Особенности российского BIM
Несмотря на то, что сроки введения обязательного BIM для объектов госзаказа сдвинули, проектировщики все чаще применяют технологии информационного моделирования. Так, на VI Международном BIM-форуме в Москве ведущие игроки рынка цифрового строительства показали, как новая технология помогает прокладывать трассы, возводить высотки, обустраивать инженерные сети и использовать технологию на стройке.
Одним из самых актуальных для участников форума стал вопрос импортозамещения в сфере строительного программного обеспечения (ПО). Проектировщики обменивались опытом применения различных отечественных решений, а программисты презентовали собственные продукты, делились вариантами развития технологии.
«Отрадно, что в том числе благодаря санкциям в России сформировался уверенный тренд на увеличение использования отечественного ПО в проектировании и строительстве. Мы (строители) стали активнее интересоваться аналогами иностранных программ и сервисов, все больше отдавая предпочтение нашему российскому софту, а разработчики получили стимул, — говорит начальник блока проектно-изыскательских работ о бособленного подразделения АО "Управление строительства № 30" в Москве Сергей Ахтырцев. — Приведу пример. В АО "УС-30" при создании BIM-модели объекта для управления сроками строительно-монтажных работ мы довольно эффективно используем отечественную платформу Plan-R. И это на 100% российский продукт, который был разработан именно с целью импортозамещения. Microsoft приостановил продажи в Россию систем планирования Primavera и MS Project, и российская IT-компания создала Plan-R». Во время работы выставки все желающие могли познакомиться с BIM-моделью одного из объектов компании — копра «Север-2», блок календарно-сетевого планирования для которого создавался с помощью отечественной информационной системы Plan-R в обход санкционных рисков.
В каждом зале BIM-форума разработчики, программисты и проектировщики доказывали, что вопрос замены иностранного ПО на отечественное вполне решаем. С каждым годом все больше компаний выводят на рынок свои новые продукты, постоянно дорабатывая и совершенствуя собственные решения.
«Отличие BIM в России от других стран — это открытость. BIM-комьюнити постоянно обменивается знаниями, что создает благоприятную картину для развития технологии в нашей стране», — говорит ведущий BIM-специалист WE-ON GROUP Анна Селезнева.
Так, например, сейчас разработчики отечественного ПО бьются над тем, чтобы предоставить нескольким специалистам возможность параллельной работы в режиме реального времени, а также над эффективной передачей актуальных данных каждому из участников производственного процесса. В одном из залов форума программисты представили решение, которое позволяет двум архитекторам одновременно работать над созданием информационной модели, причем наблюдая вносимые коллегой изменения. По словам Максима Шибанова из Renga Software, в ходе эксперимента к рабочему столу удалось подключиться 20 проектировщикам.
Подобные возможности позволяют увеличить производительность труда в работе над информационной моделью, а именно такая задача сегодня встает перед BIM-специалистами в полный рост. Как заявляют спикеры: проектирование нуждается в волшебстве, поэтому некоторые разработчики уже начинают привлекать искусственный интеллект и нейросети. На форуме представили результаты экспериментов, когда ИИ самостоятельно искал коллизии в модели, создавал часть инженерной системы для гражданского объекта без участия проектировщика или помогал обосновать двукратное сокращение количества свай для фундамента объекта. Однако пока нерешенным остается вопрос взаимодействия между человеком и искусственным интеллектом, а также возможности его контролировать.
«Важное достижение последних лет — это формирование профессиональных кадров и развитие российских программ. Благодаря требованиям по обязательному применению информационного моделирования сформирован костяк специалистов, готовых развивать отрасль, а российские вендоры пусть с запозданием, но адаптируют программные комплексы для информационного моделирования. Главное, не останавливаться, а гармонизация требований и выход BIM в стройку дадут новый толчок развитию», — говорит заместитель главного инженера по реализации технической политики компании «ВТМ дорпроект» Владимир Баженов.
