Как заработать на недвижимости: лайфхаки по инвестированию
Каким станет рынок недвижимости после пандемии? Можно ли совершать сделки дистанционно? В каких странах недвижимость наиболее ликвидна? Об этом и не только шла речь 5 августа на канале «Митсан Консалтинг: диалоги о недвижимости». На этот раз управляющий партнёр компании «Митсан консалтинг» и по совместительству ведущий программы Дмитрий Желнин задал ряд острых вопросов соучредителю и генеральному директору компании «ARX» Роману Качинскому.
Эксперт десять лет занимается инвестициями в недвижимость, параллельно работая над другими проектами. Добиваться успеха ему помогает умелое использование современных инструментов типа блокчейна и шеринга.
Как за 20 лет гарантированно создать настоящий капитал? Учитывая низкий уровень финансовой грамотности большинства населения, у тех, кто готов рискнуть, шансы оказаться в плюсе довольно высоки.
Блокчейн в недвижимости — как это работает?
Российские компании, занимающиеся недвижимостью, уже начали использовать механизмы, где применяются блокчейн-технологии.
Роман объясняет: блокчейн позволяет одному человеку покупать количественно поменьше. К примеру, вам приглянулись апартаменты, но денег на их покупку нет. Но вы можете купить их по частям, хоть по сантиметрам, оформляя такие микро-сделки на смарт-контракте. То есть инвестором может стать любой.
— Блокчейн даёт повышенную гарантию и позволяет продавать меньшими количествами, сантиметрами, метрами — объекты. Тем самым, человек может стать инвестором вдолгую, со своей зарплаты отчисляя какую-то копеечку, но имея большую надёжность в виде недвижимости, дивидендов, доходности, которые теперь есть у него каждый год.
Закон о государственной регистрации прав на недвижимое имущество отстаёт от современного рынка лет на 50, а то и более, замечает Дмитрий Желнин. Придёт ли он когда-либо к блокчейну? Есть ли какие-либо страны, которые уже на законодательном уровне понимают новую тенденцию, принимают такого рода сделки, и учитывают, таким образом, права на часть помещения?
Подвижки есть, и очень серьёзные: по словам руководителя Сбербанка Германа Грефа, в ближайших планах крупнейшего игрока на рынке кредитования — перевод своей платформы по быстрому оформлению сделок с недвижимостью онлайн на блокчейн-платформу. Это делается для заключения договоров о долевом строительстве, для автоматизации и ускорения таких процессов.
Что касается других стран, они тоже смотрят с интересом на этот инструмент. Но стоит ли инвестировать туда? По словам Качинского, некоторые из этих стран сильно отстают в экономическом отношении (к примеру, Венесуэла); у других — допустим, на Мальте — рынок недвижимости явно перегрет.
Качинский — энтузиаст и авантюрист, лёгких путей для себя не ищет и настроен заходить в недооценённые страны, зарабатывать на недооценённой недвижимости. Из свежих примеров — его проект в Батуми:
— Батуми – это как Дубай в Эмиратах. Получается, что с одной стороны там есть экономический рост, куда вкладывают все отельные сети. Т.е. мы смотрим не потому, что мы такие умные, а мы смотрим аналитику. «Hilton», «Sheraton», «Marriott» строятся там. Любая страна может сделать то, что уже делают другие. Они делают аналитику, а потом зовут инвесторов.
Чтобы зайти в Австрию, Германию нужны сотни миллионов долларов — и при этом инвестор получит на них 1-2% годовых. Кстати, подчёркивает спикер программы, уникальность Грузии ещё и в том, что мы можем продавать 1 м2, и продавать его ещё и не по блокчейну, а официально, оформить метр на человека прямо в Реестре. На каждый докупленный метр он получает документы собственника. Право общей долевой собственности давно действует и в России. Но сама процедура покупки очередной занимает много времени из-за волокиты — поездок в Росреестр, МФЦ и т.д. и т.п. К тому же для участия в сделке всех покупателей нужно собрать вместе.
