Спасение зданий. Творчество и бюрократия
Если бы кто-то сказал мне десять лет назад, что я приму участие в спасении Петропавловской крепости, я бы не поверил.
В 2011 году мы с братом организовали небольшую компанию по продаже гидроизоляционных материалов. Вскоре поняли, что интереснее и выгоднее заниматься работами, переключились на осушение небольших погребов и подвалов. Росли компетенции, пухла папка портфолио, и нас стали приглашать на все более ответственные объекты.
На каком-то этапе наша фирма «Оптимум Прайс» вместе с операциями по гидроизоляции уже что-то укрепляла, усиливала. Новый вид работ органично влился в пул осуществляемых услуг. В немалой степени благодаря применению нами материала «ФОРС», обезвоживающего и упрочняющего конструкцию.
Однажды раздался звонок, и некий прораб попросил нас помочь разобраться с проектом. Каково же было удивление, когда в штампе документации мы прочитали «Петропавловская Крепость Монетный Дворъ». Рассмотрев чертежи и спецификации, мы выдали альтернативное решение задачи одновременного усиления и гидроизоляции стен углубляемого подвала старинного помещения, отослав обратным письмом. Прошло два дня. И вдруг на третий наша телефонная трубка стала красной! Мобильный разрывался от десятков звонков. Нас просили обосновать, доказать, дать пояснения. Мы несколько обескураженно рассказывали вещи, ставшие для нас рутинными за последние годы, и не понимали, что вызвало столь бурную реакцию.
«Монетный Дворъ» мы выполнили, сдали. Помню, как сидел в кабинете инженера крепости, и туда ворвался прораб сторонней организации с круглыми глазами, рассказывая, что они «попытались выбурить состав Оптимум Прайс, а от него искры летят, буры ломаются, такой крепкий!». Это был замечательный комплимент нашей технологии.
После этого нас приглашали на крепость еще трижды на протяжении нескольких лет. Одной из решенных нами задач было усиление оснований корпуса 14Б. Свежо воспоминание о совещании, посвященном началу работ. Длинный стол, администрация, проектировщики, технадзор, КГИОП, все твердо стоят на том, что делать нужно по проекту и никак иначе. Мне передают утвержденную документацию, а я смотрю и не понимаю. Так посмотрел и эдак, а между тем дискуссия продолжается и уже переходят к другим вопросам.
— Простите, но тут забивка свай прописана, верно? — я неуверенно прерываю общий диалог, все еще сомневаясь, так ли я понял.
— Да, верно.
— Внутри здания бить сваи? Но это невозможно. А если и было бы реально, то такие вибрации разрушат корпус и еще пару зданий рядом.
На минуту воцарилась тишина. А потом все тот же шквал вопросов, что и при первом знакомстве с объектом.
Усиление фундамента Петропавловской крепости мы выполнили успешно, применив метод манжетного инъектирования составом ФОРС Фундамент. Наше решение спасло комплекс от вероятного разрушения. Все фото и видеоотчеты в открытом доступе размещены на нашем сайте.
Петропавловская крепость — это не единственный памятник архитектуры, спасенный нашей организацией, где мы поменяли проект, доказали его у проектировщиков и сделали все от нас зависящее, чтобы культурное наследие увидели потомки. В нашей копилке — здание «Грандъ Отеля» на Малой Морской, 18–20, особняк Бейера 1820 года постройки на набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербург, усадьба Баташевых (ныне Яузская больница) и Трехгорная мануфактура в Москве, парковый комплекс «Монрепо» (наследие ЮНЕСКО) в Выборге, Меншиковский дворец в Ораниенбауме и другие. Также мы работали на ТЭЦ № 5 в Санкт-Петербурге, вытаскивали проваливающуюся под землю мегаваттную котельную в Ярославле, обследовали и выдавали технические решения по ТЭС на Кавказе, а сейчас, когда вы читаете эту статью, наши сотрудники работают на острове Сахалин.
Петропавловская крепость — не единственный и даже, возможно, не самый интересный объект. Нам, как специалистам, было гораздо занятнее останавливать подземную реку под проваливающимся шестиметровым колодцем в районе Лахта Центра, который после остановки потока нужно было еще и заглубить. Вот там была борьба!
Петропавловская крепость поразила меня отсутствием непробиваемого бюрократического аппарата. Я ожидал натолкнуться на сопротивление, длительные согласования, крючкотворство… Вместо этого были живые дискуссии, правильные вопросы и быстрые решения.
К сожалению, отсутствие бюрократии — это скорее исключение, чем правило. Например, проектировщики с одной электростанции обратились к нам еще в 2017 году. Проблема достаточно яркая. Важной конструкции грозит обрушение. Решение нами выдано сразу же, в рамках диалога. Но вот прошло четыре года, мы успели съездить и провести обследования, выдать пачки листов расчётов и подтверждений, а воз и ныне там. Представители заказчика решают вопрос «кто виноват?» вместо «что делать?».