Тем не менее в России идет активная работа по созданию информационных моделей дорог и магистралей. Так, например, ПО «КРЕДО-ДИАЛОГ» использовалось для создания пилотных BIM-проектов по реконструкции подъезда к с. Бердюгино, возведению транспортной развязки в двух уровнях на пересечении автомобильной дороги «Обход г. Тюмени» с проездом Воронинские горки и строительству автомобильной дороги А-130 Москва\P — Малоярославец — Рославль — граница с Республикой Беларусь на участке км 155 + 000 — км P165 + 000 (обход г. Медынь). Как поясняет инженер-проектировщик компании Елена Кононова, разработчик уделяет особое внимание инструментам, которые позволяют заказчику в любой момент понять, в какой стадии находится проект, делая процесс удобным и визуализированным — по сути, выполнять контроль за объемами работ и ходом исполнения в процессе строительства. Для каждого элемента проекта можно назначить временной период исполнения.
Активную работу в части проектирования дорог ведут и специалисты научно-технического центра «Конструктор». С участниками форума они поделились особыми требованиями, которые предъявляет заказчик к таким заказам. От проектировщиков ждут четкого выполнения директивных сроков без увеличения стоимости вместе с традиционно высокими требованиями как к проектной документации в области дорожного строительства, так и к применяемому программному обеспечению. Оно должно быть создано в России и обеспечивать безопасное хранение данных на протяжении всего жизненного цикла с доступом к ней неограниченного круга лиц. Кроме того, приветствуются и функции, позволяющие получать документацию в XML-формате для прохождения экспертизы.
Заместитель главного инженера по реализации технической политики компании «ВТМ дорпроект» Владимир Баженов соглашается с коллегами, что взаимодействие с заказчиком — один из главных вызовов для BIM на сегодняшний день. «Проектировщики и государственные заказчики обладают очень неоднородной компетенцией в части информационного моделирования, и данную ситуацию усугубляют запутанность или отсутствие нормативных документов, разрозненность требований государственных экспертиз и заказчиков, но главное — это восприятие модели только в качестве элемента проектной документации. Разработка рабочей документации, как правило, не сопровождается разработкой информационной модели, а до реального использования и сопровождения в стройке доходят единичные модели. Все это ведет к тому, что проектная модель и фактически построенный объект могут сильно отличаться друг от друга. Отсутствие четких и единообразных правил, а также фактическое отсутствие применения моделей на строительной площадке подрывает стремление к развитию у всех участников».
Про важность квалификации в части BIM в службах заказчика говорит и директор департамента проектирования ООО «Пачоли Инжиниринг» Руслан Гатауллин: «Все сотрудники заказчика или техзаказчика должны уметь работать с BIM. Это необходимо, чтобы службы заказчика, госорганов и других участников процесса, а также непосредственные участники строительства могли взаимодействовать друг с другом в среде разработки проектной и рабочей документации. Сейчас этого нет. Платформа Revit крайне сложна для освоения, но уже закреплена на нормативном уровне. Мастер 50– 60 лет до сих пор печатает 2D-чертежи и работает с ними на стройплощадке. Вывод: нужно выбирать простые платформы для разработки BIM, двухмерные цифровые модели - nanoCAD, Akson. В них работа гораздо быстрее и дешевле. Нужно идти на упрощение процессов, например, применять такие решения, как BRIO MRS, которые позволяют работать с BIM даже низкоквалифицированным кадрам непосредственно на стройплощадке».
С существованием проблемы разрыва в уровне цифровой зрелости соглашается ведущий BIM-специалист WE-ON GROUP Анна Селезнева: «В основном рынок наполнен молодыми кандидатами без особого опыта, либо встречается полная противоположность — overqualified (переквалифицированные специалисты), которых трудно переучивать на новое ПО. Во-вторых, у заказчика отсутствует понимание, как работает BIM-сфера. Зачастую координаторы по данному направлению ранее не работали в сфере проектирования, из-за чего складывается диссонанс ожидаемых данных, их объема и итоговой модели на стадиях П и Р».
BIM на стройке
В качестве эксперимента некоторые компании уже начинают использовать BIM не только в проектировании, но и на строительной площадке. Однако это не происходит массово. Как отмечает Владимир Баженов, сначала на площадку должны прийти системы управления, электронного документооборота, введения маркировок на основании qr-кодов. А для реализации этого в первую очередь нужно обновить регулирующие документы и внести данные требования в контракты. Анна Селезнева, ведущий BIM-специалист WE-ON GROUP, соглашается с коллегой и дополняет, что массовый переход состоится только тогда, когда заказчик увидит в этом выгоду и сам захочет внедрять новую технологию, тратить свое время на обучение специалистов. Впрочем, пока мало кто понимает, как извлечь выгоду не только от оптимизации финансов на стадии проектирования.
