Долевка от сотворения до наших дней. Как менялись нормы защиты прав дольщиков
Постсоветский период строительства жилья в России неразрывно связан с долевой системой привлечения средств граждан. Она, в свою очередь, базируется, прежде всего, на Законе № 214 ФЗ, принятом еще в 2004 году. «Строительный Еженедельник» решил проследить, как менялись нормы защиты прав дольщиков.
Самый переменчивый закон
По оценке экспертов, Федеральный закон № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ» от 30 декабря 2004 года представляет собой достаточно уникальное явление в российском законодательстве. Во всяком случае, не много актов могут сравниться с ним по частоте изменений и корректировок.
«Закон № 214-ФЗ существует без малого 14 лет. За это время его положения претерпели почти три десятка изменений, при том, что количество статей, входящих в текст документа, также не превышает трех десятков. Впрочем, нельзя не отметить, что законодательная техника оставляет желать лучшего на всех уровнях законодательной власти в РФ», – отмечает старший юрист практики по недвижимости и инвестициям адвокатского бюро «Качкин и Партнеры» Вероника Перфильева. «На данный момент действует 27-я за 14 лет редакция Закона № 214-ФЗ. Это практически по два пакета поправок в год. Не часто встречается закон с таким количеством трансформаций», – добавляет партнер, руководитель практики «Недвижимость и строительство» юридической фирмы Borenius Майя Петрова.
По мнению генерального директора Центра развития рынка недвижимости Владимира Горбунова, историю 214-ФЗ можно условно поделить на пять основных периодов.
До рождества закона
Сама по себе долевая схема привлечения средств граждан к софинансированию строительства жилья появилась еще в начале 1990-х годов. «Этот период характерен активными попытками (в первую очередь, бизнеса и органов судебной власти) дать правовую квалификацию правоотношениям, возникающим при финансировании строительства объектов недвижимости – в частности, самих договоров долевого участия (ДДУ). Наиболее распространенными версиями были следующие: ДДУ является разновидностью договора купли-продажи, договора строительного подряда, договора простого товарищества, агентского договора либо же не указанным в Гражданском кодексе РФ видом инвестиционного договора», – рассказывает Владимир Горбунов.
Проблема заключалась в том, что вопрос этот не был никак урегулирован, что приводило к тому, что суды различных инстанций и региональные власти трактовали ДДУ по-разному, что приводило к путанице понятий и «войне прецедентов».
«Период закончился с опубликованием Обзора судебной практики Верховного суда РФ от 19 сентября 2002 года, которым фактически в приказном порядке и при отсутствии какой-либо логичной квалификации, мотивированных пояснений было сказано, что к любым правоотношениям с участием дольщиков применяется Закон "О защите прав потребителей"», – говорит Владимир Горбунов.
Древний закон
«Суды, понимая чрезмерность установленной Законом «О защите прав потребителей» неустойки, сложность процедуры ввода объекта капитального строительства в срок, сформировали судебную практику по ее уменьшению, что для застройщиков стало приемлемым. После чего большинство девелоперов перестало воспринимать как проблему претензии дольщиков, связанные с затягиванием сроков строительства и передачи им квартир (особенно на фоне растущих цен на недвижимость в тот период)», – рассказывает Владимир Горбунов. По его мнению, навязывание этого подхода можно считать первым примером неудачного грубого административного регулирования отношений межу застройщиком и дольщиком.
На первое место по актуальности вышли тогда взаимоувязанные вопросы защиты дольщиков от двойных продаж, возврата им денежных средств или обеспечения получения квартир в новостройках. Сложившаяся ситуация убедила законодателей взяться, наконец, за урегулирование вопроса. Тогда, собственно, и родился 214-ФЗ, спешно принятый в канун нового 2005 года.
Документ был, однако, далек от совершенства. «На уровне государственных органов нормативными актами не был определен состав нарушений прав дольщиков. В итоге 214-ФЗ не оказывал особого влияния на рынок первичной недвижимости. Практикующие юристы самостоятельно выделяли следующие проблемы: 1) двойные продажи; 2) обеспечение дольщикам возможности получения квартир в домах, строительство которых застройщик остановил; 3) возврат дольщикам денежных средств, уплаченных скрывшимся застройщиком; 4) нарушение обязательств по срокам передачи квартиры; 5) нарушение обязательств по качеству квартиры, в том числе обеспечивающей инфраструктуры», – говорит Владимир Горбунов.
