенной пл. и Ново-Адмиралтейского острова выиграют те же мэтры мировой архитектуры, что уже переделали на свой вкус исторические центры Лондона и Берлина. По словам заведующего кафедрой ГАСУ Сергея Гришина, в Берлине уже стонут от их произвола. Его коллега Леонид Лавров напоминает, что новые лондонские офисные гиганты в форме кубов, линз и эллипсоидов не только заслонили собой Тауэр, но и создали неразрешимую транспортную проблему.
В трех центральных районах города к 2011 г. предполагалось построить около 2 млн. кв. м недвижимости. Экс глава КГА Александр Викторов считал вполне возможным сооружение 90-метровой остекленной «башни из кубиков», запирающей перспективу Измайловского пр. и разрывающей визуальную ось с юга в сторону центра. В планы вмешался кризис. Кредитный коллапс, как известно, заставил офисных девелоперов многое переосмыслить. Изменятся ли планы КГА?
Генплан, составленный в период «бума», предполагал полную трансформацию депрессивных производственных территорий. Как напоминает сопредседатель отделения ВООПИК Маргарита Штиглиц, промышленная архитектура является особым объектом внимания ЮНЕСКО. Между тем в петербургской номинации, этот «жанр» вовсе не представлен.
Закон – не панацея
СПб ГАСУ учредил ежегодный форум «Архитектурные сезоны», посвятив первое мероприятие проблемам сохранения и развития исторических городов. Хотя точки зрения участников существенно расходились, общим знаменателем было признание того факта, что в Санкт-Петербурге сохранение и развитие – скорее надуманная, чем реальная антитеза. Прежде всего, по той причине, что у нас несравнимо более значительный запас неосвоенных территорий, чем в Москве. По подсчетам директора НИПЦ Генплана Сергея Митягина, на одного городского жителя, по европейским стандартам должно приходиться около 100 кв. м площади. Столица, по его оценке, с трудом укладывается в 70-80 кв. м, зато Петербург располагает потенциалом в 300 кв. м на человека.
В историческом центре, впрочем, обеспечить стандарты затруднительно. Это уже поняли главные архитекторы европейских городов, отказавшись от разуплотнения кварталов в пользу сохранности среды. В Москве и Петербурге, как отметил С.Гришин, проблема противоположная – застройка, наоборот, заново уплотняется. В итоге историческая среда сужается и фрагментируется вместе с качеством жизни. А между прочим, ЮНЕСКО согласилось включить Петербург в свой реестр в качестве совокупного объекта именно с учетом сохранности исторической среды, которым не могут похвалиться мегаполисы Германии, Франции, Швеции.
Одно лишь соблюдение нормативов, заложенных в ПЗЗ и законе «О границе зон охраны», не является панацеей от разрушения индивидуальности: эстетика не сводится лишь к высоте и отступам от границы участка. С разрушением архитектурной среды сохранность планировки утрачивает смысл. Стеклянные грани офисных параллелепипедов уместятся между домами Лиговки и Литейного, втиснется кое-как требуемая зелень и пешеходные дорожки, в итоге норма будет соблюдена, только это будет уже не Петербург. «Никакие законы не спасут нас от плохой архитектуры», - констатирует А.Комлев.
Как напомнил председатель Комитета по строительству Вячеслав Семененко, архитектура периферийных районов вообще редко становится предметом обсуждения. В результате и в наши дни дизайн торговой и социальной инфраструктуры на окраинах предельно убог. У губернатора Валентины Матвиенко на одном из недавних заседаний правительства тоже вырвалось раздраженное замечание: «Не подсовывайте мне больше эти стекляшки!».
В удалении от центра более чем достаточно места для архитектурного самовыражения. Другое дело, что периферия страдает не только от серой однородности, но и от полного отсутствия специфики, обозначающей принадлежность к Северной столице. Между тем, петербургская традиция содержит множество идей, ожидающих творческого развития. И уже есть примеры таких решений – например, оживляющий железобетонную серость кварталов Наличной ул. нео-неоклассический треугольник жилого комплекса Горного института; необычный силуэт и цвет нового дома на ул. Гашека; гигантские арки жилого комплекса на Комендантской пл.
