«Маленькая Европа в Стрельне…»
В последние годы поселок Стрельна в пригороде Петербурга был более всего известен как место, где расположена резиденция Президента РФ – Константиновский дворец. Однако теперь там есть и другая достопримечательность – малоэтажный комплекс «VEREN VILLAGE Стрельна» от VerenGroup. Проект собрал большое количество наград, включая премию Союза архитекторов России «Хрустальный Дедал». «Строительный Еженедельник» разбирался, за что.
Малоэтажный жилой комплекс бизнес-класса «VEREN VILLAGE Стрельна» построен в 2022 году на Красносельском шоссе в Петродворцовом районе Петербурга, неподалеку от Константиновского дворца и берега Финского залива, на берегу реки Стрелки.
Застройщик – компания VerenGroup, возводящая объекты в Москве и Петербурге. Генподрядчик – ГК «СтройКрафт».
Проект разработан в архитектурном бюро «Остоженка» под руководством Елены Копытовой и Раиса Баишева.
Малоэтажный бизнес-класс
У АБ «Остоженка» много разных проектов, но с малоэтажными, признается Раис Баишев, соучредитель АБ «Остоженка» и руководитель проекта «VEREN VILLAGE Стрельна», удается поработать крайне редко: «Проект "VEREN VILLAGE Стрельна" – счастливый случай. Это первый реализованный проект малоэтажного комплекса за много лет».
«Это один из наших любимых проектов, над которым мы работали в несколько этапов», – добавляет Елена Копытова, главный архитектор проекта «VEREN VILLAGE Стрельна», АБ «Остоженка».
Выбор участка под строительство продиктовал решение возводить малоэтажные дома: в локации рядом с объектом культурного наследия – Константиновским дворцом – действуют высотные ограничения. Позволительно строить дома не выше 10 метров.
«Все дело в нормах Санкт-Петербурга, имеющих отношение к окружающим объектам культурного наследия. Это особый генетический код города, где строго соблюдается регламент приближения к памятникам архитектуры. В данном случае нам были предписаны высотные ограничения, связанные с соседством Константиновского дворца. Три этажа – это 10 метров, та самая максимальная высота, которая была допустима», – поясняет Раис Баишев.
Балконы-эркеры-консоли
В оформлении фасадов использовано панорамное остекление, кирпич ручной работы разных тонов, керамика, черный фальцевый металл.
Как рассказала Елена Копытова, сначала архитекторы предложили заказчику комбинацию трех цветов кирпича – белого, красного и черного.
«Эта схема могла воплотиться и в таком виде, но при конкретном выборе материала тона смягчились, смикшировались. Радикальный колористический контраст перерос в живописные взаимоотношения этих трех начал, обогатившие задуманную цветовую схему», – рассуждает Раис Баишев.
И в итоге были выбраны более сдержанные естественные оттенки. «Разнообразие впечатлений было одной из наших задач. Оно проявлено в аккуратном чередовании цветовых нюансов в сочетании с рукотворной фактурой кирпича. На фасадах протяженных секций также сменяют друг друга светло-бежевый, терракотовый, темно-серый», – рассказывает Елена Копытова.
Другая особенность фасадов – акцентированная цветом крупная пластика и асимметричность. Здесь много разнообразных балконов, галереи-входы, консоли, уступы, выступы…
Эти архитектурные элементы появились во многом в результате задания спроектировать определенное количество скатных кровель. На третьем этаже возникли эркеры, а на втором к ним добавились балконы. Чтобы первый этаж не был вровень с землей, были предложены террасы с палисадниками. Вся логика этих решений происходит из первоначальных ограничений технического задания, пояснил Раис Баишев.
Территория для жизни
Выбирая участок под застройку, девелопер, очевидно, задумывался об экологии. Кроме того, создан архитектурный ансамбль. «Количество видовых точек, когда мы смотрим изнутри объекта, продиктовано градостроительным решением. С северной стороны жилой комплекс отделен длинным корпусом, выходящим к городу, к дороге с трамвайной линией. Корпус отгораживает от шума и ветра дворы, открытые в сторону юга, реки, природы», – комментирует Елена Копытова.
