«К стандарту есть много принципиальных вопросов»
Не успел вступить в действие с 1 ноября 2021 года обновленный ГОСТ 23166-2021 «Конструкции оконные и балконные светопрозрачные ограждающие», как Росстандарт уже в декабре продлил действие прежнего ГОСТ 23166-99 до 1 января 2024 года. Таким образом, на оконном рынке в течение двух лет будут сосуществовать два основополагающих стандарта. О том, чем и как будет руководствоваться отрасль в ближайшее время, рассуждает руководитель отдела строительного консалтинга profine RUS Александр Артюшин.
— Александр Николаевич, насколько ГОСТ 23166-99 нуждался в обновлениях и в каких, на ваш взгляд?
— ГОСТ 23166-99 «Блоки оконные. Общие технические условия» вступил в действие в 2000 году. Разработчиками этого стандарта являлись Управление стандартизации, технического нормирования и сертификации Госстроя России, ГП Центр методологии нормирования и стандартизации в строительстве Госстроя России, ГНИиПП «Научстандартдом-Гипролеспром» с участием фирмы ЗАО «КБЕ Оконные технологии». Документ был внесен в Росстандарт Госстроем России.
Разработчики очень ответственно и объективно подошли к теме стандарта, и в результате получился документ, который был принят всеми участниками рынка: системодателями ПВХ и алюминиевых профилей, производителями оконных конструкций из ПВХ и алюминиевых профилей, деревянных оконных блоков, корпоративными и частными потребителями, экспертами. ГОСТ23166-99 — это стандарт, разработанный профессионалами для профессионалов, что и объясняет его длительное существование в оконной отрасли. Но ничто не стоит на месте: меняется архитектура, изменяются размеры оконных блоков, растут нагрузки, обновляются требования к надежности и безопасности изделий, появляются новые технические решения. Конечно, в стандарте учет новых реальностей должен быть отражен в новом качестве и новых требованиях, предъявляемых к оконным блокам.
— На новую редакцию ГОСТ производители светопрозрачных конструкций отреагировали неоднозначно. Какие положения этого документа вызвали у вас, как у одного из ведущих производителей светопрозрачных конструкций, больше всего вопросов?
— Есть много принципиальных вопросов к данному стандарту. Как можно требовать исполнения положений данного документа, если он сам не соответствует требованиям, предъявляемым к документу такого ранга как ГОСТ?
ГОСТ 23166-2021 «Конструкции оконные и балконные светопрозрачные ограждающие. Общие технические условия» не соответствует целому ряду основополагающих ГОСТов в области стандартизации. Разработчики заявляют, что это не их вина — виноваты эксперты Росстандарта, которые это пропустили. Замечательно! Получается, что разрабатывается стандарт, изначально не соответствующий требованиям основополагающих нормативов, и теперь в этом виноваты эксперты.
Любой стандарт описывает параметры качества или требования, предъявляемые к конкретному продукту. Причем они должны быть наиболее важными, определяющими и достижимыми, но с минимальными значениями, чтобы не сдерживать развитие техники и не оказывать отрицательного влияния на экономику. В обновленном стандарте конкретный продукт не предусмотрен. В нем смешано все что возможно, приведены требования, которые производитель выполнить не может в принципе, но на него возлагается ответственность за их соблюдение. Например, выполнить порог с терморазрывом в случае деревянных дверей, получить от производителя гарантии безопасной эксплуатации и невыпадения из окна, учесть планировочные решения помещений и т. д. и т. п.
Интересная маленькая, но довольно типичная деталь: ГОСТ называется «Конструкции оконные и балконные светопрозрачные…», но требования к параметру «светопропускание» в стандарте отсутствует. Зато есть требование обязательного испытания по этому показателю. Зачем? Искусственно загружать испытательные центры?