На сайте компании «ARX» есть расширенный гид инвестора, где подробно рассказывается, какие документы понадобятся, каков минимальный порог входа. С клиентом составляется договор, на основании которого купленная им доля переходит в управление компании. Речь идёт о продаже гарантированно доходной недвижимости, причём возможен расчёт криптовалютой с кошелька на кошелёк. Сделка прошла регистрацию в Реестре Грузии. В документах прописано, что расчёт принят в USDT и будет получать дивиденды.
Можно ли жить на купленных 1-2 метрах? Конечно, нет. Но на них можно зарабатывать.
— Самое важное здесь, — говорит Роман Качинский, — это два момента: гарантированная доходность и возможность выхода из проекта. Хотите перепродать — компания, заинтересованная в этих апартаментах, купит их себе обратно.
Стоит ли при покупке всего 1 метра лететь на место? Конечно, с учётом современных технологий это совершенно необязательно. Но Роман уверен: стоит. Чтобы эта инвестиционная история не закончилась 1 м2. Когда вы точно представляете, во что вкладываете, как оно выглядит, видите потенциал объекта, то будете настроены в течение года докупить оставшиеся 30 метров апартамента.
Шеринг: экономика нового времени
«Sharing economy» предполагает оплату за временный доступ к продукту. Практически все слышали о кар-шеринге. А вот что такое шеринг в недвижимости? Уже сегодня появляются сервисы, с одной стороны, объединяющие большое количество собственников и арендаторов, с другой, — специализированные объекты для совместного использования.
Тем, кто приобрёл апартамент полностью, вправе раз в году провести там две недели отпуска. Либо договориться о скидках и бонусах, если покупка ещё не завершена. В эфире «Митсан консалтинг: диалоги о недвижимости» Роман Качинский показал слайды с объектами, которые сегодня реализуются в Батуми. Здания расположены в 20 км от города, куда каждые полчаса будет осуществляться трансфер на автомобилях VIP-класса. Объект состоит из нескольких частей, одна из которых находится под управлением канадской компании «Aloft». Интересные интерьерные решения, изумительная местная природа — смотришь, и хочется поскорее оказаться там. Но пока стоп: за 1 м2 придётся заплатить $ 3000. Во столько обойдётся «квадрат» в уже готовом отеле. На старте — запуск объектов в Италии, которые тоже будут продаваться через блокчейн-платформу. Но там речь идёт о более высокой цене. Поэтому, уточняет Качинский, будет возможность покупать сантиметровые доли.
— Какая гарантированная доходность? — интересуется ведущий программы.
— Мы гарантируем в этом объекте со второго года 10% годовых в долларах США, — разъясняет Роман Качинский. — Объект сдаётся в конце декабря 2022 года. Я за доходность в валюте, которая на сегодняшний день стабильна. В Италии доходность может быть и другой; там налогов побольше.
Чтобы оптимизировать разные по формату рабочие процессы в Грузии Качинский и его партнёры создали две компании. Одна занимается ИТ, другая — покупкой недвижимости. В результате формируется совместный продукт, недвижимость получается с «умным домом». Там нет никакого ключа — войти можно только через специальный пароль, на WiFi, на приложении код, который нужно приложить к замку.
За счёт чего достигается хорошая доходность? За счёт того, что «ARX» платит вместо 20% НДС – 5%. Специфика предлагаемого продукта позволяет платить низкие налоги и при этом зарабатывать.
Какие гарантии доходности, помимо договора? Это банковская гарантия с «TBC-банком», одним из крупнейших в Грузии. «В недвижимости он, наверное, №1 по всем ипотечным бумагам», — подчёркивает Качинский. По такому договору его компания даёт не 10, а 7% годовых. Почему процент ниже? Гость программы объясняет: компания отдаёт банку в залог собственную недвижимость. В свою очередь, банк гарантирует выплаты по процентам клиентам, если «ARX» не сможет платить. В этом случае залог перейдёт банку. По опыту спикера, банковскую гарантию берут максимум на год — потом люди переходят на 10% годовых.