Еще страшнее лобби производителей материалов. Например, сейчас очень распространена технология, согласно которой для гидроизоляции старинного здания его стены практически подсекаются под корень перфораторами, прошивающие почти насквозь шпуры заполняют материалом, который затем просто выбуривают и выбрасывают. Издевательство над стеной повторяется трижды. В результате и без того ослабленное веками основание здания становится будто изъеденным термитами, которые забили свои ходы хлебным мякишем. Кому это выгодно? Производителю материалов. Тройной перерасход материалов! Да еще каких дорогих материалов!
Сейчас мы боремся за то, чтобы спасти от такого вандализма памятник архитектуры, входящий в пятерку самых значимых в Санкт-Петербурге.
Но вот беда: технология и материалы Оптимум Прайс, обладая многократно превосходящими характеристиками, проверенные многолетним опытом использования на самых ответственных объектах, стоят в несколько раз дешевле. А это, увы, не всем выгодно.
Как известно, Фонд защиты дольщиков законодательно наделен правом достраивать долгострои с целью решения проблем пострадавших дольщиков. Видимо, федеральные власти подсчитали примерную общую стоимость этих работ, поскольку Минстрой РФ разработал и вынес на обсуждение проект Постановления Правительства РФ, согласно которому часть проблемных объектов можно вообще не достраивать.
Вместо этого Фонд защиты дольщиков будет наделен правом ограничиться денежной компенсацией обманутым гражданам. Причем проект Постановления касается только случаев, если застройщик – банкрот.
Фонд сможет отказаться от финансирования достройки в ряде случаев: если пострадавшим дольщикам надо выплатить меньше или столько же денег, сколько потребуется на завершение объекта; если на достройку объекта потребуется больше трех лет; и если в регионе сформирован местный фонд защиты дольщиков.
Чтобы выбрать форму помощи дольщикам, Фонду предстоит учесть сведения, размещенные в Единой информационной системе. Например, сформирован ли уже реестр требований к застройщику-банкроту, каков размер этих требований, известна ли стоимость земли, какова степень готовности незавершенного объекта и т. д.
По оценке экспертов, опрошенных «Строительным Еженедельником», основные положения документа должны поспособствовать решению проблемы обманутых дольщиков.
Как отмечает советник и руководитель практики «Недвижимость и строительство» юридической компании Borenius Арина Довженко, сама по себе идея финансирования мероприятий при банкротстве застройщика, в том числе по завершению строительства за счет средств Фонда защиты прав дольщиков, не нова. «Проект призван «заменить» действующее Постановление Правительства РФ № 1234 от 07.10.2017 и содержит более детальное регулирование порядка принятия Фондом решения о финансировании или решения о нецелесообразности финансирования», – отмечает она.
По словам эксперта, более детальное регулирование процедуры принятия Фондом защиты дольщиков решения о финансировании и оснований отказа приведет к большей прозрачности и прогнозируемости соответствующих решений Фонда, что является позитивным моментом.
Руководитель практики «Недвижимость» Объединенной Консалтинговой Группы Юлия Арустамова отмечает, что долгое время ситуация с объектами, где на достройку дома требовалось значительное дополнительное финансирование, оставалась очень сложной, практически непреодолимой: пострадавшие дольщики попадали в финансовую и правовую ловушки с непонятными перспективами. «Данная инициатива Минстроя РФ, скорее всего, повлияет на положение участников долевого строительства, которые пострадали от недобросовестных застройщиков, позитивно, так как она предусматривает разрешение сложных ситуаций – порядок возмещения дольщикам», – считает она.
Вопрос, насколько выгодна пострадавшим дольщикам выплата компенсации, не имеет однозначного ответа. «Действительно, выплата денег позволяет мгновенно снять с большого количества лиц статус обманутых дольщиков. Что касается выгоды дольщиков от этого, то все будет зависеть от выбора объектов аналогов для определения стоимости квадратного метра. Пока проект не вносит ясности в критерии выбора», – говорит руководитель практики земельного права, недвижимости и строительства компании «Пепеляев Групп» Елена Крестьянцева.
«При выплате компенсации за счет средств компенсационного фонда гражданин получает денежные средства в размере не менее цены квартиры, указанной в договоре участия в долевом строительстве. При этом сумма компенсации определяется расчетным путем как произведение общей площади квартиры (но не более 120 кв. м) и рыночной стоимости квадратного метра равнозначного жилого помещения на первичном рынке на момент выплаты данного возмещения. Гражданин в любом случае вернет себе уплаченную стоимость квартиры. Вопрос о том, что выгоднее – деньги или квартира, – на наш взгляд, зависит, в частности, от цен на рынке в данный момент, от конкретной локации, где расположена «несостоявшаяся» квартира гражданина», – добавляет Арина Довженко.