Никто толком не может объяснить, какова необходимость в обязательном порядке комплектовать оконные блоки стеклопакетами с триплексом или закаленным стеклом, а в балконные двери устанавливать врезные замки? Авторы ГОСТа объясняют, что так безопасней. Конечно, это увеличит продажи отдельных позиций, но какова будет стоимость таких конструкций? Кстати, ГОСТ 23166-99 совсем не запрещает такую комплектацию. Это опции по желанию. Но зачем включать эти элементы в обязательную комплектацию?
Вообще, анализировать положения этого документа можно долго и печально. И нормально работать по нему невозможно.
— ГОСТ 23166-21 вступил в силу в ноябре прошлого года, но уже в декабре стало известно, что Росстандарт продлил действие ГОСТ 23166-99 до 1 января 2024 года для «обеспечения переходного периода при производстве и оценке соответствия светопрозрачных ограждающих конструкций». Каким образом, по вашему мнению, будет регулироваться рынок в этот период при двух одновременно действующих ГОСТах?
— Само решение Росстандарта уже говорит о том, что с разработкой и принятием ГОСТа не все в порядке. Слишком много вопросов у участников строительного рынка к этому стандарту. Как могут одновременно существовать два совершенно разных ГОСТ 23166, никто пока объяснить не может. ГОСТ 23166-99 «Блоки оконные. Общие технические условия» предъявляет требования по качеству к изделиям, которые изготовлены и поставляются потребителям. ГОСТ 23166-2021 «Конструкции оконные и балконные…», судя по названию стандарта, должен предъявлять требования к уже установленным изделиям, и он отменяет действие ГОСТ 23166-99. Как работать в такой ситуации заказчикам, проектировщикам, производителям, дилерам — совершенно непонятно. По крайней мере, мне ничего не известно об официальных разъяснениях по этому поводу.
Неясно также, что содержится за положением Приказа Росстандарта № 1813-ст от 17 декабря 2021 года, связанного с «обеспечением переходного периода при производстве и оценке соответствия светопрозрачных ограждающих конструкций». Так называемый переходный период уже был: приказ о введении в действие обновленного стандарта с 1 ноября 2021 года был подписан Росстандартом в мае 2021 года. За полгода переходного периода участники могли подготовиться к новым требованиям и с 1 ноября работать по новому стандарту. Другое дело, что подавляющее большинство участников рынка вообще ничего не знали об этом документе, так как они не принимали участие в его разработке и обсуждении, их просто поставили перед фактом.
Что означает предлагаемый органом стандартизации новый переходный период длительностью два года? Переходный период к работе по стандарту, который не соответствует требованиям основополагающих стандартов?
— Специалисты «профайн РУС» намерены принять активное участие в переработке ГОСТ. Ваша компания решением Минстроя России вошла в состав ПК 24 «Блоки оконные и дверные…». Какими будут первые шаги в этой работе?
— Да, по вопросам относительно этого стандарта, которые волнуют строительную отрасль, мы обращались в различные профильные инстанции. По итогам общего совещания в Минстрое с участием разработчиков стандарта, нашей компании, застройщиков, профильных институтов и ФАУ «ФЦС» было принято решение об обращении в Росстандарт и отзыве ГОСТ 23166-2021 на принципиальную переработку, а также о включении представителей нашей компании и участников совещания в редакционную группу по переработке этого стандарта. Росстандрат отреагировал корректировкой майского приказа и продлением действия прежнего ГОСТа, а в итоге — одновременным действием обоих стандартов. Наши запросы к разработчику стандарта ПК24 по регламенту совместной работы подкомитета упорно остаются без ответов. Будем работать дальше.
— Известно, что Технический комитет 465 «Строительство» в 2022 году планирует начать масштабную работу по созданию СП на окна. Как будут коррелироваться между собой эти разработки?
— Прежде чем приступить к разработке Свода правил, требуется принципиально переработать ГОСТ 23166-2021 до соответствия требуемым нормам и до возможности работать по нему. Если этого не произойдет, а разработка СП будет проводиться так же кулуарно, как в случае с ГОСТ 23166-2021, то ничего хорошего участникам строительного рынка это не принесет. Рынок будет и дальше лихорадить, а оконные блоки/конструкции будут обходиться потребителям все дороже и дороже.
