В поисках пути к новым шедеврам
Соотношение исторических традиций и современных новаций в архитектуре всегда было актуальной темой для дискуссий среди профессионалов. Сегодня особое значение получил еще и фактор «общественного мнения». «Строительный Еженедельник» пригласил экспертов, чтобы рассмотреть сложившуюся ситуацию за заочным круглым столом.
«Строительный Еженедельник»: В Петербурге сложилась странная ситуация. Согласно «общественному мнению», в городе мало новых интересных архитектурных проектов. В то же время, как только появляется какая-то неожиданная, оригинальная инициатива, то же «общественное мнение» разражается яростной критикой о несовместимости предлагаемой идеи и сложившегося исторического облика. В чем, на ваш взгляд, причина такой ситуации?
Филипп Грибанов, представитель Фонда содействия восстановлению объектов истории и культуры в Петербурге: Это нормальная реакция. Мы привыкли к сложившейся городской среде и неудивительно, что появление новых объектов вызывает противоречивые мнения. Кроме того, с одной стороны, горожане не видят качественной современной архитектуры, за редким исключением, с другой – помнят, что были градостроительные ошибки, а с третьей - беспокоятся за исторический центр города.
Михаил Сарри, начальник мастерской №6 ОАО «ЛенНИИпроект», Заслуженный архитектор России: У общества в принципе отсутствует запрос на качественную современную архитектуру (особенно в историческом центре), и следует признать, что во многом благодаря деятельности нынешнего архитектурного сообщества. Удачных примеров современной архитектуры в нашем городе, на мой взгляд, недостаточно для того, чтобы переломить эту тенденцию, которая на самом деле вполне понятна и объяснима. Общество априори консервативно и всегда настороженно относится к новациям. У классического (традиционного, декоративного и т.д.) искусства всегда больше сторонников, чем у авангарда. У Репина и Шишкина (честь им и хвала!) больше любителей, чем у Пикассо и Шагала. У Моцарта и Чайковского – чем у Шнитке и Каравайчука. И так далее. Применительно к архитектуре – у аскетично гладкой поверхности и сплошного остекления мало шансов против капители и балясины. Другое дело, что иногда авангард со временем становиться классикой (Маяковский, Шостакович, Корбюзье), но тут ключевые слова «иногда» и «со временем».
Михаил Мамошин, генеральный директор «Архитектурной мастерской Мамошина», Заслуженный архитектор России: Я думаю, что закончились стандартные сюжеты, которые были продолжением традиционных петербургских тем: ансамблевость, трехчастность, стилевые реминесценции и т.д. Появляются отступления от этих традиций, своеобразных правил игры, некие провокации, которые преподносятся как неожиданные оригинальные инициативы. Но неожиданность и оригинальность для Петербурга не всегда уместна. Вполне понятно общественное мнение, которое стремится этого не допустить.
«СЕ»: Возможно ли выйти из этого тупика? И как это сделать?
Михаил Сарри: Только создавая и множа примеры качественной современной архитектуры, популяризируя ее тем самым (неблагодарный труд!) в нашем городе.
Михаил Мамошин: Мне кажется, нужно продолжать развивать архитектуру в балансе между традициями и мейнстримом. Традиции петербургской архитектуры: сюжеты классики, барокко, ар-деко, нордическая тема. Раннеленинградские процессы (творчество Л. Хидекеля, Н. Суетина, И.Чашника, Г. Симонова, И. Явейна) должны стать новым ресурсом современной архитектуры вне исторического центра.
Святослав Гайкович, руководитель Архитектурного бюро «Студия-17», Заслуженный архитектор России: Модератор предложил называть противоречие капризов публики, тоскующей по «новеллам», и ее же негодованием при виде таковых – тупиком. Скорее это является вялотекущей коллективной шизофренией. Я считаю причиной подобного поведения объективный консерватизм общества. Причем это не недостаток, а полезный контролирующий механизм сохранения стабильности в таком долговременном процессе, как создание искусственной среды обитания. Это естественное стремление общества – публики – к главенству идеи сохранения над идеей созидания.