Но чтобы традиция продолжалась, развивалась и воплощалась, она должна передаваться во времени. В рамках «Архитектурных сезонов» состоялся конкурс дипломных работ студентов ГАСУ, итог которой определялся путем голосования участников. Однако жюри трудно было позавидовать: представленные проекты можно было реализовать в любом крупном городе мира; не было ни одной петербургской темы; геометрические построения перепевали давно воплощенные и вышедшие из моды европейские изыски 1990-х.
Может быть, горожанам для понимания друг друга не хватает некоей объединяющей терминологии. В английском языке, кроме слова interest - интерес, есть еще и слово self-interest, обозначающее не индивидуальное сиюминутное желание, а общую объективную заинтересованность. Self-interest петербуржца – остаться жителем уникального мегаполиса, созданного по единому замыслу и запечатлевшего результат творческой мысли и профессионального труда, исканий и талантов, самоотдачи и подвига. Если Петербург в процессе трансформаций утратит то очарование, которое выделяет его из всех городов мира, от этого не выиграет ни бизнесмен, ни архитектор, ни чиновник. Опасность состоит именно в этом, а не в вердикте сессии ЮНЕСКО.
Константин Черемных
Когда вернутся деньги… То состояние, которое сегодня переживает рынок недвижимости, является классическим случаем дефляции, или дефицита денег, и соответственно, кризис недвижимости закончится тогда, когда на рынок вернутся деньги, - считает директор по развитию ГК «БН» Вячеслав Костров. Дефляция чревата ростом безработицы и социального напряжения, поэтому большинство правительств мира стараются гасить ее при помощи финансовых инъекций, побочным эффектом которых является инфляция. А в условиях инфляции начинается гонка сбережений. Вопрос в чем сберегать – в рублях или долларах – очень важен для рынка недвижимости. «Мы говорим о притоке или оттоке капитала, а на самом деле это одно и то же», - размышляет эксперт. С тех пор, как в 2006 г. произошла либерализация валютного регулирования, никто не может хотя бы на глазок оценить объем валютных сбережений российских граждан. Все долларовые запасы путешествуют из России в оффшоры и обратно вслед за владельцами, превращая попытки подсчитать индексы соотношения цен в рублевом и валютном эквиваленте, а также принять за точку отсчета количество денег, находящихся в банковских ячейках, в бесполезную трату времени. Даже если инфляция в США приведет к падению курса доллара, до тех пор, пока существуют такие «эмитенты», как экспортно-сырьевые компании, доллар не уйдет с российского рынка. В то же время, если в России не будет резкого скачка инфляции и процесс этот пойдет более-менее сглажено, деньги начнут возвращаться на рынок недвижимости, - полагает В.Костров. Однако возвращение это, скорее всего, может сказаться очередным рецидивом «маникально-депрессивной экономики», в результате которого доступ к покупкам по самым низким ценам получит все тот же ограниченный слой потенциальных покупателей. Рынок для 7% Гонка сбережений, возможно, как-то и объясняет отложенный спрос на элитное жилье, но о ней нельзя говорить применительно к покупкам жилья бизнес-класса, поскольку средний класс, в расчете на который оно строится, теряя работу и заработки, уже не может делать сбережений. И уж, тем более, таким образом не объяснишь отказ от покупки жилья эконом-класса. Каждая из этих групп потенциальных покупателей обладает собственной психологией, - считает директор по рекламе и PR АН «Балтрос» Светлана Аршинникова. В действительности ценник на самые дешевые квартиры в черте города от 2,5 млн. рублей в сочетании с термином «жилье эконом-класса» выглядит странно. Чтобы купить дом эконом-класса в коттеджном поселке, нужно иметь жилье в городе на продажу. У потенциальных приобретателей в этом секторе попросту нет собственных сбережений, либо их недостаточно даже для первоначального взноса, - замечает президент Гильдии аналитиков рынка недвижимости Сергей Бобашев. В то же время, по его данным, к настоящему времени практически обнулился спрос на дорогие квартиры бизнес-класса. А в целом спрос на строящееся жилье сократился за время кризиса с 15-17 до 5-7%. Еще менее утешительное мнение по этому поводу высказал директор Консалтингового центра «Петербургской Недвижимости» Михаил Бимон. По его словам, купить жилье на первичном рынке могут позволить себе лишь 2-2,5%. Если воспринимать отложенный спрос как потребность, которая