По словам Раиса Баишева, на уровне синтеза всех требований возникла очень живописная улица с торцами жилых корпусов. Архитектурная «ткань» домов постепенно «растворяется», строгая геометричность заряжается природной пластикой и асимметрией. Между жилыми секциями, как между зубцами гребенки, формируются дворы, анфиладно смотрящие на реку.
VerenGroup продвигает формат малоэтажных проектов бизнес-класса под маркой VEREN VILLAGE. Это набор определенных стандартов, которые призваны обеспечить комфорт. Стандарт касается и локации, и внутренних параметров жилья, и благоустройства. В «VEREN VILLAGE Стрельна» все квартиры первого этажа имеют выход в палисадник, где оборудованы площадки под барбекю. Есть двухъярусные квартиры, квартиры с террасами, с каминами.
Отделка холлов выполнена по индивидуальному дизайн-проекту. Хотя в домах всего три этажа, они оборудованы лифтами. Смонтированы автономные системы отопления для каждого дома.
В каждом дворе есть игровой комплекс в стиле эколофт, причем в разных дворах они отличны. Территория комплекса примыкает к пруду, вдоль него оборудована прогулочная зона с велодорожкой, пляж.
В ЖК есть магазины, кафе, детский клуб, открытый амфитеатр на площади, расположенной на съезде, а также физкультурно-оздоровительный комплекс с бассейном, на крыше которого располагается каток. ФОК построен наособицу и в иной манере, чем остальные объекты.
«В этом скульптурном объеме, напоминающем гранитный камушек, собрано предписанное городом функциональное содержание – спортивная составляющая, детский досуг. Тем не менее он не превышает ограничение в 10 метров высоты», – подчеркивает Раис Баишев.
По словам Елены Копытовой, изначально было решено, что ФОК должен отличаться от остальных построек не только по функции, но и по своей архитектуре. «Это еще одно визуальное впечатление, которое разнообразит и насыщает среду квартала», – указала она.
Время строить
Разрешение на строительство ЖК «VEREN VILLAGE Стрельна» получено в конце 2017 года. Продажи стартовали осенью 2018-го. В 2022 году строительство завершилось.
В проекте архитекторы и застройщики действовали дружно. «Мы выполняли все требования к этому месту, и одновременно, к чести застройщика, были выбраны лучшие материалы из возможных на тот момент. Качество объекта выиграло еще и от слаженной работы всех участников процесса – города в лице архитектурного совета и главного архитектора Санкт-Петербурга, бюро "Остоженка", команды SmartProekt, которая разрабатывала вместе с нами инженерные решения и рабочую документацию, и самих заказчиков. VEREN Group были очень заинтересованы в том, чтобы объект получился живой и соответствующий месту, городу. В дальнейшем со стороны заказчика были интересные движения по оформлению интерьеров, в основе которых – наши эскизы, но воплощение всегда требует творческого внимания», – рассказал Раис Баишев.
«Очень важно, когда заказчик не просто думает о квадратных метрах, но чувствует, что мы делаем дома для живых людей», – подчеркнула Елена Копытова.
Александр Гордеев, коммерческий директор ООО «КВК», так описал участие компании в проекте: «Компания выполняла задачи, связанные с поставками керамзита для кровельных и других видов работ. Сложность и в то же время уникальность данного проекта для нас заключалась в организации доставки «точно по времени» и «точно в срок». Строительные работы были профессионально спланированы и организованы застройщиком. Несмотря на возникшие логистические сложности, перебои с производством на заводах-изготовителях, наша команда справилась с данной задачей. Опыт участия в данном проекте оказался полезным и дал толчок на развитие отдела логистики в компании».
Более-менее серьезное изменение в ходе работ – фасадное решение ФОК. По словам Елены Копытовой, архитекторы приняли позицию заказчика использовать в облицовке панели из атмосферостойкой стали, чтобы акцентировать скульптурность объема.
Как пояснил Алексей Староверов, менеджер по развитию продуктовых категорий компании «Северсталь», для фасада физкультурно-оздоровительного комплекса использована атмосферостойкая сталь Forcera производства «Северстали». Именно благодаря необычной фактуре этого материала ФОК фактически стал композиционным центром ЖК, привлекая внимание своим нетривиальным видом. «Рыжая бархатистая патина, которая образуется на поверхности атмосферостойкой стали, не только выразительна визуально, но и защищает металл от коррозии вглубь. Изначально в проекте предусматривались деревянные ламели, но в ходе его проработки было принято решение в пользу навесного вентилируемого фасада из атмосферостойкой стали. Теперь очевидно, что объект от этого только выиграл», – уточнил он.
