Застройщики ищут новые решения для частных инвесторов
В обстановке тотальной неопределенности участникам рынка жилого строительства достаточно трудно привлекать покупателей. В ход идут различные маркетинговые ухищрения вроде ипотеки с субсидируемой застройщиков ставкой. Также просчитываются решения, которые позволят вернуть на рынок частных инвесторов. И оказывается, что сегодня далек от исчерпания потенциал рынка загородной недвижимости.
Никогда такого не было, и вот опять
Решение ЦБ ограничить с 1 января выдачу ипотеки с околонулевым взносом, то есть с субсидируемыми застройщиками ставками, произвело на участников рынка недвижимости, мягко говоря, гнетущее впечатление.
Подчеркнем, самим стройкомпаниям такая ипотека не очень выгодна. «Для застройщика это вынужденная история, поскольку замедляется наполнение эскроу-счета», — поясняет начальник отдела продаж «БФА-Девелопмент» Светлана Денисова. Тем не менее половина потенциальных заемщиков ориентирована именно на такой продукт, иначе просто не потянуть.
То есть, не будет субсидирования застройщиком, не будет сделки. Хотя и без этого число сделок невелико, а цены в реальных сделках последние пару месяцев ползут вниз.
«Если оценивать ситуацию именно по Петербургу, реальные цены на недвижимость на первичном рынке, то есть цены в сделках, снижаются. За два с половиной месяца снижение в отдельных локациях достигло 20%. Мы отсекаем самые крупные и самые маленькие чеки», — сообщила на круглом столе «Последние тренды рынка недвижимости и ипотеки» управляющая филиалом Абсолют Банка в Санкт-Петербурге Мария Батталова.
По оценкам эксперта, это, в частности, связано и с миграцией части граждан в другие страны. И с тем, что многие инвесторы, прежде ориентировавшиеся на сдачу своих квартир, теперь решили таковые продавать. Да и в целом в силу воцарившейся на рынке неопределенности спрос просел.
Но при этом, напоминает Мария Батталова, нужно учитывать, что с начала года цены резко возросли, некоторые объекты подорожали вдвое. «Спрос на первичку в ноябре восстанавливается преимущественно потому, что застройщики демпингуют по реальной цене квартир. Потребитель выходит на сделку, понимая, что потом цена все равно будет выше. Стройкомпании сейчас, чтобы спрос пошел, уронили цены, — резюмирует управляющая филиалом Абсолют Банка. — Застройщики обременены проектным финансированием: чем больше продадут, тем меньше размер кредитного долга — определенное число продаж проводить необходимо регулярно. От необходимости коррелировать цены в нынешних обстоятельствах не уйти».
Другие участники круглого стола как минимум не оспаривают такую оценку. «После объявления частичной мобилизации число обращений сократилось на 40–45%. А сделки, ранее запланированные на сентябрь, перешли на октябрь. И в ноябре именно по продвигаемым нами объектам спрос вернулся к плановым показателям», — комментирует исполнительный директор холдинга «Сенатор» Кирилл Ильин.
Сильным аргументом застройщиков, кроме снижения цен в формате скидок и акций, для оживления спроса в ноябре как раз и стала ипотека с околонулевыми ставками.
«Такая ипотека способствовала восстановлению спроса. Маркетинговая программа со ставкой 0,1–1% увеличивала число сделок, — делится Кирилл Ильин. — В сентябре мы поняли, что околонулевые ставки важны для принятия окончательного решения некоторыми клиентами, и добавили такую ставку в продуктовую линейку. Но доля ипотеки по этим маркетинговым акциям сейчас несущественна в общем объеме продаж. Мы продолжаем делать упор на качество строительства и уникальность локации при продвижении своих объектов».
Уточним, «пандемия» околонулевых ставок началась в конце весны и последовательно подчиняла сначала топовые компании, а затем и все строительное сообщество.
«Околонулевые ставки работают в кризис, но в долгосрочной перспективе для развития отрасли нужно делать ставку на качественные характеристики проектов», — признает исполнительный директор «Сенатора».
Что теряет рынок
Ранее субсидируемая застройщиками ипотека ориентировалась на эконом-класс, где сейчас в целом с участием ипотеки происходит порядка 90% всех продаж, и половина от данного потока — как раз околонулевые ставки. А сегодня такое жилищное кредитование распространилось и на комфорт-класс.
