Банк Рукавишникова переживает ренессанс
В октябре 2022 года в Нижнем Новгороде открылся культурно-просветительский центр «Академия “Маяк” им. А. Д. Сахарова» в здании-объекте культурного наследия федерального значения — бывшем Торговом доме комплекса банка Рукавишникова. Открытию предшествовала реставрация, которая длилась полтора года и была высоко оценена архитектурным сообществом.
Проект реализован при участии правительства Нижегородской области, на чьей территории находится объект культурного наследия (ОКН), и Госкорпорации «Росатом», организовавшей здесь культурно-просветительский центр. Восстановление и переформатирование здания стало флагманским проектом к 800-летию Нижнего Новгорода.
Академия располагается между Рождественской улицей и Нижне-Волжской набережной в четырехэтажном здании стиля модерн, построенном по проекту Федора Шехтеля в начале прошлого века. Ныне здесь создана многофункциональная площадка, где готовятся новые кадры по современным специальностям, проходят лекции, мастер-классы и прочее. Академия «Маяк» включена в федеральные проекты президентской платформы «Россия — страна возможностей».
В течение 2023 года проект участвовал во многих архитектурных конкурсах, отмечен несколькими наградами.
Пусть засветит «Маяк»
Дизайн-проект, экономическую модель и социокультурную концепцию нового кластера разработала архитектурная студия Orchestra, она же придумала девиз проекта: «Пусть засветит ”Маяк”». Как сообщают разработчики, идея создания культурно-технологического кластера родилась из анализа городского контекста. При богатстве IT-сферы, наличии интересных культурных и арт-проектов была некая разрозненность. «Людям и командам, у которых есть идеи для развития города, часто не хватает навыков, знаний, финансовой поддержки для их реализации» — указано на сайте компании.
В основу концепции студия Orchestra включила три экосистемы: медиа, образование, инкубатор. Академия должна быть образовательным центром, платформой для взаимодействия университетов разных городов, стран, частных структур. Функция инкубатора — стартапы, поддержка создающихся под новые проекты команд. Соответственно, события, происходящие в «Маяке», формируют медийную повестку.
Среди участников проекта — «СМУ-77», выполнившее реставрационные работы и участвовавшее в разработке эскизного проекта; Архитектурное бюро «Асгард», взявшее на себя работы по сохранению объекта; ООО «Апекс», выполнявшее часть реставрационных работ; Fruit Design Studio, задействованная в дизайнерских проектах; Госкорпорация «Росатом» и региональные власти.
Реставрационные работы на аварийных участках центрального фасада стартовали в 2020 году за счет федерального бюджета, который выделил 52 млн рублей. К делу подключилась корпорация «Росатом», добавив 36,7 млн рублей. Конкретно 20,7 млн рублей было потрачено на ремонт третьего этажа, 68 млн — на реставрацию фасада.
Летом 2021 года администрация Нижегородской области учредила АНО «Центр творческой индустрии ”Маяк”» для управления культурным кластером и профинансировала содержание здания до конца года в объеме 3 млн рублей.
Объект с историей
История комплекса банка Рукавишникова непроста. Это постройка по проекту архитектора Федора Шехтеля и скульптора Сергея Конёнкова. Здание банка длинным фасадом обращено к Волге и очевидно выполняет роль одной из доминант набережной.
Как сообщает Архитектурное бюро «АСГАРД», комплекс возводился постепенно. Участок под строительство принадлежал семье Рукавишниковых и располагался в деловой части города — на Нижнем базаре. В 1908–1912 гг. строился промышленный (или торговый) корпус. В 1912–1914 гг. со стороны дворового фасада строился двухэтажный пристрой для складов (флигель), который соединил промышленный корпус со зданием банка, построенного в 1908–1910 гг.
Сергей Рукавишников скончался весной 1914 года. Хозяин к тому времени не нашел арендаторов. Поскольку здание пустовало, а война была в разгаре, в 1915 году власти реквизировали постройку и организовали здесь мастерские, в том числе пошивочную, работавшие для фронта. После революции 1917 года в комплексе была организована швейная фабрика. За время своего существования она сменила несколько названий, последнее — «Производственное объединение ”Маяк”», проработавшее до 2014 года. Затем в течение нескольких лет здания пустовали, а в 2017 году из федеральной собственности перешли в региональную. К этому времени объект пришел в состояние запущенности: с фасада исчезла аутентичная плитка, кое-где осыпался кирпич.
