Себе дороже, но все же: редевелопмент исторических зданий Петербурга
Судьба исторического центра Санкт-Петербурга по-прежнему волнует экспертов. Помимо объектов культурного наследия, в срочном восстановлении нуждаются многие исторические здания, в которых не жили известные люди, построенные не прославленными архитекторами и разрушающиеся десятилетиями после расселения. Наиболее критичные проблемы, специфика редевелопмента в центре Северной столицы, выбор между стилизациями и современной архитектурой — мнениями делятся девелоперы, архитекторы и застройщики.
«В Петербурге тысячи исторических зданий, и ни у кого нет четкого понимания, какая часть из них уже нуждается в срочной реконструкции, какая потребует капитального ремонта в ближайшие годы. То, что делается для реконструкции городского центра сейчас, — капля в море», — полагает Эдуард Тиктинский, президент Группы RBI.
Разрушающая сила закона
По мнению Виталия Никифоровского, вице-президента ГК Springald, город самоустранился от проблем редевелопмента центра: «В пылу политических баталий последовательно ужесточался закон № 820-7 «О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия…», превратившись в итоге в практически запретительный документ.
Архитектор Феликс Буянов, основатель «Архитектурной мастерской Б2», председатель Объединения архитектурных мастерских, наиболее критичной проблемой считает «трагический отрыв федеральной нормативной документации от петербургских реалий». Подавляющую часть исторических зданий Санкт-Петербурга невозможно приспособить под современное использование с соблюдением норм пожарной безопасности и санитарно-эпидемиологических требований и одновременно с соблюдением охранного законодательства, как федерального, так и регионального, уверен эксперт: «Петербург как минимум в пределах исторической части города — объединенной охранной зоны — должен сохраняться и развиваться по своему особому градостроительному законодательству, как например, это позволено Москве».
Алексей Шашкин, генеральный директор ООО «ИСП Геореконструкция», согласен, что нужно изменить идеологию общестроительных норм применительно к памятникам, разработать специальный свод правил, посвященный обеспечению механической безопасности памятников: «Задумаемся, что такое коэффициенты запаса в наших нормах? Это коэффициент на незнание: недоброкачественные строительные материалы, неточные расчетные схемы, недоисследованные грунты, брак при строительстве. От этих ошибок (до некоторого предела) и страхуют нормативные коэффициенты запаса. Но памятник, простоявший уже много десятилетий или столетий, самим фактом своего существования демонстрирует, что этих ошибок оно избежало, что его конструкция жизнеспособна. Во многих случаях достаточно только отремонтировать (отреставрировать) поврежденные временем конструктивные элементы — и они простоят еще сто лет».
Побочный эффект несоответствия законодательной базы суровой реальности в сфере реконструкции, реставрации и редевелопмента — чрезвычайно завышенная, нецелесообразная для инвесторов стоимость работ. В этом убежден Лев Каплан, вице-президент, директор Санкт-Петербургского союза строительных компаний «Союзпетрострой»: «В отношении реконструкции исторического центра важно учитывать, кроме всего прочего, вопрос ценообразования. Расценки, применяемые при производстве работ в центре Петербурга, должны быть другими. Этот вопрос нужно решать обязательно, потому что многие застройщики и подрядчики боятся даже близко подходить к таким работам, так как они априори убыточны».
Прочность или подлинность
Эксперты единогласны во мнении, что современные нормы не рассчитаны на применение в отношении исторических объектов. «Смею утверждать, что удовлетворение нормативным требованиям во многих случаях эквивалентно уничтожению памятника, — заявляет Алексей Шашкин. — Для ограничения такого волюнтаризма должно быть установлено требование о разработке в рамках проекта реставрации специального расчетно-аналитического раздела проекта "Расчетное обоснование необходимости современного усиления конструкций памятника", который во многом позволил бы обеспечить прозрачность принятия проектных решений».
В вопросах использования современных технологий и материалов на исторических объектах специалисты не так единодушны. «Жизнь не стоит на месте, и, даже если здание будет полностью копировать облик разобранного строения, зачем копировать материалы? Современные строительные материалы намного технологичнее, энергоэффективнее и прочнее. И нормативная база не имеет ничего против их применения», — настаивает Виталий Никифоровский.