«Мы работаем с продуктом "Ипотека за рубль". В таком варианте ипотеки снижается ежемесячная ипотечная нагрузка, что важно для многих заемщиков, например, когда новый дом еще строится и приходится снимать жилье за отдельную плату», — поясняет начальник отдела продаж «БФА-Девелопмент».
И доля ипотечных сделок в возводимом «БФА-Девелопмент» жилом квартале комфорт-класса «Огни залива» сильно выросла. «Несмотря на конкуренцию с рассрочкой — сейчас это 70% продаж, — говорит Светлана Денисова. — С нашим субсидированием ипотеки проходит 35% сделок. Но я знаю, что у коллег, которые работают преимущественно со студиями и маленькими квартирами, эти показатели намного выше. Это просто говорит о разных аудиториях, на которые ориентируются строительные компании, поскольку "Огни залива" — это в основном крупные, "семейные" квартиры», — уточняет Светлана Денисова.
Однако с января строительным компаниям и ориентированным на выдачу ипотеки банкам для удержания спроса придется полностью перестраивать свои маркетинговые стратегии.
Но все же на рынке остается изрядное число слабо освоенных ниш. «Конкретно по Петербургу у нас каждая третья сделка — это покупка комнаты либо выкуп последней доли. Такой объем отчасти объясняется стоимостью объекта либо же необходимостью выкупить последнюю долю и получить в единоличную собственность только своей семьи всю квартиру/дом», — делится начальник отдела ипотечного кредитования ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» ДО в г. Санкт-Петербурге Елена Диоргесова.
Можно более активно работать с различными дотациями для разных категорий населения. «В нашем ипотечном продукте "Материнский капитал" можно объединить средства федерального, регионального маткапиталов и средства господдержки (450 тыс. руб.). Сумма этих средств равна размеру ипотечного кредита, предоставляемого банком, в том числе и на покупку загородной недвижимости», — говорит представитель «Примсоцбанка».
За городом житье не худо
Между тем на последние пару лет пришелся бум загородной недвижимости. И было бы неправильно не использовать тренд не только для простых продаж, но и для привлечения в сегмент частных инвесторов. На круглом столе обсуждались три таких кейса.
Так, Елена Диоргесова рассказала о запуске «Примсоцбанком» двух ипотечных продуктов: «Своя земля» и «Индивидуальное жилищное строительство».
«Сейчас доля кредитов на приобретение земельных участков достигла уже порядка 20%, т. к. на земельные участки ипотека у нас в банке без первоначального взноса. Мы видим, что к таким кредитам зачастую граждане прибегают с инвестиционной целью. В этом сегменте около 10% сделок — инвестиционные или с перспективой в дальнейшем воспользоваться льготной ипотекой на ИЖС».
Исполнительный директор Строительного холдинга «Сенатор» рассказал, что уже к ноябрю полностью восстановился спрос в возводимом на береговой линии около Зеленогорска комплексе премиум-класса с открытым подогреваемым бассейном «Морская Ривьера». «Горожанам с достатком в этом году сложнее стало выезжать на отдых за границу. А наш проект в Курортном районе хорош для жизни и идеален для отдыха или инвестиций круглый год. Энергоэффективный проект с кирпичным монолитным зданием и автономной газовой котельной позволяет сократить расходы на комфортное отопление в зимний сезон, — отмечает Кирилл Ильин. — Можно смело говорить, что уникальная недвижимость на загородке пользуется спросом. И поэтому в январе мы запустим еще один похожий проект».
В свою очередь гендиректор управляющей компании «СОВА» Виталий Шеверда представил сеть коттеджей для отдыха в Ленинградской области. Для частных инвесторов доходность — порядка 20% годовых.
«Наша компания работает в достаточно узкой нише — мы привлекаем инвестиции под прокатные быстровозводимые дома. Порог входа для инвесторов снижен, благодаря чему можно приобрести долю коттеджа (от 300 тыс. рублей), а не весь объект целиком. Если же интересней отдельный жилой объект, порог входа — от 5 млн рублей», — поясняет Виталий Шеверда.
По сути, это апартаменты в формате коттеджей, но расположенные с учетом туристических ожиданий.