Практику отдельных российских регионов по успешному решению проблем обманутых дольщиков могут задействовать на федеральном уровне.
Российские регионы по-разному решают проблемы обманутых дольщиков. Это связано со множеством факторов. В том числе с различными финансовыми возможностями субъектов Федерации, количеством имеющихся в них долгостроев. Между тем практику решения проблем обманутых дольщиков отдельных регионов положительно оценивают в Минстрое РФ и готовы прорабатывать механизм ее внедрения повсеместно.
Берите землю
Одним из немногочисленных регионов РФ, полностью решивших проблемы обманутых дольщиков, считается Тюменская область. С 2005 года по май 2018-го ею руководил действующий министр строительства и ЖКХ РФ Владимир Якушев. Еще в 2010 году в регионе было 72 проблемных объекта, а к сентябрю этого – не осталось ни одного. Из «дорожной карты» весной и летом были исключены три последних долгостроя.
Ранее в регионе задействовались различные механизмы достройки объектов. Среди таковых: организационная поддержка застройщика, передача его объекта новому подрядчику, выделение средств на завершение строительства из областного бюджета. В прошлом году в Тюмени была утверждена единая целевая программа защиты обманутых дольщиков. В соответствии с ней, инвестору в аренду предоставляется региональная земля за минимальную плату. Там он строит свой жилой объект, в который вселяются, в частности, и дольщики долгостроев.
В Ростовской области в этом году был принят схожий закон, который позволяет органам власти предоставить застройщику землю для строительства жилых домов без торгов. Главное условие получения участка – предоставление 5% возводимой жилой площади обманутым дольщикам.
В ряде российских регионов для решения проблем с долгостроями используют федеральную землю. В прошлом году Татарстан, Саратовская, Самарская и Пензенская области договорились с АИЖК (ныне – ДОМ.РФ) о передаче им земельных участков, находящихся в собственности РФ. Казань и Саратов получили 1,21 и 1,14 га непосредственно внутри городов. Самара и Пенза – по 42,6 и 52,3 га, но в удаленных пригородах. Регионы по условиям партнерства могут продать или сдать в аренду данные участки под строительство жилья, с условием, что оно должно помочь решить вопрос с обманутыми дольщиками.
Властям самого западного региона пришлось договариваться с Министерством обороны РФ. Военное ведомство после длительных переговоров согласилось в этом году отдать под застройку свой участок земли в 10,5 га на Артиллерийской улице в Калининграде. Рядом с ним находятся несколько долгостроев. Предполагается, что их завершением займется региональный фонд «Жилищное и социальное строительство». Он выберет подрядчика, который должен завершить строительство в течение трех лет и взамен получит право возвести на данном участке свой проект.
…или деньги
Некоторые регионы проблему обманутых дольщиков пытаются решить с помощью денежных средств. В частности, власти Москвы в 2019–2029 годах на поддержку обманутых дольщиков из городского бюджета намерены выделить 12,7 млрд рублей. Эти средства пойдут на завершение строительства трех самых проблемных объектов. Это ЖК «Царицыно», ЖК «Терлецкий парк», ЖК «Академ-Палас». Квартиры в них успели приобрести более 6 тыс. человек. В настоящее время уже проводится экспертиза и прорабатывается технико-экономическое обоснование завершения строительства. Не исключено, что после этого необходимая для достройки сумма вырастет.
Интересный вариант помощи дольщикам нашли в Подмосковье с ЖК «Лебединое озеро». В начале этого года чиновники региона и новый девелопер, сменивший обанкротившегося, пришли к выводу, что достраивать дома жилого комплекса нецелесообразно из-за высокой стоимости. Власти приняли решение выделить из областного бюджета компенсации дольщикам в сумме их вложений. Объем первого транша, который начал выплачиваться в октябре этого года, составляет 230 млн рублей. Правда, многие дольщики недовольны решением, так как за пять лет цены на недвижимость существенно выросли.
