Проблемы реформирования ЖКХ: те же и кризис
.jpg)
Реформа жилищно-коммунальной сферы, как и многие другие начинания, натолкнулась на последствия международного финансового кризиса. На практике под ударом оказываются региональные власти, которым приходится жертвовать расходами бюджета в том числе и в той области, которая непосредственно затрагивает интересы подавляющего большинства населения. Преодолеть рецессию и в то же время добиться экономии можно только за счет технологических прорывов. Участники еще только формирующегося рынка услуг в ЖКХ считают, что успех может быть достигнут, если управленческая и технологическая модернизация будет реальной, а не формальной.
Подорожание как условие реформы
Жители российских мегаполисов в своем большинстве адаптировались к рыночной экономике и привыкли рассуждать в терминах спроса, предложения и конкуренции. Однако преобразования в сфере ЖКХ вызывают у горожан стойкое раздражение, особенно когда в очередной раз повышаются ставки оплаты коммунальных услуг и тарифы на энергоснабжение.
В то же время руководители частных управляющих компаний позитивно воспринимают меры города по переходу к рыночной оплате услуг ЖКХ. За монетизацию льгот по коммунальным платежам они искренне благодарны городу: перечисление средств на личные счета граждан избавляет руководителей УК и ТСЖ от головной боли с расчетами. Тем не менее, сама по себе либерализация цен и тарифов не представляется и для них панацеей от накопившихся в отрасли проблем. Об этом свидетельствовала оживленная дискуссия в АБН, где нововведения в оплате жилищных услуг обсуждались в контексте совершенствования управления ЖКХ.
С 1 августа Комитет по тарифам повышает ставки оплаты услуг по вывозу твердых бытовых отходов и по содержанию внутридомового газового оборудования. В среднем каждый житель многоквартирного дома будет теперь платить на 18,4 рубля в месяц больше. Эти изменения не столь существенны, как прошлогоднее повышение, но в период кризиса все же чувствительны.
Однако деваться некуда: значительная часть петербургского жилого фонда за прежние годы запущена, сотни домов нуждаются в капремонте, а десятки – в расселении. С этой проблемой как городское правительство, так и депутатский корпус не сочли возможным справиться без финансовой поддержки от Фонда содействия реформированию ЖКХ. Между тем из самого названия госкорпорации следует, что средства выделяются не в порядке благотворительности, а на определенных условиях. Более зажиточная столица сочла их невыгодными и отказалась от договора с фондом.
Петербург согласился на партнерство с Фондом, получил 9 млрд. рублей и теперь должен следовать условиям договора. Одним из них является прекращение финансирования городом организаций, осуществляющих вывоз отходов. Отсюда, как поясняет председатель Комитета по тарифам Дмитрий Коптин, и повышение расценок.
Впрочем, возложить оплату очистки городских улиц на плечи горожан еще не означает добиться эффективной и современной переработки отходов. Для этого, как напоминает председатель Ассоциации ТСЖ, ЖК и ЖСК Марина Акимова, необходимо продолжить внедрение селективного сбора и переработки, что может не только стимулировать рециклинг, но даже создать дополнительный источник производства энергии. Однако прошлогодняя попытка Жилкомитета ввести отдельную плату переработки мусора не осуществилась ввиду протеста прокуратуры. В то же время организация вывоза мусора силами ТСЖ остается забюрократизированной.
В свою очередь, повышение ставки оплаты ВДГО не будет эффективна, если не будет сопряжена с внесением изменений в договора с ООО «Петербурггаз», считает М.Акимова. Как заверяет первый заместитель председателя Жилкомитета Владимир Гайдей, экспертиза ВДГО должна проводиться раз в год, а не раз в 3 года. Однако на практике так происходит не всегда. Кроме того, безопасность внутридомовых сетей не может быть гарантирована, если к эксплуатирующим организациям не будет применяться никаких квалификационных требований, отмечает М.Акимова.