Феликс Буянов в данном вопросе призывает к разумному компромиссу: «Для всей исторической застройки, включая объекты культурного наследия, актуально подведение новых фундаментов, преимущественно свайных. Процедура космически дорогая и долгая, но оставлять город на деревянных лежнях — страусиная политика».
Тема, набившая оскомину, — заполнения дверных и оконных проемов. «Для объектов культурного наследия считаю единственно возможным только воссоздание в материале оригинала. Для исторических зданий воссоздание в материалах 1917 года — для лицевых флигелей, пластик или металл, имитирующие внешний вид оригинала, — для дворовых флигелей. Принимая во внимание петербургский климат и традиционный вид кровель, считаю возможным и даже желательным для исторических зданий выполнение карниза кровли из полимербетона, композита и т. п. материалов, естественно, с точным воспроизведением вида оригинала. Если, конечно, в оригинале это не натуральный камень или медь, но такие материалы, как правило, являются атрибутами объекта культурного наследия. В покрытии кровли следует уделять предпочтение цинку, меди, стали с пластиковым покрытием, а не быстроразрушающемуся оцинкованному железу».
Петербургу быть пусту?
В существующих условиях спасать удается лишь единицы уникальных памятников Петербурга, а большая часть из них годами находится в полуразрушенном состоянии. Что говорить о рядовой исторической застройке, из которой на 90% состоит городской центр и которая тоже с каждым годом массово ветшает.
С позиции недостаточного внимания к обычным историческим домам, не отмеченным авторством знаменитых зодчих или памятными табличками «Здесь жил…», экспертов возмущает деятельность градозащитников. «Так называемая градозащита погубила гораздо более исторического наследия, чем девелоперы, — выражает общее мнение девелоперов Виталий Никифоровский. — Посмотрите на здания Конюшенного ведомства или здание на Большой Пушкарской, 7 (так называемый дом Басевича), или на пустырь на улице Сытнинской, 9–11. Пройдите по объектам, которые они так яростно защищают. И ничего, кроме разрухи и запустения, вы там не увидите. Градозащита — это уже давно не про добрые дела, а про деньги и политику. Какие-то объекты они яростно защищают, набирая политические очки, а про какие-то, если выгодно, скромно молчат».
Поддерживает эту точку зрения и Эдуард Тиктинский: «Проблема в том, что активистов всегда слышно громче всех. Хотелось бы, чтобы общественность не шла на поводу, чтобы люди понимали: призывы к государству отнять памятник у инвестора и сделать все "правильно" за счет бюджета — неосуществимы. У государства недостаточно средств для приведения в порядок даже десятой части зданий-памятников. Вы "отнимаете" здание — и дальше оно продолжает себе ветшать с текущей крышей и дырами в полу. А через десять лет, глядишь, и реконструировать уже нечего, только расчищать руины».
«К сожалению, вынужден согласиться с коллегами. Сотни и сотни замызганных, осевших, потрескавшихся зданий с отваливающейся штукатуркой, утраченными деталями, выбитыми окнами не трогают сердца "активистов", зорко следящих за телодвижениями инвесторов. Иной раз кажется, что основной задачей большой части "градозащитников" является реализация заклятия "Петербургу быть пусту"», — констатирует Феликс Буянов.
Сложно, но можно
«В Петербурге есть совершенно великолепные образцы приспособления исторических зданий и площадок под современные нужды, — приводит примеры Оксана Кравцова, генеральный директор ГК "Еврострой". — Самый большой планетарий в мире сегодня расположен в бывшем газгольдере на Обводном канале, а в отреставрированном особняке Мясникова на Восстания, 45, проводятся концерты классической музыки и лекции о культуре и искусстве. Другие успешные примеры для нашего города: Новая Голландия, Никольские ряды, Главный штаб, универмаг "У Красного моста"».
В конце 2020 года компания «Еврострой» приобрела два проекта в центре города. Это часть бывшего доходного дома купца Исаака Утина на Галерной улице и 23 представительские резиденции в доме Карла Шрейбера, также известном как «Три грации» на пересечении Захарьевской и Потемкинской улиц напротив Таврического сада. Их фасады будут отреставрированы, а сами великолепные здания, созданные во второй половине XIX и начале XX века в стиле необарокко, приспособлены под современное использование.