В ноябре 2018 года депутаты Законодательного собрания Приморского края приняли законопроект о выплатах компенсаций обманутым дольщикам за счет краевого бюджета. На такую помощь смогут рассчитывать приморцы, включенные в краевой реестр пострадавших участников и соинвесторов. Общий объем компенсаций составляет 83 млн рублей.
Свою схему работы с проблемными дольщиками начали обкатывать в Перми. Местные чиновники предложили дольщикам одного из проблемного ЖК создать ЖСК и взять кредит в областном АИЖК. Эти денежные средства должны пойти на завершение строительства при участии нового девелопера. Власти региона готовы выделить членам ЖСК средства на погашение этого кредита из расчета 33 кв. м на человека. Для семьи из трех и более человек – по 18 кв. м на каждого. Предполагается, что итоговая сумма доплат дольщика на достройку объекта будет незначительной. Пермские чиновники отметили, что такая схема достройки объектов является новаторской для всей России.
В Ленинградской области с 2019 года также хотят использовать новую схему достройки проблемных объектов. Региональные власти намерены забирать проблемные объекты у застройщиков и передавать их ЛенОблАИЖ, которое будет оператором завершения работ. Забираться долгострои будут в «чистом виде», при наличии технической документации, земельного участка, других активов и без кредиторской и дебиторской задолженности. Как отмечают власти региона, эта схема достройки проблемных объектов – более короткая чем используемая сейчас и предполагающая банкротство застройщика, а затем создание ЖСК. Правда, она будет применяться в самом крайнем случае, если на проблемный объект не нашлось девелопера, готового достроить его без участия ЛенОблАИЖК. Для узаконивания такой схемы достройки жилья власти Ленобласти обратились в Минстрой РФ для корректировки федерального законодательства. Инициатива региона уже получила предварительное одобрение. Предполагается, что аналогичная процедура работы с долгостроями будет использоваться и после банкротства застройщика.
Мнение
Мария Оболенская, юрист практики по недвижимости и инвестициям адвокатского бюро «Качкин и Партнеры»:
– Для решения проблемы обманутых дольщиков сразу во всех регионах – универсального рецепта нет. Для каждого субъекта РФ они будут различаться хотя бы потому, что бюджет одних регионов позволяет выделять соответствующее финансирование, а в бюджете других в принципе нет денег, в том числе и на достройку объектов. Именно потому, что решения для каждого региона свои, искать универсальный рецепт достройки проблемных объектов с помощью общих директив на федеральном уровне не имеет смысла, но успешный опыт субъектов РФ может обобщаться и тиражироваться.
Наиболее эффективными способами борьбы с существующими недостроями, скорее всего, можно назвать предоставление застройщикам участков (т. е. возможности заработать, взамен завершив проблемные объекты), а также передачу недостроев другим застройщикам. Нужно отметить, что работа по завершению объекта новым застройщиком связана со множеством рисков, и достройка часто выходит дороже, чем новое строительство. В таких случаях успешное окончание строительства более вероятно, если новому застройщику удастся покрыть затраты на достройку с помощью продажи оставшихся квартир либо если ему будет предложено соответствующее дофинансирование.
Самыми резонансными и серьезными по тяжести последствий на рынке долевого строительства стали бизнес-фиаско крупных федеральных застройщиков «СУ-155» и Urban Group.
Российский строительный рынок сейчас переживает процессы, похожие на те, что уже были в банковском секторе, – период тотальной чистки и концентрации капитала. За время кризиса рынок России, по разным оценкам, покинули почти 8 тыс. строительных организаций. Только за прошлый год, по данным Рейтингового агентства строительного комплекса (РАСК), число строительных компаний в отрасли сократилось на 20% и сейчас составляет около 4 тыс. фирм.
Уходят в основном небольшие компании. Причем две трети из них нельзя отнести к однодневкам – они были на рынке более 7 лет и просто не выдержали экономических потрясений, а также последних изменений в отраслевом законодательстве. Но бывают и крупные провалы, последствия которых годами держат рынок в напряжении, требуют вмешательства властей и отражаются на репутации всей отрасли.
