Памяти «человека эпохи Возрождения». Рафаэль Даянов (1950—2021)
Ушел из жизни выдающийся современный архитектор и реставратор Рафаэль Маратович Даянов. О широте его творческих интересов говорят его должности и звания: директор архитектурного бюро «Литейная часть-91», заслуженный строитель России, почетный архитектор России, почетный реставратор Санкт-Петербурга, член правления Петербургского союза архитекторов, член Градостроительного совета Петербурга, член Совета по сохранению культурного наследия Петербурга. Он был бескомпромиссным защитником историко-архитектурного наследия Северной столицы и убежденным сторонником возрождения утраченного. «Строительный Еженедельник» попросил коллег Рафаэля Даянова поделиться своими воспоминаниями о нем.
Владимир Григорьев, председатель Комитета по градостроительству и архитектуре — главный архитектор Петербурга, заслуженный архитектор России: — Это был выдающийся реставратор, автор многих уникальных проектов — памятников архитектуры, но главное — очень культурный, мягкий человек, настоящий русский интеллигент, обладающий весьма тонким вкусом. Очень душевный и отзывчивый, который никогда, ни в каких спорах не позволял себе задеть или тем более принизить оппонента. Его аргументы всегда выражались сдержанно и по существу. Он также был прекрасным преподавателем — руководил мастерской в Академии художеств им. Репина.
Сергей Макаров, председатель КГИОП: - Рафаэль Маратович Даянов – человек, который имел свое мнение и не боялся произносить его вслух. Сейчас, когда чувство самосохранения заставляет чаще промолчать («как же я поддержу здравую инициативу, завтра же какая-нибудь газетка гадости напишет»), правым пытается быть тот, кто громче кричит. Напрочь утрачено умение спорить, так, чтобы без обвинений, подозрений и тупого упрямства. Способность доказать свою правоту спокойным голосом скоро будет занесена в Красную книгу человеческих добродетелей.
Заказчики ведь тоже не всегда любят слушать архитекторов. Слушали бы, не было бы у нас «человейников». Сколько раз мне звонили люди, купившие здание-памятник и нанявшие Рафаэля Маратовича: «Можешь на Даянова повлиять? Он меня не слушает, дорогие решения предлагает». Не влиял и не собирался оказывать эту медвежью услугу. Зачем вы его взяли? У Даянова и огромный опыт, и взгляд интересный, и понимание процессов на объекте, и опять же свое мнение, да, подчас неудобное. Он – архитектор для тех, кто понимает. Архитектор, который может доказать свою правоту спокойным голосом.
Теперь все о нем в прошедшем времени. К словам в прошедшем можно привыкнуть, к отсутствию Даянова – невозможно.
Переживаю за «Литейную часть - 91». Не секрет, архитектурная мастерская строится вокруг одного (!) человека. Кто-то должен подхватить, удержать, не дать пропасть опыту и незавершенным проектам.
Одно знаю: если там, на Небе, Богу потребуется отреставрировать небесные чертоги, лучше Даянова Ему не найти.
Митрофан, епископ Гатчинский и Лужский: — Всю свою жизнь почивший посвятил трудам на благо сохранения, возрождения и воссоздания великого российского архитектурного наследия. Особенно он преуспел в этом, трудясь в своем родном граде Святого апостола Петра, делая все это с ярким талантом, большой самоотдачей и великой ответственностью.
Апостол Павел в одном из посланий говорит, что каждый пусть служит тем даром, который получил. И тут особо хочется отметить его неиссякаемую энергию и сердечное неравнодушие, что Рафаэль Маратович обращал на инициативы по воссозданию и возрождению храмов и монастырей, активным инициатором, вдохновителем, а затем и воссоздателем многих из которых был он сам.
Он был добрым другом Гатчинской епархии, искренне желал восстановления исторического архитектурного облика нашей древней земле и до последних своих дней трудился над проектами воссоздания двух исторических храмов и нескольких историко-духовных памятников, что должны были в скором времени появиться на Гатчинской земле.
Раб Божий Рафаил был глубоко верующим человеком, с готовностью помогал ближним, был учителем и наставником для многих молодых реставраторов и архитекторов, храня в сердце заповедь Господа нашего Иисуса Христа — «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут» (Мф. 5, 7). Благими делами, своим открытым сердцем истинного христианина и большой любовью к людям он на веки вечные оставил в наших сердцах добрую и молитвенную память.