«На рынке работали застройщики, которые либо не могли справляться со своими обязательствами и банкротились, либо намеренно понуждали дольщиков к заключению таких форм договоров, по которым дольщик не мог что-либо требовать (в основном по старым проектам, которые можно было реализовывать в обход 214-ФЗ)», – говорит Майя Петрова.
Среднезаконье
В 2010 году в 214-ФЗ были внесены изменения, которыми были ограничены способы привлечения денежных средств на строительство – фактически только через договор участия в долевом строительстве и ЖСК. Снижению проблематики двойных продаж помогло введенное 214-ФЗ правило государственной регистрации ДДУ.
«Остальные вопросы по защите прав участников долевого строительства остались нерешенными. Но усилилась риторика о необходимости защиты прав дольщиков, которая, впрочем, не меняла принципиально положение вещей на рынке первичной недвижимости», – считает Владимир Горбунов.
Новые правки
По его словам, с 2013 года начались лавинообразные изменения законодательства о долевом участии, а также градостроительного, гражданского, административного, уголовного. «При этом данные изменения обширны, разнообразны и слабо взаимоувязаны между собой», – считает эксперт.
«В разные годы было расширено и детализировано содержание ДДУ в строительстве, а также документов, подлежащих передаче дольщику вместе с объектом долевого строительства, определены способы обеспечения исполнения застройщиком обязательств по возврату денежных средств, внесенных участником долевого строительства, и по уплате дольщику денежных средств, причитающихся ему в возмещение убытков и (или) в качестве неустойки, более подробно урегулирован порядок передачи участнику долевого строительства завершенного строительством объекта, одностороннего отказа, расторжения ДДУ», – рассказывает Вероника Перфильева.
Изменения в целом улучшили ситуацию. Кроме того, изменилась судебная практика по взысканию неустойки с застройщиков. «Ее размер перестал уменьшаться до привычного застройщикам уровня, а их оправдательные доводы в судах практически не действуют», – отмечает Владимир Горбунов.
Тем не менее, по его мнению, не решенными окончательно остаются многие изначальные проблемы: обеспечение дольщикам возможности получения квартир в домах, строительство, которых застройщик остановил; возврат дольщикам денежных средств, уплаченных скрывшимся застройщиком; нарушения обязательств застройщика по срокам передачи квартиры.
Новейшие правки
«Если до 2016 года можно было предположить, что изменения 214-ФЗ – это результат продуманной политики по совершенствованию законодательства в целях повышения прозрачности деятельности застройщика, повышения собираемости налогов, защиты прав дольщиков и т. д., то продолжившееся в 2017–2018 годах кардинальное переписывание закона и отсутствие его взаимоувязки с градостроительным законодательством приводят к убеждению, что органы власти, видимо, сами не знают, что им делать с долевым строительством», – говорит Владимир Горбунов.
«Полагаю, что на каком-то этапе (в том числе в связи со введением санкций и продолжением экономического кризиса) государством было принято политическое решение отказаться от модели долевого участия в строительстве на рынке строящегося жилья. Мне кажется, что данное решение было скорее продиктовано тем, что государству отчаянно нужны дополнительные средства из любых источников», – считает Майя Петрова.
Результатом стала целая череда законодательных изменений, ужесточающих требования к застройщикам на начальном этапе и ставящих целью ликвидацию системы долевого финансирования отрасли и переход к проектному кредитованию.
В июле 2017 года были приняты корректировки, радикально усложняющие жизнь девелоперов и вызвавшие крайне негативную реакцию в строительном бизнес-сообществе. «В частности, предусмотрено создание публично-правовой компании «Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства», уполномоченной на формирование компенсационного фонда за счет обязательных отчислений застройщиков в размере 1,2% от цены каждого ДДУ, введены требования к застройщикам по наличию опыта (не менее 3 лет) участия в строительстве многоквартирных домов общей площадью не менее 10 тыс. кв. м в совокупности, по наличию собственных средств в размере не менее 10% от проектной стоимости строительства на счете, открытом в уполномоченном банке, ограничение привлечения застройщиком денежных средств на основании одного разрешения на строительство, ограничения по наличию и размеру обязательств застройщика по кредитам, займам, ссудам, требования к органам управления застройщика и его участникам и т. д.», – говорит Вероника Перфильева.