Неиспользованный резерв экономии
Как напоминает гендиректор ООО «РЭС ТС» Сергей Тихонов, в европейских странах, несмотря на высокие цены на энергоносители, основную часть расходов на оплату жилья составляют именно коммунальные услуги, а не тарифы на тепло-, электро- и водоснабжение. В России все наоборот, и изменений к лучшему вряд ли стоит ожидать в ближайшее время. Высокие тарифы монополистов определяются не в последнюю очередь колоссальными потерями тепловой энергии при транспортировке, что неизбежно в системе, построенной на крупных котельных, большинство из которых устарело.
В то же время пользователи услуг монополистов могут существенно сэкономить на их оплате, используя счетчики учета. Как подчеркивает В.Гайдей, их широкое внедрение имеет весьма важную диагностическую функцию, позволяя более точно установить, где именно происходят энергопотери – а соответственно, и правильно распределить средства на устранение дефектов.
Добиться более рационального расходования электроэнергии сегодня может помочь отдельная оплата освещения помещений общего пользования в многоквартирных домах. Однако качественно новый уровень экономии станет возможным лишь при повсеместном внедрении датчиков движения и освещенности – то есть устройств, автоматически включающих и выключающих свет на лестничных клетках и лишь при необходимости, то есть когда становится темно, или когда человек входит в помещение.
Три приоритета капремонта
При оформлении заявок на проведение капремонта за счет средств Фонда ЖКХ и городского бюджета ТСЖ самостоятельно определяли, какая из систем дома в первую очередь нуждается в обновлении. Тем не менее Жилкомитет, проводя разъяснительную работу, рекомендовал в первую очередь потратить средства на замену лифтового оборудования, ремонт ВДГО и установку приборов учета.
По словам В.Гайдея, конкурсы на роль подрядчика работ по капремонту в домах, включенных в перечень, завершатся к концу августа. При этом члены правлений ТСЖ получили возможность участия как в конкурсных, так и приемочных комиссиях. Кроме того, как подчеркивает В.Гайдей, при определении процедуры конкурса городские власти, воспользовавшись положениями закона №185-ФЗ, включили в его условия перечень квалификационных требований. Такой тендер, отличающийся от «классической» процедуры госзаказа, не позволяет «выйти в дамки» организации, единственным преимуществом которой является низкая заявленная цена работ. Те средства, которые все же удастся сэкономить, будет направлены на дополнительные ремонтные работы на том же объекте в соответствии с выбором ТСЖ.
Только на установку приборов учета в рамках программы выделено 1,5 млрд. рублей. Однако эти приборы позволят жителям дома сэкономить на оплате жилья лишь в том случае, если тепло после ремонта не будет по-прежнему «уходить сквозь стены». В противном случае платить придется не меньше, а больше, чем до установки. Расчет на «экономные» лампы тоже оправдывает себя не всегда: по свидетельству С.Тихонова, датчики освещения и движения с ними не всегда совместимы.
Не процентом единым
Вынуждая отрасль к модернизации, Фонд ЖКХ делает благое дело, стимулируя не только рынок, но и инженерно-техническую мысль. Однако даже сам перечень условий партнерства госкорпорации с субъектом РФ отдает формализмом. Так, для Фонда особое значение имеет процент негосударственных управляющих компаний в сфере ЖКХ, независимо от их эффективности. Условием также считается минимальная обязательная доля управляющих компаний (УК) на рынке, хотя Жилкодекс устанавливает добровольное право выбора формы управления – прямое управление, ТСЖ (ЖК, ЖСК) и УК. Впрочем, другое положение той же ст. 14 закона «О фонде ЖКХ» учитывает как критерий готовности региона к реформе процент многоквартирных домов, где образованы ТСЖ. В обоих случаях, говоря старым бюрократическим языком, «степень охвата» превыше всего, пусть даже процентная норма исчисляется из разных оснований.
Как признает В.Гайдей, федеральные законодатели, настроенные на ведение реформ как в ЖКХ, так и в других сферах экономики, больше увлечены формальными критериями процесса, чем его результатом. В реальности процентные показатели приватизации и развития конкуренции не обязательно свидетельствуют о степени эффективности реформы, и более того, при формальном подходе ее только дискредитируют.
Региональные власти, исполняя закон, стараются действовать осмотрительно, к чему предрасполагает неудачный опыт первых попыток передачи управления ЖКХ в частные руки. В мае 2009 г. Петербург выставил на конкурс 6 государственных «Жилкомсервисов». Хотя по формальным показателям аукцион прошел успешно, город не торопится повторять этот опыт, пока победитель – ООО «Сити-Сервис» - не докажет на практике эффективность управления.
