Новая жизнь дома Наркомфина
Одним из интереснейших проектов, привлекших большое внимание архитектурной и строительной общественности Москвы и всей России, стала реставрация дома Наркомфина на Новинском бульваре, 25, — всемирно признанного шедевра советского конструктивизма.
Выполненные работы имеют особое значение, ведь с 2006 года объект входил в список 100 крупнейших памятников мировой культуры, находящихся под угрозой уничтожения, формируемый некоммерческой организацией World Monuments Fund.
Рождение шедевра
Заказчиком дома Наркомфина (другое название — второй дом Совнаркома; первый — знаменитый «Дом на Набережной»), построенного в 1928–1930 годах, выступал нарком финансов РСФСР Николай Милютин, сам живо интересовавшийся вопросами архитектуры и градостроительства. Он дал советскому зодчему Моисею Гинзбургу полный «карт-бланш» для апробации на объекте новейших для того времени архитектурных идей и строительных технологий.
По мнению специалистов, в проекте отчетливо заметно влияние «Пяти отправных точек современной архитектуры» одного из отцов-основателей функционализма Ле Корбюзье, которые были опубликованы в журнале «Советская архитектура» в начале 1928 года. А именно: столбы-опоры, плоская крыша-терраса, свободная планировка, ленточное остекление и свободный фасад. Таким образом, творение Моисея Гинзбурга было выполнено в ключе самых актуальных тенденцией архитектурного авангарда того времени.
Сам автор называл жилой комплекс «опытным домом переходного типа». Проект воплощал идеи экономичного, но комфортного дома с отдельными квартирами и общественным сервисом в противовес развивавшейся параллельно в тот же период концепции дома-коммуны с полным обобществлением быта.
По проекту комплекс состоял из четырех корпусов: жилого, на 50 семей (приблизительно 200 человек); коммунального с кухней, двумя столовыми — крытой внутри и летней на крыше, а также спортзалом и библиотекой (кухня работала в 1930-е годы, продавая еду на вынос, столовая не заработала); круглого в плане здания детсада (не построен); «служебного двора», включавшего механическую прачечную (действовала в 1930-е годы), сушилку и гараж. Также намечалось, что рядом, вдоль южной границы парка, будет построен второй жилой дом с большими квартирами, но планы не были реализованы.
Жилой корпус представляет собой семиэтажное здание с двумя лестничными пролетами. Общая площадь — 5,2 тыс. кв. м, в т. ч. 870 кв. м — эксплуатируемые кровли. Первый этаж нежилой, на остальных этажах расположены «жилые ячейки». Для больших семей предлагались трехкомнатные двухъярусные квартиры (90 кв. м). Для одиночек и бездетных семей были предусмотрены малометражки (37 кв. м). С торца дома по обеим сторонам от лестниц расположены квартиры с двумя жилыми комнатами. Здание спроектировано так, что окна спален выходят на восток, а гостиных — на запад.
При строительстве использовались новейшие для того времени технологии. Каркас был изготовлен из монолитного железобетона, наружные и внутренние стены — из бетонитовых пустотелых камней, пол в квартирах — из двухслойного ксилолита, а стены и перегородки — из фибролита. Новаторские идеи были реализованы в планировке и дизайне помещений, включая вопросы колористики и инсоляции.
За конструктивные эксперименты отвечал инженер Сергей Прохоров. Важным нововведением стало использование блоков «холодного» бетонного камня с двумя крупными отверстиями: для междуэтажных перекрытий и внутри вертикальных стен между квартирами. При этом внутренние пустоты блоков использовались для прокладки канализационных, водосточных и вентиляционных каналов, размещенных внутри здания. Это обеспечивало правильную геометрию помещениям и избавляло от создания дополнительных коробов под сети. Любопытно, что производство блоков было организованно прямо на стройплощадке. Для утепления железобетонных балок использовался «камышит» («соломит») – теплоизоляционный материал из сухой спрессованной травы.
Лучшей системой освещения, по мнению, Моисея Гинзбурга, является «горизонтальная световая лента, подтянутая к потолку», которая «дает значительно более равномерную освещенность». Так появились ленточные оконные системы, характерные для объекта. В них было использовано еще одно из нововведений дома Наркомфина – «сдвижные» по горизонтали окна, скользящие по направляющим.
До конца проект реализован не был. Вместо запланированных появились не относящиеся к комплексу строения. Не начали работать и некоторые из предполагавшихся сервисов. Затем часть объектов изменила функциональное назначение, а жилой корпус неоднократно перестраивался, что разрушило его изначальный архитектурный облик. Несмотря на это, в 1987 году его взяли под государственную охрану как объект наследия регионального значения. Это, впрочем, не помешало зданию и далее деградировать, и к середине «нулевых» его состояние было признано «критическим».