Уже сейчас некоторые компании готовы объединять собственные решения для будущего результата. Например, теперь пользователи Renga могут эффективно реализовать связку между проектированием и строительством и управлять себестоимостью вместо ее констатации по факту завершения работ с помощью продукта IYNO. Отметим, что именно его уже активно используют передовые девелоперы. Так, IYNO работает в компаниях GRAVION, ФСК, АЕОН, Талан. «Для каждого из них BIM на стройке это возможность видеть, как изменение в процессе проектирования или же изменения на строительной площадке влияют на сроки, стоимость, качество строительства. Пилотные проекты, которые мы запускали с каждым из наших заказчиков, достаточно быстро показывают, где и как компания, которая работает с данными по методологии IYNO, может сократить затраты или же ускорить сроки принятия решения. Безусловно, если и эффект того, что отдел из тре х, например, сметчиков раньше тратил три месяца на подсчет бюджета по всем разделам проекта, а теперь может делать это за неделю. Количество проектов и скорость принятия решения значительно увеличиваю тся при сохранении численности персонала, — говорит генеральный директор IYNO Анастасия Морозова. — Количество застройщиков, которые понимают и верят в отдачу от использования BIM на стройке, будет только увеличиваться. В том числе за счет положительных примеров коллег. Надеюсь, что после этого уйдет и другой барьер внедрения: начинать надо не с внедрения BIM в проектировании, а с определения — какие управленческие решения в процессе строительства вы будете принимать по-новому? В какой момент вы будете это делать? Какая информация для этого нужна? В каком виде? Только тогда станет понятно, какими должны быть информационные требования со стороны заказчика в сторону проектировщика, в какой момент времени и какие атрибуты должны быть занесены в модель, чтобы данные из модели можно было превратить в информацию и использовать для принятия тех самых решений. Для облегчения этого процесса мы создали простейшую таблицу-рекомендацию по информационным требованиям со стороны заказчика к проектировщикам, но, безусловно, их нужно адаптировать под каждую компанию».
Сергей Ахтырцев видит будущее БИМ в продолжении активной цифровизации строительной отрасли, в частности, в разработке нормативно-технических документов и национальных стандартов Единой системы информационного моделирования (ЕСИМ). «Правовое поле должно быть у всех одно — и у исполнителей, и у заказчиков, и у контролирующих органов, — говорит эксперт. — Безусловно, BIM-моделирование будет шире использоваться на всех этапах строительства. Не секрет, что еще сравнительно недавно заказчиков интересовал лишь расчет объемов по модели, н о уже сейчас среди основных требований — возможность управления и контроля всем комплексом строительных работ — от проектирования до дальнейшей эксплуатации объекта. Заказчик сегодня уже достаточно хорошо разбирается в BIM, его компетенции в данном вопросе стали выше, а следовательно, и требования к исполнителю. Эффектной 3D-картинкой сегодня уже сложно кого-то удивить. Все хотят видеть полноценную BIM-модель в сочетании с производственными планами и графиками, чтобы в режиме реального времени моделировать и отслеживать ход выполнения работ и обеспечивать контроль за качеством строительства. От комплексной BIM-модели ждут также возможности прогнозировать стоимость реализации проекта, оценивать бюджет и смету. Хотелось бы, чтобы уровень BIM-зрелости и дальше рос у всех участников строительного процесса».
В целом BIM-форум собрал на своей площадке ведущих практиков рынка: проектировщиков, застройщиков, представителей инжиниринговых и IT-компаний, которые постарались не только дать комплексную и независимую оценку ситуации в отрасли, но и сформулировать конкретные рекомендации по цифровизации бизнес-процессов с учетом возможностей новейших программных продуктов.
Не успели горожане свыкнуться с появлением в Санкт-Петербурге 400-метрового небоскреба «Лахта Центра», а некоторые даже полюбить его, как ПАО «Газпром» породило инициативу строительства второй башни. На сей раз — более чем в 700 м высотой. Большинство экспертов скептически отнеслись к новой затее.
