Сохранять нельзя развивать
Проблематика нахождения баланса между сохранением и развитием исторического центра Санкт-Петербурга не теряет своей актуальности. «Строительный Еженедельник» провел заочный круглый стол, попросив ряд экспертов высказать свое мнение по этому вопросу.
«Строительный Еженедельник» («СЕ»): В мировой практике немало разных примеров отношения к сложившейся застройке исторических городов. Какие практики, на Ваш взгляд, наиболее применимы для Петербурга?
Рафаэль Даянов, руководитель Архитектурного бюро «Литейная часть-91», заслуженный строитель России: Я думаю, что проведение каких-то прямых аналогий совершенно неуместно. Зарубежные практики обращения с объектами наследия вряд ли применимы в России. У нас совершенно другие условия – иной климат, иная экология, иной менталитет людей. Сравнения просто некорректны. При всей похожести на европейскую застройку Петербург совершенно самобытен, его наследие оригинально, сформировано российской идентичностью в специфических северных условиях со всеми их отличительными особенностями. Поэтому у нас свой путь.
Александр Карпов, директор Центра экспертиз ЭКОМ, руководитель группы экспертов Комиссии ЗакС Петербурга по городскому хозяйству: На мой взгляд, это практика итальянских, немецких городов, которые развивали комплексное регулирование градостроительства и охраны наследия на муниципальном уровне еще до того, как это стало общей тенденцией. Эти практики предполагают очень детальную проработку перспектив управления территорией, включая желаемые сценарии развития буквально каждого участка. В результате планы по сохранению наследия этих городов были интегрированы с планами по развитию. И логика этих практик проистекала не из каких-то внешних обязательств, а из понимания своей идентичности, истории, культурной традиции. Нужно перенимать опыт, например, британский, государственной и муниципальной поддержки работы собственников по сохранению исторической ценности зданий.
«СЕ»: Известно, что барон Осман во второй половине XIX века фактически снес старый Париж и застроил территорию теми зданиями, которые сегодня всех восхищают. Возможна ли подобная практика в Петербурге – конечно, не в полном масштабе, а в отношении зданий, не представляющих серьезной историко-архитектурной ценности?
Филипп Грибанов, представитель Фонда содействия строительству культовых сооружений РПЦ в Петербурге: У каждого великого города свой путь, который складывается из истории, культуры, менталитета, традиций. В Петербурге огромное количество настоящих памятников архитектуры, сносить которые – это настоящее преступление. В то же время есть здания, которые не представляют собой ценности, но охраняются не меньше, чем истинные произведения искусства. Подход к ним с точки зрения законодательства почти одинаковый, что противоречит как здравому смыслу, так и самой сути сохранения и восстановления памятников архитектуры. В итоге город оказался фактически застывшим музеем под открытым небом – и ни о каком развитии не может идти и речи. Я выступаю за индивидуальный подход к новым проектам в центре города.
Александр Карпов: Это некорректное сравнение. Действия барона Османа имели стратегический градостроительный посыл – он реализовывал свой план преобразования хаотически застроенного Парижа не на уровне отдельных зданий или кварталов, объектом перепланировки был весь город в целом. Петербург изначально «умышленный город», со времен Петра он застраивался по планам, и градостроительного хаоса, который мешал бы его развитию и требовал ликвидации, у нас просто никогда не было. Так что говорить об использовании «опыта Османа», тем более применительно к отдельным зданиям, – не приходится.
«СЕ»: Какие архитектурно-градостроительные характеристики (высота, плотность и пр.) в зоне исторической застройки города должны оставаться незыблемыми, а что может быть скорректировано, на Ваш взгляд?
Филипп Грибанов: Пока незыблемым можно считать только то, что многие здания требуют реконструкции, реставрации и приспособления к современному использованию. Но сделать это зачастую невозможно из-за жесткого регулирования в зоне исторической застройки. В таких условиях любая попытка инвестора подойти к историческому зданию встречается в штыки. Для начала нужно выработать индивидуальный подход к особо значимым объектам. А высотность, плотность, перепланировка – это уже вопрос целесообразности, здравого смысла и сохранения исторической правды.