Оксана Кравцова обращает внимание, что в списке объектов культурного наследия Петербурга особое место занимают доходные дома. Они всегда были жилыми, и многие из них не потеряли своего назначения и сегодня. «В городе на Неве должно быть отреставрировано как можно больше доходных домов, а части из них возвращена жилая функция. И законодательство должно стимулировать приход инвесторов на такие объекты, так как даже с учетом государственного финансирования проектов реставрации на сохранение исторического наследия Петербурга уйдут десятки лет».
Особняк Голицыной на Шпалерной улице — старинное здание XVIII века, образец классицизма. После реконструкции, выполненной компанией RBI в 2010 году, в здании разместился информационный центр «ИТАР-ТАСС». Среди других реализованных проектов редевелопмента Группы — «Дом на Жуковского», бывший гараж автомобильной фирмы Крюммеля, образец раннего конструктивизма, преобразованный под деловой центр KrummelHaus, здание бывшей кузнечно-слесарной мастерской начала XX века на Малой Разночинной.
Компания Springald участвовала во множестве проектов — как подготовки площадок под новое строительство в центре города, так и реконструкции исторических зданий. Среди последних, например, Красные Бани на Московском проспекте, 55.
Наиболее известные работы института «Геореконструкция», специализирующегося на инженерной реставрации, — реставрация конструкций Константиновского дворца в Стрельне, приспособление для современного использования и реставрация Каменноостровского театра с устройством под ним развитого подземного пространства, приспособление для современного использования и реставрация ансамбля «Новая Голландия». В результате реконструкции, выполненной по проекту «Архитектурной мастерской Б2», городу возвращено здание бывшей типографии газеты «Правда» на ул. Херсонская, 12/Исполкомская, 14, возведенное по проекту известного ленинградского архитектора Давида Бурышкина в стиле красной дорики.
Эксперты видят выход
«Приспособления под современные нужды ждут многие исторические здания в городе, не только известные памятники архитектуры, — отмечает Ирина Толдова, заместитель директора "Союзпетростроя". — В Петербурге и, в частности, в нашем союзе есть компетентные компании, которым по силам решать подобные задачи. Необходимо на профессиональном уровне обсуждать препятствия, мешающие выполнению данных работ, и противостоять градостроительному экстремизму».
Эксперты ГК Springald предлагают подход поквартального редевелопмента, при котором исторический объект не рассматривается вырванным из общего контекста, а является частью городской среды: «Редевелопмент в центре города не может и не должен проходить точечно. Надо опереться на опыт Москвы и проводить редевелопмент поквартально, с привлечением крупных игроков и частного бизнеса. Только поквартальное развитие территорий дает возможность, сохраняя фасадный фронт застройки, комплексно работать с внутренним пространством, приспосабливая его для комфортного проживания горожан. Иначе просто не хватит места для реализации планов качественного редевелопмента».
«Подход должен быть бережным и разумным, — подчеркивает Феликс Буянов. — Скрупулезное восстановление фасадов лицевых корпусов и нередко первых дворов, воссоздание в них убранства парадных и лестниц. Обязательное устройство современных оснований, как правило, с заменой перекрытий и кровли. Полная замена инженерных коммуникаций. Вторые, третьи дворы чаще всего не приспособить без реконструкции даже к временному проживанию. Для дворовых флигелей вполне приемлем снос с воссозданием».
«Реконструкция центра Петербурга должна быть полноценной федеральной программой, с соответствующим государственным и городским финансированием, с привлечением бизнеса и созданием привлекательных условий для инвесторов. А это значит специальная законодательная база, понятные и прозрачные правила игры, налоговые льготы и многое другое. Но для начала нужна масштабная предварительная работа по обследованию состояния зданий», — такие пути решения проблемы видит Эдуард Тиктинский.
«На мой взгляд, самый правильный путь развития любого европейского города — бережное отношение к историческим постройкам и всеобщая работа над созданием доброжелательной культурной среды, — резюмирует Оксана Кравцова. — При грамотном подходе к сохранению архитектурного наследия в выигрыше оказываются все стороны: горожане и туристы могут любоваться отреставрированными зданиями, инвестор расширяет свое портфолио реализованных проектов, а городской бюджет пополняется».
Развитие или консервация?