Официально городские власти пока никак не прокомментировали заявленный эскиз высотки «Лахта Центр 2». «В связи с тем, что в Комитет по градостроительству и архитектуре не поступали на рассмотрение материалы о строительстве предполагаемого небоскреба, сейчас невозможно дать профессиональную оценку этого проекта, озвученного на уровне идеи», — сообщили в КГА.
«Очень-очень символично»
Для презентации нового проекта было выбрано заседание Межведомственного совета по реализации соглашения о сотрудничестве между Петербургом и ПАО «Газпром». Новый небоскреб — «Лахта Центр 2» — предлагается построить «в целях дальнейшего развития общественно-делового района, который успешно создается вокруг «Лахта Центра». Здание призвано стать органичным продолжением современного архитектурного ансамбля. Небоскреб будет вторым по высоте в мире и абсолютным рекордсменом по высоте обзорной площадки (590 м) и верхнего эксплуатируемого этажа.
Инициаторы проекта заверяют, что благодаря появлению такого объекта район получит дополнительный импульс к развитию и закрепит за собой статус современного центра города с концептуальными пространствами для образования и отдыха. При этом Газпром обязуется построить объект на своей земле за свой счет. Никаких более подробных характеристик здания не озвучивается.
«Проект предполагает создание вертикальной городской среды в форме спиральной башни высотой 703 м, что символизирует неразрывную связь с историей и традициями Петербурга и новаторством, устремлением в будущее. Элегантный шпиль станет еще одним акцентом в панораме, сформированной доминантами различных эпох и движущих сил в развитии города», — заявил архитектор проекта «Лахта Центр 2» Тони Кеттл, ранее возглавлявший коллектив, разработавший концепцию первого «Лахта Центра».
По его словам, вторая башня станет еще одним образцом экоустойчивой высотной архитектуры с лучшими в своем классе энергосберегающими решениями и разнообразным функциональным назначением. «Новое высотное здание воплощает великую идею, вдохновленную энергией во всех ее формах, от спиральных энергетических волн, генерируемых вокруг квазара в глубине космоса, до спиралей энергии волн в воде», — такими словесными конструкциями охарактеризовал иностранный зодчий свое детище.
Председатель правления ПАО «Газпром» Алексей Миллер выражался менее витиевато, но не менее парадоксально, заявив, что цель новой башни — сберечь старый Петербург. «Высота башни в 703 м очень-очень символична. Это дань уважения истории — году основания великого города с богатейшей культурой, историей, своим неповторимым характером. "Лахта Центр 2" — это продолжение традиций Петербурга, ведь в начале XVIII века Петропавловская крепость, заложенная Петром I, стала одним из самых высоких зданий в мире. Создание в районе "Лахта Центра" ядра, вокруг которого будет формироваться новый, современный центр, позволит не только сделать шаг вперед во всех сферах городского развития, но и даст возможность сохранить исторический Петербург таким, каким мы его знаем и любим», — сказал он.
Лиха беда…
Представители архитектурного сообщества Петербурга, опрошенные «Строительным Еженедельником», по преимуществу скептически восприняли новую градостроительную инициативу Газпрома. Хотя и не без исключений. Примечательно, что чем более позитивно специалисты оценивают результат возведения первого небоскреба, тем лучше относятся к идее появления второго.
Большинство экспертов признает, что «Лахта Центр 1» уже прижился в городе, «отстоял свое право на существование». «Безусловно, первый проект стал точкой активного городского развития, модернизации транспортной, деловой и иной инфраструктуры. Очень хорошо, что он появился не в исторической части города. Современные градостроительные принципы в отношении мегаполисов предполагают полицентрическое развитие. В Петербурге же все городские функции пытаются сосредоточить в старых районах, что "идеологически"неправильно», — отмечает руководитель архитектурной мастерской «АМЦ-ПРОЕКТ» Сергей Цыцин.
Руководитель архитектурной мастерской «Б2» Феликс Буянов также позитивно оценивает первую башню. «Лахта Центр» стал одной из новых визитных карточек Петербурга, и даже новым открыточным видом, востребованным туристами, стал новым «местом силы», как это сейчас принято называть. Еще большую популярность он приобретет, когда откроется для публики – ведь там запроектировано множество общественных пространств. В сочетании с другими современными объектами (ЗСД, Стадион на Крестовском и пр.) он формирует северный фланг современного Морского фасада города – инновационный, смелый, яркий, созвучный чаяниям первостроителя Петербурга», — говорит он.