Рафаэль Даянов: Ситуация вкратце такова: охранное законодательство – жесткое, правила игры – очень строгие; большинство людей, которые дискутируют сегодня по поводу застройки – плохо представляют себе строительные нормы и правила. Надо понимать, что город все равно будет развиваться – так или иначе, в той или иной форме. Остановить этот процесс невозможно. Даже если «запретить всё», через какое-то время все равно придется подстраиваться под реальность. Потому что меняются технологии, представления о комфорте и качестве жизни и многие другие факторы. Ансамбли классицистического Петербурга принципиально отличаются от застройки конца XIX– начала ХХ века, но сегодня все это воспринимается как единый комплекс наследия. И сегодняшний путь законодательных ограничений на любые работы в центре города, на мой взгляд, – тупиковый. Законодательство должно быть гибким, учитывающим объективную реальность, а не строящимся на отвлеченных «принципах», не применимых на практике.
«СЕ»: Существует немало исторических объектов, которые не могут найти инвесторов, поскольку требования охраны не позволяют приспособить их для современного использования. В итоге они просто постепенно разрушаются. Что делать со сложившейся ситуацией?
Рафаэль Даянов: В старых жилых домах, где каждый гвоздь градозащитники готовы объявить бесценным артефактом, между прочим, люди живут. Почему они должны жить в условиях, совершенно ненормальных с точки зрения и современных представлений о комфорте, и тех же установленных норм – противопожарных, санитарных и прочих? Отремонтировать такие дома или просто невозможно или запредельно дорого, сохранять до естественного «умирания» – опасно. Это серьезные социальные проблемы, которые надо спокойно и методично решать – профессионалам, а не дилетантам.
Александр Карпов: По данным государственной инвентаризации, подобных объектов в городе не более полутора сотен. На фоне десятка тысяч исторических зданий в Петербурге – это ничтожный процент. При этом для того, чтобы говорить об их «разрушении», необходимо различать реальную аварийность, мнимую аварийность и просто облупившийся фасад, придающий дому непрезентабельный вид. У нас есть здания (яркий пример – ул. Восстания, 4), которые на фоне официального признания аварийными активно эксплуатировались, и никто из многочисленных арендаторов, несмотря на «диагноз», отнюдь не торопился оттуда съезжать. Большая часть рассказов о «неустранимой аварийности» – это просто миф, подтвержденный заказными экспертизами, доказывающими то, чего нет.
Алексей Шашкин, член Совета по сохранению и развитию территорий исторического центра Санкт-Петербурга, генеральный директор компании «Геореконструкция»: С существующим законодательством никакого развития города не будет. Любой дореволюционный дровяной сарай будет стоять теперь «вечно». Если такова цель закона, надо ясно себе представлять и последствия. Исторический центр Петербурга в границах полуторамиллионной столицы Российской империи обречен на медленное (а может быть, и сравнительно быстрое) умирание. В бюджете денег на его поддержание нет. А инвестировать в дровяные сараи, которые должны стоять вечно, никто не будет. Не пора ли остановить эту псевдоспасательную деятельность, пока она не нанесла городу непоправимый урон? Конечно же, нельзя впадать и в другую крайность. Внешний облик исторической застройки, безусловно, должен быть сохранен. Именно она создает архитектурное очарование Петербурга. Однако вопрос может решаться отнюдь не только радикальным способом (сносим или оставляем как есть).
«СЕ»: Как обеспечить развитие и модернизацию исторического центра Петербурга, сохранив при этом его наследие?
Рафаэль Даянов: Абсурдно объявлять наследием все, что построено до 1917 года, включая третьи дворы и дровяные сараи. Законодательство надо развивать. Необходимо формирование дифференцированного подхода с четким пониманием: что действительно является ценным историческим наследием, а что – нет. В Вене, например, буквально поквартально расписано, где допустима какая-то трансформация застройки, а где – нет. Только делать это должны профессионалы. Бывали случаи, когда предметами охраны становились «исторические решетки», которые на поверку оказывалась типовыми ленпрокатовскими образца 1957 года, или лепной декор под «барокко» на гипроке. По каждой инициативе градостроительного вмешательства в сохранившуюся архитектурную среду должно приниматься индивидуальное решение – насколько оно уместно в предлагаемой форме в данном конкретном месте. И делать это должны специалисты, а не активисты, почему-то присвоившие себе право говорить от имени всего общества.