После передачи комплекса в распоряжение Нижегородской области созрело решение воссоздать ОКН.
Индивидуальный подход
Реставрационные работы на аварийных участках центрального фасада начались в 2020 году, частичная реставрация была выполнена с помощью Госкорпорации «Росатом» — противоаварийные работы, ремонт отделки главного фасада. В 2021 году эти работы закончились, и стартовали ремонтно-реставрационные работы по всему объему здания, по всем этажам: был отремонтирован дворовый фасад с восстановлением исторического облика на уровне первого этажа; второй этаж поздней советской надстройки был стилистически откорректирован для цельного образа дворового фасада. Кроме того, продолжились работы на главном фасаде, направленные на восстановление его исторического облика: раскрыта центральная проездная арка от встроек советского периода, на крыше воссозданы ограждения по эскизам со старых фотографий, а также утраченные исторические кованые ручки на дверях и дверные заполнения витражей, возвращены на историческое место флагштоки.
Перечень проведенных работ велик. В работе использовались уникальные материалы. Например, пришлось заменить почти треть плитки на фасаде, а также внутри здания. Сто лет назад плитку Villeroy & Boch изготавливали немецкие заводы, туда и обращалась компания «Асгард» с просьбой изготовить аналог. Однако из Германии пришел ответ, что старое оборудование уже не используется, технической возможности изготовить аналогичную плитку нет. Пришлось искать заводы в России, способные произвести похожую плитку и подобрать колеры керамического слоя, близкие к подлинным.
ГИП проекта Элина Бобылёва («Асгард») рассказала, что довелось работать со многими необычными материалами — подлинными изделиями и элементами отделки индивидуального изготовления либо давно снятыми с производства и со следами износа более чем столетней давности. «В здании выявлены такие артефакты, как керамическая плитка Villeroy & Boch, люксферы (световые окна с призмами) производства Торгового дома «М. Франкъ и сын», люки Торгового дома «Мюр и Мерилиз». Это как музейные экспонаты, которые необходимо сохранить в исторической среде и подарить им новую жизнь. Само присутствие их в зданиях «Комплекса банка Рукавишникова» вполне соответствует высокими требованиям к качеству работ, предъявляемым со стороны этой известной нижегородской купеческой фамилии. Конечно, стандартные технологические решения при работе с такими элементами не всегда подходят, и приходилось искать методом проб наиболее подходящие способы сохранения. Здесь мне бы хотелось особенно отметить трепетность и внимание к деталям заказчика, терпение и упорство подрядчика», — подчеркнула Элина Бобылёва.
В перечне работ — укрепление стен изнутри, восстановление лепного декора, штукатурки, металлических конструкций башенок-пинаклей. Внутри восстановлены в первозданном виде оконные и дверные металлические заполнения, декоративное ограждение лифта, исторические металлические лестницы, керамические поверхности в отделке и т. д. Но прежде специалистам пришлось расчищать поле деятельности — избавлять исторические детали от советского наследия, когда все переделывалось под нужды производства. Эти работы выполняли специалисты ООО «Аспект».
Как сообщает Архитектурное бюро «Асгард», в ходе работ по сохранению памятника основной объем сделан в интерьерах с приспособлением их под административные функции, дополненные зонами учебного назначения, общественного питания, и выставочные пространства. В основу принципа легло максимальное использование сложившейся планировочной структуры.
«Работа с памятниками — всегда необычные решения, каждый объект — особенный и индивидуальный. Реставрируемое здание является объектом культурного наследия федерального значения, что накладывает при проектировании определенные рамки. Эмоциональной составляющей было то, что памятник создавал Федор Шехтель. Здание великолепное, но в то же время достаточно сдержанное по наполнению декором, а выявленные исторические элементы, характерные больше для промышленных зданий, как у нас (люксферы, металлические клепаные рамы), каждый элемент, нуждающийся в сохранении, требовал поиска особенных решений по способам реставрации и вариантам приспособления для современного использования», — пояснила Элина Бобылёва.
Кроме того, прежние работы не касались дворового пространства, поэтому пришлось восстанавливать декоративные детали на фасаде флигеля, раскрывать оконные проемы первого этажа дворового фасада, заниматься, в том числе, дымовыми трубами, держателями для часов и прочим.