И новый проект «Газпрома» вполне укладывается в этот тренд. «Идея 700-метрового небоскреба – безусловно, дерзкая. Но Петербург исторически формировался именно такими, дерзкими замыслами. Возникнет диалог доминант, это с точки зрения формирования пространственной композиции города может быть очень интересно. Кроме того, я думаю, что это будет высочайшая, но не последняя высотка в этой части города, со временем образуется целый квартал, подобный Дефансу в Париже. Кстати, может быть интересной перспектива сформировать что-то подобное в несколько меньшем масштабе и на южном берегу Невской губы, создавая своего рода перекличку между высотными кластерами», - считает Феликс Буянов.
Сергей Цыцин гораздо более скептичен. «Сама идея доминант, вертикальных осей, безусловно, имеет право на существование. Но, во-первых, места их расположения должны быть очень тщательно выверены. А во-вторых, высотность объектов должна быть соразмерна городским масштабам, уже имеющейся его структуре. И в заявленной отметке в 703 м — больше амбиций инвесторов, чем здорового градостроительного подхода. В этом смысле ценность проекта скорее отрицательная», — отмечает он.
Руководитель архитектурного бюро «Студия-17» Святослав Гайкович негативно относится к обеим башням. Признавая, что инициаторы проектов желают городу добра в виде новых заметных объектов, он говорит: «Те люди, которые подтащили к городу несвойственный ему объект — "Лахта Центр" с "самой высокой в Европе" башней, решили второй раз понаступать на грабли. Хотя уже десятки и сотни раз произнесены аргументы здравомыслящих специалистов о том, что форма небоскреба является функцией цены стесненной и супердорогой земельной собственности, но не может быть экономически оправдана на просторах, например, Маркизовой Лужи. Несметно дорогая башня "Лахта Центра" постепенно окружила себя такими же расточительными родственниками — шаловливыми призмами и пирамидами аквариумов, в которых вскоре в обилии заведется офисный планктон. Когда окупятся эти эффектные сооружения, нарушающие все законы экономики в угоду корпоративным амбициям? Хорошо, вы забыли об экономике, но зачем опять грабли в виде того же Тони Кэттла, сомнительное творение которого стараниями дизайнеров от подсветки превратилось в позорную круглогодичную рождественскую елку?»
Ему вторит руководитель мастерской № 6 ЛенНИИПроекта Михаил Сарри. «На мой взгляд, первого небоскреба более чем достаточно. Он и в одиночестве вторгается в панораму Петропавловской крепости со стороны Дворцовой набережной (и не только) гораздо активнее, чем прогнозировалось до его возведения», — подчеркивает он.
Спица в небе
Если в вопросе об уместности самой идеи 700-метровой башни, которую уже окрестили и «спицей», и «веретеном», и «волшебной палочкой Волан-де-Морта», то эскизное предложение Тони Кэттла не нашло поддержки ни у одного из опрошенных специалистов. «Чудовищно!» — в ультралапидарном стиле выразил свое отношение к проекту Михаил Сарри.
«Эскиз, показанный на потеху публике, являет сооружение, эпатирующее зрителей полным отсутствием конструктивной логики и едва ли способное быть функциональным. Оно уже на стадии концепции обречено на справедливые насмешки как непредвзятых, так и искушенных в архитектуре граждан», — солидарен с ним Святослав Гайкович.
Даже Феликс Буянов, благожелательнее многих относящийся к затее «Газпрома», называет эскиз «очень сырым». «Проекту, безусловно, требуется доработка, точнее даже серьезная переработка. Мне кажется, что задумки такого масштаба и общегородского значения должны проходить этап международного конкурса, чтобы специалисты могли сравнить предлагаемые идеи и найти наиболее интересную из них», - говорит он. «Не так служат городу истинные его патриоты. Заботясь о его развитии, они следуют историческим и градостроительным законам города, а на уникальные объекты проводят архитектурный конкурс», — добавляет Святослав Гайкович.