С точки зрения вечности задача архитекторов не заключается в попытке добиться благосклонного внимания общества, а как раз и бороться со стереотипами, так же как ученый мир борется с предрассудками и только поборов их выходит на новую ступень развития. Таким образом, мы имеем дело не с тупиком, а с естественным процессом диалектической борьбы, в которой каждая сторона играет присущую ей роль.
Регуляторами в описанном процессе выступают в каждый момент времени разные персоны и разные уполномоченные органы. В стране в целом царит полный хаос, спровоцированный чудовищным Градкодексом, авторы которого хотели полностью изгнать, но недоглядели кое-где в тексте термин «архитектура», и поэтому термин этот все же там пару раз встречается.
Филипп Грибанов: Здесь важно организовать открытый диалог, прислушиваться к разным мнениям и, может быть, прозвучит пафосно, но обязательно вести активную просветительскую работу. Часто неприятие происходит, потому что люди недостаточно хорошо знакомы с ними. У них мало информации, они не знают деталей, но знают примеры некорректного поведения инициаторов тех или иных проектов. Все это можно преодолеть, если комплексно и продуманно подходить к продвижению. Например, наш Фонд активно представлен в социальных сетях, мы отвечаем на все вопросы, рассказываем не только о своих проектах, но и в целом об архитектуре Петербурга, а это всегда интересно и познавательно. Конечно, с нами дискутируют, но нам доверяют. И что важно - очень многим людям близка и дорога тема сохранения исторического наследия. Очень приятно, что нам удалось сплотить вокруг себя активных неравнодушных людей, и их становится все больше.
«СЕ»: По вашему мнению, применительно к Петербургу – обязательно ли «хорошая архитектура» = «невысокая архитектура»?
Михаил Мамошин: Да, потому что основная петербургская тема – горизонталь. Наш город 2D, над которым раньше возвышались архитектурные акценты в виде храмов. Сейчас появились и гражданские здания-доминанты, но с этим нужно быть очень аккуратными.
Святослав Гайкович: В «настоящий исторический момент» важным фактором является полуграмотное так называемое «решение Верховного суда» о включении под планку ограничения высоты всех без исключения элементов здания. Под пресс ограничения при этом попал даже шпиль – элемент, по определению выходящий за планку общей высоты объекта. Из-за пирровой победы над «жадными девелоперами» инфантильная публика получит и уже получает примитивно плоскую, безо всякого намека на силуэт застройку.
Михаил Сарри: Сама по себе высота здания никогда не была критерием оценки его архитектурного достоинства. В мире достаточно высотных шедевров, равно как и низеньких уродцев. А вот соблюдение высотного регламента для каждого конкретного участка (особенно в Петербурге!), на мой взгляд, условие строго обязательное. Но не достаточное для создания качественного архитектурного произведения. Требуется кое-что еще!
Филипп Грибанов: Для меня это, скорее, некий стереотип. Так и хочется спросить: а почему? Ну вот откуда такое мнение? Красота и качество архитектуры не определяются десятком метров вверх. И Петербург строился как европейский прорывной город с огромным количеством высотных доминант. Это исторически город высоток – таким его задумал Петр I. А уж как это интерпретируется сейчас даже комментировать не хочу. Пусть останется на совести тех, кто на самом деле не является профессионалом в области архитектуры, но высказав где-то свое мнение, уже гордо называет себя градозащитником.
«СЕ»: До революции принципиальные решения в архитектурной сфере столицы принимал сам император. И его воля перевешивала «общественное мнение», которое часто «в штыки» встречало проекты, становившиеся затем признанными шедеврами. Ввиду временно отсутствия царя, какой адекватный механизм принятия решений в этой сфере вы видите?
Филипп Грибанов: Я вижу, что решение таких вопросов должно быть за профессионалами, остальное - это вкусовщина и пиар. Такие вопросы должны решать архитекторы, реставраторы, историки, культурологи, строители - те, кто понимают, что такое архитектура, имеют опыт и имя в этой области. Иначе получается, что каждый суслик - землемер.