По словам Алексея Староверова, «VEREN VILLAGE Стрельна» – один из значимых для компании проектов с использованием Forcera: ФОК известен далеко за пределами ЖК и Санкт-Петербурга. «Однако, помимо фасадов, атмосферостойкая сталь применяется в малых архитектурных формах, в интерьерах. Архитекторов привлекает ее «живой» цвет и природная текстура, а застройщиков – долговечность материала и простота эксплуатации: он не требует какого-либо покрытия и покраски, а также является антивандальным. Совсем недавно атмосферостойкая сталь была в основном импортной, но теперь мы предлагаем отечественный продукт, который даже превосходит по характеристикам европейский аналог», - отметил Алексей Староверов.
Пригород по-европейски
Проект «цепляет» всех. В социальных сетях его обсуждают и жители комплекса, и сторонние наблюдатели.
Отзывы в социальных сетях и на профильных сайтах гласят (орфография и пунктуация сохранены):
«Жизнь, как за городом, тишина, очень довольны! Терраса это вообще мечта, жить в квартире и жарить шашлык на террасе просто здорово!»
«Отличный ЖК и особенно радует тот факт, что его реализовали в СПб, в котором встречается достаточно большое количество интересных проектов деловой застройки и совсем мало из жилой».
«Напоминает европейский пригород. Зеленый, просторный. Умиротворяющая атмосфера! Даже не верится, что находишься в городе миллионнике».
«Не дешево, с одной стороны, но и не так дорого, если посмотреть за какие деньги продается квадратный метр в муравейниках. А здесь и экология, и спокойствие – место по душе многим петербуржцам, что тут скрывать».
«Маленькая Европа в Стрельне…»
«Достойный объект, заслуженная премия без сомнений. Архитекторы, хоть и московские, но соответствуют удивительно Петербургу!»
Премий у проекта несколько, и все, что называется, высшей пробы. Одна из последних – «Хрустальный Дедал» фестиваля «Зодчество» в 2022 году. «Проект как нельзя точно попал в тему "Прозрачность", заявленную на фестивале "Зодчество" в 2019 году, – и это тоже сыграло свою роль в высокой оценке жюри», – предполагает Раис Баишев.
По его мнению, жюри заинтересовал тот факт, что комплекс малоэтажный. «Заданные высотные ограничения продиктовали силуэт. Кроме того, значительная часть крыш должна была быть скатной. Их сочетание с прямыми эркерами определило архитектуру третьего этажа. Мы привыкли к тому, что если проекты имеют строгие рамки в техническом задании, то итог получается гораздо более богатым, чем при полной свободе действий. Чем рамки жестче, тем увлекательнее работать. Эти ограничения и есть то, что цепляет жюри, нравится людям и дает интересный результат. Мы считаем, что основные качества проекта – в соблюдении петербургских строительных норм, ведь именно они служат гарантией сохранения и развития комфортной для всех жилой среды».
ЖК «VEREN VILLAGE Стрельна» стал первым в линейке VEREN VILLAGE. Под такой же маркой заявлен проект «VEREN VILLAGE Клязьма» в Подмосковье.
Петербург также остается в зоне внимания застройщика. Сегодня, отметил Раис Баишев, есть концепции, которые архитекторы «Остоженки» разрабатывают для нескольких петербургских конкурсов.
VerenGroup весной получила проектное финансирование на строительство нового ЖК – «VEREN NORT Сертолово».
Несмотря на пандемию, а в какой-то степени, может быть, именно благодаря ей коворкинги стремительно наращивают объемы своего присутствия на офисном рынке Санкт-Петербурга. По оценке экспертов, за этот год их совокупная площадь в городе удвоится.
Разгон формата
В последнее время гибкие офисы стали одним из наиболее динамично развивающихся форматов коммерческой недвижимости. «Первое полугодие 2021 года характеризовалось бурным ростом коворкинг-пространств. Прирост рабочих мест в гибких офисах составил практически 50% от валового объема предложения на конец 2020 года», — говорит руководитель отдела исследований Maris в ассоциации с CBRE Алена Волобуева.
