Об идеологии и разумной достаточности нормирования в строительстве
Недавно прозвучавшая со стороны президента России Владимира Путина критика ситуации в сфере строительных нормативов вызвала горячий отклик в отраслевом сообществе. Портал ASNinfo.ru обратился к председателю совета АПО «Союзпетрострой-Проект» Роману Рыбакову с просьбой прокомментировать эту проблему.
Прежде всего, я хочу поблагодарить редакцию портала ASNinfo.ru и газеты «Строительный Еженедельник» за возможность высказаться по вопросам, затронутым в недавнем выступлении Президента России Владимира Путина. Мы неоднократно говорили о проблемах проектировщиков, в том числе и на страницах «Строительного Еженедельника», но, видимо, работающие на федеральном уровне консультанты далеки от повседневной реальности конкретных участников строительства. Тем не менее, мысль о квазиучастниках строительного процесса была высказана замечательная, хотя, пока Президент их не назовет поименно - сами они себя таковыми не признают никогда.
Проблем в строительной сфере, как и в любой отрасли, предостаточно, но именно в строительстве ярко прослеживаются две основные тенденции:
- избыток власти при дефиците компетентности, нравственности и ответственности (когда уровень амбиций и властных полномочий перерастает уровень компетентности и нравственности, то возникает главная проблема, которая приводит ко всем другим проблемам);
- полное забвение жизненных интересов конкретных (не квази) участников строительного процесса.
Никому не надо доказывать, что строительная отрасль сегодня находится под контролем государства, не всегда объективно оправданным, но всегда жестким. Этот контроль осуществляется зачастую недружественными и малокомпетентными исполнителями из властных структур, которые обеспокоены только мнением вышестоящего начальства и сохранением своего служебного положения. Отсюда - стремление к усилению всяческого контроля, заоблачные замыслы, поспешное непродуманное принятие законодательных актов, отрыв от реальности и понимания механизма работы принимаемых законов.
Я не собираюсь утверждать, что контроль вообще не нужен. Но он не должен сводиться к нагромождению административных барьеров, затягивающих процессы рассмотрения, согласования, утверждения документов в угоду утверждения личного престижа, упоения властью. По логике, государственные контролеры должны были бы помогать подрядчикам в решении проблем, когда они возникают на объектах, строительство которых одобрено органами исполнительной власти. Представляется, что создание дружелюбной атмосферы между участниками строительства можно достигнуть некоторыми мероприятиями социального характера.
А главное для поступательного развития отрасли - изменение отношения к специалистам и создание условий для стабильного и финансово обеспеченного положения строителей и проектировщиков. Достижение успехов в этом процессе позволит убрать большую часть проблем и в повышении производительности труда, и в ускорении процессов строительства и, особенно, в качестве проектов и собственно строительства. Здесь накопился большой наносной пласт проблем, связанных с непрерывным снижением реальной заработной платы всех участников строительства конкретных объектов, и этот пласт надо срочно разгребать.
Россия пока еще обладает уникальным сообществом специалистов-профессионалов своего дела (будь это проектирование или строительство), обладает образовательным потенциалом. Надо только понять, что выпускники вузов, при огромном количестве профессий и объеме знаний в каждой профессии, могут стать специалистами в какой-либо узкой области только в процессе передачи опыта старших товарищей, что обычно и происходит на практике. Однако этот процесс идет успешно только при обеспечении достойного заработка специалистов. Для решения кадровой проблемы надо изменить сложившуюся систему распределения заказов, систему ценообразования как в строительстве, так и в проектировании. Надо прекратить «жлобство» как на государственном, так и коммерческом уровнях, когда в погоне за дешевизной мы утрачиваем качество, сроки, людей и высокопрофессиональные организации.