не может быть реализована по причине низкого уровня доходов, то этот спрос колоссален, - соглашается генеральный директор АН «Адвекс-Московский», преподаватель Института недвижимости Максим Чернов. Самым эффективным инструментом его стимулирования, безусловно, является ипотека. Человек, взявший кредит, лоялен и не отвлекается от работы. Но делать ипотечный кредит доступным (со ставкой ниже уровня инфляции) в России пока нельзя по той простой причине, что деньги будут разворованы, - считает эксперт. Комната как единица измерения? Сегодня мечта практически любого представителя малого бизнеса – это покупка помещения на первых этажах строящихся жилых домов, - отмечает М.Чернов. А в результате дальше первого этажа порой ничего не строится. Тем самым 5-7%, на которые могут рассчитывать продавцы «первички», жилье, может быть, уже и не нужно. Для них это – знак богатства или способ вложения денег, - предполагает П.Костров. До революции в Петербурге существовал вполне развитый рынок недвижимости. Он был поделен собственниками – владельцами доходных домов, - напомнил М.Чернов. При этом единицей измерения емкости рынка считалась не квартира, а комната. Комнаты делились на углы, а иногда сдавалось даже полкойки, то есть какой-нибудь рабочий мог сдать в субаренду на пол дня своему приятелю, работающему в другую смену. При этом съемщик не должен был согласовывать такие вопросы с хозяином. И сегодня в Петербурге сдается в аренду примерно одна пятая существующего жилищного фонда, то есть порядка 250-300 тысяч квартир, - сообщил С.Бобашев. Существенным препятствием для вовлечения этой части жилфонда в оборот является, по его мнению, устаревшее жилищное законодательство, не позволяющее ухудшать условий проживания. Тем не менее, условия проживания все равно ухудшаются, - настаивает М.Чернов. Семьи растут, не имея при этом возможности разъехаться из коммуналок и малогабаритного жилья. Сдающееся жилье могло бы оживить рынок и сдвинуть с мертвой точки ожидания наиболее выгодных покупок, - считает С.Бобашев. Но к вопросу обмена недвижимости, мало кто притрагивался и до кризиса. Кроме того, сдающееся в аренду жилье можно было бы использовать в качестве залогов для покупки жилья на первичном рынке, который до сих пор служит своего рода придатком по отношению к вторичному, поскольку его основное назначение сегодняь – это создание возможности улучшить условия проживания для тех, кто уже имеет жилье. Маневренная отморозка Строительный рынок хотя и не умер, но заморожен почти абсолютно, - считает генеральный директор компании «Петрополь» Марк Лернер. По его мнению, даже если объемы строящегося жилья в Петербурге сократятся с 3 млн. до 300-400 тысяч кв. м, и спрос по-прежнему будет опережать предложение, говорить о неизбежности близящегося роста цен все равно нельзя. «Есть только предпосылки для роста, но грамотного объяснения того, как все будет развиваться, я лично не вижу», - заявил эксперт. Есть ли какие-нибудь доказательства того, что сегодняшний кризис не будет развиваться по японскому сценарию с длительным периодом спада? Что будет через полгода, как скажется период заморозки на уверенности потенциальных покупателей, инвесторов и застройщиков? Эти вопросы требуют всесторонней оценки. В частности, даже при открытой кредитной линии инвесторы часто предпочитают отказываться от ранее намеченных планов. Хорошо, если рынок удастся разморозить вовремя. А что если компании, заморозившие свои объекты, сократившие штаты и оставшиеся без работы, попросту начнут закрываться? Если ГосДума РФ поддержит поправки к ФЗ-214 о долевом строительстве, то замороженные объекты все же будут достраиваться. Но при этом следует учесть, что в этом случае не весь строительный комплекс станет подконтрольным правоохранительным органам, - отметил М.Чернов. Достроенное, но не распроданное жилье, лучше всего использовать в качестве маневренного фонда для тех, кто хочет и имеет возможность приобрести жилье, - предлагает С.Бобашев. Все-таки это лучше, чем ничего, и чем вмешательство прокуратуры. Н.Черемных
Что такое отложенный спрос – отсутствие денег или отсутствие уверенности в завтрашнем дне? Можно ли его измерить, и если да, то в чем? И как, в конечном счете, излечиться от этого недуга, охватившего рынок недвижимости? Ответить на эти вопросы попытались участники круглого стола «Отложенный спрос: мифы и реальность», организованного Институтом недвижимости и ГК «Бюллетень Недвижимости».