По ее данным, на конец июня 2021 года в городе функционировало 57 коворкинг-центров в формате офисов и бизнес-инкубаторов. Большая часть (60%) располагается в центральных районах города. Лидерами являются Центральный — 28%, Адмиралтейский — 14%, Петроградский — 11% и Московский районы — 9%.
При этом, по оценке Becar Asset Management, несмотря значительные объемы нового ввода, заполняемость сохраняется на уровне IV квартала прошлого года — 76%. «И, скорее всего, в ближайшие месяцы ситуация не изменится — часть объектов уже забронирована, подписаны предварительные договоры аренды с крупными корпорациями», — отмечает вице-президент Becar Asset Management Ольга Шарыгина.
По мнению экспертов, стремительный рост формата в Петербурге продолжится. «Объем прироста качественного предложения на рынке во втором полугодии 2021-го не уступит достижениям первой половины года, а при благоприятном развитии событий превзойдет его на 30%», — прогнозирует Алена Волобуева.
«Пока что нет предпосылок для снижения активности в сегменте коворкингов. Некоторые объекты открываются в бывших офисах — это один из способов заполнения традиционных бизнес-центров. В то же время Петербург — город активного редевелопмента. Здесь остается еще много мест для создания новых проектов», — добавляет Ольга Шарыгина.
С этим согласен и Николай Антонов, генеральный директор компании «МТЛ. Управление недвижимостью» (входит в ГК «БестЪ»). «Надо понимать, что Россия, хоть и с некоторым отставанием, идет в русле мировых трендов. Конечно, коворкинги никогда полностью не вытеснят с рынка классические бизнес-центры. Но международная практика показывает, что сегмент коворкингов приближается к насыщаемости, когда его доля доходит примерно до 10% от всех офисных площадей. В Петербурге мы сейчас только приближаемся к показателю в 1%. Так что опасаться перегрева рынка в настоящее время никаких оснований нет», — уверен он.
Новое открытие
Исходя из этих прогнозов ГК «БестЪ» продолжает развивать сеть коворкингов PAGE. На сегодняшний день она объединяет шесть объектов (три собственных и три открытых по франшизе).
Новая точка сети — коворкинг RODELEN-PAGE — открылся по франшизе в бизнес-центре «Роделен», расположенном по адресу: Кантемировская улица, 4. Гибкое офисное пространство находится на первом этаже здания, рассчитано на 66 рабочих мест и оформлено в соответствии с фирменным дизайном и стилем сети PAGE.
«В этом помещении ранее находилась точка сети столовых "Тарелка". Учреждения общественного питания из-за пандемии коронавируса стали проблемным бизнесом. Доходы столовой существенно снизились, и сеть решила закрыть точку. Между тем формат гибких офисов, напротив, динамично растет и пользуется сегодня повышенным спросом. Именно поэтому появился коворкинг RODELEN-PAGE. Если проект продемонстрирует свою успешность, возможно, он будет расширен и на второй этаж бизнес-центра», — рассказывает акционер лизинговой компании «Роделен» и инвестор проекта Денис Левицкий.
Как сообщила партнер, генеральный директор УК PAGE Мария Сумарокова, инвестиции в организацию коворкинга в данном случае были сравнительно небольшими — порядка 20–30 тыс. рублей на кв. м (т. е. на помещение площадью 440 кв. м — порядка 9–13 млн рублей). «Это связано с отсутствием необходимости в больших капитальных работах по организации сетей, переносу стен, выравниванию полов и пр. Обычно для создания коворкинга в менее удобном помещении затраты составляют порядка 60–70 тыс. рублей на метр», — говорит она.
Инвестор рассчитывает увеличить доходность с «квадрата» на 1,5 раза по сравнению с размещением «Тарелки» и надеется окупить проект не более чем за два года. «На мой взгляд, интеграция коворкинга в действующий бизнес-центр — решение очень эффективное. Неслучайно арендаторы офисов уже начали интересоваться новыми возможностями, которые у них появляются без необходимости покидать здание. Это и переговорные, и беспроблемное подключение к работе временно необходимых специалистов, и многое иное», — отмечает Денис Левицкий.