СРО как панацея?
По аналогии со строительным сектором в ЖКХ зреет переход к саморегулированию. В августе в Ростехнадзор отправятся документы НП «Жилищный комплекс», в которое уже записалась требуемая сотня подрядных и эксплуатирующих компаний, работающих в сфере ЖКХ. Инициатива преобразования в СРО возникла и в Ассоциации управляющих и негосударственных организаций в жилищной сфере. По словам председателя ее совета Евгения Пургина, ассоциация рассчитывает на статус межрегиональной СРО по нормативам, установленным для объединений малого бизнеса.
По мнению В.Гайдея, механизм саморегулирования в сфере ЖКХ поможет установить правила игры – и в частности, упростит разрешение споров между участниками рынка. За примерами проблем далеко ходить не надо: тот же «Сити-Сервис», по словам С.Тихонова, не торопится передать ООО «РЭС ТС» объект, где ТСЖ сделало выбор в пользу новой управляющей компании.
Кроме того, как и на строительном рынке, в переходе к саморегулированию в ЖКХ усматривается возможность отсева непрофессионалов и недобросовестных игроков, а следовательно, повышения качества обслуживания жилья. В свою очередь, стандарты, разработанные СРО, заполнят те зияющие пустоты – например, в нормативах о ВДГО, где отмена лицензирования вкупе с разгосударствлением подвергает риску безопасность эксплуатации. Качество и безопасность, как не раз отмечалось в дискуссиях специалистов рынка, не измеряется в процентах: либо стимул к их повышению создается, либо его нет.
Константин Черемных
Принято считать, что жилищно-коммунальное хозяйство – отрасль убыточная, крайне затратная и непременно обреченная на технологическую отсталость в нашей огромной стране – с ее суровым климатом и сложными почвами, с непомерными затратами на прокладку коммуникаций, да еще и с менталитетом населения, хрестоматийно равнодушного к бытовому порядку. Столь же известна манера отечественных коммунальщиков ссылаться на объективные трудности. В Санкт-Петербурге таковых больше, чем в прочих мегаполисах, остается только пальцы загибать: прихотливые атлантические ветра; болотистая почва, где русский царь по своей прихоти повелел построить новую столицу; бесчисленные наводнения; три перенесенных революции; беспрецедентное испытание блокадой; наконец, управленческая и хозяйственная неразбериха 90-х гг., когда многие города и регионы действительно выглядели как после нашествия невидимого Мамая. Однако, как говорил Петр Великий, «небываемое бывает».
Трудности – не всем помеха
Одно из системообразующих предприятий жилищно-коммунальной сферы Санкт-Петербурга – ГУП «Водоканал», вопреки всему вышеперечисленному грузу объективных трудностей, не только справляется со своей многотрудной двойной функцией водоснабжения и водоотведения, но и демонстрирует на собственном примере, что отечественный комплекс ЖКХ способен на технологические прорывы.
Проживая по соседству с «Водоканалом», я хорошо помню, как выглядело само предприятие и прилегающая территория в начале 1970-х гг.: покосившийся забор, из-за которого доносится истошный собачий лай, замызганные грузовики, въезжающие в задние ворота по тракту, напоминающему проселочную дорогу; почти черный от атмосферной копоти, мрачный многоугольный силуэт водопроводной башни - по виду столь же древней, как крепость в Выборге - углу тогдашней ул. Воинова и столь же «проселочного» Водопроводного пер. Уже в те времена газета «Ленинградский рабочий» извещала о планах строительства набережной вдоль берега Невы, но проект не сдвигался с места 30 лет.
Сегодня участок набережной Невы у «Водоканала» – один из самых привлекательных и дорогих участков жилой застройки, несмотря на загруженную транспортом набережную – и несмотря на близость к производственной территории. Не в последнюю очередь по той причине, что сама эта территория приобрела в последние годы совершенно иной вид – без преувеличения музейный.
В истекшем году петербургский «Водоканал» стал лауреатом премии Правительства РФ в области качества и лауреатом Национальной экологической премии.