«Изменения в проект приходилось вносить, часто подстраиваясь под сроки, возможности строителей и заказчика, что естественно для любой стройки. А при работе над памятниками это неизбежно, так как в ходе строительных работ выявляются ранее не исследованные скрытые элементы, требующие изучения и внесения коррективов», — прокомментировала Элина Бобылёва.
… и люди потянутся
«К 800-летию Нижнего Новгорода было реализовано много различных проектов, включающих благоустройство, реставрацию, реконструкцию объектов, что, безусловно, повлияло на изменение облика города. Среди этих объектов были знаковые — эпохальные, флагманские. Реконструкция “Маяка” была именно таким флагманским проектом. Мы все прекрасно помним, в каком состоянии было это здание еще в 2018–2019 годах. Сейчас уникальный памятник архитектуры восстановлен, ”Маяк” засверкал новыми красками и вновь станет одним из самых значимых объектов ”речного фасада” Нижнего Новгорода. Самое главное, что удалось не только восстановить стены и отреставрировать здание, но и вдохнуть в него жизнь. Сейчас это настоящий маяк, на свет которого будет ориентироваться целый ряд городских сообществ и проектов», — сказал Глеб Никитин, губернатор Нижегородской области, выступая на церемонии открытия Академии «Маяк».
На форуме в соцсетях — сплошь восторженные отзывы от людей, успевших посетить организованные в Академии «Маяк» мероприятия.
«Очень атмосферное пространство».
«Вид из окон шикарен — на Волгу».
«Очень интересное место, где бережно хранят память о Дмитрии Сахарове и его работах в области ядерного сдерживания США, его правозащитной деятельности в позднем СССР. Человеке-легенде, служившему своему народу. Одна из крутейших образовательных площадок Госкорпорации ”Росатом”».
«Много места для общения и нетворкинга».
«Интересная задумка с разделением помещений всевозможными перегородками на подвесных рельсах».
«Как круто, что это старинное здание восстановили и вдохнули в него новую жизнь».
Об актуальных проблемах российского ЖКХ беседуем с Александром Садыговым, генеральным директором ЗАО «РСУ «Строй-Сервис», членом Экспертного совета по ЖКХ при Комитете Госдумы РФ по строительству и земельным отношениям, членом Общественного совета по вопросам модернизации систем жизнеобеспечения (ЖКХ) Минрегионразвития РФ. — Александр Шыхалыевич, каковы, по Вашему мнению, основные проблемы российского ЖКХ?
— До недавнего времени у меня была четкая формулировка ответа на этот вопрос: несоответствие высоких цен и низкого качества услуг ЖКХ. Вроде бы и добавить больше нечего, этим все сказано. Однако в последнее время появилось, на мой взгляд, просто огромное число сообщений о несчастных случаях, вызванных деятельностью жилищных и коммунальных служб. От обрушений кровель, падения снега и льда, аварий в жилищном и коммунальном хозяйстве гибнут люди. К сожалению, уровень ответственности работников ЖКХ неуклонно снижается. Не хочу о них всех говорить плохо, я знаю немало квалифицированных и порядочных людей в этой отрасли, но деятельность той части ее работников, которая не отличается добросовестностью, сегодня не только бьет по карману простых россиян, но и лишает их жизни, которая священна и бесценна. Поэтому сейчас на первый план выступает проблема безопасности. К счастью, когда растает снег, эта проблема будет уже менее острой, но я бы не хотел, чтобы жилищные службы расслаблялись. Им уже давно пора по-настоящему «готовить сани летом».
Таким образом, для ЖКХ саморегулирование будет более губительным, чем для строительной отрасли. В первую очередь пострадает потребитель. Судите сами. Проект закона № 435903-5 «О внесении изменений в Жилищный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» предполагает дополнить Жилищный кодекс статьей 171, которая регламентирует размер компенсационного фонда для СРО в ЖКХ в сумме не менее 100 тыс. рублей. Очевидно, что расплачиваться за вступление управляющих компаний в СРО будут их клиенты — жители многоквартирных домов. Правда, после обсуждения законопроекта в первом чтении, туда была добавлена фраза: «Взнос в компенсационный фонд не может быть отнесен на расходы, предусмотренные в составе платы, взимаемой с собственников помещений в многоквартирном доме по договору управления» (п. 2 упомянутой 171-й статьи новой редакции Жилищного кодекса РФ).