Мария Сумарокова полностью разделяет его мнение и даже выражает удивление, что такая практика не получила широкого распространения раньше. «До сих пор петербургские коворкинги открывались где угодно — в старинных особняках, бывших доходных домах, креативных кластерах, общественно-деловых пространствах. Мы открыли PAGE даже в апарт-отеле и в фитнес-клубе. Но именно бизнес-центры плохо поддавались современным трендам. Однако уже в ближайшее время это станет обычной практикой. Думаю, что наш проект убедит всех, что можно "встроить" коворкинг в действующий бизнес-центр и ничего при этом не сломать», — подчеркивает она.
Проект рассчитан как на отдельных пользователей — индивидуальных предпринимателей, самозанятых, фрилансеров, которым необходимо оборудованное место для работы, так и на корпоративных клиентов. По свидетельству Марии Сумароковов, интерес со стороны потенциальных арендаторов очень высок. Более того, уже заключены первые договоры. Заполнить коворкинг пользователями в управляющей компании надеются уже к концу октября.
Она сообщила также, что сеть PAGE продолжает развитие. «В настоящее время идет работа над созданием еще четырех коворкингов, включая три по франшизе. В целом внимание к формату очень высоко, немало интересантов из других регионов страны. Думаю, что сеть будет динамично расширяться», — отметила Мария Сумарокова.
Одним из интереснейших проектов, привлекших большое внимание архитектурной и строительной общественности Москвы и всей России, стала реставрация дома Наркомфина на Новинском бульваре, 25, — всемирно признанного шедевра советского конструктивизма.
Выполненные работы имеют особое значение, ведь с 2006 года объект входил в список 100 крупнейших памятников мировой культуры, находящихся под угрозой уничтожения, формируемый некоммерческой организацией World Monuments Fund.
Рождение шедевра
Заказчиком дома Наркомфина (другое название — второй дом Совнаркома; первый — знаменитый «Дом на Набережной»), построенного в 1928–1930 годах, выступал нарком финансов РСФСР Николай Милютин, сам живо интересовавшийся вопросами архитектуры и градостроительства. Он дал советскому зодчему Моисею Гинзбургу полный «карт-бланш» для апробации на объекте новейших для того времени архитектурных идей и строительных технологий.
По мнению специалистов, в проекте отчетливо заметно влияние «Пяти отправных точек современной архитектуры» одного из отцов-основателей функционализма Ле Корбюзье, которые были опубликованы в журнале «Советская архитектура» в начале 1928 года. А именно: столбы-опоры, плоская крыша-терраса, свободная планировка, ленточное остекление и свободный фасад. Таким образом, творение Моисея Гинзбурга было выполнено в ключе самых актуальных тенденцией архитектурного авангарда того времени.
Сам автор называл жилой комплекс «опытным домом переходного типа». Проект воплощал идеи экономичного, но комфортного дома с отдельными квартирами и общественным сервисом в противовес развивавшейся параллельно в тот же период концепции дома-коммуны с полным обобществлением быта.
По проекту комплекс состоял из четырех корпусов: жилого, на 50 семей (приблизительно 200 человек); коммунального с кухней, двумя столовыми — крытой внутри и летней на крыше, а также спортзалом и библиотекой (кухня работала в 1930-е годы, продавая еду на вынос, столовая не заработала); круглого в плане здания детсада (не построен); «служебного двора», включавшего механическую прачечную (действовала в 1930-е годы), сушилку и гараж. Также намечалось, что рядом, вдоль южной границы парка, будет построен второй жилой дом с большими квартирами, но планы не были реализованы.
Жилой корпус представляет собой семиэтажное здание с двумя лестничными пролетами. Общая площадь — 5,2 тыс. кв. м, в т. ч. 870 кв. м — эксплуатируемые кровли. Первый этаж нежилой, на остальных этажах расположены «жилые ячейки». Для больших семей предлагались трехкомнатные двухъярусные квартиры (90 кв. м). Для одиночек и бездетных семей были предусмотрены малометражки (37 кв. м). С торца дома по обеим сторонам от лестниц расположены квартиры с двумя жилыми комнатами. Здание спроектировано так, что окна спален выходят на восток, а гостиных — на запад.