И напоследок — несколько слов о «чуде сложных процентов», как говорил Эйнштейн. Подводя итоги разговора, Роман Качинский напомнил зрителям известную притчу. Суть в следующем: один мудрец помог царю избежать большой катастрофы, спас царство. Царь сказал: проси всё, что хочешь. Но мудрецу ничего не было нужно. И тогда они решили сыграть в шахматы. «Вот шахматная доска — 64 клетки, — говорит мудрец. — За каждую клетку добавляй мне в 2 раза зёрнышек больше, чем за предыдущую». Они ударили по рукам — и в процессе игры всё царство перешло к мудрецу.
— Потому что даже царю сложно посчитать, что такое «сложные проценты», — говорит Качинский. — Мы очень рады, что весь мир поменялся. А недвижимость всё-таки — 75% мирового ВВП. Здесь можно перемещать большие капиталы. Если вы хотите создать серьёзный капитал, то, помимо облигаций, дивидендов, акций, надо заходить в недвижимость и рисковать.
В подарок — «точка входа»
В конце программы спикер показал сюрприз — эксклюзивный арт-объект, символизирующий своеобразную «точку входа» для тех, кто уже стал собственником 10 метров. И пообещал, что слушателям программы это произведение современного искусства достанется существенно дешевле — даже в случае покупки всего 1м2. Возможно, именно с него начнётся ваша инвестиционная история. Кроме того, зрители нашего эфира могут рассчитывать на бесплатное оформление пакета документов для совершения сделки по недвижимости.
А мы напоминаем, что покупка недвижимости — это всегда очень серьёзный шаг, который нужно делать под контролем профессионалов. Даже если речь идёт лишь об одном сантиметре. Канал «Митсан консалтинг: диалоги о недвижимости» ещё не раз вернётся к этой актуальной и многогранной теме. За помощь в подготовке программы мы благодарим наших традиционных партнёров: «Агентство строительных новостей», официальный публикатор нормативно-правовых актов Санкт-Петербурга и новостей строительной отрасли нашего города и всей страны; форум «ProNovostroy»; портал «Delovoe.TV», деловой журнал «Точка опоры»; Большой сервер недвижимости BSN.ru. Переходите по ссылкам партнёров — там действительно много интересного материала.
Совет Федерации породил очередную законодательную инициативу, имеющую целью приравнять апартаменты к жилью. Предыдущие действия в этом направлении успеха не имели. Эксперты скептически относятся как к самой «идеологии» инициативы, так и к ее шансам быть реализованной на практике.
Рабочая группа работает
Рабочей группой при Комитете Совета Федерации по федеративному устройству и региональной политике разработан законопроект, переводящий апартаменты в разряд жилых помещений. «Документом предлагается внести изменения в жилищное, градостроительное и земельное законодательство в целях установления правового статуса апартаментов и зданий с апартаментами как новых видов жилой недвижимости», - заявил глава Комитета Олег Мельниченко.
По его словам, в последние 10 лет широкое распространение получил такой сегмент рынка недвижимости, как апартаменты, однако в законодательстве такое понятие отсутствует. При этом на практике эти помещения, расположенные в зданиях нежилого назначения, используются гражданами для постоянного проживания. «Это порождает значительное количество проблем, во-первых, для самих граждан, которые не могут зарегистрироваться по месту жительства в нежилых помещениях. Во-вторых, ряд проблем возникает и у городских властей, поскольку проживающие в апартаментах граждане не обеспечиваются объектами социальной инфраструктуры», - говорит сенатор.
Олег Мельниченко считает, что нельзя игнорировать объективные процессы развития городов и блокировать развитие нового сегмента недвижимости: «В связи с этим весьма важно установить правовой статус апартаментов и зданий, в которых они расположены. Разработанный законопроект выделяет новый вид жилых помещений – «апартаменты в многофункциональном доме», что даст возможность дифференцировать требования к квартирам, жилым домам и к самим апартаментам. Определяются статус уже построенных апартаментов и зданий с апартаментами, а также условия обеспечения жилищных прав граждан, проживающих в них».
В настоящее время законопроект направлен на рассмотрение в правительство, после получения отзыва работа над законопроектом будет продолжена.
Снова здорова!