По ее словам, отдельные нормы были сформулированы таким образом, что осуществление долевого строительства в условиях нового регулирования в принципе вызывало вопрос. Следствием стало внесение очередных правок в июле 2018 года, которое хоть и устраняло некоторые коллизии предыдущей редакции, но добавляло и новые нормы, направленные на сворачивание долевого строительства как такового.
«Самое важное, что после 1 июля 2019 года привлечение средств граждан в строительство допускается фактически только посредством эскроу-счетов. По сути, застройщики теряют возможность не только прямого и непосредственного получения денег дольщиков и распоряжения ими по своему усмотрению, но и управления процессом получения средств. Девелоперы лишаются способов самостоятельно выстраивать финансовую модель, влиять на получение средств путем определения стратегии продаж и самого строительства», – считает Владимир Горбунов.
«Введение банковского контроля над достаточно значительным по объему денежных средств рынком жилищного строительства позволяет аккумулировать и контролировать привлечение и расходование денежных средств по жилищным проектам в ограниченном количестве банков, преимущественно с государственным контролем. Им даются практически неограниченные полномочия в отношении расходования средств застройщиками, что может породить определенный элемент коррупции в отношениях между компаниями и банками, а также предоставить государству дополнительный рычаг для контроля и управления девелоперами», – отмечает Майя Петрова.
По ее мнению, очевидно, что застройщики в большинстве своем не справятся с новыми повышенными требованиями. «Начнутся банкротства, в том числе недострой тех объектов, которые начали строиться до принятия последних революционных поправок. Значит, пострадают те дольщики, которые приобрели права на такие объекты. Из-за повышения требований финансового характера к застройщикам цены на жилье вырастут, чего нельзя сказать о покупательной способности населения», – считает эксперт.
Власти, видимо, понимают наличие таких рисков. Поэтому предложения по изменению 214-ФЗ не прекращаются. В ноябре Правительство РФ внесло в Госдуму очередные поправки. «Они были разработаны с учетом позиций банков и застройщиков, которые поступают в адрес Минстроя России. Цель законопроекта – усиление контроля за целевым использованием застройщиками средств дольщиков, повышение гарантий защиты прав участников долевого строительства, в том числе членов ЖСК. Законопроект также корректирует норму о солидарной ответственности лиц за убытки дольщиков, включая бенефициарных владельцев, которые фактически могут определять действия застройщика», – сообщили в Минстрое РФ.
Ведущие агентства недвижимости, застройщики и журналисты на прошлой неделе обсуждали будущее профессии риелтора. В век тотальной диджитализации прогнозы относительно будущего профессии агента по недвижимости звучат самые разные. И все-таки выживут ли агентства? И если да, какой будет их работа?
«Old time-ры и new wave-ры» - так провели водораздел в профессии участники дискуссии. Первых становится все меньше, а численность вторых, напротив, растет. «7-8 лет назад агентами были преимущественно люди в возрасте 40+, в прошлом школьные учителя, домохозяйки – те, кому нужно было срочно заработать, они искали, где можно без особых знаний освоить новую роль и заработать, - рассказывает Ирина Петрова, директор партнерских программ ГК «Эталон». - Сегодня все изменилось, и агент - это активный 30-летний молодой человек или девушка, амбициозный, настойчивый, владеющий технологиями, мобильный, эмпатичный и энергичный». По словам участников рынка, в будущем к перечисленным качествам добавятся навык формирования потребности, осуществления продаж на уровне психологии, способность перерабатывать большой объем информации в короткий промежуток времени, а также готовность развивать дополнительные сервисы.