Михаил Сарри: Вспоминается знаменитое изречение Черчилля: «демократия как форма правления ужасна, но все остальные формы – еще хуже!» Поэтому ничего кроме Градсовета на ум не приходит.
Святослав Гайкович: Намек модератора на то, что веком раньше решение принимал император, оказывающийся прогрессивнее консервативного общественного мнения, по-моему, неактуально. Не устаю повторять, что самым адекватным выходом явилась бы широкая практика архитектурных конкурсов, поскольку в хорошо организованном конкурсе при авторитетном жюри и широком общественном обсуждении принимается сбалансированное, примиряющее все стороны, решение.
«СЕ»: «Общественное мнение» часто против новаций в сфере архитектуры, может быть, хотя бы возродить утраченные шедевры?
Святослав Гайкович: Идея возрождения утраченных шедевров страдает существенным недостатком: общество безосновательно признает при этом деградацию русского народа, якобы утерявшего способность создавать новые шедевры и идти вперед.
Михаил Мамошин: Возрождение необходимо. Нами давно разрабатывается проект создания центра музейных коллекций Российского этнографического музея и Государственного русского музея, подразумевающий воссоздание утраченных фасадов К.Росси. Также долгие годы мы работаем над проектом воссоздания Андреевского собора в Кронштадте. Мне кажется, что там, где возможно, должны быть восстановлены храмы, в первую очередь – градостроительно значимые. От Петербургского отделения Союза архитекторов России мы передали губернатору Петербурга следующий перечень храмов, воссоздание которых можно начать уже сейчас, не вкладываясь в корректировку инфраструктуры: собор Апостола Андрея Первозванного в Кронштадте, церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Большой Коломне, церковь святого Митрофания Воронежского на Митрофаниевском кладбище, Введенских храм на Петроградской столоне, собор во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы лейб-гвардии Семеновского полка на Загородном пр.
Филипп Грибанов: Я всегда говорю: давайте строить шедевры. Мы видим, как много построено спальных кварталов, бизнес-центров, торговых центров, магазинов... Но разве это красота? Разве этим мы можем гордиться и любоваться? Пока мы любуемся только тем, что нам осталось от великих мастеров прошлого – Растрелли, Росси, Монферрана. А что наши современники оставят после себя? Именно поэтому мы инициировали завершение ансамбля Смольного монастыря, который Растрелли задумал вместе с колокольней. Этот проект может стать тем самым шедевром, который соединяет традиции великой архитектуры прошлого и современность.
Михаил Сарри: Одно другому не мешает. Двигаясь вперед, опираемся на скрепы. Поэтому я положительно отношусь к таким идеям, как воссоздание Спаса-на-Сенной, колокольни Новодевичьего монастыря на Московском проспекте или недавней инициативе строительства колокольни Смольного собора, задуманной, но не воплощенной Растрелли. Даже ярлык «новодел», гипотетически применимый к итогам такого возвращения утраченного или воплощения нереализованного, меня не смущает. Как не смущал факт восстановления портика Руска на Невском проспекте в 1970-х годах или еще раньше – дворцов Петергофа и Царского Села.
Комитет госстройнадзора и госэкспертизы Ленобласти провел семинар об изменениях законодательства в градостроительной сфере. В ходе мероприятия был освещен широкий круг вопросов в этой области.
Новации происходят постоянно, и застройщикам не всегда удается оперативно в них разобраться. Именно для решения этой проблемы Госстройнадзор региона регулярно проводит семинары, в ходе которых специалисты ведомства оказывают консультационную помощь и отвечают на конкретные вопросы представителей строительных компаний.
«За прошлый год нами было выявлено нарушений значительно больше, чем годом ранее. То ли вы стали работать хуже, то ли мы – лучше», – пошутил председатель Комитета госстройнадзора и госэкспертизы Ленобласти Денис Горбунов. Он отметил также, что как раз с целью сокращения числа нарушений ведомство проводит семинар, поскольку есть понимание, что большая часть обнаруженных ошибок – есть следствие неосведомленности, а не намеренной халатности.
