Спасение зданий. Творчество и бюрократия
Если бы кто-то сказал мне десять лет назад, что я приму участие в спасении Петропавловской крепости, я бы не поверил.
В 2011 году мы с братом организовали небольшую компанию по продаже гидроизоляционных материалов. Вскоре поняли, что интереснее и выгоднее заниматься работами, переключились на осушение небольших погребов и подвалов. Росли компетенции, пухла папка портфолио, и нас стали приглашать на все более ответственные объекты.
На каком-то этапе наша фирма «Оптимум Прайс» вместе с операциями по гидроизоляции уже что-то укрепляла, усиливала. Новый вид работ органично влился в пул осуществляемых услуг. В немалой степени благодаря применению нами материала «ФОРС», обезвоживающего и упрочняющего конструкцию.
Однажды раздался звонок, и некий прораб попросил нас помочь разобраться с проектом. Каково же было удивление, когда в штампе документации мы прочитали «Петропавловская Крепость Монетный Дворъ». Рассмотрев чертежи и спецификации, мы выдали альтернативное решение задачи одновременного усиления и гидроизоляции стен углубляемого подвала старинного помещения, отослав обратным письмом. Прошло два дня. И вдруг на третий наша телефонная трубка стала красной! Мобильный разрывался от десятков звонков. Нас просили обосновать, доказать, дать пояснения. Мы несколько обескураженно рассказывали вещи, ставшие для нас рутинными за последние годы, и не понимали, что вызвало столь бурную реакцию.
«Монетный Дворъ» мы выполнили, сдали. Помню, как сидел в кабинете инженера крепости, и туда ворвался прораб сторонней организации с круглыми глазами, рассказывая, что они «попытались выбурить состав Оптимум Прайс, а от него искры летят, буры ломаются, такой крепкий!». Это был замечательный комплимент нашей технологии.
После этого нас приглашали на крепость еще трижды на протяжении нескольких лет. Одной из решенных нами задач было усиление оснований корпуса 14Б. Свежо воспоминание о совещании, посвященном началу работ. Длинный стол, администрация, проектировщики, технадзор, КГИОП, все твердо стоят на том, что делать нужно по проекту и никак иначе. Мне передают утвержденную документацию, а я смотрю и не понимаю. Так посмотрел и эдак, а между тем дискуссия продолжается и уже переходят к другим вопросам.
— Простите, но тут забивка свай прописана, верно? — я неуверенно прерываю общий диалог, все еще сомневаясь, так ли я понял.
— Да, верно.
— Внутри здания бить сваи? Но это невозможно. А если и было бы реально, то такие вибрации разрушат корпус и еще пару зданий рядом.
На минуту воцарилась тишина. А потом все тот же шквал вопросов, что и при первом знакомстве с объектом.
Усиление фундамента Петропавловской крепости мы выполнили успешно, применив метод манжетного инъектирования составом ФОРС Фундамент. Наше решение спасло комплекс от вероятного разрушения. Все фото и видеоотчеты в открытом доступе размещены на нашем сайте.
Петропавловская крепость — это не единственный памятник архитектуры, спасенный нашей организацией, где мы поменяли проект, доказали его у проектировщиков и сделали все от нас зависящее, чтобы культурное наследие увидели потомки. В нашей копилке — здание «Грандъ Отеля» на Малой Морской, 18–20, особняк Бейера 1820 года постройки на набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербург, усадьба Баташевых (ныне Яузская больница) и Трехгорная мануфактура в Москве, парковый комплекс «Монрепо» (наследие ЮНЕСКО) в Выборге, Меншиковский дворец в Ораниенбауме и другие. Также мы работали на ТЭЦ № 5 в Санкт-Петербурге, вытаскивали проваливающуюся под землю мегаваттную котельную в Ярославле, обследовали и выдавали технические решения по ТЭС на Кавказе, а сейчас, когда вы читаете эту статью, наши сотрудники работают на острове Сахалин.