Александр Карпов: У большей части зданий, производящих неблагоприятное впечатление, есть собственники – как жители, так и юрлица. Так что их состояние – это вопрос о том, как городу помочь собственникам – организационно, финансово, технически, технологически. Как можно искать инвестора для объекта, у которого уже есть владельцы? Германская и английская практика, о которой я говорил ранее, в значительной мере как раз и заключается в обучении собственников (медленном и долгом, но зато надежном), разработке для них проектов грамотного ведения работ на исторических объектах, предоставлении им грантов и безвозмездных субсидий (или софинансирования). Конечно, у нас есть объективные препятствия для этого, поскольку традиция частного владения зданиями была в советский период разрушена, и компетентный собственник сейчас – это редкость.
Алексей Шашкин: В отношении исторических зданий необходимо вводить понятия их ценности и целесообразности сохранения. Категория ценности должна определять, какие именно здания следует сохранять, а какие могут быть снесены. Целесообразностью же должна определяться форма сохранения (полное или воссоздание). Целесообразность физического сохранения, например, аварийного исторического здания определяется ценой усиления и разумностью платить эту цену. Вполне возможным вариантом является сохранение исторического фасада здания и перестройка внутренних объемов.
Филипп Грибанов: Город должен расти и развиваться, и при этом необходимо бережно относиться к историческому центру, но не отпугивать от него инвесторов и меценатов, которые готовы взять на себя ответственность по сохранению и воссозданию исторического наследия. Пока же существуют такие жесткие градостроительные ограничения, ни о каком развитии не может быть и речи. Мы же все помним, что традиция – это поддержание огня, а не поклонение пеплу!
Группа «Трактородеталь» из Архангельска купила бывший гипермаркет сети «Метрика» на Пулковском шоссе. Она заплатила за актив 346,6 млн рублей. Цена оказалась в 2,3 раза меньше, чем два года назад, когда гипермаркет выставляли на продажу впервые.
Компания «Трактородеталь Групп» оказалась единственным участником аукциона по продаже здания бывшего гипермаркета сети «Метрика» с земельным участком по адресу Пулковское шоссе, 53. Здание площадью 14,4 тыс. кв. м и участок в 4,7 га (годится под общественно-деловую застройку, в том числе жилье) она купила по стартовой цене 346,6 млн рублей. Гипермаркет «Метрика» в этом здании закрылся больше года назад. Он принадлежал обанкротившемуся в 2017 году ЗАО «Мегалит». До последнего времени помещения в этом здании сдавали в аренду по краткосрочным договорам.
Теперь на этом месте будет создан логистический центр для хранения и поставок спецтехники и запасных частей в филиалы компании. Размер инвестиций в перепрофилирование площадки и сроки открытия центра не раскрываются.
По оценке управляющего директора FM Becar Asset Management Дениса Цытрина, цена сделки вполне рыночная. «Для переоборудования объекта под логистический центр потребуются минимальные инвестиции – около 100 млн рублей. По сути, необходимо лишь обеспечить нужный объем стеллажного оборудования и наладить внутреннюю логистику. Разумной идеей будет контейнерное хранение на участке – создание такого формата будет стоить еще около 40 млн рублей», – полагает Денис Цытрин.
Активы на Пулковском шоссе пытались продать три года. Сначала их готовили к торгам по инициативе собственника (ЗАО «Мегалит»), и начальная цена гипермаркета составляла 800 млн рублей. Но интересанты не успели подать заявки на аукцион, поскольку основной владелец «Метрики» Евгений Лебедев продал компанию бизнесменам Денису Избрехту и Алексею Каверину. Они же стали контролировать ООО «Корпорация СБР», которая управляла сетью «Метрика». Новые владельцы отменили торги. А несколько месяцев спустя у «Корпорации СБР» снова сменились владельцы. Единственным собственником стал неизвестный на рынке бизнесмен Максим Семёнов. Он снова попытался продать «Метрику» с землей в рамках судебного разбирательства. Вырученные средства должен был получить Сбербанк, по кредитам которого «Метрика» была залогом. Стартовую цену снизили до 650 млн рублей и назначили «голландский» аукцион – на понижение цены до 463 млн рублей. Но желающих купить актив не нашлось. Видимо, претендентов отпугнул «судебный шлейф». В итоге в 2017 году владелец «Метрики» обанкротился. И его активы стали распродавать за долги.