Эпоха возрождения
Идея реставрации объекта наследия появилась еще в 1990-х. Но переходу дела в практическую плоскость мешала крайне запутанная ситуация с правами собственности на объект. Положение изменилось в 2015 году, когда компания «Лига прав» сумела получить контроль над зданием в целом. Символично, что проект реставрации выполнил внук Моисея Гинзбурга — Алексей Гинзбург, руководитель архитектурной мастерской Ginzburg Architects, одной из целей создания которой было именно восстановление дома Наркомфина. Проект стал победителем конкурса AD Design Award в номинации «Сохранение наследия».
Реализация проекта началась в апреле 2017 года. «Для меня была очень важна не только реставрация "формы" этого здания, но и демонстрация его актуальности, восстановление его функционального значения в том виде, каким дом был задуман автором. Идеи, заложенные архитекторами в дом Наркомфина, абсолютно современны. Это подтверждается и тем, что сейчас в нем будут жить люди, купившие все квартиры еще до завершения реставрации», — говорит Алексей Гинзбург.
Рабочие демонтировали поздние надстройки и пристройки, воссоздали объемно-планировочную структуру корпусов и исторический цвет фасадов. Несущий железобетонный каркас здания отреставрировали в соответствии с исходными конструктивными решениями. От поздних пристроек освободили часть первого этажа. Было восстановлено большое открытое рекреационное пространство, включающее незастроенную часть первого этажа, а также галерея, вестибюльная группа и лестница.
В здании восстановлена характерная схема инженерных коммуникаций внутри стен и перекрытий, система гидроизоляции и схема озеленения. Воссоздано оригинальное наполнение внутренней среды дома.
«Часто говорят о социальных и архитектурных достоинствах и смыслах дома Наркомфина, но очень мало известно о его инновационности с точки зрения инженерно-технических систем. Этот дом очень простой и лаконичный снаружи, но он очень сложен внутри. Его устройство невероятно продуманно, в нем нет декоративных элементов и ни одной случайной детали, которая бы не имела конкретного смысла и функции», — подчеркивает Алексей Гинзбург.
В результате реставрации зданию возвращена историческая функция. После реконструкции в жилом корпусе насчитываются 44 квартиры площадью от 30 до 120 кв. м, сохранены оригинальные двухуровневые планировки, а высота потолков варьируется от 3 до 5 м. Некоторым квартирам присвоены названия по именам известных людей, которые в них проживали: Дейнеки, Гинзбурга и Милютина.
Работы на объекте были завершены в начале 2020 года, после чего он был введен в эксплуатацию. «Дом Наркомфина был, пожалуй, одним из самых тяжелых для реставрации объектов в Москве. Он даже вошел в 100 мировых объектов культуры, которые находились под угрозой утраты. Это, безусловно, позор был, потому что это яркий памятник советского конструктивизма 1920–1930-х годов. И после того, как он был отреставрирован, конечно, видно, что действительно уникальный объект», — заявил мэр Москвы Сергей Собянин, посетивший здание.
Алексей Гинзбург выражает надежду, что реставрация дома Наркомфина станет хорошим примером. «Хотелось бы верить, что этим проектом мы показали: архитектуру той эпохи вполне можно использовать и восстанавливать даже в рамках коммерческого проекта. Точно такой же подход применим к еще сохранившимся конструктивистским рабочим поселкам. С помощью локальных изменений малогабаритные квартиры можно сделать комфортным, современным, востребованным жильем, а пространства вокруг домов — гармоничной средой для жителей», — считает он.
Участники проекта
Реализация такого уникального проекта собрала целую группу компаний, приложивших усилия для возрождения шедевра. В качестве изыскателей и проектировщиков по строительным конструкциям и инженерным разделам была привлечена ПФ «Градо». «Мы были генпроектировщиками, и в нашу задачу входило создание высокоэффективной профессиональной команды для разработки всех разделов проекта и его реализации, а также координация всех этапов этой деятельности», — рассказывает генеральный директор ПФ «Градо» Максим Коношенко.
По его словам, к самым серьезным проблемам следует отнести две. «Во-первых, здание находилось просто в ужасающем состоянии. А во-вторых, все объемно-планировочные и конструктивные решения, интерьеры и пр. находятся в предмете охраны объекта наследия. Соответственно, ничего нельзя было менять и каждый шаг нужно было согласовывать с Москомнаследия. В итоге все работы велись с максимальным сохранением всех оригинальных решений, что, конечно, было очень непросто. Однако — к некоторому даже нашему удивлению — строгость в сохранении всех деталей, на которой настаивал и Алексей Гинзбург, и органы охраны наследия, дали совершенно изумительный результат», — говорит эксперт.