Необходимо отметить, что это, мягко говоря, уже не первая попытка приравнять апартаменты к жилью. За последнюю пятилетку, эта инициатива, кажется, уже четвертая. «Предложения сенаторов звучат как «наша песня хороша, начинай сначала». Подобного рода инициативы выдвигались и ранее, но не были доведены до законодательного уровня по разным причинам. В том числе, по причине отсутствия четкой классификации апартаментов», - отмечает вице-президент Becar Asset Management Ольга Шарыгина.
При этом она отмечает, что законопроект исходит из реалий ситуации в столице. «Сейчас рынок апартаментов Москвы огромен, только в продаже на конец 2019 года находилось 124 проекта, это около 11 тыс. юнитов. Подавляющее большинство из этих проектов созданы для проживания, это факт», - говорит эксперт.
Столь же верно и то, что идея законопроекта совершенно не учитывает ситуации в Петербурге. «Складывается впечатление, что власти не понимают, как регулировать этот сегмент, а регулировать очень хочется. Но у нас большая страна и региональная специфика в таком подходе «под одну гребенку» не учитывается. Поэтому нельзя назвать эту инициативу рациональной и обоснованной. Законопроект пока выглядит, как создающийся в интересах столичного рынка. Но в Петербурге 82% от всего приложения приходится на сервисные апартаменты. И именно на них спрос и растет больше всего. В свою очередь, оценка сегмента петербургскими властями более адекватна, нежели на федеральном уровне», - отмечает директор департамента развития ГК «ПСК» Сергей Мохнарь.
«Путь уравнивания всех апартаментов с жильем нецелесообразен, нужно четкое разграничение объектов для аренды или для проживания. Последний тип недвижимости несет в себе наибольшую опасность, т.к. не обеспечен необходимым нормами и требованиями, что в перспективе приведет к проблемам с обеспеченностью парковками, социнфраструктурой, нагрузкой на транспортную систему и пр.», - резюмирует руководитель отдела исследований Knight Frank St Petersburg Светлана Московченко.
Заявленный законопроект, хоть вероятность его принятия и невелика, потенциально способен создать проблемы для девелоперов сервисных апартаментов. «Это наиболее уязвимый сегмент с точки зрения данной законодательной инициативы, поскольку, с одной стороны, он предназначен и для сдачи в аренду, а, с другой – позволяет покупателям жить самим», - считает Ольга Шарыгина. «Если сервисные апартаменты будут признаны жилой недвижимостью, то стоимость метра моментально пойдет вверх. Тем самым снижая инвестиционный интерес к сегменту и девальвируя саму идею современной доходной недвижимости. Не совсем понятно, что в таком случае делать с уже построенными объектами. Возникнут юридические коллизии. Если уж и принимать этот сомнительный закон, то нужно оставить право на определение и регулирование апартаментов за региональными властями», - добавляет Сергей Мохнарь.
«Нововведения, приравнивающие все объекты к жилью, могут негативно отразиться на доходности и спросе на апартаменты. Пока законопроект носит очень расплывчатые очертания. Сенаторы предлагают создать новый статус «апартаменты в многофункциональных домах». Но какие объекты будут относится к этому типу, а главное, какие требования будут предъявляться застройщикам данного типа недвижимости, не ясно. Возможность прописки в апартаментах должна повлечь за собой и выполнения норм для жилых объектов, в частности, необходимо будет обеспечить жильцов социальной инфраструктурой. В таких условиях интерес девелоперов к не сервисным апартаментам значительно снизится», - соглашается Светлана Московченко.
Что делать?
При этом эксперты признают сложность задачи, стоящей перед законодателями именно из-за неурегулированности вопроса с самим понятием «апартаменты» и их классификацией. «Подобную классификацию создать возможно. Для этого нужно спросить и привлечь девелоперов, создав рабочую группу из бизнеса», - уверена Ольга Шарыгина.
Она считает, что законодателям требуется на этапе исходно-разрешительной документации различать такие проекты, чтобы до выдачи разрешения на строительство налагать на них определенные обязательства, в том числе социальные. «Но с этим пока справиться не могут, - признает эксперт. – Думаю, что девелоперам стоит задуматься о более узкой концепции новых объектов, а законодателям – о критериях оценки таких проектов».