Мнение
Юлия Арустамова, руководитель практики «Недвижимость» Объединенной Консалтинговой Группы:
– Появление права на получение компенсации позволит дольщикам покинуть проекты-долгострои с неопределенной перспективой, перестать быть заложниками ситуации, когда застройщик – банкрот. Максимальная сумма возмещения рассчитывается на основе официальной стоимости квадратного метра в регионе на дату покупки. При этом площадь квартиры, за которую можно получить деньги, не должна превышать 120 кв. м. Конечно, это ограничение компенсации влияет на удовлетворенность дольщика. При этом опыт прошлых лет показывает, что лучше иметь хотя бы такую возможность, позволяющую покинуть бесперспективный проект не с пустыми руками.
Экологический туризм в своем классическом виде – как туризм познавательный – в Ленобласти пока не нашел своей экономической составляющей. Но региональные власти верят в успех.
Как заявила замглавы Комитета по туризму Ленобласти Римма Сачунова, в общем туристском потоке в Ленобласть порядка 40% – индивидуальные туристы, которые организуют свои путешествия без помощи туроператоров и преимущественно формируют спрос на услуги в направлении экотуризма. «Я верю, что со временем и в результате нашей системной работы мы достигнем того, что экологический туризм будет востребован масштабно», – подчеркнула она.
Ранее губернатор Ленобласти Александр Дрозденко выделил три наиболее перспективных направления развития туризма в регионе. Это исторический туризм, привлекающий внимание иностранных гостей; во-вторых, паломнический туризм, активно растущий благодаря наличию большого количества монастырей и церквей. «Третий вид – активный отдых, и в этом направлении мы видим рост числа внутренних туристов. К нам приезжает все больше москвичей, северян, жителей центральной России и Крыма – это активные люди, которые ведут еще и познавательный туризм», – отмечал он.
Стимулом к развитию туризма как перспективного для экономики региона направления стал «майский указ» Президента Владимира Путина. Одним из ключевых направлений в документе обозначен именно экологический и сельский туризм. Кроме того, как напомнила Римма Сачунова, вопрос о развитии туристского комплекса Ленобласти вот уже два года подряд входит в число тем для обсуждения на площадке Петербургского международного экономического форума.
Сегодня в Ленобласти 47 ООПТ (особо охраняемых природных территорий), на семи из них уже оборудованы экологические маршруты: это музей-усадьба Н. И. Рериха и радоновые источники у дер. Лопухинки, Вепсский лес и Линдуловская роща, Токсовские высоты и Раковые озера, а также гряда Вярямянселькя. В рамках нацпроекта «Экология», согласно планам областного Комитета по природным ресурсам, три экологических маршрута будут дооборудованы. Так, велосипедный маршрут в заказнике «Гряда Вярямянселькя», обустроенный в 2015 году на протяжении 7 км, получит продолжение до 11 км. Будет обновлен и самый популярный объект из числа ООПТ – Токсовские высоты. Предполагается очистка более 5 га захламленной территории, установка малых архитектурных форм и деревянных информационных щитов. Пешеходный экологический маршрут оборудуют на Колтушских высотах – объекте, охраняемом ЮНЕСКО.
Ленобласть развивает экологический туризм, кроме того, через программы приграничного сотрудничества – прежде всего это программа «Россия – юго-восточная Финляндия». Цель проекта Visit Vuoksa – создание и благоустройство экологических маршрутов в пределах озерно-речной системы Вуокса. Проект BizCycle нацелен на развитие трансграничного велосипедного и экологических видов туризма.
Потенциал для сельского туризма обусловлен близостью к Петербургу. Основная задача в этом направлении – развитие сети коллективных средств размещения и одновременно их классификация. Меры поддержки отрасли со стороны региональных властей включают информационную, организационную и финансовую помощь. «Ежегодно проходит конкурсный отбор для предоставления субсидий некоммерческим организациям, реализующим проекты по формированию комфортной туристской среды в нашем регионе», – сообщила Римма Сачунова.
Со своей стороны, областной Комитет по развитию малого, среднего бизнеса и потребительского рынка предоставляет субсидии на строительство гостевых домов, приобретение технических средств, создание инженерной инфраструктуры, благоустройство территории и др., а также на классификацию гостевых домов и коллективных средств размещения
Мнение
Александр Дрозденко, губернатор Ленобласти:
– Мы понимаем, что туризм может стать серьезной частью нашей экономики, когда турпоток достигнет 3-4 млн человек. Ведь сейчас нас посещает преимущественно так называемый «перекрестный» турист, который приезжает в Санкт-Петербург на несколько дней и один день проводит в области. Поэтому наша задача – заинтересовать людей и убедить приезжать к нам не «заодно», а целенаправленно.