По словам Максима Коношенко, большая работа потребовалась для восстановления инженерии здания. «Объект во много был экспериментальный, с трубами, проложенными внутри «камней Прохорова». При позднейшей эксплуатации, люди, которые не понимали этой специфики, пытаясь улучшить работу коммуникаций, по сути, часто ухудшали ее, разрушая созданную систему. В итоге, чтобы обеспечить нормальную работу сетей, нам приходилось применять очень сложные инженерные решения. Современное сетевое оборудование было уложено в тех же пространствах, что историческое. Хоть это было и не просто, нам удалось и конструктив сохранить, и не повлиять на объемно-планировочные решения здания», - отмечает он.
Специалист добавляет, что немало уникальных локальных решений применено при реставрации окон, живописи, других элементов здания. «При этом везде по-максимуму использовались исторические технологии. Очень сложную и интересную работу по методам аутентичным для 1930-м годов, мы выполнили при воссоздании витража», - отмечает Максима Коношенко.
Резюмируя, он подчеркивает: «Это, наверное, был самый сложный из объектов, на которых нам приходилось работать. Но результат того стоит. Ликвидировав позднейшие пристройки, понизив уровень почвы, восстановив исходное ленточное остекление, мы вернули Дому Наркомфина его изначальный облик, строившийся на пяти принципах Ле Корбюзье».
Трехмерный обмер помещений дома Наркомфина осуществляла инжиниринговая компания «НГКИ». «Нами дважды было выполнено подробное лазерное сканирование всех площадей в здании. Создана детальная интерактивная трехмерная модель объекта. Эти материалы легли в основу исполнительной документации (чертежи, планы, схемы) при подготовке проекта реставрации. Необычной, с точки зрения нашей повседневной практики нашей работы, была необходимость обмерять все помещения жилого здания. Обычно речь все-таки идет об отдельных квартирах. Мы рады были работать на таком интересном и знаковом объекте», — рассказал генеральный директор «НГКИ» Александр Фролов.
Правительство Ленинградской области организовало мозговой штурм. Цель – найти быстрые решения в сфере цифровизации региональной экономики, которые будут внедрены уже в 2020 году.
Штурм проходил по четырем направлениям: развитие ситуационного центра, который помогает принимать быстрые управленческие решения; развитие цифровой инфраструктуры инвестиционно-строительного комплекса; региональная система управления массивами информации; развитие человеческого капитала. В штурме участвовали представители власти, бизнеса и обычные граждане.
Эксперимент по обмену
Толчком к более активной оцифровке процессов стало заключенное на прошлой неделе соглашение между правительством региона и АНО «Аналитический центр при Правительстве РФ» – предварительная договоренность была достигнута в этом году на Петербургском международном экономическом форуме. Ленобласть стала участником эксперимента по обмену данными в числе 12 отобранных для этого субъектов РФ.
Руководитель Аналитического центра Владислав Онищенко подчеркнул, что федеральные власти ожидают от региона результата в сфере эффективного управления данными.
Быстрые решения
Управление регионом – в числе приоритетных задач цифровизации. Здесь процесс уже стартовал, не дожидаясь 2020 года. Ситуационный центр, отметил губернатор Ленобласти Александр Дрозденко, уже месяц работает в тестовом режиме. За этот месяц стало понятно: чем больше данных собрано, тем лучше будет результат. По мнению главы региона, аккумулированные информационные массивы позволят принимать управленческие решения быстро, и те будут взвешенными. «Принципиально потратить деньги не на разработку подходов к решению задачи, а на решение самой задачи. Нужен конечный результат», – прокомментировал он свою позицию.
Среди идей, которые родились в процессе мозгового штурма, – сократить промежуточные этапы процедур, повысить доступность услуг для граждан и бизнеса, а также объединить данные из разных систем, включая поисковые.
Ленобласть вошла в число 12 пилотных регионов, на базе которых создаются местные информационные базы – позже они будут объединены в общероссийскую систему данных, хранящихся в облаке.
Сначала субъекты РФ накопят информацию и начнут обмен внутри себя, на следующей ступени обмен планируется наладить между регионами, участвующими в эксперименте, позже – объединить все данные в общую систему на государственном уровне. Как отметил Владислав Онищенко, в общую базу войдут не только официальные данные, собранные в различных ведомствах, но также информация частных компаний-провайдеров.