Справка
Группа «Трактородеталь» поставляет лесозаготовительную, строительную технику и запчасти для бизнеса и коммунальных организаций. Головной офис компании расположен в Архангельске. Дилерская сеть включает 40 точек в Центральном федеральном округе, на Северо-Западе, Урале и в Поволжье. «Трактородеталь» выступает дилером техники компаний John Deere, Heizomat, Heizohack, Bandit, Lamtrac, Manitou.
Для ВТБ ушедший год был рекордным по объемам выдачи ипотечных кредитов. Банк ставит перед собой задачу активно развивать это направление и в этом году, сообщил начальник управления розничных продаж ВТБ в Санкт-Петербурге и Ленинградской области Сергей Кульпин.
На пресс-конференции, посвященной подведению итогов прошлого года, он рассказал, что в 2018 году ВТБ нарастил объем выдачи ипотеки в Петербурге и Ленобласти на 73%. Всего было выдано около 23 тыс. кредитов на общую сумму 65 млрд рублей. На первичный рынок пришлось 64% выданных ипотечных кредитов, на вторичный – 30%, на рефинансирование – 6%. В результате столь эффективной работы общий объем ипотечного портфеля ВТБ в Петербурге и Ленобласти достиг 112,8 млрд рублей.
«Ипотека остается одним из драйверов розничного кредитования», – подчеркнул Сергей Кульпин. Впрочем, другие сегменты рынка также демонстрируют уверенный рост: объем выдачи кредитов наличными увеличился в 2018 году на 60% (67,8 млрд рублей), автокредитов – на 32% (8,1 млрд).
При этом в 2019 году ВТБ намерен нарастить объемы выдачи ипотеки в Северной столице и области более чем на 25%. «По нашей оценке, на ипотечном рынке Петербурга сохраняется значительный потенциал. Процентные ставки остаются комфортными для покупателей жилья. Рост продолжится, но будет идти несколько меньшими темпами, чем в прошлом году, в том числе и потому, что эффект «низкой стартовой базы» остался уже в прошлом», – отметил Сергей Кульпин.
Начало года, по его словам, вполне соответствует позитивному прогнозу. Так, за январь 2019 года, по предварительным данным, ВТБ было выдано ипотеки на 20% больше, чем годом ранее. Впрочем, эксперт признал, что часть предоставленных в январе кредитов получила одобрение в банке еще в 2018 году.
Сергей Кульпин отмечает, что заметную роль в стимулировании спроса продолжат играть партнерские программы банка с застройщиками, предлагающие пониженные процентные ставки. «Нельзя недооценивать и различные государственные программы», – добавил Сергей Кульпин. Он сообщил также, что ВТБ полностью готов к реформе финансирования жилищного строительства и работе с эскроу-счетами. «Для клиентов-физлиц мы разработали удобный процесс оформления счета», – отметил специалист.
Из важных для банка трендов Сергей Кульпин выделил постепенное увеличение ВТБ своей доли на рынке ипотечного кредитования Петербурга и Ленобласти. В декабре, по данным Центробанка, доля ВТБ впервые достигла 40% всего объема выданной ипотеки, отметил он, добавив, что банк ставит перед собой серьезные задачи по увеличению ипотечного портфеля и на 2019 год.
Эксперт отметил также, что по итогам декабря прошлого года существенно увеличилась доля вторичного рынка среди объектов, на которые берутся ипотечные кредиты. Мы считаем, что этот тренд получит дальнейшее развитие. И планируем усилить взаимодействие с риэлторами», – отметил Сергей Кульпин.
Кстати
Общий объем кредитов физлицам, выданных ВТБ в 2018 году в Петербурге и Ленобласти, достиг 141 млрд рублей (рост на 65% по сравнению с 2017-м). В итоге розничный кредитный портфель увеличился до 218 млрд рублей (рост на 25%).