Замглавы Комитета госстройнадзора и госэкспертизы Ленобласти Алексей Абузов привел неутешительную статистику прошлого года. Нарушения были выявлены в ходе 69% проверок, выполненных ведомством. Выдано предписаний об устранении нарушений – 652, назначено штрафов на общую сумму более 21 млн рублей.
Он рассказал также о новациях, внесенных в законодательство, касающихся работы органов госстройнадзора. В частности, теперь надзор должен осуществляться в отношении любых объектов, сметная стоимость работ на которых, в соответствии с требованиями Градкодекса РФ, подлежит проверке на предмет достоверности ее определения. «То есть это касается любых объектов, возводящихся по госзаказу, – уточнил чиновник. – Между тем, в наше ведомство пока не обращались ни по одному такому зданию, что очень странно. Видимо, люди не успевают отслеживать изменения в законодательстве».
Алексей Абузов напомнил также, что в настоящее время требуется обязательное повторное прохождение экспертизы проектной документации, если в нее вносятся изменения технических решений, которые затрагивают конструктивные и другие характеристики безопасности объекта. Он добавил, что эта норма в ближайшее время должна претерпеть изменения: «Даны поручения по разработке процедуры внесения изменения в проект без прохождения повторной экспертизы. Но пока требования в законодательстве существуют, их нужно исполнять».
Чиновник отметил также, что, в соответствии с Законом № 342-ФЗ, вступили в силу поправки в Градкодекс РФ, согласно которым, если планируемый объект будет находиться в зоне с особыми условиями использования территорий (ЗОУИТ), проект подлежит исключительно государственной экспертизе. Земельным кодексом РФ определено 28 видов таких зон. «Соответственно, учитывать фактор ЗОУИТ необходимо уже на этапе проектирования и прохождения экспертизы», – подчеркнул он.
Денис Горбунов коснулся вопроса отклонений параметров фактически построенного объекта от тех, которые указывались в проекте. Он подчеркнул, что отклонение на 10%, которое некоторыми трактуется как «незначительное», таковым считаться не может. Если жилой дом спроектирован и утвержден на 10 тыс. кв. м, а построен на 11 тыс. «квадратов» – это уже другой объект, и он требует повторного прохождения согласований», – подчеркнул глава Комитета.
Алексей Абузов отметил также недопустимость использования объектов строительства, не соответствующих функциональному назначению земельного участка.
О новой форме отчетности застройщика, работающего с использованием схемы долевого привлечения средств, а также особенностях работы в Единой информационной системе жилищного строительства рассказала начальник отдела контроля и надзора в области долевого строительства Комитета госстройнадзора и госэкспертизы Ленобласти Анастасия Алексеева. «Сейчас происходит переход на новую систему привлечения средств в отрасль. Но, по предварительной оценке, около 70% уже запущенных проектов соответствуют установленным критериям и будут достраиваться с привлечением денежных средств по 214-ФЗ, по старой схеме. Поэтому требования в этой сфере сохраняют актуальность в полной мере», – подчеркнула она.
Мнение
Денис Горбунов, председатель Комитета госстройнадзора и госэкспертизы Ленобласти:
– Полномочия по регистрации градостроительных планов земельных участков, которые застройщики получают в органах местного самоуправления, переданы нашему ведомству. Подчеркну, что работа с Комитетом переведена в электронную форму. Срок рассмотрения у нас составляет 5 рабочих дней. Если градплана участка приходится ждать дольше – значит, произошли какие-то задержки в органах местного самоуправления. Рассмотрено около 500 таких документов. Их качество, к сожалению, часто совершенно неудовлетворительно, поэтому и бывают отказы. Впрочем, надо отметить, что постепенно сотрудники администрации поняли предъявляемые нами требования – и проблем в этой сфере стало меньше.
Обсуждение развития современных инновационных технологий и реализации принятого в 2018 году национального проекта «Цифровая экономика Российской Федерации» стало важной составной частью мероприятий Петербургского международного экономического форума в 2019 году.