Петропавловская крепость — не единственный и даже, возможно, не самый интересный объект. Нам, как специалистам, было гораздо занятнее останавливать подземную реку под проваливающимся шестиметровым колодцем в районе Лахта Центра, который после остановки потока нужно было еще и заглубить. Вот там была борьба!
Петропавловская крепость поразила меня отсутствием непробиваемого бюрократического аппарата. Я ожидал натолкнуться на сопротивление, длительные согласования, крючкотворство… Вместо этого были живые дискуссии, правильные вопросы и быстрые решения.
К сожалению, отсутствие бюрократии — это скорее исключение, чем правило. Например, проектировщики с одной электростанции обратились к нам еще в 2017 году. Проблема достаточно яркая. Важной конструкции грозит обрушение. Решение нами выдано сразу же, в рамках диалога. Но вот прошло четыре года, мы успели съездить и провести обследования, выдать пачки листов расчётов и подтверждений, а воз и ныне там. Представители заказчика решают вопрос «кто виноват?» вместо «что делать?».
Еще страшнее лобби производителей материалов. Например, сейчас очень распространена технология, согласно которой для гидроизоляции старинного здания его стены практически подсекаются под корень перфораторами, прошивающие почти насквозь шпуры заполняют материалом, который затем просто выбуривают и выбрасывают. Издевательство над стеной повторяется трижды. В результате и без того ослабленное веками основание здания становится будто изъеденным термитами, которые забили свои ходы хлебным мякишем. Кому это выгодно? Производителю материалов. Тройной перерасход материалов! Да еще каких дорогих материалов!
Сейчас мы боремся за то, чтобы спасти от такого вандализма памятник архитектуры, входящий в пятерку самых значимых в Санкт-Петербурге.
Но вот беда: технология и материалы Оптимум Прайс, обладая многократно превосходящими характеристиками, проверенные многолетним опытом использования на самых ответственных объектах, стоят в несколько раз дешевле. А это, увы, не всем выгодно.
В условиях кризиса, вызванного пандемией коронавируса, главным драйвером на первичном рынке жилья стала ипотека, которая получила мощную поддержку на государственном уровне. При этом эпидемиологические риски серьезно изменили технологию выдачи кредитов. Эксперты отрасли рассказали о том, как банки работают в условиях кризиса и как освоили переход в режим онлайн.
Ипотека и кризис
Кризис, спровоцированный пандемией COVID-19, больно ударил по экономике в целом и по покупательной способности граждан а частности. В начале апреля объемы выдачи ипотеки и продаж жилья начали стремительно падать.
В целях поддержания отрасли были введены беспрецедентные меры государственной поддержки заемщиков. В соответствие с запущенной федеральными властями программой до 1 ноября 2020 года можно оформить кредит на жилье в новостройках по ставке всего 6,5% годовых – причем субсидирование процентной ставки осуществляется весь период кредитования. И эта мера дала существенный результат: объемы и ипотечного кредитования, и продаж жилья существенно выросли.
«В 2020 году спрос на ипотеку сократится. Пандемия уже начала приводить к снижению доходов населения, с одной стороны, и в период неопределенности клиенты отказываются от крупных покупок, с другой. В апреле объемы выдачи ипотечных кредитов сократились, но драматического падения не было. Количество обращений за новой ипотекой в мае выросло в 2,5 раза, но выдачи далеки от показателей начала года», - рассказывает Константин Мурашкин, руководитель отдела продаж ипотечных кредитов макрорегиона «Запад» Райффайзенбанка.
По его словам, субсидирование ипотеки, безусловно, позволило поддержать строительную отрасль и индивидуальных заемщиков. «Без этого падение рынка ипотеки было бы драматическим. Но вряд ли это поможет рынку достичь показателей 2019 года», - считает специалист.