«Новая архитектура в историческом центре должна быть разной, как это было всегда. Главное, она должна быть хорошей, — подводит итог Феликс Буянов. — Хорошо проработанной, детализированной, сомасштабной месту и назначению, решенной в благородных материалах и диалоге с историческими соседями». А Виталий Никифоровский напоминает, что когда-то башню Эйфеля собирались разобрать сразу после выставки 1889 года, дом Зингера в Петербурге в свое время был крупнейшим градостроительным скандалом, и творчество Гауди в центре Барселоны тоже воспринималось неоднозначно. «Архитектура не может застыть в своем развитии, она должна развиваться вместе с человеческой цивилизацией».
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
В исторической части Санкт-Петербурга строительство идет на спад
Госдума РФ на прошлой неделе приняла в третьем чтении поправки в закон об отходах, согласно которым сжигание твердых коммунальных отходов (ТКО) приравнивается к утилизации, а ТКО будут считаться возобновляемым источником энергии, поскольку при их сжигании выделяется тепло. Закон вступает в силу 1 января 2020 года.
Нацпроект «Экология» предполагает увеличить долю утилизации ТКО с 5% в 2018 году до 36% в 2024-м. Эту задачу поможет решить сжигание мусора, приравненное к утилизации.
Еще один плюс – возможность направить средства от экологических сборов (их платят производители за утилизацию своей продукции) на возведение мусоросжигательных заводов, весьма дорогих в строительстве и оборудовании. Так, четыре завода, которые планируется построить в Московской области, по расчетам, обойдутся в 120 млрд рублей. Они должны переработать 2,8 млн т отходов в год и образовать 280 МВт электрической мощности.
При этом, по данным Росприроднадзора, администрирующего экологический сбор, в 2018 году он составил 2,3 млрд рублей. Таких средств на строительство заводов по всей стране явно не хватит.
Кроме того, законом запрещается проводить энергетическую утилизацию отходов, из которых не извлечены полезные фракции. Как заявил во время обсуждения поправок глава Комитета Госдумы РФ по экологии Владимир Бурматов, сначала из отходов необходимо извлечь сырье, пригодное для вторичной переработки, «и только оставшиеся так называемые "хвосты" можно будет подвергать энергетической утилизации».
«Этими поправками мы с вами фактически вносим ограничения для сжигания тех фракций, которые можно пустить во вторичную переработку, это важнейший момент, он ключевой», – со своей стороны, отметил глава Минприроды РФ Дмитрий Кобылкин.
Между тем в настоящее время, по официальным данным, ежегодно захораниваются отходы, подлежащие рециклингу: не менее 9 млн т макулатуры, 2 млн т полимерных материалов и 0,5 млн т стекла. Доля ТКО, направленных на переработку в качестве вторсырья, составляет сегодня в среднем по стране всего 15%.
«Общепринятой мировой практикой является обращение с отходами в следующем порядке и приоритете: сокращение количества отходов, повторное использование, извлечение полезных компонентов и их переработка, выработка энергии, захоронение. В этом плане концептуально закон соответствует общемировой практике», – прокомментировала документ руководитель практики земельного права, недвижимости и строительства «Пепеляев Групп» Елена Крестьянцева.
При этом, добавила она, нацпроект «Экология» ставит задачу повысить долю утилизации коммунальных отходов до 36% в 2024 году. Это высокий показатель даже для стран, где переработку отходов практикуют давно, имеются высокие мощности и используются современные технологии.
«Единственный способ достичь указанного показателя у нас – это приравнять мусоросжигание с выделением полезной энергии к утилизации. Вместе с тем, если это делать, нужно установить нормативы извлечения полезных компонентов, чтобы переработка не превратилась в фикцию. По этой причине, а также в связи с опасением насчет выбросов вредных веществ от сжигания отходов законопроект вызвал возмущение со стороны экоактивистов, однако победило лобби мусоросжигательных заводов – и закон был принят в кратчайшие сроки», – подчеркнула Елена Крестьянцева.
Экологи действительно напоминают не только о дороговизне проектов мусоросжигательных заводов, но и о вредных веществах, которые эти заводы выбрасывают в атмосферу.
Декабрь – традиционный период подведения компаниями предварительных итогов работы за год. И лидер банковского сектора России – Сбербанк – не является исключением. Председатель Северо-Западного банка ПАО Сбербанк Виктор Вентимилла Алонсо рассказал на пресс-конференции о том, какими ключевыми событиями стал знаменателен для банка уходящий год, а также поделился оценкой перспектив года будущего.