При строительстве использовались новейшие для того времени технологии. Каркас был изготовлен из монолитного железобетона, наружные и внутренние стены — из бетонитовых пустотелых камней, пол в квартирах — из двухслойного ксилолита, а стены и перегородки — из фибролита. Новаторские идеи были реализованы в планировке и дизайне помещений, включая вопросы колористики и инсоляции.
За конструктивные эксперименты отвечал инженер Сергей Прохоров. Важным нововведением стало использование блоков «холодного» бетонного камня с двумя крупными отверстиями: для междуэтажных перекрытий и внутри вертикальных стен между квартирами. При этом внутренние пустоты блоков использовались для прокладки канализационных, водосточных и вентиляционных каналов, размещенных внутри здания. Это обеспечивало правильную геометрию помещениям и избавляло от создания дополнительных коробов под сети. Любопытно, что производство блоков было организованно прямо на стройплощадке. Для утепления железобетонных балок использовался «камышит» («соломит») – теплоизоляционный материал из сухой спрессованной травы.
Лучшей системой освещения, по мнению, Моисея Гинзбурга, является «горизонтальная световая лента, подтянутая к потолку», которая «дает значительно более равномерную освещенность». Так появились ленточные оконные системы, характерные для объекта. В них было использовано еще одно из нововведений дома Наркомфина – «сдвижные» по горизонтали окна, скользящие по направляющим.
До конца проект реализован не был. Вместо запланированных появились не относящиеся к комплексу строения. Не начали работать и некоторые из предполагавшихся сервисов. Затем часть объектов изменила функциональное назначение, а жилой корпус неоднократно перестраивался, что разрушило его изначальный архитектурный облик. Несмотря на это, в 1987 году его взяли под государственную охрану как объект наследия регионального значения. Это, впрочем, не помешало зданию и далее деградировать, и к середине «нулевых» его состояние было признано «критическим».
Эпоха возрождения
Идея реставрации объекта наследия появилась еще в 1990-х. Но переходу дела в практическую плоскость мешала крайне запутанная ситуация с правами собственности на объект. Положение изменилось в 2015 году, когда компания «Лига прав» сумела получить контроль над зданием в целом. Символично, что проект реставрации выполнил внук Моисея Гинзбурга — Алексей Гинзбург, руководитель архитектурной мастерской Ginzburg Architects, одной из целей создания которой было именно восстановление дома Наркомфина. Проект стал победителем конкурса AD Design Award в номинации «Сохранение наследия».
Реализация проекта началась в апреле 2017 года. «Для меня была очень важна не только реставрация "формы" этого здания, но и демонстрация его актуальности, восстановление его функционального значения в том виде, каким дом был задуман автором. Идеи, заложенные архитекторами в дом Наркомфина, абсолютно современны. Это подтверждается и тем, что сейчас в нем будут жить люди, купившие все квартиры еще до завершения реставрации», — говорит Алексей Гинзбург.
Рабочие демонтировали поздние надстройки и пристройки, воссоздали объемно-планировочную структуру корпусов и исторический цвет фасадов. Несущий железобетонный каркас здания отреставрировали в соответствии с исходными конструктивными решениями. От поздних пристроек освободили часть первого этажа. Было восстановлено большое открытое рекреационное пространство, включающее незастроенную часть первого этажа, а также галерея, вестибюльная группа и лестница.
В здании восстановлена характерная схема инженерных коммуникаций внутри стен и перекрытий, система гидроизоляции и схема озеленения. Воссоздано оригинальное наполнение внутренней среды дома.
«Часто говорят о социальных и архитектурных достоинствах и смыслах дома Наркомфина, но очень мало известно о его инновационности с точки зрения инженерно-технических систем. Этот дом очень простой и лаконичный снаружи, но он очень сложен внутри. Его устройство невероятно продуманно, в нем нет декоративных элементов и ни одной случайной детали, которая бы не имела конкретного смысла и функции», — подчеркивает Алексей Гинзбург.
В результате реставрации зданию возвращена историческая функция. После реконструкции в жилом корпусе насчитываются 44 квартиры площадью от 30 до 120 кв. м, сохранены оригинальные двухуровневые планировки, а высота потолков варьируется от 3 до 5 м. Некоторым квартирам присвоены названия по именам известных людей, которые в них проживали: Дейнеки, Гинзбурга и Милютина.