Не «витриной» единой
Прокатившись на бесшумном лифте – единственной архитектурной детали, добавившейся к облику сегодня приветливо розовой башни, вы оказываетесь в зале приемов, поражающем – как впрочем, и остальные помещения – необыкновенной гармонией истории и современности. С идеально вычищенных стен на гостей смотрят лица в париках и костюмах XIX в.: не каждая западная частная фирма так любовно хранит память о своих основателях, как государственное предприятие «Водоканал». История обязывает: с момента запуска в
Листая объемистый фолиант книги почетных гостей, вы находите собственноручные росписи недавних посетителей – аккуратно убористое остроконечное факсимиле президента Финляндии Тарьи Халонен и размашистый росчерк белорусского премьера Сергея Сидорского. Ознакомиться со всеми выражениями восхищения доступно только полиглоту.
Не в пример многим муниципальным конторам, восхищения достойна не только «витрина», хотя основная часть мощностей «Водоканала» глазу недоступна. «Водоканал» - это прежде всего
Водопроводное хозяйство не только работает, но непрерывно модернизируется. Устойчивость труб к износу – результат применения самых современных технологий. В
Если авария все же происходит, диспетчера имеют возможность отреагировать самым оперативным образом: «горячая линия», установленная на предприятии, оснащена самым современным оборудованием стандартам лучших «Call-центров» Европы.
Обеспечив контроль над напором воды, «Водоканал» не только снижает риск аварий, но и обеспечивает заказами предприятия высоких технологий. Один из ведущих институтов петербургского ВПК – ЦНИИ имени академика Крылова – совместно с «Водоканалом» изготовил систему автоматического управления работой одной из повысительных станций, построенной на принципе обратной связи напора насосов с напором у потребителей в режиме реального времени. Помимо дополнительной стабильности напора, это обеспечило 11-18-процентную экономию электроэнергии.
Не всем известно, что «Водоканал» имеет в своем составе собственное сообщество ученых. Его специалисты не только умеют производить осмотр труб при помощи акустических методов, позволяющих увидеть то, что нам недоступно, но и внедряют собственные изобретения – например, незасоряющиеся насосы и илоскребы для очистных сооружений. Только в этом году сотрудники «Водоканала» получили 15 патентов на изобретения и инновации.
Из учеников в лидеры
Чтобы сохранить в 90-х гг. бесперебойный режим работы водопровода и канализации, требовались нестандартные решения. В
На предприятии не зря изучали опыт предшественников XIX в. К помощи европейских инженеров городское водопроводное управление прибегало еще в
В начале 90-х гг. Европа не стала дожидаться вполне возможной эпидемии. Как и 80 годами раньше, государственное предприятие получило кредиты под гарантию города. Тогда специалисты «Водоканала» оказались в роли младших учеников своих финских и шведских коллег, освоивших к тому времени множество новых технологий.
И петербургские инженеры потратили свое время в Хельсинки и Стокгольме с толком. Они не только договорились о закупках оборудования, но и освоили финские технологии – в частности, бестраншейный метод санации труб – после чего стали внедрять их самостоятельно.
Первые кредиты были выплачены в срок, и в результате в
Могло ли строительство ЮЗОС обойтись без зарубежной помощи? Могло бы, если бы российские банки предоставляли крупные кредиты на длительные сроки. Так что некоторым публицистам, посмеивающимся над тем фактом, что питерцы никак не могут справиться с собственными отходами без зарубежных партнеров, следует адресовать свою критику вовсе не «Водоканалу».
Теперь, как рассказывают руководители «Водоканала», уже финские партнеры гордятся партнерством с русскими. Не случайно: питерцы не просто копировали, да и не могли просто копировать финский опыт: нет в Финляндии таких больших городов, да и обеспечить чистоту воды в промышленном мегаполисе несравнимо труднее, чем в маленьком и ухоженном Хельсинки. Тем не менее, сегодня именно Петербург бьет рекорды. Прежде всего – по чистоте питьевой воды.
Сейчас все водопроводные станции города, кроме Северной, проводят двухступенчатое обеззараживание воды. Процесс состоит из аммонирования воды, ее обработки гипохлоритом натрия и финишного ультрафиолетового облучения. Контроль качества питьевой воды производится по 55 физико-химическим и 5 микробиологическим параметрам, не считая мониторинга паразитологических, гидробиологических и радиационных показателей.