«Всегда будет опасность в том, что недобросовестные девелоперы будут реализовывать объект под видом гостиницы. На наш взгляд, необходимо определение особого статуса, и, как следствие, специальных требований и норм к проектированию и строительству комплексов апартаментов, а также соответственный режим налогообложения», - отмечает Светлана Московченко.
А вот Сергей Мохнарь не видит острой необходимости законодательного разделения сервисных апартаментов и псевдожилья. «Это как если попытаться законодательно разделить легковые автомобили и легкий коммерческий транспорт. И то и то можно водить с правами категории B, но выбор определяется функциональным назначением и характеиристиками. Такой же принцип и в недвижимости», - считает он.
«Разделить сервисные апартаменты и псевдожилье довольно легко по наличию программы доходности. Можно так в законе и записать: апартаменты должны сопровождаться программами доходности. Но и здесь будут исключения — элитные и рекреационные апартаменты. Их покупают сознательно для регулярного личного проживания. В том числе, выбирают за счет цены. Это вновь к вопросу о том, что нельзя форматировать рынок лишь по одному признаку», - резюмирует эксперт.
Соотношение исторических традиций и современных новаций в архитектуре всегда было актуальной темой для дискуссий среди профессионалов. Сегодня особое значение получил еще и фактор «общественного мнения». «Строительный Еженедельник» пригласил экспертов, чтобы рассмотреть сложившуюся ситуацию за заочным круглым столом.
«Строительный Еженедельник»: В Петербурге сложилась странная ситуация. Согласно «общественному мнению», в городе мало новых интересных архитектурных проектов. В то же время, как только появляется какая-то неожиданная, оригинальная инициатива, то же «общественное мнение» разражается яростной критикой о несовместимости предлагаемой идеи и сложившегося исторического облика. В чем, на ваш взгляд, причина такой ситуации?
Филипп Грибанов, представитель Фонда содействия восстановлению объектов истории и культуры в Петербурге: Это нормальная реакция. Мы привыкли к сложившейся городской среде и неудивительно, что появление новых объектов вызывает противоречивые мнения. Кроме того, с одной стороны, горожане не видят качественной современной архитектуры, за редким исключением, с другой – помнят, что были градостроительные ошибки, а с третьей - беспокоятся за исторический центр города.
Михаил Сарри, начальник мастерской №6 ОАО «ЛенНИИпроект», Заслуженный архитектор России: У общества в принципе отсутствует запрос на качественную современную архитектуру (особенно в историческом центре), и следует признать, что во многом благодаря деятельности нынешнего архитектурного сообщества. Удачных примеров современной архитектуры в нашем городе, на мой взгляд, недостаточно для того, чтобы переломить эту тенденцию, которая на самом деле вполне понятна и объяснима. Общество априори консервативно и всегда настороженно относится к новациям. У классического (традиционного, декоративного и т.д.) искусства всегда больше сторонников, чем у авангарда. У Репина и Шишкина (честь им и хвала!) больше любителей, чем у Пикассо и Шагала. У Моцарта и Чайковского – чем у Шнитке и Каравайчука. И так далее. Применительно к архитектуре – у аскетично гладкой поверхности и сплошного остекления мало шансов против капители и балясины. Другое дело, что иногда авангард со временем становиться классикой (Маяковский, Шостакович, Корбюзье), но тут ключевые слова «иногда» и «со временем».
Михаил Мамошин, генеральный директор «Архитектурной мастерской Мамошина», Заслуженный архитектор России: Я думаю, что закончились стандартные сюжеты, которые были продолжением традиционных петербургских тем: ансамблевость, трехчастность, стилевые реминесценции и т.д. Появляются отступления от этих традиций, своеобразных правил игры, некие провокации, которые преподносятся как неожиданные оригинальные инициативы. Но неожиданность и оригинальность для Петербурга не всегда уместна. Вполне понятно общественное мнение, которое стремится этого не допустить.
«СЕ»: Возможно ли выйти из этого тупика? И как это сделать?