Международный конгресс по строительству IBC, состоявшийся в рамках «Интерстройэкспо-2009», поднял множество вопросов, одинаково актуальных как для бизнеса и власти, так и для конечного потребителя. Пока ответы на эти вопросы в большинстве случаев намечены пунктиром. Тем не менее, состоявшийся обмен мнениями между представителями государства и строительного бизнеса позволил найти точки взаимопонимания, в том числе в вопросе о необходимости совершенствования федерального законодательства. Большинство участников дискуссии высказали мнение о необходимости срочного пересмотра подходов к стимулированию строительного рынка.
Замороженные дольщики
Больше всего участники конгресса разошлись в оценке «степени замороженности» строящихся объектов. Глава Комитета по бюджету и налогам ГД РФ Александр Коган заявил, что на сегодняшний день заморожено 100% проектов высотной застройки. Впрочем, этим заявлением депутат, являющийся координатором программы «Свой дом», подчеркивал преимущества малоэтажного строительства.
Президент Союза инженеров-сметчиков Павел Горячкин оценивает объем замороженного строящегося жилья в РФ в 60-65%. Согласно данным, озвученным вице-президентом Гильдии управляющих и девелоперов Санкт-Петербурга Николаем Вечером, объем приостановленного жилищного строительства в нашем городе составляет более 66% всего строящегося жилья, или 5,3 млн. кв.м. А объем незавершенного строительства в целом по СЗФО, по данным Ассоциации экономического взаимодействия «Северо-Запад», с лета прошлого года увеличился в 7,5 раз.
Впрочем, и эта оценка другими участниками дискуссии была сочтена пессимистичной. «Я не согласен с цифрами по «заморозке», которые здесь приводятся, - заявил президент Гильдии аналитиков рынка недвижимости Сергей Бобашев. – Быть может, они актуальны для Москвы, где ситуация и в самом деле несколько хуже, чем в Петербурге. У нас из того, что было заявлено на рынке, сегодня заморожено от силы 15%». Глава Консалтингового центра «Петербургской недвижимости» Михаил Бимон напомнил о том, что во многих случаях приостановление реализации проектов не является долгосрочным. Меняются концепции, меняются генподрядчики», - пояснил он.
Проблема заморозки – это в первую очередь проблема «обманутых дольщиков». Новая волна «обманутых дольщиков» уже поднялась в Омске и Твери, - заявил с трибуны конгресса А.Коган. Большинство дольщиков недостроенных многоквартирных домов, как правило, подписывали договора в обход закона «О долевом строительстве многоквартирных домов». Пострадавшие активнее других протестных групп населения. «Это совсем не то, что шахтеры, которые приезжали в Москву, чтобы посидеть на асфальте и постучать по нему каской. Человек, потерявший жилье, не остановится ни перед чем. И властям вряд ли удастся уйти в сторону от этой проблемы», - предупреждает П.Горячкин. Петербургские аналитики полагают, что недопущение появления новых обманутых дольщиков зависит от действий региональных органов власти.