Ипотечные тренды
Сбербанк по-прежнему остается в числе лидеров ипотечного рынка как России, так и СЗФО, подчеркнул Виктор Вентимилла Алонсо. «Спрос на ипотеку по сравнению с рекордным 2018 годом несколько скорректировался в сторону уменьшения, хотя и незначительно. Но на фоне снижения ставок динамика по году – положительная», – отметил эксперт.
Напомним, что Сбербанк за прошлый год выдал ипотеки в СЗФО на 39% больше, чем годом ранее. При этом заместитель председателя Северо-Западного банка Сбербанка Анатолий Песенников на пресс-конференции по итогам прошлого года справедливо прогнозировал некоторое снижение объемов выдачи в этом году. «Надо понимать, что 2018 год был достаточно аномальным по темпам роста выдачи ипотеки», – отмечал он тогда.
По словам Виктора Вентимиллы Алонсо, в течение 2019 года в этом сегменте рынка действовали разные тренды. «С одной стороны, сказывалось то, что прошлогодний активный рост, во многом вызванный реформой привлечения средств в жилищное строительство и ожидаемым в связи с этим повышением цен, удовлетворил значительную часть платежеспособного спроса. Поэтому активность заемщиков в этом году стала несколько ниже, особенно в первой половине года», – отметил он.
С другой стороны, как рассказал эксперт, неоднократное снижение в этом году Центробанком РФ ключевой ставки позволило банкам уменьшить процентные ставки по ипотеке. Последнее снижение ставок в Сбербанке прошло в ноябре. Теперь приобрести квартиру в новостройке в ипотеку можно по ставке от 6,5% годовых, на вторичном рынке – от 8,5%. Ноябрьское снижение ставок на покупку квартиры в новостройке по России составило 0,4 п. п. Но в шести регионах, в том числе в Санкт-Петербурге и Ленобласти, оно достигло 0,6 п. п. Кроме того, банк снижал ставки по различным специализированным продуктам – «военной ипотеке» (теперь оформить ее можно по ставке от 8,8% годовых, а максимальная сумма кредита увеличена до 2,629 млн рублей), «семейной ипотеке» (процентная ставка – от 5%) и пр.
Виктор Вентимилла Алонсо добавляет также, что тренд снижения ипотечной ставки повышает интерес заемщиков к такому продукту, как рефинансирование кредитов других банков (ставка по нему в настоящее время – от 9% годовых). Кроме того, особую привлекательность для граждан, по его словам, будет иметь разработанное банком комплексное предложение, которое позволяет застройщику часть скидки по своему кредиту перераспределить в пользу покупателя. При этом клиенту предоставляется возможность выбора одного из двух вариантов – получить единый дисконт на весь срок кредита (в этом случае он составит до 1,4% годовых от текущих ставок Сбербанка) или скидку только на период строительства объекта (дисконт – до 4% годовых от текущих ставок).
Фактор реформы
Реформу привлечения средств в жилищное строительство, предполагающую переход на проектное финансирование и использование эскроу-счетов и вступившую в этом году в активную фазу, Виктор Вентимилла Алонсо назвал одним из стратегически важных изменений, повлиявших на работу банка. «Меняются наши взаимоотношения как с застройщиками, так и с приобретателями жилья. Растет и социальная функция банка, который, по сути, выступает гарантом своевременного ввода объектов в эксплуатацию и получения покупателями ключей от своих квартир», – подчеркнул он.
По предварительным данным, в 2019 году Сбербанком в СЗФО суммарно прокредитовано более 50 жилищных проектов на общую сумму свыше 60 млрд рублей (35 из них на 53 млрд – в Петербурге и Ленобласти). При этом на строительство жилья с использованием эскроу-счетов банк одобрил лимиты по 31 проекту на сумму 45 млрд рублей (в Петербургской агломерации – 21 договор на 41 млрд). По 14 из них уже заключены договоры с застройщиками на 27 млрд рублей. На данный момент на финансирование проектов с эскроу-счетами уже выдано 4,5 млрд. «География проектов, которые реализуются по новым правилам, расширяется. В портфеле банка появились такие новостройки в Вологде, Архангельске, Карелии, Калининграде, Пскове», – говорит Виктор Вентимилла Алонсо.