Нина Шангина, председатель Союза реставраторов Петербурга: — Весь сегодняшний день мы вспоминаем близкого нам человека, нашего друга — Рафаэля Маратовича Даянова. Воспоминания эти совершенно неформальные, ведь наше общение проходило не только на объектах или конференциях. Лично я не могу представить, кто может так, как Рафаэль Маратович, в кругу мужчин-реставраторов провозгласить: «У реставрации — женское лицо». Да, он всегда подчеркивал, что именно женщины более способны на то, что необходимо в реставрации — кропотливую работу, любовь к предмету реставрации, отсутствие соперничества. Конечно, мы понимали, как он преувеличивал, говоря эти слова. Но как же это было приятно!
С уверенностью можно говорить о том, что залогом успеха его реставрационных проектов был яркий талант архитектора и уникальные качества, которые присущи немногим реставраторам, — любовь к деталям и нежелание возвысится над авторами тех зданий, которые он реставрировал и воссоздавал.
Рафаэля Маратовича отпевали в храме Рождества Христова на Песках. И мне вспомнилась наша встреча на этом объекте, с которой не прошло еще и двух лет. Он был очень занят в этот день и в ответ на мою просьбу о встрече пригласил на этот объект. Храм еще был без внутренней отделки, без освещения. Рафаэля Маратовича я нашла в окружении студентов, совсем молодых, очень внимательных. Он рассказывал им о реставрации прямо на объекте. Увидел меня и попросил: «Расскажи-ка им об исторических материалах!» Я поняла, встреча наша неслучайна. В этом желании передать таким юным как можно больше — нежелание признать то, что связь с его учителями и этими молодыми студентами может прерваться. Он всегда поступал вопреки обстоятельствам, не признавал то, чем руководствуются многие, которые говорили, что «от нас ничего не зависит, образование погибает». От Рафаэля Маратовича невозможно было услышать ничего негативного. От него всегда исходило только желание делать все от него зависящее!
Похоронили Рафаэля Маратовича в Комарово. Говорили о многих объектах, и понятно, что масштабы его работы целиком нам неизвестны. Но я вспомнила его блестящий доклад на одной из конференций Союза реставраторов. Среди многих величественных, масштабных его проектов он выбрал рассказ о реставрации виллы Рено в Комарово. Рассказ этот должен быть сохранен как план любой научной реставрации. Нашу систему образования часто упрекают в «широте». Но кто, как не специалист с энциклопедическими знаниями может руководить от начала и до окончания научной реставрацией? Он рассказывал о работе в архиве, о поиске источников, об истории места, которое определяет архитектуру, об усилении фундамента и гидроизоляции, о дереве и керамике, а мы понимали — перед нами архитектор, который одинаково хорошо знает историю, химию и сопротивление материалов. Но, главное, находит удовольствие и радость жизни в этом возвращении утраченной архитектуры.
Никита Явейн, руководитель Архитектурного бюро «Студия 44», заслуженный архитектор России: — Рафаэль Даянов был личностью исключительного масштаба, представителем уникальной, сегодня, к сожалению, уходящей формации. По своей натуре это был универсал, «человек эпохи Возрождения». Он был обладателем широчайшей, поистине энциклопедической эрудиции. Сегодня, конечно, уже нельзя владеть практически всем массивом актуальных знаний и навыков, как в XV веке, но по складу Рафаэль Даянов тяготел именно к такому подходу. Он был прекрасным зодчим, замечательным реставратором, блестящим историком архитектуры и в высшей степени профессиональным архивистом. Такой колоссальный объем знаний и интересов делал его незаменимым специалистом. И таких экспертов-универсалов в настоящее время практически не остается.
Сейчас доминирует принцип узкой специализации. Вполне компетентный зодчий может совершенно не разбираться в архивном деле или истории. Подкованный реставратор может плохо понимать специфику архитектуры. И так далее. Особенно печально, что подавляющее большинство, в общем, и не хочет выходить за рамки своей специализации. От этого их знаниям и умениям зачастую не хватает комплексного понимания, целостного, «объемного» взгляда на тот или иной предмет. Мы много общались с Рафаэлем Даяновым (ведь наши мастерские располагались по соседству), обсуждая самые разные вопросы, и должен признать, что людей с такой глубиной осмысления проблем, увы, практически не осталось. Есть прекрасные специалисты в своей сфере, а эпоха универсалов уходит.