А если инструмент не работает?
Стоит ли возрождать ипотеку – еще один вопрос, вылившийся в дискуссию на заседании конгресса IBC. По мнению А.Когана, оживить рынок во II полугодии 2009 г. помогут активные вливания государственных и заемных средств в АИЖК.
Совокупный объем государственных антикризисных вливаний в ипотечное кредитование составил к настоящему времени порядка 320 млрд. рублей. Во II полугодии 2009 г., как только эти деньги появятся на рынке, ситуация сдвинется с мертвой точки, считает А. Коган.
Другого мнения придерживается президент Ассоциации банков Северо-Запада Владимир Джикович. По его мнению, коммерческие банки не вернутся на рынок ипотечного кредитования. «У нас в стране нет другого источника длинных денег, кроме государства. Все банки, которые предоставляли ипотечные кредиты, были уверены, что смогут рефинансировать их через структуры АИЖК. Оказалось, что денег у АИЖК нет, и доверие к нему потеряно», - пояснил В.Джикович. По его словам, тех ресурсов, которые выделяются агентству сегодня, явно недостаточно. «Государственные банки, безусловно, будут предоставлять ипотечные кредиты. Но того массового понятия ипотеки, к которому мы привыкли, уже не будет», - резюмировал эксперт.
В.Джикович также отметил, что условия рефинансирования, предложенные АИЖК, не приносят никакого облегчения заемщикам и невыгодны для них: в обмен на годовую рассрочку заемщик получает в нагрузку дополнительный кредит, его обязательства возрастают.
В то же время банки ничем не могут облегчить участь застройщиков. Будучи вынужденными все время обращаться к депозитам, они не могут предоставить кредит со ставкой ниже 19%. Те застройщики, которые имеют просрочку по ранее выданным кредитам, не торопятся соглашаться с условиями банков по реструктуризации. «Они предпочитают загонять банки в тупик и вынуждают их обращаться в суд», - отметил В.Джикович, подчеркнув, что кредитные истории станут одним из самых важных факторов развития сотрудничества после кризиса.
Вице-президент «Союзпетростроя» Льва Каплан считает, что ипотеку, по крайне мере, в том виде, в котором она существовала до сих пор, оживлять вообще не следует. «Если финансовый инструмент не работает, от него нужно отказаться и придумать новый», - заявил он.
Оценив медлительность властей как легкомыслие, а суждения прессы – напротив: как нагнетание паники, Л.Каплан предложил государству начать, наконец, бороться с всеобщей неуверенностью и нервозностью на рынке, выступив в качестве гаранта возврата строителями банковских кредитов – начиная с проектирования и заканчивая стадией начальной готовности строительства жилья.
Альтернатива проектного кредитования
По мнению Л.Каплана, резкий спад на строительном рынке обусловлен не только кризисом. Он напоминает, что перегрев рынка подстегивался ростом потребительского кредитования физических лиц. Механизм ипотеки в форме, введенной в РФ, лишь способствовал повышению цен на жилье, что на фоне кризиса обернулось резким снижением платежеспособного спроса. В Санкт-Петербурге, по мнению Л.Каплана, пагубную роль сыграл расчет на привлечение крупных, преимущественно федеральных застрйщиков для реализации проектов комплексного развития территорий. В то же время средние компании, вводившие прежде до 50-60 % жилья в городе, в течение 2 последних лет не могли получить участки для строительства, и в связи с этим уходили с рынка или из региона. При декларируемой заботе о малом и среднем бизнесе в сфере строительства именно он, по выражению Л.Каплана, «оказался в загоне».
Чтобы оживить спрос и преодолеть неуверенность как оставшихся на рынке строительных компаний, равно как и приобретателей жилья, вице-президент «Союзпетростроя» предлагает перейти от кредитования физических лиц на стадии строительства к широко распространенному на Западе проектному кредитованию. «При этом коммерческий банк кредитует застройщика под своим строжайшим контролем. Застройщик завершает строительство жилого дома и продает готовые квартиры или государству, или населению. При этом возникают предпосылки настоящей ипотеке, убираются всякого рода посредники в виде девелоперских фирм, устраняется опасность двойных продаж и т.д. и т.п», отметил он.