«Приходится искать определенные локации у воды, не далее 110 км от Петербурга, плюс еще множество ограничений, — комментирует гендиректор управляющей компании. — Все зависит от клиента. Ищет ли он активный отдых или просто желает побыть на природе. Но основные клиенты — это семейные пары. Есть локации, где просто стоят несколько домов и клиенты приезжают пожарить шашлык или затосковавшую в бетонной коробке собаку выгулять. А есть полноценные базы отдыха со СПА, ресторанами, кафе и другими точками притяжения».
Иначе говоря, свежий тренд, который может заинтересовать частных инвесторов, это акцент на объектах недвижимости, причастных к туриндустрии. Что вполне логично — геополитическая обстановка обещает нам колоссальное развитие внутреннего туризма.
Если бы кто-то сказал мне десять лет назад, что я приму участие в спасении Петропавловской крепости, я бы не поверил.
В 2011 году мы с братом организовали небольшую компанию по продаже гидроизоляционных материалов. Вскоре поняли, что интереснее и выгоднее заниматься работами, переключились на осушение небольших погребов и подвалов. Росли компетенции, пухла папка портфолио, и нас стали приглашать на все более ответственные объекты.
На каком-то этапе наша фирма «Оптимум Прайс» вместе с операциями по гидроизоляции уже что-то укрепляла, усиливала. Новый вид работ органично влился в пул осуществляемых услуг. В немалой степени благодаря применению нами материала «ФОРС», обезвоживающего и упрочняющего конструкцию.
Однажды раздался звонок, и некий прораб попросил нас помочь разобраться с проектом. Каково же было удивление, когда в штампе документации мы прочитали «Петропавловская Крепость Монетный Дворъ». Рассмотрев чертежи и спецификации, мы выдали альтернативное решение задачи одновременного усиления и гидроизоляции стен углубляемого подвала старинного помещения, отослав обратным письмом. Прошло два дня. И вдруг на третий наша телефонная трубка стала красной! Мобильный разрывался от десятков звонков. Нас просили обосновать, доказать, дать пояснения. Мы несколько обескураженно рассказывали вещи, ставшие для нас рутинными за последние годы, и не понимали, что вызвало столь бурную реакцию.
«Монетный Дворъ» мы выполнили, сдали. Помню, как сидел в кабинете инженера крепости, и туда ворвался прораб сторонней организации с круглыми глазами, рассказывая, что они «попытались выбурить состав Оптимум Прайс, а от него искры летят, буры ломаются, такой крепкий!». Это был замечательный комплимент нашей технологии.
После этого нас приглашали на крепость еще трижды на протяжении нескольких лет. Одной из решенных нами задач было усиление оснований корпуса 14Б. Свежо воспоминание о совещании, посвященном началу работ. Длинный стол, администрация, проектировщики, технадзор, КГИОП, все твердо стоят на том, что делать нужно по проекту и никак иначе. Мне передают утвержденную документацию, а я смотрю и не понимаю. Так посмотрел и эдак, а между тем дискуссия продолжается и уже переходят к другим вопросам.
— Простите, но тут забивка свай прописана, верно? — я неуверенно прерываю общий диалог, все еще сомневаясь, так ли я понял.
— Да, верно.
— Внутри здания бить сваи? Но это невозможно. А если и было бы реально, то такие вибрации разрушат корпус и еще пару зданий рядом.
На минуту воцарилась тишина. А потом все тот же шквал вопросов, что и при первом знакомстве с объектом.
Усиление фундамента Петропавловской крепости мы выполнили успешно, применив метод манжетного инъектирования составом ФОРС Фундамент. Наше решение спасло комплекс от вероятного разрушения. Все фото и видеоотчеты в открытом доступе размещены на нашем сайте.
Петропавловская крепость — это не единственный памятник архитектуры, спасенный нашей организацией, где мы поменяли проект, доказали его у проектировщиков и сделали все от нас зависящее, чтобы культурное наследие увидели потомки. В нашей копилке — здание «Грандъ Отеля» на Малой Морской, 18–20, особняк Бейера 1820 года постройки на набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербург, усадьба Баташевых (ныне Яузская больница) и Трехгорная мануфактура в Москве, парковый комплекс «Монрепо» (наследие ЮНЕСКО) в Выборге, Меншиковский дворец в Ораниенбауме и другие. Также мы работали на ТЭЦ № 5 в Санкт-Петербурге, вытаскивали проваливающуюся под землю мегаваттную котельную в Ярославле, обследовали и выдавали технические решения по ТЭС на Кавказе, а сейчас, когда вы читаете эту статью, наши сотрудники работают на острове Сахалин.