Михаил Сарри: Только создавая и множа примеры качественной современной архитектуры, популяризируя ее тем самым (неблагодарный труд!) в нашем городе.
Михаил Мамошин: Мне кажется, нужно продолжать развивать архитектуру в балансе между традициями и мейнстримом. Традиции петербургской архитектуры: сюжеты классики, барокко, ар-деко, нордическая тема. Раннеленинградские процессы (творчество Л. Хидекеля, Н. Суетина, И.Чашника, Г. Симонова, И. Явейна) должны стать новым ресурсом современной архитектуры вне исторического центра.
Святослав Гайкович, руководитель Архитектурного бюро «Студия-17», Заслуженный архитектор России: Модератор предложил называть противоречие капризов публики, тоскующей по «новеллам», и ее же негодованием при виде таковых – тупиком. Скорее это является вялотекущей коллективной шизофренией. Я считаю причиной подобного поведения объективный консерватизм общества. Причем это не недостаток, а полезный контролирующий механизм сохранения стабильности в таком долговременном процессе, как создание искусственной среды обитания. Это естественное стремление общества – публики – к главенству идеи сохранения над идеей созидания.
С точки зрения вечности задача архитекторов не заключается в попытке добиться благосклонного внимания общества, а как раз и бороться со стереотипами, так же как ученый мир борется с предрассудками и только поборов их выходит на новую ступень развития. Таким образом, мы имеем дело не с тупиком, а с естественным процессом диалектической борьбы, в которой каждая сторона играет присущую ей роль.
Регуляторами в описанном процессе выступают в каждый момент времени разные персоны и разные уполномоченные органы. В стране в целом царит полный хаос, спровоцированный чудовищным Градкодексом, авторы которого хотели полностью изгнать, но недоглядели кое-где в тексте термин «архитектура», и поэтому термин этот все же там пару раз встречается.
Филипп Грибанов: Здесь важно организовать открытый диалог, прислушиваться к разным мнениям и, может быть, прозвучит пафосно, но обязательно вести активную просветительскую работу. Часто неприятие происходит, потому что люди недостаточно хорошо знакомы с ними. У них мало информации, они не знают деталей, но знают примеры некорректного поведения инициаторов тех или иных проектов. Все это можно преодолеть, если комплексно и продуманно подходить к продвижению. Например, наш Фонд активно представлен в социальных сетях, мы отвечаем на все вопросы, рассказываем не только о своих проектах, но и в целом об архитектуре Петербурга, а это всегда интересно и познавательно. Конечно, с нами дискутируют, но нам доверяют. И что важно - очень многим людям близка и дорога тема сохранения исторического наследия. Очень приятно, что нам удалось сплотить вокруг себя активных неравнодушных людей, и их становится все больше.
«СЕ»: По вашему мнению, применительно к Петербургу – обязательно ли «хорошая архитектура» = «невысокая архитектура»?
Михаил Мамошин: Да, потому что основная петербургская тема – горизонталь. Наш город 2D, над которым раньше возвышались архитектурные акценты в виде храмов. Сейчас появились и гражданские здания-доминанты, но с этим нужно быть очень аккуратными.
Святослав Гайкович: В «настоящий исторический момент» важным фактором является полуграмотное так называемое «решение Верховного суда» о включении под планку ограничения высоты всех без исключения элементов здания. Под пресс ограничения при этом попал даже шпиль – элемент, по определению выходящий за планку общей высоты объекта. Из-за пирровой победы над «жадными девелоперами» инфантильная публика получит и уже получает примитивно плоскую, безо всякого намека на силуэт застройку.
Михаил Сарри: Сама по себе высота здания никогда не была критерием оценки его архитектурного достоинства. В мире достаточно высотных шедевров, равно как и низеньких уродцев. А вот соблюдение высотного регламента для каждого конкретного участка (особенно в Петербурге!), на мой взгляд, условие строго обязательное. Но не достаточное для создания качественного архитектурного произведения. Требуется кое-что еще!