В истекшем году «Водоканал» завершил опытную эксплуатацию и перешел на работу в штатном режиме завод по производству гипохлорита натрия на Южной водопроводной станции, по производительности не имеющий равных в мире. И в этом же
В I квартале
Новые планы строятся и в области водоочистки. В
Законодательная инициатива «Водоканала»
Введение ультрафиолетовой очистки воды - не предел совершенства: в новом году «Водоканал» начнет внедрять технологию нейтрализации активности воды на объектах водоснабжения для приведения ее свойств в соответствие с физиологической полноценностью для организма человека. Новая технология также решит проблему вторичного загрязнения воды продуктами коррозии и снизит аварийность в водопроводных сетях. Вместо раствора аммиачной воды в новых установках будет использоваться раствор нейтрального сульфата аммония.
Помимо этого, на городских водозаборах будут установлены специальные системы на базе использования активированного угля – они должны быть задействованы в том случае, если в Неве, например, повысится уровень нефтесодержащих примесей. Что, увы, возможно: оживление транзита нефтяных грузов по Неве создает новые риски. Неву загрязняют и увеличившие обороты промышленные предприятия.
Зарубежные консультанты уже обосновали проект строительства водовода, который поставлял бы в Неву чистую ладожскую воду. Однако гендиректор «Водоканала» Феликс Кармазинов относится к этой инициативе скептически. По его расчетам, строительство водовода обойдется в 5 млрд. долларов, в то время как модернизация предприятий, расположенных вдоль 74-километровой Невы и на ее притоках обойдется в ту же цифру, но в рублях.
«Пока мы строим такой водовод, в нем может не оказаться никакого экономического смысла, поскольку за это время качество воды в Ладоге может стать таким же, как в Неве», - предупреждает Кармазинов. Он считает, что эта серьезная угроза должна быть предотвращена на федеральном законодательном уровне.
Рассказывая петербургской прессе об успехах и планах предприятия за истекший год в конференц-зале «Водоканала» 29 декабря, Феликс Кармазинов просил журналистов озвучить свою инициативу: Ладоге, по его мнению, должен быть присвоен такой же природоохранный статус, что и Байкалу. Остается надеяться, что депутаты новой Госдумы, распределив должности в комитетах и места в кабинетах, найдут время вспомнить о нашей уникальной поилице Ладоге.
Хозяин чистой воды
История современного, блещущего чистотой и техническим совершенством «Водоканала» неотделима от биографии Феликса Кармазинова - с тех пор, как в
Настоящий хозяин знает, холит и лелеет каждый квадратный метр своего владения. Глава предприятия, которое - по его твердому убеждению – должно остаться государственным, превратил его в многопрофильную корпорацию, устремленную в будущее. В самом деле, планы предприятия расписаны, как часы, вплоть до
Коммунальное хозяйство и романтика - казалось бы, две вещи принципиально несовместные. Что может быть прозаичнее, чем очистка сточных вод? Но Кармазинову удается увлечь своим хозяйственным призванием не только абитуриентов, но и младших школьников. Для них создан Детский экологический центр «Водоканала», где постоянно проводятся современные обучающие игры. Это игра-поиск «С чего начинается море», игра-путешествие «Балтийская регата», семейный проект «Экодом – моя мечта», компьютерная инсталляция «Мегаполис – взгляд в будущее». Фантазия безгранична: на «Водоканале» проводится конкурсы экологических газет, детские новогодние праздники с участием волшебника Водяного, царевны Невы и ее свитой из Снежинки, Тумана, Капельки и Сосульки. Наконец – что является в высшей степени полезным прецедентом – здесь создан молодежный пресс-центр, который учит журналистике еще до поступления на соответствующий факультет университета. «Водоканал» – ни больше не меньше как фабрика человеческих призваний.