Петропавловская крепость — не единственный и даже, возможно, не самый интересный объект. Нам, как специалистам, было гораздо занятнее останавливать подземную реку под проваливающимся шестиметровым колодцем в районе Лахта Центра, который после остановки потока нужно было еще и заглубить. Вот там была борьба!
Петропавловская крепость поразила меня отсутствием непробиваемого бюрократического аппарата. Я ожидал натолкнуться на сопротивление, длительные согласования, крючкотворство… Вместо этого были живые дискуссии, правильные вопросы и быстрые решения.
К сожалению, отсутствие бюрократии — это скорее исключение, чем правило. Например, проектировщики с одной электростанции обратились к нам еще в 2017 году. Проблема достаточно яркая. Важной конструкции грозит обрушение. Решение нами выдано сразу же, в рамках диалога. Но вот прошло четыре года, мы успели съездить и провести обследования, выдать пачки листов расчётов и подтверждений, а воз и ныне там. Представители заказчика решают вопрос «кто виноват?» вместо «что делать?».
Еще страшнее лобби производителей материалов. Например, сейчас очень распространена технология, согласно которой для гидроизоляции старинного здания его стены практически подсекаются под корень перфораторами, прошивающие почти насквозь шпуры заполняют материалом, который затем просто выбуривают и выбрасывают. Издевательство над стеной повторяется трижды. В результате и без того ослабленное веками основание здания становится будто изъеденным термитами, которые забили свои ходы хлебным мякишем. Кому это выгодно? Производителю материалов. Тройной перерасход материалов! Да еще каких дорогих материалов!
Сейчас мы боремся за то, чтобы спасти от такого вандализма памятник архитектуры, входящий в пятерку самых значимых в Санкт-Петербурге.
Но вот беда: технология и материалы Оптимум Прайс, обладая многократно превосходящими характеристиками, проверенные многолетним опытом использования на самых ответственных объектах, стоят в несколько раз дешевле. А это, увы, не всем выгодно.
Потребительский экстремизм дольщиков будет процветать по-прежнему: пока Минстрой РФ и Госдума разрабатывали поправки в законодательство, которые должны блюсти баланс интересов застройщиков и дольщиков, Роспотребнадзор предложил свои поправки в закон о защите прав потребителей. Размер неустойки составит 3% от общей цены договора за каждый день.
Законопроект Роспотребнадзора касается разных сфер услуг – предоставления связи, транспортных и медицинских. Документ уже прошел общественное обсуждение.
Статистика в пользу дольщиков
Институт развития строительной отрасли в прошлом году провел опрос застройщиков: с многочисленными претензиями и судебными исками сталкивались почти 70% компаний, почти 50% получили претензии по поводу качества сданного жилья, для 45% судебные иски вылились в серьезную проблему.
За 2018-2019 годы дольщики отсудили у застройщиков более 6,5 млрд рублей по 3,7 тыс. исков – за задержку сдачи объекта или по претензиям к качеству строительства.
Средняя сумма неустойки – 300 тыс. рублей. Но есть и другой опыт. Так, компания «Дальпитерстрой» в 2017 году выплатила 600 млн рублей в пользу тысячи дольщиков, еще почти столько же – в 2018-м.
Им все мало
Роспотребнадзор счел недостаточным неустойку в размере 1/300 ставки рефинансирования. Эта норма действует с декабря 2004 года и не учитывает методику расчета штрафов и пеней на основе ключевой ставки Центробанка, появившейся в 2016 году.
В пояснительной записке указано: действующие размеры неустойки «не покрывают законного интереса потребителя», который при задержке сдачи объекта «вынужден не только принимать на себя риски, связанные с изменениями в правоотношении с застройщиком, но и претерпевать негативные последствия».
Рассматривая дела, суды руководствуются законом о защите прав потребителей, а не о защите прав дольщиков.
Но суды, как правило, встают на сторону дольщиков. Застройщикам приходится платить.