По мнению Л.Каплана, «проектное кредитование не требует никаких залогов от застройщика, однако, банки нуждаются в сравнительно «длинных» деньгах на время строительства дома». Для этого «Союзпетрострой» предлагает определить коммерческие банки, готовые включиться в такую программу, и оказать им целевую государственную поддержку под строгим контролем государства, что исключит нецелевое использование средств.
Как напоминает Л.Каплан, сами коммерческие банки уже остро ощущают потребность в кредитовании реальной экономики, но без необоснованных рисков. «Проектное кредитование» - как раз тот финансовый инструмент, где минимизированы банковские риски. В свою очередь, уверенность населения следует подкрепить и тем, что строительные компании входят в саморегулируемые организации, где существует субсидиарная ответственность друг за друга, подчеркнул он.
Как выяснилось из выступления главы Комитета по строительству правительства Санкт-Петербурга Вячеслав Семененко, Смольный уже позаботился о создании специальной рабочей группы, которая выступит в роли посредника между банкирами и застройщиками. В группу войдут, если и не первые лица банковского сообщества, то, во всяком случае, высококвалифицированные специалисты по кредитованию, пообещал он. Он заверил, что регламент новой рабочей группы будет опубликован в ближайшее время.
Конкретный способ «проектного кредитования» - в применении, впрочем, не столько к жилищному строительству, а к инновационным начинаниям в стройиндустрии, предложил на одном из круглых столов конгресса замдиректора ОАО «Санкт-Петербургский зональный научно-исследовательский и проектный институт жилищно-гражданских зданий» Михаил Кнатько. По его мнению, власти могли бы помочь участникам рынка, взяв на себя экспертизу эффективности проектов, при условии, что положительное заключение стало бы своего рода «рекомендательным письмом» власти при предоставлении банковских кредитов.
На конгрессе также неоднократно звучало предложение о субсидировнии за счет государственных средств дольщикам-получателям ипотечных кредитов разницу между ставками на кредит коммерческих банков и уровнем инфляции в данном году.
По словам А.Когана поправки к закону о долевом строительстве, предполагают введение с 2010 г. жестких штрафов за работу по «серым схемам». Сумма штрафов с одного дома на 200 квартир может достигать 10 млн. рублей. Учитывая это, нельзя не согласиться с Л.Капланом в том, что средства на им компенсации у государства найдутся.
Альтернативы альтернативе
Выдвигаются и другие альтернативы аккумулирования денежных средств граждан с целью обеспечения платежеспособного спроса на жилье: жилищно-накопительных кооперативы и строительные сберегательные кассы.
В текст законопроекта о жилищно-накопительных кооперативах, который в настоящий момент проходит процесс согласования в Правительстве РФ, внесены поправки, регламентирующие процесс предоставления земельных участков. Как отметил А.Коган, земля будет предоставляться бесплатно – кооперативам, объединяющим льготные слои населения, и по цене, не выше чем 30% от кадастровой стоимости – всем прочим жилищно-накопительным кооперативам.
«По сути в законопроекте предлагается новый способ финансовой организации граждан в целях как малоэтажного, так и высотного жилищного строительства, - заявил он. – Государство будет обязано выделить этим кооперативам землю, помочь подыскать застройщика и организовать инженерное обеспечение и инфраструктуру».
При этом жилищно-накопительные кооперативы льготников будут закрытыми, а перечень льготников будет устанавливаться на региональном уровне.
По словам заведующего юридической компанией «Юринформцентр» Павла Штепана, цены на недвижимость будут относительно стабильны в течение длительного периода времени, а в период стабильности идеально работают накопительные схемы. Принятие закона о стройсберкассах, по его мнению, выгодно в первую очередь государству, поскольку связывает средства населения, что, в свою очередь, позволяет снизить инфляцию.