Самый информированный из журналистов на пресс-конференции 29 декабря поведал, что помимо званий почетного гражданина Санкт-Петербурга и Кронштадта, помимо международных премий «Европейский стандарт» и «Золотой Меркурий», гендиректор Кармазинов в этом году был удостоен особых почестей от Всевеликого Войска Донского. Феликс Владимирович не стал ничего отрицать, подтвердив только, что его род по мужской линии происходит с Тихого Дона. Что сразу многое мне объяснило: и хозяйскую хватку, и независимость мышления, и его совет журналистам не особенно хвалить социализм, в котором были не только плюсы.
В самом деле, только предоставленная ему новым временем самостоятельность позволила ему раскрыть свои менеджерские возможности. Хозяин он и есть хозяин. Побольше бы таких в нашем сложном, развивающемся и стесненном старыми рамками пространстве мегаполиса.
Константин Черемных
26 декабря в конференц-зале Жилищного комитета в присутствии прессы состоялось подписание Соглашения о сотрудничестве в рамках реализации городской программы «Расселение коммунальных квартир» между Жилкомитетом, ГУ «Горжилобмен», Российской гильдией риэлторов и Ассоциацией риэлторов Санкт-Петербурга и Ленобласти. Публичность действий городских властей не может не радовать. Другой вопрос: насколько продуман механизм исполнения соответствующего городского закона, и ко многому ли участников программы обязывают новые договоренности?
Соглашение о чем?
Соглашение, подписанное в Петербурге в присутствии деловой и общественной прессы 26 декабря, касалось более чем актуальной – как принято было говорить в былые времена, наболевшей темы коммунальных квартир. Проблему эту в нашем городе пытались решить и в эпоху социализма, однако пережиток той эпохи благополучно ее пережил – и продолжает оставаться головной болью районных и городских властей.
Очень хочется отделаться от головной боли радикальным способом. Однако хирургия в случае с «коммуналками» неуместна.
Как явствует из пресс-релиза, подготовленного Комитетом по жилищной политике, уже расселенные коммунальные квартиры имеют странное свойство вновь коммунализироваться. К примеру, когда несознательный владелец комнаты в центре из расселяемой квартиры предпочитает переселиться не в квартиру в Колпино, а в другую комнату в центре. Шутка ли заморозить, объявить мораторий на продажу комнат, если это не запрещено законом? Риэлторы – не собственники, их позиция погоды не сделает. Ограничить права собственников в отдельно взятом городе невозможно. Не говоря о том, что город тоже является собственником и предоставляет комнаты выпускникам детских домов и другим категориям граждан – не от хорошей жизни…
Но проблему надо решать. Хотя бы по той причине, что Петербург приобрел репутацию столицы коммунальных квартир. В них проживает почти 700 тысяч человек - то есть каждый седьмой горожанин.
В 2005 году город урезал доставшуюся в наследство от социализма очередь, оставив в претендентах на льготное жилье лишь неимущих граждан. Требование постоянного проживания не менее десяти лет в Петербурге также ограничило число претендентов на субсидии из городского бюджета. Однако в том же году была принята новая программа, и очередники вновь приумножились.
В итоге городские власти, исходя из принципа социальной ответственности, разработали специальную программу расселения коммуналок. Закон о внедрении этой программы, являющейся составной частью городской Концепции жилищной политики, рассчитан на долгие восемь лет, но первые итоги будут подводиться уже через три года. За это время город намеревается расселить приблизительно 60 тысяч квартир.
Субсидировать реформу, в соответствии с программой, будет не только город, но и частные инвесторы. Впрочем, в Соглашении, подписанном в Жилкомитете 26 декабря, они не участвовали - хотя пресса, надо думать, была бы непрочь посмотреть на этих мужественных людей.
Таким образом, соглашение декабря заключалось в отсутствии двух ключевых участников – инвесторов и самих жителей, но презентовалось как четырехстороннее, хотя фактически было двусторонним (город в лице Жилкомитета и подчиненного ему ГУ «Горжилобмен», а также риэлторы в лице Ассоциации риэлторов Санкт-Петербурга и Ленобласти, а также Российской гильдии риэлторов (в которой представлена АРСП)).