Также среди задач создания цифровой администрации – сокращение времени для принятия решений. Александр Дрозденко считает региональную систему управления данными одним из драйверов цифровизации экономики. Ее планируется выстроить на основе ситуационного моделирования и прогнозирования.
Участники мозгового штурма предложили автоматизировать решения губернатора. Идея состоит в том, чтобы система сама обрабатывала исходные данные и предлагала варианты решений. Александр Дрозденко полагает, что наличие нескольких вариантов решений позволит улучшить их качество, а также сократит время совещаний с нескольких часов до часа. Он подчеркнул, что надо тратить время не на заседания, а на их подготовку.
В сфере управления предложено несколько простых и очевидных решений. Например, в области ЖКХ – установить датчики на сетях, которые укажут проблемные участки и позволят принять решения о модернизации. Пилотный проект по сбору данных с приборов учета уже начат в Приозерском районе.
Аналогичным образом с минимальными затратами следует наладить сбор данных для социальных проектов – например, сейчас нет обобщенных сведений о количестве льготных категорий граждан в регионе. Это не позволяет быстро и точно подсчитать, какие затраты необходимо заложить в бюджет для обеспечения тех или иных льгот.
ГПЗУ на автомате
Важнейшая задача дли оцифровки инвестиционно-строительного комплекса – сокращение бюрократических процедур: от сбора исходной документации до разрешения на ввод в эксплуатацию. «Люди видят бюрократию в отказах», – подчеркивает Александр Дрозденко.
В частности, стоит задача сократить сроки процедур на 30%, а также снизить количество отказов при выдаче разрешений на строительство. Для этого участники обсуждения предлагают создать общую для области базу градостроительной документации, куда войдут генпланы, проекты планировок территорий и пр. Эту базу необходимо совместить с данными от поставщиков ресурсов. В конечном счете нужно будет добавить функцию предварительной проверки исходной документации. Это позволит обратиться в ту или иную службу с конечной версией пакета документов только один раз – на ошибки укажет сервис базы в ходе подготовки. И, безусловно, потребуется перевод документации в электронный вид.
Широкий взгляд
На федеральном уровне определены основные направления цифровизации экономики – именно они получат господдержку. По словам Владислава Онищенко, государство может вкладываться в развитие и создание инфраструктуры. В первую очередь интернета и средств связи. Однако, отметил он, для Ленобласти эти направления не актуальны. Зато актуально развивать сбор, обработку и хранение информации.
Есть направление, связанное с импортозамещением, – речь идет о разработке собственных технологий. Столичные чиновники полагают, что это можно сделать только на базе крупных компаний, причем технологии они могут разрабатывать по необходимости – для реализации конкретных проектов. Первые кандидаты – компании энергетического сектора.
С другой стороны, не исключено взращивание новых компаний на базе новых технологий – от стартапа до получения коммерческого эффекта. «Государство – не самый эффективный венчурный инвестор», – отметил Владислав Онищенко. По его мнению, Ленобласть может стать платформой для развития этого направления цифровизации.
Еще одно направление – локализация, что связано с использованием отечественного программного обеспечения. Как отметил Владислав Онищенко, «мы эффективны в сфере безопасности и связи». И только. Прочие направления нуждаются в развитии. Сейчас, как заявил эксперт, очевидна тенденция – попытка скомбинировать разные платформы, в том числе скрестить зарубежные продукты с российскими. Он особо подчеркнул: чтобы не тратить усилия и деньги попусту, регионам лучше покупать лицензии, услуги, а не разработку программ.
Также в числе приоритетов информационная безопасность. Сейчас, пояснил Владислав Онищенко, она выглядит как соответствие неким требованиям: выполняешь их – все в порядке. В действительности же взломы сегодня нередки, а ущерб, который они наносят, никто не просчитывает. Соответственно, есть потребность перейти на риск-ориентированную модель без утечки данных.
Цифровые проблемы
Новое начинание не всегда идет гладко. Например, выявилась проблема достоверности данных: они разнятся даже в официальных базах и, соответственно, нуждаются в доскональной проверке.
Кроме того, нужна новая нормативная база – ранее предложенная уже устарела. «Мы на старте цифровизации не всё понимали, как надо. Поэтому теперь нужен пересмотр нормативной базы», – пояснил Александр Дрозденко.
Мнение
Александр Дрозденко, губернатор Ленобласти:
- Наш регион одним из первых вступил на путь цифровизации. Сегодня мы продолжаем эту работу: создан ситуационный центр, который дает возможность принимать оперативные управленческие решения, запускаем проект цифровой платформы для инвестиционно-строительной сферы. Особое направление — цифровизация социальной сферы. Здесь мы ожидаем новый подход к решению ежедневных задач людей: от электронной записи к врачу до получения паспорта.