А Сергей Цыцин ставит вопрос еще более концептуально. «Рассматривать проект надо с точки зрения градостроительной логики развития города. Если мы хотим поломать все, что делалось более 300 лет, и построить новый город, со своим наполнением, — такие проекты имеют полное право на существование — тогда, когда фактически нечего терять. Или мы желаем сохранить Петербург, которым едут полюбоваться со всего мира (подчеркну — именно городом, а не отдельными зданиями). По сути, вопрос стоит именно так: согласны ли мы разрушить исторический архитектурный организм Петербурга? Лично я этого не хотел бы», — заключает он.
На строительство многоэтажки или небоскреба уходят годы: самое высокое здание в мире – Бурдж-Халифа в ОАЭ высотой в 163 этажа – строили пять лет, а второе по величине – 127-этажная Шанхайская башня в Китае – семь лет. Но есть примеры намного более скоростных строек, причем нередко масштабных зданий, в основном с использованием металлоконструкций. О самых быстрых строительных экспериментах рассказывают эксперты компании «Ферро-Строй».
T30 Hotel Tower: 15 дней – 30 этажей (Китай)
Среди всех высоток меньше всего понадобилось времени на строительство 30-этажного отеля с говорящим названием Т30. Его возвели в Китае, в провинции Хунань. Башня площадью 17 тыс. кв. м была построена всего за 15 дней в 2011 году. В среднем каждый день здание прирастало двумя этажами.
В итоге получился пятизвездочный отель с 316 стандартными номерами, 32 люксами, восемью полулюксами и двумя президентскими люксами. Комплекс включает ресторан, бар, тренажерный зал и бассейн на последнем этаже. В подземном уровне – парковка, а на крыше – вертолетная площадка. Здание при этом признано одним из самых экологичных в Китае: внешнее солнечное затенение, превосходная энергоэффективность, система рекуперации тепла и современная очистка воздуха, которая обеспечивает качество воздуха внутри отеля в 20 раз лучше, чем снаружи (в Китае это очень актуальная проблема). Более того, поскольку высотный отель находится в сейсмоопасной зоне, при его возведении учтены возможные подземные толчки магнитудой до девяти баллов.
Строительство здания обошлось китайской компании Broad Sustainable Building в 17 млн долларов. Секрет скоростного успеха – строительство из заранее заготовленных крупных элементов, произведенных из металла, а также синхронизация разных этапов работ. Так закладка фундамента и строительство подземного этажа начались одновременно с производством первой партии рам, колонн и стеновых панелей для верхних этажей здания. На всем протяжении стройки использовался принцип Just In Time (JIT), который исключает как таковые временные и материальные издержки на складирование материалов, то есть проектирование, производство и доставку на площадку всех элементов здания продумывают так, чтобы сразу пустить их в дело, а не хранить. Обычно каркас здания по такой технологии возводится со скоростью 2-3 этажа в день, остекление занимает 5-10 дней, внутренние отделочные работы – 20-30 дней в зависимости от масштаба проекта.
Mini Sky City: 19 дней – 57 этажей (Китай)
Самое высокое из быстро построенных зданий в мире – многофункциональный комплекс Mini Sky City, также названный J57 в провинции Чанша (КНР). В строении насчитывается 57 этажей, а его возведение заняло всего 19 дней. В среднем каждый день строители заканчивали по 3 этажа. Первоначально здание должно было достигнуть в высоту 97 этажей, но местные власти потребовали ограничить высоту, ссылаясь на близость к аэропорту.
Mini Sky City – это МФК, состоящий из жилых и коммерческих площадей. Общая площадь небоскреба – 180 тыс. кв. м. С 1 по 10 этаж размещаются офисы и торговая недвижимость. С 11 по 57 этажи – 700 апартаментов площадью от 90 кв. м до 600 кв. м. Несмотря на высокую скорость строительства, здание имеет высокотехнологичную начинку: 20-сантиметровый слой термоизоляции, 4-стеклопакетные ультрапрозрачные окна, автоматическое солнечное затенение, рекуперация свежего воздуха. Здание в пять раз более энергоэффективное, чем в среднем другие постройки в Китае.