Как бы то ни было, по общей оценке экспертов, драйвером рынка жилья является ипотека с господдержкой. По данным Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость» с ее использованием на первичном рынке жилья в Санкт-Петербурге сейчас заключается три четверти сделок. «В июне сохраняется наметившаяся ранее тенденция, когда после старта программы льготной ипотеки доля ипотечных сделок выросла с 62% (в первом квартале) до 76% в настоящее время», - говорит Ольга Трошева, руководитель Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость».
Ветер перемен
При этом сложная эпидемиологическая обстановка потребовала от банков изменения формы работы с гражданами – из соображений безопасности и в соответствии с требованиями властей о прекращении работы клиентских офисов. Интересно при этом, что некоторые крупные банки и до прихода коронавируса прилагали усилия для перевода процесса оформления кредита в цифровую среду, и немало в этом преуспели.
Заместитель председателя Северо-Западного банка ПАО Сбербанк Анатолий Локотков подчеркивает, что в банке дистанционный процесс оформления ипотечных сделок был запущен задолго то пандемии. «И сейчас это как никогда актуально. Наши клиенты могут приобрести жилье, оставаясь дома и не нарушая режим самоизоляции», - отмечает он.
«В феврале Райффайзенбанк интегрировал личный кабинет ипотечного заемщика на сайте банка с порталом Госуслуг, чтобы процесс оформления заявки на ипотеку стал удобнее. Теперь 85% информации анкеты на ипотеку заполняется автоматически. Подать документы и получить одобрение можно полностью дистанционно. Заемщики с удовольствием пользуются этой возможностью – 90% заявок на ипотеку принимаем онлайн», - рассказывает Константин Мурашкин.
Другие кредитные структуры спешно догоняют пионеров освоения цифры. «Мы успешно запустили пилотный процесс и сейчас онлайн-сделки пока не массовые. В части продуктов это пока только первичное жилье. В ближайшее время будем масштабировать процесс за счет включения новых категорий клиентов и ипотечных программ», - говорит руководитель центра ипотечных продуктов и цифрового партнерского бизнеса Росбанка Игорь Дмитриев.
По его словам, для проведения сделки онлайн в целом требования для клиента не изменились. «Однако сейчас мы рассматриваем клиентов, у которых есть подтвержденная учетная запись на портале Госуслуг – за счет возможностей наших сервисов они могут подтвердить доход и трудоустройство выпиской из ПФР онлайн», – уточняет специалист.
Дело техники
Игорь Дмитриев говорит, что сейчас большинство этапов процесса оформления ипотеки для клиента проходит в формате онлайн. «Все зависит от выбранного клиентом продукта, например, по вторичному жилью или семейной ипотеке есть своя специфика проведения таких сделок, и по данным продуктам сделать полностью онлайн процесс проблематично, однако мы работаем над этим», - отмечает он.
Специалист добавляет также, что, применительно к объектам первичного рынка многое зависит от технической готовности партнеров: застройщиков и страховых компаний. «В части взаимодействия банка и клиента все может проходить в формате онлайн, начиная от подачи заявки и получения одобрения, заканчивая подписанием кредитного договора с помощью усиленной электронной подписи. Регистрация сделки также проходит в формате онлайн», - говорит Игорь Дмитриев.
Константин Мурашкин отмечает, крупные застройщики уже используют собственные сервисы электронной регистрации. «На вторичном рынке эта технология пока менее распространена. Райффайзенбанк активно разрабатывает решение по электронной регистрации, которое даст нашим клиентам и партнерам максимальное удобство», - добавляет он.
Сбербанк же предпринимает меры для того, чтобы стимулировать клиентов пользоваться именно цифровыми технологиями. «Кроме того, что онлайн-сервисы удобны и экономят время, их использование может быть еще и выгодно. Сейчас при регистрации сделки в электронном виде действует специальный дисконт 0,3 п.п. годовых на ставку», - отмечает Анатолий Локотков.
Игорь Дмитриев также выражает уверенность в перспективности диджитл-сервисов. «Мы уверены, что спрос на онлайн-ипотеку будет расти – это удобно, прежде всего, самим клиентам», - говорит он.