Властям Санкт-Петербурга удалось поставить точку в пятилетней борьбе с проблемным наследством печально известной ГК «Город». Сдан в эксплуатацию последний долгострой компании – ЖК «Прибалтийский» в Красносельском районе.
Напомним, ГК «Город» активно вышла на рынок в 2010 году и начала строительство одного за другим трех жилых комплексов: «Ленинский парк» (изначально заявленный срок ввода разных очередей – 2013–2014 годы), «Прибалтийский» (2014–2015 годы) и «Морская звезда» (IV квартал 2015 года). Агрессивная рекламная кампания и демонстративно низкие цены на жилье в проектах обеспечили высокие объемы продаж. Тем не менее в 2014 году все стройки (на разных этапах строительства) фактически остановились. К июню 2015 года холдинг был признан банкротом, а в реестр проблемных объектов попали дома всех трех ЖК. Владелец ГК «Город» Максим Ванчугов, обвиняемый в хищении 3 млрд рублей у обманутых дольщиков, был заключен в следственный изолятор (в начале этого года выпущен на домашний арест). А городские власти были вынуждены взять ситуацию под особый контроль и с тех пор, используя различные схемы и работая с разными подрядчиками, боролись с проблемным наследием холдинга.
На прошлой неделе Служба госстройнадзора Санкт-Петербурга выдала застройщику разрешение на ввод последнего дома ГК «Город» на 589 квартир и паркинга в ЖК «Прибалтийский». Комплекс состоит из пяти жилых домов на 2148 квартир и трех паркингов. Инвестором при завершении строительства объекта выступил ПАО «Банк «Санкт-Петербург», техническим заказчиком – ООО «Управление строительными проектами», генеральным подрядчиком – АО «Монолитстрой», застройщиком – ООО «Орбита».
Чуть ранее, в июле, Группа «Эталон», привлеченная городскими властями к достройке другого проблемного объекта – ЖК «Морская звезда» на улице Оптиков в Приморском районе, получила разрешение на ввод комплекса. Он состоит из одного жилого дома на 1164 квартиры, встроенного лечебно-профилактического учреждения и паркинга.
Последние корпуса проблемного ЖК «Ленинский парк» в Красносельском районе были сданы еще весной. Комплекс состоит из семи жилых домов на 2644 квартиры, здания коммерческого назначения и трех паркингов.
Таким образом, на сегодняшний день сданы все 13 домов на 5956 квартир общей площадью почти 261,8 кв. м в трех жилых долгостроях ГК «Город». Общее число обманутых дольщиков в этих объектах составляло 5001. Договоры долевого участия были заключены как на квартиры, так и на коммерческие помещения и паркинги. Сейчас граждане, состоявшие в реестре пострадавших дольщиков, из него исключены и постепенно получают свои квартиры.
Также на территории квартала, где располагаются ЖК «Прибалтийский» и «Ленинский парк», введен в эксплуатацию детсад на 200 мест, построенный по Адресной инвестиционной программе Комитета по строительству. А до конца 2019 года строители введут еще школу на 1375 мест.
По поручению вр. и. о. губернатора Петербурга Александра Беглова на внутриквартальной территории ликвидирована несанкционированная свалка, ведется инженерная подготовка под строительство еще трех социальных объектов: подстанции скорой помощи, которую построят в 2020 году, и двух детсадов на 180 и 150 мест, проектирование которых закончится до конца текущего года.
Мнение
Николай Линченко, вице-губернатор Санкт-Петербурга:
– Достройка проблемных объектов достаточно четко идет в соответствии с планом мероприятий. На начало года в городе было 15 проблемных объектов (29 домов). Почти по всем объектам имеются управленческие решения, найдены пути достройки. Даже по таким одиозным долгостроям, как ЖК «Охта Модерн» и «Новая Скандинавия», заключены соглашения на достройку с крупными надежными застройщиками. Так что, как и планировалось, в этом году почти все долгострои Петербурга будут сданы.
К счастью, переход на проектное финансирование и эскроу-счета исключит саму возможность появления новых долгостроев, так как новая модель обеспечена в том числе возвратностью денежных средств, вложенных на банковский счет, в объеме до 10 млн рублей. Эта сумма потенциальной возвратности вложения обеспечивает реализацию жилищных прав, гарантированных гражданам Конституцией РФ. На мой взгляд, в масштабах страны это достаточная гарантия того, что новых обманутых дольщиков не должно появиться.