В отсутствии этих двух главных игроков документ о сотрудничестве оказался скромным по содержанию. Две стороны обязались: совместно создавать методологические, информационные и организационно-технические условия реформы (хотелось бы в первую голову правовых условий, но о них как раз речь не идет); взаимно консультировать друг друга, в том числе и по рынку недвижимости вообще (быть может, там и прячется искомый инвестор); проводить совместные конференции, семинары, круглые столы и иные мероприятия (если что и вдохновляет, то разве что последний пункт).
Больше никаких обязательств, кроме разве что совместной подготовки учебных программ для риэлторов, договаривающиеся стороны на себя не берут. Не создается даже никаких совместных оргструктур. Лишь «при необходимости» предполагается создание Рабочей группы, она же Комиссия по реализации программы. При каких условиях возникает эта необходимость, в тексте не уточнено.
Неудивительно, что организаторы воздержались от ознакомления прессы с самим текстом соглашения. Любопытство журналистов были призваны удовлетворить пресс-релиз Жилкомитета, а также буклеты Горжилобмена на клейкой рекламной бумаге.
Они были достаточно содержательны. Во всяком случае, цифры, приведенные в пресс-релизе, свидетельствовали о том, что к 2016 году в рамках данной программы имеют шанс получить новое жилье не более трети коммунальных жильцов. Впрочем, если отнести цифру 214 тысяч к более узкому сообществу очередников, то вырисовывались уже более оптимистические 60 процентов. А если учесть, что жильцы коммунальных квартир получают преимущественный статус при выполнении других городских программ, то можно надеяться, что через восемь лет все ныне признанные нуждающимися будут удовлетворены.
Вопросы, однако, оставались, и пресса была вынуждена атаковать участников в кулуарах. Где и выяснилось, что программа «расселение коммунальных квартир» как таковая рассчитана – во всяком случае, на ближайшие годы – лишь на жильцов тех коммунальных квартир, где все без исключения обитатели нуждаются в улучшении условий. То есть ютятся на территории менее 9 квадратных метров на человека и при этом проживают в Петербург не менее 10 лет.
Задачка с тремя неизвестными
Информация, предоставленная Жилищным комитетом, была бы более исчерпывающей, если бы не туманность некоторых формулировок. Так, остался загадкой смысл третьей из четырех форм улучшения жизни «коммунальщиков», а именно: «город может так перераспределить комнаты в вашей коммуналке, что вы будете продолжать жить в ней как в отдельной квартире». Так все-таки - в отдельной или «как»? Тот же пункт в пресс-релизе интерпретировался более категорично, но не менее загадочно: «Перераспределение жилых помещений, то есть проведение обменов, мены жилых помещений с целью обеспечения исключительно односемейного заселения с согласия граждан и по инициативе государственных органов должно касаться не только центральных районов города».
Вообще-то программа касается не только жителей Центрального района, но и всех горожан. Если же авторы были вынуждены прибегнуть к столь околичным формулировкам, значит, какая-то проблема стоит на пути достижения чистоты и ясности словоприменения.
Эту ясность в ходе кулуарного общения осмелились внести лишь представители риэлторского сообщества. От них удалось узнать:
- что цифра в 60 тысяч облагодетельствованных семей в три года (то есть 20 тысяч в год) является нереалистичной, ибо общий объем сделок на первичном и вторичном рынках жилой недвижимости в год ныне не превышает 80 тысяч. Иначе говоря, емкость рынка не удовлетворяет условия программы, даже весьма скромные (см. выше);
- что программа в ее нынешнем виде ни к чему не обязывает ни жильца, ни инвестора. Жилец имеет возможность в любой момент выйти из программы, что создает риски для остальных участников. Инвестора, в свою очередь, также никто не может обязать вкладывать средства в заведомо неприбыльные сделки. Отсюда, очевидно, и возникает оговорка о центральных районах – адресованная, впрочем, единственно жильцам;
- что существующий механизм перевода жилого фонда в нежилой (что для инвесторов по понятным причинам предпочтительно) находится не в компетенции Горжилобмена, а в компетенции районных администраций. С ними никто никаких соглашений не заключал.
В качестве ноу-хау Жилкомитет предлагает следующую схему совместного участия города и частных инвесторов в расселении: город дотирует сделку на 30 процентов, а инвестор – на остальные 70. Предполагается, что таким образом «повысится рентабельность тех объектов, которые до настоящего времени являются инвестиционно непривлекательными».