Mini Sky City также построен с применением технологии металлоконструкций. Здание на 100% состоит из стальных элементов, которые, как и в вышеописанном случае, выдерживают сильное землетрясение. На 90% небоскреб был произведен на заводе – до начала строительства было создано 2,7 тыс. модулей, включая каркас, внешние ограждения и элементы внутренних коммуникаций. На это ушло 4,5 месяца. Затем материалы привезли на площадку и собрали как конструктор Lego. Для этого привлекли по 400 рабочих на каждую из трех смен.
Instacon: 10 этажей – 48 часов (Индия)
Рекорд скорости строительства многоэтажки принадлежит индийской компании Instacon, которая возвела 10-этажное здание в городе Мохали (шт. Пенджаб, Индия) за двое суток. Место эксперимента неслучайное – в начале 2010-х Верховный суд Индии запретил кустарную добычу естественных материалов (песка и глины) для строительства зданий, что стимулировало спрос на другие технологии, в том числе и «быстрые».
Общая площадь здания составила 2,5 тыс. кв. м, а суммарный вес конструкций – 200 тонн. Как и в предыдущих историях, застройщик использовал модулярную систему – строение соорудили из заранее изготовленных крупногабаритных элементов, а также готовых инженерных систем. В основном использовалась сталь, но в подземном этаже был залит 8-сантиметровый слой бетона. На стройплощадке работали 200 высококвалифицированных инженеров и рабочих.
По планам застройщика, здание простоит 600 лет. Учитывая открытую местность и сейсмическую активность, проектировщики заложили амплитуду подвижности конструкций.
Дом на одну семью: 3 часа 26 минут (США)
В 2002 году компания Habitat for Humanity построила дом в округе Шелби (шт. Алабама, США) за 3 часа 26 минут и 34 секунды. Они побили предыдущий рекорд, установленный в Новой Зеландии – 3 часа 44 минуты 59 секунд.
Дом для матери-одиночки, которая работала медсестрой, строили всем миром: деньги собрали 75 спонсоров, включая некоммерческие организации, церкви, профессиональные ассоциации, предпринимателей, учебные заведения и гражданских активистов. Ключевой вклад в проект сделали местные объединения строителей, коммунальных служб и страховщиков. В частности, Ассоциация подрядчиков Алабамы потратила сотни часов на поэтапное проектирование здания и проработку алгоритма работ, чтобы побить предыдущий рекорд в Новой Зеландии.
В итоге на стройплощадке всего за 3,5 часа появился дом с тремя спальнями и двумя ванными. Стены были возведены всего за 16 минут, команда из 150 рабочих закрепила все узлы и соединения, установила все внутренние коммуникации и даже нарядила рождественскую елку (строительство шло в декабре). В итоге 200-тонный кран водрузил на несущие стены готовую кровлю, а представители энергетической компании подключили дом к электросети. За строительством наблюдали 400 местных жителей и журналистов, собравшихся, чтобы зафиксировать новый мировой рекорд.
«Ключевое преимущество технологии строительства из металла – это скорость, – говорит Григорий Ваулин, генеральный директор ГК «Ферро-Строй». – Причем дело не только в экономическом аспекте – уменьшение производственного цикла позволяет экономить на рабочей силе, материальных расходах, стоимости заемного капитала, а также сокращает различные риски. Скорость важна и с другой точки зрения – экологической. Чем быстрее мы возводим здание, тем меньший оставляем углеродный след в процессе строительства. Ограничивается потребность в грузоперевозках, связанных со стройкой. Исключается обслуживание лишних складских мощностей, ведь огромные объемы стройматериалов не надо хранить в ожидании застывания бетона и т.п. Говоря проще, чем быстрее мы строим, тем меньше время причиняем вред окружающей среде, а этот фактор с каждым годом становится только важнее».
Справка
Компания «Ферро-Строй» возводит с применением металлического каркаса многоуровневые паркинги, многофункциональные физкультурно-оздоровительного комплексы, офисные здания, школы, детские сады. Сроки строительства при этом примерно в 1,5-2 раза короче, чем у аналогичных строений из бетона. При «Ферро-Строй» работает инжиниринговый центр новых продуктов на металлическом каркасе, который занимается НИОКР в этой сфере. Внедряются BIM-проектирование и сквозной контроль качества.