Есть изменения в разделе «Плата за жилое помещение и коммунальные услуги». Так, например, жильцы получат возможность вносить плату за коммунальные услуги непосредственно ресурсоснабжающим организациям, минуя управляющие компании. Это, правда, не касается коммунальных услуг, потребляемых при использовании общего имущества в многоквартирном доме.
Существенно дополняется раздел «Управление многоквартирными домами». В частности, значительно расширяется статья 161 ЖК РФ «Выбор способа управления многоквартирным домом». Там не только перечисляются эти способы, но и излагаются требования к их осуществлению, более детально регламентируется деятельность управляющих компаний, иными словами, устраняется некий правовой вакуум при выборе способа управления.
На прошлой неделе девелоперская компания «Охта Групп» объявила о создании очередного клубного дома. Он будет построен на базе существующего отеля «Карелия».
На продажу выставлены 350 апартаментов двух типов – квартиры-студии площадью
Вячеслав Балабаев, руководитель проекта «Клубный дом «Карелия», уверен, что объем выручки от реализации проекта будет больше 2 млрд рублей.
«Данный объект кажется несколько ущербным с точки зрения правового статуса, а также по конструктивным особенностям, потому как, видимо, там минимальные затраты на реконструкцию. Но, в принципе, при грамотной маркетинговой политике предложение найдет своего покупателя. Ведь это жилье в не самом плохом месте Петербурга, пусть и с какими-то минусами. Я думаю, что в данном проекте должен быть установлен дисконт порядка 5-15% к среднему ценообразованию по сходным объектам в данном районе, но более понятным с юридической точки зрения. В целом, мне пока не очень понятно, как эта схема будет выглядеть», — говорит Игорь Лучков, директор департамента консалтинга NAI Becar.
По словам Татьяны Дивиной, ведущего аналитика отдела исследований Cushman & Wakefield, отсутствие прописки — главная привлекающая девелоперов особенность такого сегмента жилой недвижимости, как апартаменты. В этом классе на рынке сегодня реализуется другой похожий проект — жилой комплекс в районе метро пр. Просвещения Yellow Submarine компании «Пионер».
Девелоперские компании, работающие на рынке жилья, периодически пытаются найти новые маркетинговые ходы, способные выделить их объект на общем фоне и привлечь внимание покупателя. В последнее время ряд проектов стали позиционировать как «клубные дома». Однако эксперты рынка считают, что клубных домов в Петербурге не может быть больше десятка.
Понятие «клубный» дифференцируется, и в его основе лежат или определенные интересы проживающих, или чисто корпоративное объединение. Такие поселки строятся либо для сотрудников крупных фирм, и посторонних туда не пускают, либо собственников объединяют определенные увлечения. Отсюда и специфика таких домов — они никогда не появляются в широкой продаже. Истинный клубный дом не подразумевает широкой рекламы. Но есть ситуации, когда «клубность» - всего лишь рекламный ход, и в итоге покупатели получают стандартный дом на небольшое количество жителей с дополнительными удобствами в виде бассейна.
«Спрос на такие проекты всегда будет оставаться стабильным, как на все предметы и объекты роскоши. Другой вопрос, что количество мест, где можно реализовать такие проекты (центр города, Крестовский и Каменный острова), ограничено. Стоимость жилья в клубном элитном доме может быть сравнима со средним значением на эксклюзивные предложения и составлять от $10 тыс. за кв. м», – говорит заместитель директора департамента консалтинга Colliers International Евгения Васильева.
Если посмотреть на проекты, реализованные на рынке элитного домостроения Петербурга, то они отклоняются от «клубного стандарта» по нескольким параметрам, прежде всего, по количеству квартир и селективности состава жильцов. Многоквартирность диктуется девелоперам стоимостью земли в прайм-локейшн, полагает генеральный директор ООО «Практис КБ» Сергей Федоров.