«Во всех странах западной и центральной Европы государство стимулирует население к накоплению. Опыт этих государств показывает, что внедрение схем накопления с целью приобретения жилой недвижимости ведет к увеличению налогов, темпов строительства жилья, а так же влияет на снижение процентных ставок и в конечном итоге на снижение стоимости жилья», - уверен эксперт.
По словам генерального директора агентства недвижимости «Невский простор» Александра Гиновкера, накопление средств населения с целью приобретения жилья по схеме стройсберкасс является наиболее подходящей для России. Однако законодательная база данного проекта до сих пор не создана.
Принцип работы стройсберкасс состоит в том, что вкладчик в течение 2-7 лет делает вклады фиксированного объема. Когда общая сумма составит 30-50% стоимости квартиры, вкладчик получает право на получение кредита для ее покупки. Кредиты предоставляются на срок от 7 до 15 лет.
Цены по осени считают?
Как известно, замедление темпов капитального строительства на фоне кризиса резко сократило спрос на строительные материалы – при том, что предложение в течение 2008 г. неуклонно росло. Итогом стало беспрецедентное падение цен на основные виды стройматериалов.
По данным президента группы компаний СЗНК Юрия Рафальского, среднерыночные цены на бетон в Санкт-Петербурге упали до уровня 3100-3200 руб./куб.м. Это показатели, близкие к минимальным, считает он. Производители рассчитывают на улучшение тенденции на рынке с началом строительного сезона.
«В преддверии строительного сезона производители цемента уже заявляют о том, что их цены ушли ниже точки рентабельности и что они намерены поднимать цены, - сообщил Ю.Рафальский. – В марте и начале апреля мы фиксируем 13-процентный рост спроса по сравнению с февралем и мартом соответственно. Это дает нам повод прогнозировать остановку падения цен и их дальнейших подъем в течение лета-осени».
В сфере нерудных материалов (щебень, песок), по данным СЗНК, уже наблюдается стабилизация негативных тенденций. В марте с карьеров Ленобласти отгружено нерудных материалов уже не на 89% (как в январе), а на 26% меньше, чем за аналогичные периоды 2008 г. По мере приближения строительного сезона на рынке наблюдается определенная стабилизация, хотя падение объемов относительно 2008 г. сохраняется.
Государственное финансирование дорожного строительства также традиционно начинается во II квартале. В СЗНК рассчитывают, что дорожный госзаказ остановит падение спроса на щебень и позволит предприятиям стройиндустрии увеличить объемы отгрузок. По мнению топ-менеджеров компании, если говорить об антикризисных мерах, то они должны быть направлены именно на стимулирование спроса на жилье, то есть на поддержку строителей.
Таким образом, и строители, и производители стройматериалов рассчитывают на стимулирующие меры государства для оживления спроса на рынке и на участие в государственных проектах. Впрочем, представители федеральных структур отметили, что повышение стоимости строительства объектов по госзаказам часто происходит по вине самих участников строительного рынка. Так, подрядчики систематически пересматривают сметную стоимость работ в сторону увеличения, завышают объемы выполненных работ (особенно вспомогательных), неправильное применяют нормы и расценки на работы по новым технологиям. Нередко применяются завышенные индивидуальные расценки и индексов пересчета сметной стоимости, согласуемых на основе сговора с отдельными чиновниками.
Глава департамента жилищной политики Министерства регионального развития РФ Сергей Баринов, перечислив эти распространенные недостатки, признал, что масштаб задач, стоящих перед строительным комплексом страны, требует выработки новых подходов к правилам определения стоимости строительства. Участники конгресса позитивно восприняли слова чиновника о том, что положения закона № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», позволяющие допускать к производству строительных работ сомнительных подрядчиков и «фирм-однодневок», должны быть пересмотрены.
Нельзя сказать, чтобы представители государства и бизнеса достигли полного согласия в важнейшем вопросе о способах стимулирования строительной отрасли. Однако две стороны дискуссии услышали друг друга, и в равной степени рассчитывают теперь на разум и оперативность антикризисной работы друг друга.
Наталья Стандровская