Причем происходило это не потому, что деловая программа была сформирована вокруг этой темы. Просто какую бы актуальную проблематику развития как российской, так в целом и мировой экономики ни застрагивали эксперты, вопросы цифровизации «автоматически» попадали в число дискутируемых.
Исключением не стала и конференция «Строительный и жилищно-коммунальный комплекс России: трансформация», прошедшая в первый день форума. Хотя собравшиеся эксперты и обсуждали самый широкий спектр проблематики, связанной со строительным комплексом и ЖКХ, они постоянно застрагивали вопросы цифровизации этих отраслей.
От стратегии до практики
Министр строительства и ЖКХ РФ Владимир Якушев часть своего доклада посвятил осуществляющейся в настоящее время разработке двух важнейших документов – Стратегии развития строительной отрасли РФ на период до 2030 года и Стратегии развития ЖКХ РФ до 2035 года. Он подчеркнул, что главная задача, которая стоит перед ведомством – обеспечить, чтобы это были не «сухие» бумаги, а «живые», наполненные идеями и инициативами документы перспективного развития.
«В основу изменений планируется заложить современные информационные технологии и платформенные решения, обеспечивающие коллективное управление информацией и «бесшовность» процессов проектирования, строительства, эксплуатации объектов капитального строительства», – подчеркнул министр, добавив, что ведомство будет проводить максимально широкое обсуждение идей, закладываемых в стратегии, и рассчитывает на активную позицию экспертных отраслевых сообществ.
Как следовало из сообщений многих выступающих, цифровые технологии уже постепенно проникают во все отрасли российской экономики. Процесс идет, надо его стимулировать и направлять, отмечали эксперты.
Так, заместитель руководителя Федерального казначейства Анна Катамадзе рассказала о внедрении цифровых технологий в работу ведомства. «Весь процесс работы с государственным заказом (а примерно половина его – это строительные работы в различных сферах) переведен в «цифру», все процедуры осуществляются только в электронной форме», – подчеркнула она.
По словам специалиста, если сначала участники процесса – и заказчики, и подрядчики – относились к новациям несколько настороженно, то теперь все поняли преимущества такой технологии работы. «Ведь электронный формат всем серьезно упрощает жизнь. Ушли в прошлое «грузовики» документации, отпала необходимость приезжать лично, отсутствует коррупциогенная составляющая», – отметила Анна Катамадзе, добавив, что внесенные Законом № 71-ФЗ корректировки в Закон № 44-ФЗ серьезно облегчили, упростили и ускорили работу с госзаказом.
Между тем, секретарь Общественной палаты РФ Валерий Фадеев затронул проблему косности административного аппарата. «Внедрить цифровые технологии в российскую бюрократическую систему сложнее, чем покорить Марс», – образно выразился он.
А президент НОСТРОЙ Антон Глушков, согласившись с важностью и необходимостью широчайшего внедрения инновационных технологий, в том числе цифровых, отметил, что это инвестиционноемкий процесс: «Любые инновации – это сначала затраты. В текущих непростых условиях на строительном рынке государство должно стимулировать игроков инвестировать средства в инновации, путем предоставления налоговых вычетов или с помощью иных мер поддержки».
В свою очередь, экс-замглавы Минстроя РФ, вр. и. о. губернатора Мурманской области Андрей Чибис, признав серьезное значение инвестиционного фактора, отметил, что инновации – это не только затратно, но и выгодно. «Практика показывает, что высокая экономическая эффективность цифровых технологий позволяет окупать запущенные проекты в этой сфере, а в перспективе – и экономить средства благодаря их применению», – заявил чиновник.
Генеральный директор, председатель правления АО «СУЭК» Владимир Рашевский также коснулся вопроса экономической оправданности инвестиций. По его словам, крупные энергетические компании за последние 7 лет инвестировали около 1,5 трлн рублей, в том числе и в инновационные технологии. Это говорит о том, что бизнес уверен в рентабельности вложений.
Глобальный тренд
Участники конференции подчеркивали глобальность тренда цифровизации. Вице-президент по стандартам Ассоциации телекоммуникационной промышленности (TIA) Дэвид Бэйн отметил, что строительная отрасль России имеет возможность применять цифровые разработки, уже сделанные в мире. При этом он подчеркнул, что российские специалисты уже сейчас могут вносить – и уже вносят – свой вклад в развитие IT-индустрии.