«Экономику проектов в этом случае не окупить 5-10 квартирами даже по максимальной для Петербурга цене (здесь в отличие от Москвы премиальный сегмент рынка жилья как слой тонкого масла на бутерброде). К стандарту клубного дома, безусловно, близки жилой комплекс БСК на 2-й Березовой аллее Каменного острова или «Пятый элемент» ныне почившей компании «Строймонтаж» на Крестовском. Сюда же можно отнести жилой комплекс «Новая звезда» RBI на Песочной набережной. Однако все они слишком многоквартирны, и реализовывались на открытом рынке, поэтому говорить о том, что это клубные дома, можно с натяжкой. Отличием клубных домов я все же назвал бы местоположение, локацию в зеленых, малонаселенных зонах, немноголюдное окружение. Каменный остров в этом смысле - идеальное место, Крестовский - убит наповал наличием метро. Что касается сервиса, то, безусловно, клубный дом должен быть насыщен релаксационной инфраструктурой. Фитнес с бассейном - хорошая опция, присутствующая, например, в «Новой звезде». И, кстати, на эксплуатационных расходах это не очень сильно сказывается - многоквартирность все же компенсирует эффект удорожания. Из ныне реализующихся проектов я бы отметил, со многими оговорками, проект «Сэтл Сити» «Лэйк Хауз» на Выборгском шоссе. Это не прайм-локейшн, но зеленая зона малоэтажной застройки, проект с однородным составом жильцов и небольшим количеством квартир, с автономной системой теплоснабжения и собственным пляжем», – рассказывает Сергей Федоров.
Управляющий директор NAI Becar в Санкт-Петербурге Илья Андреев уверен, что в европейском понимании клубных домов в России нет, но есть вполне респектабельное элитное жилье, которое правильно продвигается на рынок. «Заявить о том, что объект будет оснащен всем, чего пожелает душа богатого человека, это одно, а реализовать на деле — совсем другое. Поэтому все элитные дома, которые изначально позиционировались как клубные, сейчас таковыми не являются. Сначала проект предусматривает наличие аптеки, а на выходе на ее месте размещается пивной ресторан. Последнее слово все равно остается за собственником объекта», — говорит эксперт.
Елизавета Конвей, руководитель направления «Элитная жилая недвижимость» Knight Frank St.Petersburg, называет клубными домами такие объекты, как, например, наб. Фонтанки, 1, Динамо, 4, Кемская, 10-12, Б.Морская, 4, Невский, 133-137, Итальянская, 12, проект дома на Захарьевской (д.41), Зоологический и др. При этом, делает она оговорку, определение такого рода жилья очень размыто. «Необходимо отметить, что наши клубные дома и клубные дома в Европе — это, как принято говорить, «две большие разницы». В нашем понимании «клубный дом» — это дом с ограниченным количеством квартир, равно как и клубный поселок на загородном рынке. В европейском понимании «клуб» — это некая общность интересов, которая объединяет жильцов либо дает определенные привилегии в дружественных бренду структурах», — говорит госпожа Конвей.
Заместитель директора департамента консалтинга Colliers International Евгения Васильева полагает, что в Петербурге строительство клубных домов продиктовано, в основном, такими закономерностями, как ограничения по строительству в центральной части города, в том числе высотным регламентом. Таким образом, клубный дом — своего рода естественная и зачастую единственная возможность девелопера реализовать элитный проект в центре (как правило, это выкупаемые у города особняки и другие здания небольшой площади, где возможна реконструкция и приспособление объекта под жилую функцию).
Мнения
Заместитель директора АН «Бекар» Леонид Сандалов:
Одним из первых построенных клубных домов в Петербурге является малоэтажный комплекс в районе Купчино на Бухарестской улице. Его строили «под себя» —для работающих в газовой отрасли. К клубным можно отнести небольшие дома в центре города, которые ориентировались на «своих», и на рынке, как правило, не продавались, а также дома на Каменном острове и на 2-й Березовой аллее.
В Петербурге клубных домов мало. Главным признаком клубного дома является небольшое количество квартир — приблизительно до 50. Такие квартиры редко появляются в свободной продаже, информация расходится среди «своих», поэтому спрос на квартиры в подобном доме небольшой. В Москве бывают случаи, когда жильцы клубного дома рассматривают кандидатуру покупателя — будущего соседа. В Петербурге, возможно, тоже есть такая практика.
Председатель правления Северо-Западной палаты недвижимости Павел Созинов:
Расположение клубного дома «Карелия» довольно удачное, даже несмотря на то, что ближайшая набережная находится в некотором запустении. В целом, было бы правильно располагать подобные дома на набережных, но там сегодня, как правило, ведется строительство многоэтажек, которые снижают стоимость и престиж этих мест, понижая класс объектов, которые тут могут быть построены.