При этом размер неустойки не получится снизить по суду. Сегодня суд может сократить размер выплат, но чиновники Роспотребнадзора сочли, что «при произвольном существенном снижении неустойки она лишается своего экономического смысла».
По новым правилам, застройщику придется выплачивать пени дольщику – частному лицу, в размере 3% от цены договора за каждый месяц просрочки; 3% от общей цены договора за каждый день просрочки при нарушении срока устранения недостатков.
По некоторым оценкам, размер неустойки составит более 1000% годовых.
А потребительского экстремизма, полагают власти, вообще не существует. Даже нельзя допустить, что потребитель стремится получить необоснованную выгоду, указано в пояснительной записке.
Между тем известны случаи, когда размер требований превышал размер внесенных дольщиком средств. Были также прецеденты, когда, получив неустойку, потребитель вновь шел в ту же компанию и покупал квартиру на полученную сумму. Застройщики знают также о покупках квартир в проблемных домах с целью получить потом неустойку.
Стандартная ситуация
События обычно разворачиваются так. Застройщик не может вовремя сдать объект, не всегда по своей вине – обстоятельства бывают разные. Понятно, что дольщики волнуются. И тут появляются юристы, которые помогают гражданам писать заявления и выступают в суде. Если появляется целая группа таких дольщиков, застройщик вынужден выплачивать несколько миллионов рублей. Эти средства могли бы пойти на продолжение строительства, устранение недоделок и проч. Выплата неустойки оборачивается замедлением строительства, и срок сдачи отодвигается еще и еще.
Именно поэтому застройщики называли такой алгоритм потребительским экстремизмом.
Нередко массовые выплаты ведут к банкротству компании – таким образом в процедуру банкротства попала в прошлом году компания «Леонтьевский мыс». Многие застройщики, уже покинувшие рынок, также столкнулись с потребительским экстремизмом. В результате некоторые объекты до сих пор не достроены.
Неторопливое законотворчество
На рассмотрении в Госдуму в конце декабря 2019 года попали два законопроекта, запрещающие взыскивать с застройщика неустойку на стадии строительства, а также снижать ее при уступке права требования третьим лицам (подразумевались юридические компании, разоряющие застройщиков через суды).
Никита Стасишин, заместитель главы Минстрой РФ, осенью прошлого года в ходе пленарного заседания XI Всероссийской конференции «Российский строительный комплекс» пояснил: нередко требования дольщиков по устранению недоделок в десять и больше раз превышает реальную стоимость работ. Происходит это с подачи юристов, который получает часть прибыли. Поэтому в закон о защите прав потребителя нужны поправки. Видимо, чиновник подразумевал другие поправки – не те, что предлагает Роспотребнадзор, а выстраивающие баланс во взаимоотношениях застройщика и дольщика.
Массовое недовольство застройщиков поддержал НОСТРОЙ, предложивший «Рекомендации по отдельным вопросам пределов правовой защиты участников долевого строительства в связи с выявлением недостатков переданных им помещений».
Ранее президент НОСТРОЙ Антон Глушков отметил: потребительский экстремизм имеет и положительный эффект – качество строительства улучшается.
Однако документ Роспотребнадзора уже готов, а другие законопроекты куда-то делись – наверное, утонули в море споров.
Мнение
Николай Гражданкин, начальник отдела продаж «Отделстрой»: «Хочется отметить, что часто просрочка сдачи дома случается не по вине застройщика. Например, дом готов, а монополисты не выполняют техусловия (по подключению к коммуникациям). Бывают и другие причины, по которым сроки ввода уже готовых новостроек затягиваются. Поэтому требовать неустойку с застройщика, тем более такую высокую, не обоснованно.
У нашей компании имидж надежного застройщика, всегда строящегося свои дома в срок. Кроме того, мы оперативно заселяем наши новостройки и быстро выдаем свидетельства о собственности на квартиры. Поэтому к нам в этом смысле претензий не возникает.
А что касается законопроекта, то хотелось бы, чтобы законодатели подумали и об ответных мерах по защите интересов застройщика, который мог бы получать неустойку за просрочку дольщиком платежей по рассрочке. Сейчас она несоразмерно мала, а механизм ее получения очень трудоемкий. Предлагаю тогда уж тоже повысить ее до 3% за каждый день просрочки оплаты».