И еще некоторые соображения
Для ускорения строительства объектов зачастую пытаются сократить сроки, отпущенные на работу проектировщиков и строителей. При этом в недавнем интервью «РИА Новости» замминистра строительства и ЖКХ Дмитрий Волков сказал: «В «обычном» инвестиционном процессе… время проектирования и строительства занимает 10-18%. Остальное – административная нагрузка, разрешения, оформление. Можно получить серьезное продвижение вперед в части скорости строительства без серьезных рисков удорожания, безопасности или управляемости в градостроительной деятельности…. Эти шаги касаются рабочей документации, экспертного и проектного сопровождения, территориального планирования, типового проектирования, технического нормирования и особого регулирования для чрезвычайных ситуаций».
Эти в целом правильные слова на самом деле являются не какими-то революционными предложениями, а схемой налаженной повседневной работы административного органа на базе существующих положений и методик. На подобном пути достичь «серьезных» продвижений не удастся ни по скорости, ни по безопасности, и, особенно, по управляемости строительства. Если не затрагивать работу в условиях чрезвычайных ситуаций, то все остальное – это забытое почему-то или ухудшенное старое.
Хочу напомнить, что ранее в СССР развивалась самая отработанная и самая насыщенная по технике, технологии и организации система нормативно-технического обеспечения. Это были учебники по строительству, которых не найти в мире. Причем система не сводилась лишь к контролю, который путем создания разных перечней и реестров типа «перечня 1521» пытается выстроить современная власть. Специалисты понимают, что нормативно-технический документ не может содержать одни лишь требования и применяться по «букве», как у нас сейчас практикуется (чего стоит только Постановление Правительства РФ №87 от 16.02.2008). При использовании документа необходимо понимать и учитывать смысл требований. Например, в стране до сих пор не введено положение о порядке согласования необходимых отклонений от требований нормативов, как это было в СССР. Система технического нормирования, как это было всегда, должна совершенствоваться, охватывая новые технологии и материалы, но эта работа не может вестись формально. Напомню только, что с 2008 года были актуализированы практически все СНиПы с переводом их в СП, ну и каких успехов мы достигли? В своем интервью Дмитрий Волков ставит задачу создания единого реестра, содержащего все документы, необходимые для экспертизы и государственного строительного надзора, что, по его мнению, исключительно важно для строителей. Однако фактически реестр требований станет лишь инструментом в руках очередного контролера.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
И снова о барьерных нормативах
В Российской империи лифты не были массово востребованы из-за отсутствия большого количества высотных объектов. Со свободными территориями проблем не было, строить многоэтажки не было необходимости. Но сегодня лифт – неотъемлемая часть современных зданий.
Несмотря на то, что первые упоминания о подъемных механизмах есть еще в рукописях I века до н. э. (ученый-энциклопедист и архитектор Марк Витрувий писал об изобретении Архимеда), большая история лифтов началась в 1854 году. Тогда изобретатель Элиша Грейвс Отис продемонстрировал безопасный лифт, который благодаря специальным «ловителям» не падал в шахту, даже если канаты не выдерживали нагрузки и рвались. Изобретение стало настолько популярным, что компания Otis, основанная в 1853 году, до сих пор является мировым лидером по производству лифтов и эскалаторов.
В России слава создателя первого лифта досталась Ивану Кулибину. В 1795 году он разработал винтовой подъемный механизм для Зимнего дворца, чтобы облегчить жизнь Екатерине II. Однако большого распространения лифты в Российской империи не получили из-за отсутствия большого количества высотных объектов – со свободными территориями проблем не было, поэтому строить многоэтажки не было необходимости. Тем не менее, в Петербурге есть хорошо сохранившиеся дореволюционные лифты, часть которых используется по назначению до сих пор. С условием обновления механизмов, разумеется.
Первым петербургским доходным домом, где появился лифт, стал Дом купцов Елисеевых, построенный в 1890 году в Чернышёвом переулке (ныне Ломоносовская улица, 14). С течением времени этот подъемник был полностью утерян, чего не скажешь о лифте, построенном в 1892 году для нужд пристроенного к этому же дому корпуса. Над проектом подъемника работал архитектор Гавриил Барановский.