И очень жаль. Ведь такой уровень понимания сути вопросов позволял примирять разные точки зрения, нивелировать антагонизмы. На мой взгляд, очень ярко это проявлялось в подходах Рафаэля Даянова к современной градостроительной проблематике. Будучи твердым сторонником сбережения исторического наследия и даже воссоздания утраченных шедевров, он понимал необходимость развития города. Поэтому он старался не противопоставлять два этих подхода, а гармонизировать их. Модернизацию городской среды он базировал на мощном фундаменте реальных исторических знаний. Безусловно, и архитектурное, и реставраторское сообщества, и город в целом очень много потеряли от ухода этого мастера.
Святослав Гайкович, руководитель архитектурного бюро «Студия-17», заслуженный архитектор России: — В лице Рафаэля Даянова мы все потерял сразу многих! Во-первых, разумеется, навсегда ушел из компании петербургских архитекторов один из самых талантливых ее членов. Во-вторых, петербургская реставрационная школа понесла тяжелый урон от потери виднейшего специалиста в этой области. В-третьих, ушел навсегда любимый учитель студентов архитектурного факультета Академии художеств. В-четвертых, никогда не встретим мы больше фотографа Рафаэля, одного из немногих, кто использовал до сих пор настоящую фотобумагу для своих отпечатков.
И, наконец, осиротеет в Петербургском союзе архитекторов совет по архитектурному наследию. Никогда больше не прочитаем мы в анонсе мероприятия: «Заседание ведет председатель совета, архитектор Рафаэль Даянов. Вход — свободный…» На презентации и лекции совета Союза архитекторов по наследию вечно являлась туча народа. Ни одна другая секция не вызывала столько неподдельного интереса широкой культурной публики города, как мероприятия, организуемые Рафаэлем.
Разумеется, главная потеря Петербурга в списке потерь — это Даянов-архитектор. Каждый из нас примерно понимает, что музыку лучше всего слушать в реконструированном из склада концертном зале на улице Декабристов. Каждый из нас удивляется, как можно гигантский объем гостиницы Sokos на Васильевском острове сделать столь незаметным. Каждый из нас, посещая Экспоцентр в Шушарах, чувствует силу притяжения стоящей у входа церкви иконы Божьей Матери Смоленской.
Рафаэль мог управлять морской яхтой и неоднократно пересекал Балтику от Швеции до Германии. Не чужд Рафаэль был и гребному спорту. Однажды мы с ним оказались в Савонлинне на концерте в знаменитом оперном зале. Собственно вечерних концертов было два, а между ними, днем, Рафаэль азартно гонялся с другими гостями по местному озеру на лодке.
Даянов был меломаном классической музыки и обладал большой музыкальной коллекцией. В лице Рафаэля Маратовича Даянова потерял одного из лучших своих представителей Всемирный клуб петербуржцев, да и, собственно, вся петербургская интеллигенция.
Сергей Орешкин, руководитель архитектурного бюро «А.Лен», заслуженный архитектор России: — Мне довелось сделать с Рафаэлем несколько сложных проектов в центре Петербурга. Это была интересная и с профессиональной, и с человеческой точек зрения работа.
Рафаэля отличала особая тщательность и осторожность в работе и сборе мельчайших фактов о тех зданиях и территориях, на которых он вел проекты, и это всегда приводило к его к успеху. Именно эта точность создала ему славу одного из лучших архитекторов, работающих с историческим наследием, и не раз спасала город от назревавших конфликтов, ошибок и утрат ценных элементов городской среды.
Библиотека Рафаэля, его архивы всегда меня поражали, вызывали хорошую зависть к той гигантской многолетней работе, которую он вел по поиску и сохранению литературных и исторических документов. У него была одна из лучших библиотек по европейской и российской архитектуре 1930–1940 годов.
Его советы очень часто давали пищу для переоценки тех или иных решений и в моих проектах.