Работы на объекте были завершены в начале 2020 года, после чего он был введен в эксплуатацию. «Дом Наркомфина был, пожалуй, одним из самых тяжелых для реставрации объектов в Москве. Он даже вошел в 100 мировых объектов культуры, которые находились под угрозой утраты. Это, безусловно, позор был, потому что это яркий памятник советского конструктивизма 1920–1930-х годов. И после того, как он был отреставрирован, конечно, видно, что действительно уникальный объект», — заявил мэр Москвы Сергей Собянин, посетивший здание.
Алексей Гинзбург выражает надежду, что реставрация дома Наркомфина станет хорошим примером. «Хотелось бы верить, что этим проектом мы показали: архитектуру той эпохи вполне можно использовать и восстанавливать даже в рамках коммерческого проекта. Точно такой же подход применим к еще сохранившимся конструктивистским рабочим поселкам. С помощью локальных изменений малогабаритные квартиры можно сделать комфортным, современным, востребованным жильем, а пространства вокруг домов — гармоничной средой для жителей», — считает он.
Участники проекта
Реализация такого уникального проекта собрала целую группу компаний, приложивших усилия для возрождения шедевра. В качестве изыскателей и проектировщиков по строительным конструкциям и инженерным разделам была привлечена ПФ «Градо». «Мы были генпроектировщиками, и в нашу задачу входило создание высокоэффективной профессиональной команды для разработки всех разделов проекта и его реализации, а также координация всех этапов этой деятельности», — рассказывает генеральный директор ПФ «Градо» Максим Коношенко.
По его словам, к самым серьезным проблемам следует отнести две. «Во-первых, здание находилось просто в ужасающем состоянии. А во-вторых, все объемно-планировочные и конструктивные решения, интерьеры и пр. находятся в предмете охраны объекта наследия. Соответственно, ничего нельзя было менять и каждый шаг нужно было согласовывать с Москомнаследия. В итоге все работы велись с максимальным сохранением всех оригинальных решений, что, конечно, было очень непросто. Однако — к некоторому даже нашему удивлению — строгость в сохранении всех деталей, на которой настаивал и Алексей Гинзбург, и органы охраны наследия, дали совершенно изумительный результат», — говорит эксперт.
По словам Максима Коношенко, большая работа потребовалась для восстановления инженерии здания. «Объект во много был экспериментальный, с трубами, проложенными внутри «камней Прохорова». При позднейшей эксплуатации, люди, которые не понимали этой специфики, пытаясь улучшить работу коммуникаций, по сути, часто ухудшали ее, разрушая созданную систему. В итоге, чтобы обеспечить нормальную работу сетей, нам приходилось применять очень сложные инженерные решения. Современное сетевое оборудование было уложено в тех же пространствах, что историческое. Хоть это было и не просто, нам удалось и конструктив сохранить, и не повлиять на объемно-планировочные решения здания», - отмечает он.
Специалист добавляет, что немало уникальных локальных решений применено при реставрации окон, живописи, других элементов здания. «При этом везде по-максимуму использовались исторические технологии. Очень сложную и интересную работу по методам аутентичным для 1930-м годов, мы выполнили при воссоздании витража», - отмечает Максима Коношенко.
Резюмируя, он подчеркивает: «Это, наверное, был самый сложный из объектов, на которых нам приходилось работать. Но результат того стоит. Ликвидировав позднейшие пристройки, понизив уровень почвы, восстановив исходное ленточное остекление, мы вернули Дому Наркомфина его изначальный облик, строившийся на пяти принципах Ле Корбюзье».
Трехмерный обмер помещений дома Наркомфина осуществляла инжиниринговая компания «НГКИ». «Нами дважды было выполнено подробное лазерное сканирование всех площадей в здании. Создана детальная интерактивная трехмерная модель объекта. Эти материалы легли в основу исполнительной документации (чертежи, планы, схемы) при подготовке проекта реставрации. Необычной, с точки зрения нашей повседневной практики нашей работы, была необходимость обмерять все помещения жилого здания. Обычно речь все-таки идет об отдельных квартирах. Мы рады были работать на таком интересном и знаковом объекте», — рассказал генеральный директор «НГКИ» Александр Фролов.