Изначально лифт работал от парового двигателя, что было не совсем удобным для жилого дома: требовалось много места и топлива. Сегодня подъемник работает от электричества, а вместо исторической кабины там установлен знакомый со времен СССР лифт. Однако до наших дней сохранились непривычная круглая шахта и изящная металлическая решетка.
Отметим, что до применения лифтов квартиры на первом-втором этажах стоили дороже размещенных выше. Только массовое обустройство домов лифтами полностью переломило эту тенденцию.
Лифт в здании Волжско-Камского банка на Невском проспекте, 38, появился после реконструкции в 1898 году и исправно работал до середины XX века, пока советские чиновники не решили, что механизму в здании не место. В результате лифт был демонтирован вместе с шахтой. Только в начале нулевых во время масштабной реконструкции здания лифт восстановили по сохранившемся чертежам.
Общество взаимного кредита должно было стать одним из самых передовых финансовых учреждений всей Европы, поэтому перед архитектором Павлом Сюзором стояла задача построить выдающейся объект. Работая над проектом, он ездил в Бельгию, Германию и Францию изучать опыт коллег. В результате к 1900 году на набережной Екатерининского канала (ныне набережная канала Грибоедова, 13) появилось действительно впечатляющее здание с весьма оригинальным лифтом.
У этого подъемника сразу два «фасада»: на парадном разместился вензель с логотипом Общества, а на втором – дверь в кабину. Со стороны этот лифт кажется больше, чем есть на самом деле: эффект достигается за счет колодца для коммуникаций, который расположен рядом с лифтовой шахтой. Также верхняя станция подъемника в отличие от нижней декорирована так, чтобы лифт был максимально незаметен и техническое устройство не нарушало общий вид интерьера второго этажа.
Сегодня лифт по назначению не используется, однако внешний вид кабины дает прекрасное представление о том, что было построено более ста лет назад.
Электрический лифт в здании «Пассажа» на Невском проспекте, 48, появился после реконструкции в 1900 году. Конечно, подъемники установили, в первую очередь, для нужд сотрудников здания. Однако владельцы «Пассажа», по сути, первыми опробовали популярную по сей день технологию привлечения клиентов: лифт облегчал передвижение в здании, а также эффективно делил потоки людей. На данный момент от лифта уцелела только фигурная металлическая шахта, а кабина и подъемный механизм давно заменены.
В 1904 году в обновленном здании Витебского вокзала заработало сразу 11 подъемных машин разных видов, однако до наших дней дожили только два подъемника завода «Ф. Ф. Сан-Галли» для «габаритной движимости» – тяжелого багажа путешественников. Лифты были оборудованы багажными тоннелями с горизонтальными транспортерами. Они двигались со скоростью 50 см в секунду. Сегодня лифты сохранили только свой внешний облик, внутри уже давно современные кабины.
Два лифта в Доме компании «Зингер» на Невском проспекте, 28, до сих пор считаются одними из самых красивых в городе. Изначально руководство компании планировало идти по американской традиции и построить в здании четыре подъемника, однако архитектор Павел Сюзор (тот самый, что построил и здание Общества взаимного кредита) счел это избыточным и оставил в проекте два лифта, освободив место для роскошной мраморной лестницы в стиле модерн. Сами лифты поставила компания Ostin в 1904 году, а декором занималась мастерская Карла Винклера. Конечно, сегодня лифты в доме Зингера работают на современных механизмах, однако роскошные черно-золотые витые решетки очень похожи на первоначальные.
Лифт в Доме Мертенса – жемчужина среди подъемных объектов Петербурга. Этот электрический лифт немецкой компании «Сименс-Шуккерт», установленный в 1907 году, изначально задумывался как премиальный: кабина из красного дерева с кожаным диванчиком, хрустальные ограждения шахты, витая коробка из бронзы и латуни. Лифт мог за раз поднять до 400 кг, а пользоваться им можно было только вместе со специально обученным оператором. Невероятная роскошь, должно быть, поразила даже прагматичных советских номенклатурщиков, ведь внешний вид кабины сохранился даже после масштабной реконструкции здания в 1955 году.