В целом представители банковского сообщества смотрят на ситуацию со сдержанным оптимизмом. «Возврат к докризисным объемам выдачи ипотеки мы ожидаем не ранее июля-августа, когда будут сняты все ограничения и рынок вернется к прежнему ритму. В условиях неопределенности, конечно, сложно делать прогнозы. Однако такие тенденции, как снижение ключевой ставки ЦБ, поддержка строительной отрасли со стороны государства, а также цифровизация ипотеки могут поспособствовать восстановлению прежней активности в ипотечном кредитовании после снятия ограничительных мер», - резюмирует Константин Мурашкин.
По прогнозу единого института развития в жилищной сфере ДОМ.РФ, если не начнется вторая волна коронавирусной инфекции, которая снова приведет к повышению волатильности на финансовых рынках, средняя ставка по ипотеке в 2020 году составит 7,5-8% годовых. За год будет выдано около 1 млн кредитов общей суммой в 2,5 трлн рублей (для сравнения: в 2019 году в России было выдано 1,27 млн ипотечных кредитов на 2,85 трлн рублей). Причем почти 60% всего объема кредитов будет выдаваться на новое жилье (по сравнению с 32% в 2019 году).
Прямая речь
Анатолий Локотков, заместитель председателя Северо-Западного банка ПАО Сбербанк:
- Оформление ипотечного кредита, консультации и подготовка к сделке проходят онлайн через сайт ДомКлик. Кроме того, зарплатным клиентам банка не потребуются никакие документы. При использовании Сбербанк Онлайн с помощью технологии SberbankID данные клиента автоматически заполняются. Остальные — могут подтвердить занятость и доход, заказав справку из ПФР также онлайн в личном кабинете ДомКлик. Система сама подскажет, какие документы еще нужны для конкретной ипотечной программы, их достаточно просто сфотографировать и загрузить. В итоге, выехать в офис банка необходимо только один раз для подписания кредитной документации — это вопрос безопасности. Но если клиент по какой-то причине не может посетить отделение, то наши сотрудники готовы, с соблюдением всех мер предосторожности для здоровья, приехать к нему. Эта услуга бесплатная, пока она работает только для покупателей квартир в новостройках.
Кому нужен стрит-арт? Кого оштрафуют за Иосифа Бродского? Как найти компромисс между замыслом художника и пакетом документов на согласование?
Тематическое мероприятие - «Искусство в городской среде: особенности законодательного регулирования паблик-арта в Санкт-Петербурге», где обсуждались вопросы вовлечения паблик-арта, или как его еще называют, стрит-арта, в оформление и обустройство общественных пространств Северной столицы, прошло в модно-необходимом сегодня видеоформате.
Представители КГИОП ратовали за законность нанесения граффити или иных объектов стрит-искусства на объекты капитального строительства.
- Представьте себе чувства завхоза школы, куда пришла проверка, а на заборе – граффити с изображением Иосифа Бродского, например, - разъяснял тонкости размещения арт-объектов председатель КГИОП Сергей Макаров. – Школа оштрафована, а не граффитист.
В свою очередь художники стремились показать свою готовность к диалогу с властью и собственниками зданий и общественных пространств, чтобы их работы гармонично вписывались в сложившийся экстерьер.
- Мы могли бы делать арт-объекты на заказ и с соответствующими согласованиями, - отстаивала позиции художественного сообщества основатель Института исследования стрит-арта Альбина Мотор.
- Согласования обязательны, - подчеркнул председатель КГА Владимир Григорьев. – И если наскальным рисункам это было необязательно, то стрит-арт – влечет за собой изменение объекта благоустройства и здесь, кроме желания художника, нужно учитывать и мнение жителей, и, в обязательно порядке, регламент КГА по согласованию.
По результатам интересной и жаркой дискуссии было принято решение предоставить в городе пилотные площадки временных художественных конструкций в виде баннеров или щитов, где представители стрит-искусства могли бы реализовывать свои проекты, а представители органов власти отрабатывать процедуру согласования.