Его будет очень не хватать всем нам, как будто выпал кусок жизни, который был всегда и, казалось, будет с нами бесконечно.
Сергей Цыцин, генеральный директор архитектурной мастерской «АМЦ-проект»: — Смерть всегда не своевременна, особенно смерть полного энергии и творческих планов творческого человека. Хочу выразить самые глубокие и искренние соболезнования супруге, близким и коллегам Рафаэля.
Мы были знакомы с ним и с его супругой на всем протяжении творческого пути — с первого дня учебы на первом курсе архитектурного факультета Академии художеств имени Репина. Тогда мы все были наполнены классическими представлениями о прекрасном и вечном, несмотря на то что в стране в это время продолжалась в архитектуре и строительстве борьба с «излишествами». Абсолютно безликие кварталы, не создающие качественной жизненной среды, росли как грибы. Находясь в стенах альма-матер мы изучали историю архитектуры, синтез искусств, основы реставрации, школу рисунка и живописи.
Не всем удалось пронести это восприятие через всю жизнь, остаться верным глубоким культурным корням, петербургским традициям. Рафаэлю это полноценно удалось, несмотря на сложные порой жизненные обстоятельства. Занимаясь реставрацией, реконструкцией, новым строительством — через все свое творчество он пронес то студенческое трепетное отношение к историческому наследию, классике, традиции, стилю и композиции. Пусть земля будет ему пухом!
В среде экспертов до сих пор нет единодушного мнения, является ли оригинальная архитектура бизнес‑центра или торгового комплекса фактором, способным повысить прибыль объекта. Некоторые аналитики говорят, что красивый фасад дает лишь имиджевый выигрыш, другие уверяют, что вполне материальный.
"По нашим оценкам, архитектура проекта не влияет на ставки капитализации. Например, бизнес-центр "Регент-Холл" предыдущим губернатором был официально признан градостроительной ошибкой и тем не менее был успешно продан в 2010 году компании "Ренессанс-Девелопмент", – говорит Денис Радзимовский, генеральный директор S.A. Ricci – Санкт-Петербург.
Впрочем, некоторые эксперты считают, что архитектура все же способна влиять на капитализацию. Полина Белова, руководитель проектов объединенной проектной группы RedLine, полагает, что оригинальный внешний вид может повысить стоимость строительства объекта на 15-20%, однако при этом арендные ставки от этого значительных изменений не претерпят. "Надо понимать, что для арендаторов первоочередными факторами при выборе объекта является его локация, качество предлагаемой инфраструктуры. При этом объекты с оригинальной архитектурой всегда на слуху и имеют положительный имидж, поэтому спрос на них может быть выше. Встречаются и неудачные примеры, например торговый центр "Штрих-код", – напоминает госпожа Белова.
Несколько более определенная ситуация со связью архитектуры с потоком посетителей в торговом сегменте. Денис Радзимовский поясняет: "Время вносит определенные коррективы в вопросы о требованиях к проектированию торговых центров. Петербург уже давно по количеству торговых площадей на 1 тыс. жителей опережает не только Москву, но и некоторые европейские столицы. В борьбе за внимание посетителей девелоперы начинают задумываться об эстетической привлекательности и архитектуре будущего проекта. Торговые комплексы наряду с другими зданиями формируют городское пространство, поэтому важно понимать, впишется ли проект в архитектурный ансамбль в той локации, где он строится".
Дмитрий Золин, управляющий директор сети бизнес-центров "Сенатор", считает, что фасад всегда "продает" объект. Это правило действует как для офисных, так и для торговых центров. Если человек проезжает мимо ТЦ и его привлекает оригинальная архитектура, то, скорее всего, он посетит его. Среди торговых центров можно отметить ТРК "Варшавский экспресс" и обновленный ДЛТ.