По его словам, жители Северо-Запада уже открыли в Сбербанке более тысячи эскроу-счетов. «Поскольку порядка трех четвертей проектов еще реализуется по старым правилам, открытие счетов эскроу пока идет сравнительно невысокими темпами. Но постепенно, по мере запуска новых проектов, показатель будет увеличиваться. И это заметно уже сейчас, по статистике последних месяцев. По предварительным прогнозам, в первом полугодии будет открыто примерно 2 тыс. эскроу-счетов. Ну а в перспективе ожидается лавинообразный рост», – отметил эксперт.
Он также высказал мнение, что переход на проектное финансирование не вызовет существенного и скачкообразного роста цен на жилье. «Конечно, определенное подорожание уже происходит, но в большей степени оно вызвано рыночными факторами», – считает Виктор Вентимилла Алонсо, добавляя, что медленный рост реальных доходов граждан не даст ценам сильно разогнаться.
При этом эксперт дает позитивную оценку перспективам и жилищного, и ипотечного рынка на будущий год.
От сервисов к экосистеме
Еще одним ключевым трендом, имеющим стратегическое значение и все последние годы, и в обозримой перспективе, по словам Виктора Вентимиллы Алонсо, является диджитализация. Причем ее развитие влечет за собой качественные изменения и в работе Сбербанка.
Известный сервис «ДомКлик» перестал быть какой-то диковинкой и превратился в уже привычный инструмент. На Северо-Западе сервисом ежемесячно пользуются уже более 750 тыс. человек. Треть ипотечных заявок поступает в банк через «ДомКлик» (в прошлом году – 20%), при этом почти 70% из них получают одобрение. Помимо подачи заявки и контроля за прохождением ею необходимых процедур, через сервис можно выбрать и само жилье (число размещенных объявлений за последний год выросло почти в 4 раза – до 1,5 млн – и продолжает расти), заказать оценку недвижимости, правовую экспертизу, провести электронную регистрацию, воспользоваться сервисом безопасных расчетов или конструктором сделок (для купли-продажи недвижимости без ипотеки) и пр.
Кроме того, за время своего существования «ДомКлик» существенно расширил функционал. Так, недавно появилась опция консультационного сопровождения специалистом банка в течение всего периода «жизни» кредита. Кстати, пользование сервисом позволяет получить небольшой дисконт на ставку ипотечного кредита Сбербанка.
Но это, так сказать, только «вершина айсберга». По словам Виктора Вентимиллы Алонсо, Сбербанк постепенно формирует экосистему, в рамках которой человеку предоставляются сервисы, позволяющие повысить комфортность жизни. «В этом году ее развитие было очень активным. Сегодня число компаний экосистемы уже около 30, а число решений, которые мы предлагаем частным и корпоративным клиентам, исчисляется сотнями», – подчеркнул он.
Спектр этих услуг очень широк: от маркетплейса и доставки товаров до облачных технологий и комплексных программ для повышения эффективности бизнеса. В их числе такие известные, как «ДомКлик», «Яндекс.Маркет», «СберМаркет», «Беру!», «СберРешения», «Суперчек», «СберМаркетинг», «Сбер FOOD», «СберЛогистика», Delivery Club и многие другие.
«Сбербанк ставит цель организовать свою работу так, чтобы позволить людям сэкономить максимум времени. В современном динамичном мире время – очень ценный ресурс, и его всегда не хватает. И цифровые технологии позволяют решить эту задачу», – отмечает Виктор Вентимилла Алонсо. По его словам, в будущем году экосистема Сбербанка вырастет не только количественно, но и качественно – функционал многих сервисов будет существенно расширен.
При этом эксперт отмечает, что полностью «уходить в цифру» Сбербанк не планирует, поскольку еще не все клиенты к этому готовы. «Личное общение с клиентами остается важной составляющей работы банка. Поэтому мы не только не закрываем офисы, но и открываем новые. А благодаря развитию экосистемы уже сегодня клиенты приходят в офис банка не только за финансовыми услугами, но и, например, отправить посылку или получить SIM-карту "СберМобайл"», – заключает Виктор Вентимилла Алонсо.