Филипп Грибанов: Для меня это, скорее, некий стереотип. Так и хочется спросить: а почему? Ну вот откуда такое мнение? Красота и качество архитектуры не определяются десятком метров вверх. И Петербург строился как европейский прорывной город с огромным количеством высотных доминант. Это исторически город высоток – таким его задумал Петр I. А уж как это интерпретируется сейчас даже комментировать не хочу. Пусть останется на совести тех, кто на самом деле не является профессионалом в области архитектуры, но высказав где-то свое мнение, уже гордо называет себя градозащитником.
«СЕ»: До революции принципиальные решения в архитектурной сфере столицы принимал сам император. И его воля перевешивала «общественное мнение», которое часто «в штыки» встречало проекты, становившиеся затем признанными шедеврами. Ввиду временно отсутствия царя, какой адекватный механизм принятия решений в этой сфере вы видите?
Филипп Грибанов: Я вижу, что решение таких вопросов должно быть за профессионалами, остальное - это вкусовщина и пиар. Такие вопросы должны решать архитекторы, реставраторы, историки, культурологи, строители - те, кто понимают, что такое архитектура, имеют опыт и имя в этой области. Иначе получается, что каждый суслик - землемер.
Михаил Сарри: Вспоминается знаменитое изречение Черчилля: «демократия как форма правления ужасна, но все остальные формы – еще хуже!» Поэтому ничего кроме Градсовета на ум не приходит.
Святослав Гайкович: Намек модератора на то, что веком раньше решение принимал император, оказывающийся прогрессивнее консервативного общественного мнения, по-моему, неактуально. Не устаю повторять, что самым адекватным выходом явилась бы широкая практика архитектурных конкурсов, поскольку в хорошо организованном конкурсе при авторитетном жюри и широком общественном обсуждении принимается сбалансированное, примиряющее все стороны, решение.
«СЕ»: «Общественное мнение» часто против новаций в сфере архитектуры, может быть, хотя бы возродить утраченные шедевры?
Святослав Гайкович: Идея возрождения утраченных шедевров страдает существенным недостатком: общество безосновательно признает при этом деградацию русского народа, якобы утерявшего способность создавать новые шедевры и идти вперед.
Михаил Мамошин: Возрождение необходимо. Нами давно разрабатывается проект создания центра музейных коллекций Российского этнографического музея и Государственного русского музея, подразумевающий воссоздание утраченных фасадов К.Росси. Также долгие годы мы работаем над проектом воссоздания Андреевского собора в Кронштадте. Мне кажется, что там, где возможно, должны быть восстановлены храмы, в первую очередь – градостроительно значимые. От Петербургского отделения Союза архитекторов России мы передали губернатору Петербурга следующий перечень храмов, воссоздание которых можно начать уже сейчас, не вкладываясь в корректировку инфраструктуры: собор Апостола Андрея Первозванного в Кронштадте, церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Большой Коломне, церковь святого Митрофания Воронежского на Митрофаниевском кладбище, Введенских храм на Петроградской столоне, собор во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы лейб-гвардии Семеновского полка на Загородном пр.
Филипп Грибанов: Я всегда говорю: давайте строить шедевры. Мы видим, как много построено спальных кварталов, бизнес-центров, торговых центров, магазинов... Но разве это красота? Разве этим мы можем гордиться и любоваться? Пока мы любуемся только тем, что нам осталось от великих мастеров прошлого – Растрелли, Росси, Монферрана. А что наши современники оставят после себя? Именно поэтому мы инициировали завершение ансамбля Смольного монастыря, который Растрелли задумал вместе с колокольней. Этот проект может стать тем самым шедевром, который соединяет традиции великой архитектуры прошлого и современность.
Михаил Сарри: Одно другому не мешает. Двигаясь вперед, опираемся на скрепы. Поэтому я положительно отношусь к таким идеям, как воссоздание Спаса-на-Сенной, колокольни Новодевичьего монастыря на Московском проспекте или недавней инициативе строительства колокольни Смольного собора, задуманной, но не воплощенной Растрелли. Даже ярлык «новодел», гипотетически применимый к итогам такого возвращения утраченного или воплощения нереализованного, меня не смущает. Как не смущал факт восстановления портика Руска на Невском проспекте в 1970-х годах или еще раньше – дворцов Петергофа и Царского Села.