Эксперты признают, что уникальная архитектура необходима только самым дорогим офисным центрам, расположенным в особых местах. "Кроме того, если объект находится в центре города, необходимо вписать его в ткань исторической застройки, и инвестор просто вынужден "потратиться" на проектирование фасадов. Например, МФК "Преображенский" выстроен в классическом стиле и с фасада неотличим от других исторических зданий, расположенных здесь же. Если же речь идет о реконструкции, например, бывшего промышленного здания, не представляющего исторической ценности, в удаленном от центра районе – здесь никто не будет задумываться об архитектурном облике, достаточно сделать современную отделку, чтобы объект выглядел аккуратно. Например, бизнес-центр "Луч" на Охте - его облик просто осовременили с помощью отделочных материалов. Эксклюзивная архитектура в этих случаях не имеет никакого смысла", - рассуждает Константин Меркель, заместитель директора департамента офисной недвижимости Colliers International Санкт-Петербург.
По оценкам Дмитрия Золина, удорожание затрат при сложном проекте может достигнуть и 2000 USD за 1 кв. м, если применять дорогостоящие строительные и отделочные материалы или создавать очень сложные архитектурные формы.
Учредители строительной компании "Строймонтаж" сформулировали условия мирового соглашения с кредиторами, которое может быть утверждено 20 декабря. Выход из банкротства обойдется застройщику всего в 1% от общей суммы задолженности.
Компания "Строймонтаж" Артура Кириленко банкротится с 2008 года. Общая сумма ее долгов на данный момент - почти 4,9 млрд рублей. У компании 52 кредитора. В их числе три российских банка, на долю которых приходится 40% требований (более 1,8 млрд рублей). На днях учредители "Строймонтажа" предложили кредиторам условия мирового соглашения. Они готовы заплатить 49 млн рублей - 1% от общей суммы долга банкрота. Собрание кредиторов, которое должно утвердить эти условия, состоится 20 декабря.
Конкурсный управляющий "Строймонтажа" Андрей Шутилов сообщил, что на сегодняшний день все активы банкрота реализованы. Дебиторская задолженность месяц назад продана на электронных торгах, и процент погашения требований составил 20%. По его мнению, предложенные условия - исходя из того что имущества у банкрота не осталось - "все-таки лучше, чем ничего".
Связаться с Артуром Кириленко не удалось. "Насколько я знаю, он давно вне страны и вне бизнеса", - говорит Денис Химиляйне, управляющий партнер бюро Prime Advice (в начале разбирательства вел правовую защиту интересов Артура Кириленко). Он тоже считает, что условия мирового соглашения приемлемы. "В апреле, если не будет достигнуто мировое соглашение, компанию исключат из реестра юрлиц, и кредиторы вообще ничего не получат", - напоминает он.
Представители банков официально комментировать условия мирового соглашения со "Строймонтажем" отказались. Но в неофициальном общении они назвали предложенные банкротом условия "кабальными". Банки вынуждены будут их принять, поскольку остались в меньшинстве. Сейчас дружественные Артуру Кириленко структуры аккумулировали 60% требований к банкроту и диктуют условия всем остальным. "Этого можно было бы избежать, если бы банки были залоговыми кредиторами. Мировое возможно только при 100%-ном их согласии", - пояснил партнер "Дювернуа лигал" Игорь Гущев.
"Они точно не вернутся в элитное строительство, где нужно привлекать серьезные банковские средства. А вот эконом-класс не исключен. Для того чтобы купить землю на окраине и сделать проект, много "длинных" средств не требуется. А репутация среди покупателей у компании несмотря ни на что нормальная. Она ни одного обиженного дольщика после себя не оставила. И сможет использовать этот факт при возвращении", - заявил генеральный директор ГК "Новый Петербург" Андрей Вересов.
История банкротства
Проблемы у "Строймонтажа" начались в конце 2008 года, когда сумма долгов компании превысила 6,1 млрд рублей. Крупнейшим кредитором оказался Балтийский банк, которому компания задолжала около 1 млрд рублей. Договориться о реструктуризации этого долга стороны не смогли. Менее крупные кредиторы - Кредит Европа Банк, Альфа-Банк и Росбанк, которым "Строймонтаж" задолжал более 1 млрд рублей, - оказались сговорчивее. Рассчитавшись с ними, застройщик обанкротился. При этом компании удалось достроить свои дома и раздать квартиры на 20 млрд рублей нескольким тысячам дольщиков. После краха "Строймонтажа" Балтийский банк инициировал уголовное преследование Артура Кириленко, обвинив его в преднамеренном банкротстве. Но в начале 2011 года дело было закрыто за отсутствием состава преступления.