Лифт исправно работает до сих пор, вместе с кожаным диванчиком и кабиной из красного дерева. Для полного сходства с подъемником 1907 года не хватает только оператора, который точно знает, на какой этаж вам надо.
Лифт в особняке Сухозанета на Невском проспекте, 70, который сейчас занимает Дом журналиста, появился после реконструкции в 1911 году. Изначально подъемник был гидравлическим, т. е. имел сразу две шахты: надземную, по которой ездила кабина, и подземный «стакан». Для того, чтобы лифт поднимался, «стакан» заполнялся водой, а для движения вниз жидкость спускали, благодаря чему обеспечивалась удивительная для тех времен плавность хода. Объект уникален тем, что это один из немногих дореволюционных лифтов, в котором уцелела не только шахта, но и почти вся кабина. Сегодня подъемник работает от электричества.
Справка
По материалам экскурсии по дореволюционным лифтам Петербурга, организованной ООО «МЛМ Нева трейд». Выражаем компании благодарность за возможность увидеть объекты, доступ к которым строго регламентирован.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Вводятся штрафы для УК за нарушение правил эксплуатации лифтов
Эксперты определили пятерку районов Петербурга с самыми изношенными лифтами
Путин подписал закон о штрафах за нарушение правил эксплуатации лифтов
В Петербурге выставлено на продажу креативное пространство «Бертгольд Центр». Собственник рассчитывает продать его за 1 млрд рублей.
Пространство «Бертгольд Центр», расположенное на Гражданской улице, 13–15, выставлено на продажу. Оно открылось осенью 2016 года на месте исторического производства Германа Бертгольда. Сегодня в состав комплекса входят 45 помещений с арендаторами и отель на 69 номеров. Наиболее известные резиденты: коворкинг «Практик», пиццерия Oversize, магазин одежды «Волчок», магазин часов и аксессуаров Rediska, кофейня Seize the Impress, бар Laboratorio Distilita. Площадь пространства – 6,2 тыс. кв. м. Оно полностью сдано в аренду (имеется даже лист ожидания). Продают его «вместе с обитателями». Доходность бизнеса – 12% годовых.
«Креативная группа Романа Красильникова за три года провела более сотни мероприятий под крышей центра. Это по-своему культовое место для Петербурга. Полагаем, новый собственник сохранит его концепцию», – говорит генеральный директор компании WONDERWALL real estate company Елена Ерошеня. По ее словам, команда, работающая в «Бертгольд Центре», останется на площадке и после заключения сделки.Собственник рассчитывает продать креативное пространство за 1 млрд рублей.
По оценке директора департамента финансовых рынков и инвестиций Colliers International Анны Сигаловой, стоимость объекта завышена раза в два.
«Цена, конечно, существенно выше, чем в среднем в этой локации. Но в целом она отражает высокую доходность креативных пространств, где высокие ставки аренды сочетаются с низкими затратами на эксплуатацию», – отмечает руководитель отдела рынков капитала и инвестиций в недвижимость УК Maris в ассоциации с CBRE Алексей Фёдоров.
Формат креативных пространств очень зависим от личности управляющего, поэтому развитие сегмента ограничено количеством людей, которые «умеют одновременно и в культуру, и в деньги», считает он, но отмечает: «По мере накопления опыта таких людей становится больше, поэтому можно ожидать экспоненциального роста сегмента. Небольшое креативное пространство будет востребовано практически в каждом микрорайоне, поэтому петербургский рынок сможет поглотить несколько сотен проектов».
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Кто поднимет «Красное знамя»? Здание бывшей чулочной фабрики выставлено на торги
Креатив на пользу. Сегмент, развитие которого выгодно всем