Гибель титаников
Бизнес-фиаско крупных федеральных застройщиков «СУ-155» и Urban Group стали самыми резонансными и серьезными по тяжести последствий.
«СУ-155» завалилось первым. Проблемы у компании возникли в 2015 году одновременно во всех регионах присутствия. Совокупный внешний долг девелопера превышал 150 млрд рублей. Его появление собственник «СУ-155» Михаил Балакин объяснял ошибками в стратегии – компания оказалась сильно закредитована и не смогла справиться с долговой нагрузкой. Вскоре Арбитражный суд Москвы признал компанию «СУ-155» банкротом. После ее ухода с рынка осталось 155 недостроев в 14 регионах, на достройку которых требовалось на тот момент 40 млрд рублей. Из них жилых домов – 147, где было продано более 16 тыс. квартир. В числе дольщиков и пайщиков группы числилось, по меньшей мере, 40 тыс. человек (в итоге статус обманутых дольщиков получили 27,6 тыс. человек).
Учитывая масштаб бедствия, ситуацию пришлось брать под контроль федеральным властям. Для ее исправления назначили санатора – банк «Российский Капитал». На его деньги и идет достройка проблемных объектов. (Сейчас банк «Российский капитал» и его подрядчик «РК Строй» входят в состав АО «ДОМ.РФ» – прим. ред.) В Минстрое был согласован график достройки проблемных объектов компании, согласно которому все жилые объекты банкрота в России должны достроить до конца текущего года. Ключи от своих квартир в завершенных проектах получили уже более 80% дольщиков.
Похожая беда случилась и с Urban Group, но только в этом году. Договоры долевого участия в жилых комплексах компании Росреестр перестал регистрировать в апреле текущего года. Владелец Urban Group Александр Долгин сам взялся за операционное управление, обвинив предыдущего руководителя Андрея Пучкова в неэффективности и нецелевом расходовании средств. Но спасти ситуацию не удалось. В июне Фонд защиты дольщиков подал заявления о банкротстве пяти компаний Urban Group. Через месяц заявления были удовлетворены – и началось конкурсное производство. А в августе Савёловский суд Москвы заочно арестовал Андрея Пучкова по обвинению в злоупотреблении полномочиями, которое повлекло тяжкие последствия. Согласно прошедшему в компании аудиту, она не закончила строительство 68 домов общей площадью 1,4 млн кв. м. Стоимость их завершения оценивается в 71 млрд рублей, из которых только 11,9 млрд рублей, по оценке аналитиков, можно получить от продажи квартир и других помещений. У компании осталось 19,5 тыс. дольщиков.
Власти и здесь подключились к решению проблемы. Был опубликован проект постановления правительства о выделении из федерального бюджета 14,6 млрд рублей на завершение проблемных строек Urban Group. Дольщикам компании также разрешили рефинансировать ипотечные кредиты с помощью АО «ДОМ.РФ» по рыночным ставкам.
Губернатор Московской области Андрей Воробьёв публично пообещал, что все дома компании будут достроены. «В конце этого года – первые дома. И в 2019, 2020, 2021 годах этот проект должен быть окончательно завершен», – заявил он.
Почему так получилось?
Эксперты называют три основные проблемы, с которыми столкнулись девелоперы. Первая – погоня за объемами. «СУ-155» за 15 лет построило столько жилья, что можно было бы расселить миллионный город. Десять лет подряд, начиная с 2004-го, компания ежегодно сдавала более 1 млн кв. м жилья и считалась крупнейшим в стране застройщиком на рынке жилищного строительства. В 2013-м и 2014-м ее годовая выручка превышала 100 млрд рублей. Но выручка уходила в первую очередь на покупку новых площадок. Снижать темпы развития компания не могла, поскольку пошла бы цепная реакция с остановкой предприятий группы. Из-за гонки за объемами «СУ-155» приходилось работать на низкой марже. А это большой риск, о котором знают все игроки рынка. Urban Group тоже строила очень много по похожему алгоритму. По итогам прошлого года она была одним из крупнейших застройщиков Подмосковья.