Прочие условия привлечения инвесторов остаются в тумане. Можно лишь догадываться, что риэлторов пригласили в Жилкомитет именно в качестве «офицеров связи» с инвесторами. Впрочем, законы рынка категорически несовместимы с военной дисциплиной, и риэлтор не в силах ничего продиктовать даже тому инвестору, который ему лично обязан.
Как вынуть инвестора из тумана
Один из участников подписания соглашения в Жилкомитете вполне уместно напомнил прессе, что критиковать программу легко, куда сложнее что-то сделать. Глава Жилкомитета Юнис Лукманов также сетует на неаккуратные интерпретации журналистов, которые создают недоверие в обществе и тем самым подрывают проведение реформы.
Некоторые недавние исторические примеры убедительно свидетельствуют, что ничто так не может дискредитировать реформу, как сам способ ее проведения. Особенно в том случае, когда отдельные социально невыгодные детали скрываются за расплывчатыми формулировками.
Беда в том, что эти детали неминуемо выйдут на поверхность, едва реформа начнет действовать. В частности, та деталь, которая камуфлируется оговоркой «не только в центральных районах».
Сказав «А», лучше все-таки сказать «Б» раньше, чем рак на горе свистнет. В этом убеждает хотя бы недавняя история с инвестором по фамилии Dussmann.
Если мы догадываемся, что некоторые жители исторического центра лягут костьми, а на задворки города не поедут, почему бы официально не предусмотреть именно для этой категории дополнительные условия в рамках той же программы?
Если четыре семьи из пяти в одной квартире имеют право на субсидии для улучшения условий, а пятая – нет, то почему бы для этой пятой семьи не предусмотреть отдельные условия в том же договоре о расселении, не принуждая остальных четверых неудачников искать пути решения своих проблем в обход закона?
Если мы признаем, что часть объектов недвижимости в городе привлекательна, а другая, мягко говоря, не очень, почему бы не построить на этой градации сам принцип реформы? Почему бы при расселении в районе «ниже средней престижности» не сократить долю инвестора до 30 процентов, а в Центральном - не увеличить до 95?
Типовые «Соглашения об участии в расселении», которые город намеревается заключать с заинтересованными частными лицами, могут в принципе предусматривать обременение социального характера, раз уж зашла речь о социальной ответственности. Привлекая инвестора к программе, можно поставить условие: хочешь расселить квартиру на Театральной – возьми, дорогой, еще одну в Купчино. Да, это напоминает известную советскую практику реализации неходовых театральных билетов в нагрузку к ходовым. Тем не менее я не сомневаюсь, что если бы аналогичная проблема возникла у властей, к примеру, Стокгольма, они поступили бы именно так.
Введение градаций, соответствующих сложившейся конъюнктуре рынка, несколько усложнит процесс принятия решений, но зато послужит стимулом для развития городской среды. В самом деле, разве престижность района определяется исключительно близостью к Эрмитажу? Разве Комендантская площадь привлекательнее Купчино только из-за наличия метро? Разве не больше ценилась бы, к примеру, недвижимость на Вербной или Репищева, если бы из этого района было легче хоть куда-нибудь выбраться?
Разве строительный бум, который остро необходим для реализации программы, нельзя простимулировать системой преференций для строительных компаний и сопроводить специальной программой развития инфраструктуры территорий новой застройки? В инфраструктуру как раз могли бы вложиться и крупные инвесторы, привлеченные городом к партнерству в данном районе: во всяком случае, тогда рентабельность будет больше зависеть от них самих.
Критиковать и в самом деле проще всего. Предложить альтернативу труднее. Но в такой богатой стране, как Россия, и в таком стремительно развивающемся мегаполисе, как Санкт-Петербург, на пути к улучшению среды и индивидуального быта ничего невозможного нет.
Славиться столицей коммуналок в пяти шагах от Европы и в самом деле стыдно. Но чтобы избавиться от этой напасти, участниками диалога должны стать все заинтересованные стороны. Во всяком случае, от такой общественной дискуссии будет куда меньше неприятных последствий, чем от заметания под ковер самых щекотливых аспектов проблемы, остро актуальной для слишком большого числа горожан.
Константин Черемных