По его словам, использование цифровых технологий и принятых в этой сфере международных стандартов не только положительно влияет на скорость и экономическую эффективность осуществления работ, но и может стать дополнительным плюсом для обеспечения инвестиционной привлекательности того или иного проекта. Это является явным свидетельством прозрачности проекта и применения современных высокодоходных технологий при его реализации, считает специалист.
Партнер, глобальный лидер по проектированию и строительству компании EY Эрин Робертс отметил, что для распространения любой новой технологии нужно время. «Инновации не появляются из ничего, их нужно готовить. Многие технологии, которыми мы сейчас широко пользуемся, существовали и раньше, но были почти незаметны. Нужны определенный уровень их развития и условия, в том числе экономические, для их массового распространения», – говорит он.
По мнению эксперта, важнейшее влияние в ближайшем будущем будут иметь пять технологий. К ним Эрин Робертс отнес системы ERP, управление информацией, облачные технологии, сенсорные технологии и 5G.
Кристоф Кастан, директор по развитию программы цифрового строительства Egis (седьмая в мире по обороту компания, реализующая проекты в области развития транспортной инфраструктуры), подчеркнул революционность изменений, которые происходят в строительной отрасли благодаря применению цифровых технологий. «Благодаря BIM мы фактически отказываемся от такого привычного, ставшего уже классическим инструмента, как чертеж. Вся информация о проекте содержится в его цифровой модели. Это касается и самих расчетов, и разработки рабочей документации, и комплектации, и ценообразования и сметы, и даже эксплуатации объекта. BIM позволяет нам в электронном виде отслеживать весь жизненный цикл объекта, лучше понимать происходящие процессы, управлять рисками», – заявил он.
Как отметил специалист, этим достоинства BIM не исчерпываются. Ведь технология позволяет осуществлять прямые коммуникации между всеми участниками процесса строительства и эксплуатации – от проектировщиков и поставщиков материалов и конструкций до строителей и управляющих служб. Это позволяет избежать различных неточностей, недопонимания, разночтений и прочих проблем, равнее бывших почти неизбежными, особенно при реализации крупных проектов. По оценке Кристофа Кастана, в ближайшие два года оборот работ с использованием BIM-технологий удвоится.
О преимуществах BIM говорил и генеральный директор Группы «Эталон» Геннадий Щербина. «Это важнейшая технологическая новинка, которая позволит радикально улучшить качество проектирования и строительства любых объектов, а также оптимизировать расходы. Поэтому наша компания всемерно поддерживает те усилия, которые предпринимает Минстрой РФ, с 2016 года активно подключившийся к работе по внедрению этого метода», – отметил он.
При этом эксперт призвал активнее действовать в этом направлении. «На наш взгляд, необходимо ввести обязательность использования BIM-технологий при реализации проектов социальных объектов по всей стране. Такая мера не только повысит качество проектирования и строительства и обеспечит оптимизацию экономических характеристик проекта, но и позволит отсечь от участия в тендерах демпингующие компании-однодневки. Их участие в конкурсах, при определяющем факторе цены предложения за госконтракт, приводит к тому, что качество работ на соцобъектах не выдерживает критики, а сроки ввода срываются. Таким образом, обязательность использования BIM-технологий в этой сфере позволит нормализовать ситуацию в этом сегменте и удалить недобросовестные компании, не меняя базовых принципов Закона № 44-ФЗ», – резюмировал Геннадий Щербина.
В заключение мероприятия Владимир Якушев еще раз подчеркнул важность нацпроектов. «Они помогли нам лучше и глубже понять проблемы, которые перед нами стоят. А высокие заявленные цели и жесткие сроки их достижения заставили нас мобилизовать силы и сосредоточиться на выполнении действительно важных для всей страны и всего общества задач», – отметил министр.
Фото: Игорь Бакустин, пресс-служба Сбербанка, пресс-служба правительства Петербурга