Вторая проблема – привычка девелоперов не платить вовремя по счетам, затягивать сроки сдачи объектов, по сути, кредитуясь за счет поставщиков, подрядчиков и покупателей жилья. К «СУ-155» было подано множество исков с денежными требованиями, из которых около 300 были предъявлены в 2015 году. Проверка Urban Group также обнаружила схемы вывода из компании средств дольщиков. Только через выдачу займов аффилированным структурам было выведено 27 млрд рублей.
У «СУ-155» была еще личная эксклюзивная проблема – зависимость от госзаказа. До кризиса 2008 года доля госзаказа в портфеле «СУ-155» колебалась на уровне 50%, затем выросла до 70%. Компания много строила для Минобороны. Но в 2012 года министерство перешло на схему субсидирования. И по итогам 2015 года доля госзаказа в портфеле компании резко снизилась 25%, что тоже повлияло на общую ситуацию.
«Думаю, что мы никогда толком не узнаем, какие именно ошибки привели Urban Group и «СУ-155» к печальным последствиям. Часть этих проблем просто не озвучивалась – мы видим лишь некую «официальную» версию. Но последствия банкротств очевидны – уже внесены изменения в Федеральные законы № 214-ФЗ и № 218-ФЗ, а также задано направление отрасли – уйти от «долевки» к проектному финансированию, где значительная часть злоупотреблений со стороны застройщиков будет, в принципе, невозможна», – говорит аналитик ГК «ФИНАМ» Алексей Коренев.
«Причины краха разные. И больше это стечение обстоятельств – лишь в редких случаях откровенное хищение. По наиболее громким кейсам основной причиной стало создание «пирамиды» проектов, когда доходы от запущенного, но невыполненного проекта сразу направляются на запуск следующего. При такой «пирамиде» любая остановка новых проектов влечет невозможность обслуживать и строить все ранее начатые, что порождает обратную реакцию и падение «пирамиды». Масла в огонь подливают ошибки финансовых моделей проектов, ну и общие макроэкономические условия типа резкого скачка курса доллара», – говорит партнер юридического бюро «Качкин и Партнеры» Дмитрий Некрестьянов.
Считайте правильно
Последние изменения отраслевого законодательства хоть и криво, но ввели некое подобие надзора над расходованием поступлений от дольщиков, что в целом должно существенно снизить риски «пирамид». «Недостаток таких изменений в законе в том, что они плохо проработаны – и в итоге затронули всех застройщиков, так как использован принцип не точечного вмешательства, а максимально широкого охвата. Итог такой непродуманной стратегии законодателя – ухудшение ситуации для благополучных застройщиков и существенное увеличение застройщиков в зоне риска, т. е. статистически возможен обратный эффект – начнут падать добросовестные компании, так как новые условия не учитывают особенностей работы застройщиков», – переживает Дмитрий Некрестьянов.
«Стабильность любой компании основывается, в первую очередь, на правильном финансовом планировании. Всем хочется в своих прогнозах ориентироваться на оптимистичные амбиции. Но мы живем в реальности, в которой рынок очень непрост и обстановка очень динамична. Поэтому стоит закладывать риски и расходы на нивелирование этих рисков, потенциально возможные колебания спроса в финансовую модель изначально – и иметь их в виду. Особенно это важно для тех сфер бизнеса, в которые привлекается заемное финансирование, так как такие проекты предполагают четко планируемую реализацию – невыполнение части проекта и расхождение с планом чревато серьезными последствиями», – говорит руководитель направления девелопмента Becar Asset Management Екатерина Тейдер.
А руководитель Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева добавила, что в группе риска всегда оказываются объекты с минимальной стоимостью. «Себестоимость состоит из ряда статей, она за последнее время выросла, а в продаже могут находиться объекты на грани себестоимости. Например, предложение студий стоимостью меньше 1 млн рублей всегда должно настораживать покупателя. Может быть, это маркетинговый ход на старте проекта, а может быть – путь в долгострой», – заключила она.