Нам свойственно советоваться перед большой покупкой. «Почему клиент идет к агенту? - рассуждает Дмитрий Чебыкин, директор по продажам компании Bonava, - потому что ему нужна экспертиза по рынку в целом и сопровождение в момент покупки». В будущем это вряд ли изменится, ну разве что посоветовать агента, одновременно посмотрев его рейтинг, можно будет в соцсетях. «На мой взгляд, агент по недвижимости 2020 года – это профессионал, который составляет твой персональный бизнес-план в части жилья, рекомендуя, когда и что покупать. Он будет идти рука об руку с финансовым консультантом, такие функции, как оформление сделки, оценка инфраструктуры будут автоматизированы, но риелтор как консультант в части жилья по жизни – останется», - поделился своим мнением Павел Кочкин, генеральный директор НМаркет.ПРО. Его поддержала и Ольга Шаталова, руководитель отдела агентских продаж компании Legenda, отметив, что «моя вера в завтра с агентом по недвижимости больше, чем без агента. Мы сегодня до 40 % продаж совершаем через агентства – вряд ли завтра это изменится. Агент по недвижимости – безусловно, перспективная профессия». Дмитрий Фалкин, директор по продажам RBI, отметил, что «залог успеха агента по недвижимости – в понимании того, для кого ты работаешь. Покупатель становится все более подкованным, и для агента это означает работу не по запросу, а с реальной потребностью, где все решит квалификация и конкретные знания».
Татьяна Колоярова, основатель и генеральный директор Агентства недвижимости «Хочу Квартиру», сказала, что «с каждым годом я все острее чувствую ценность нашей работы. У нас нет агентов по недвижимости, нет риелторов – у нас работают эксперты по недвижимости, и этим задана их роль в жизни покупателей. Когда к нам приходит клиенты мы, прежде всего, стремимся понять, можем ли мы ему помочь, и, если ответ положительный, мы продолжаем взаимодействие. Ключевые требования к эксперту по недвижимости-2020 – уверенность в себе, знание продукта и рынка, и главное – любовь к людям. На мой взгляд, будущее в этой непростой профессии есть только у тех, кто готов искренне служить людям».
«Группа ЛСР» оказалась собственником стадиона «Луч» на набережной Черной речки. Часть его территории девелопер застроит жильем. Инвестиции в проект эксперты оценивают в 4 млрд рублей.
О том, что компания «ЛСР. Недвижимость – Северо-Запад», входящая в «Группу ЛСР» Андрея Молчанова, является собственником участка, где расположен действующий футбольный стадион «Луч», стало известно на днях из материалов городского Комитета по градостроительству и архитектуре. Речь идет о территории площадью 2,5 га в Приморском районе Петербурга по адресу: набережная Черной речки, 3. Согласно материалам комитета, под спортивную функцию оставят только 0,8 га. А остальную территорию, состоящую из двух участков, застроят жильем. Причем, облик этого проекта, по данным источников в Смольном, уже согласован.
По оценке экспертов NAI Becar, рыночная стоимость этого участка составляет сегодня около 1 млрд рублей, хотя при покупке без градплана он наверняка стоил значительно дешевле. «Там оптимально построить жилой комплекс комфорт-класса. Его площадь составит около 30 тыс. кв. м. А инвестиции будут рассчитаны исходя из нагрузки на метр продаваемой площади, которая может достичь 110 тыс. рублей из-за дополнительного обязательства по строительству спортивного сооружения», – считает Екатерина Тейдер из NAI Becar.
По словам Елизаветы Яковлевой из «Лаборатории МЕТРОВ», стоимость жилья в новом комплексе «Группы ЛСР» может составить до 200 тыс. рублей за «квадрат». С оценкой коллеги согласна Анна Сигалова, директор департамента инвестиционных услуг Colliers International в Санкт-Петербурге. Она указывает, что участок расположен в пешеходной доступности от метро и дом в этом месте будет иметь красивый вид на воду – один из лучших на Выборгской набережной. «С реализацией рядом ЖК «Риверсайд» от Setl City привлекательность этого места для жилищного девелопмента возросла. Прилегающие промышленные территории также скоро подвергнутся редевелопменту», – рассуждает Анна Сигалова.
Но в целом, эксперты отмечают, что проект столкнется с локальной конкуренцией. По данным КЦ «Петербургская недвижимость», объем рынка первичного жилья в Приморском районе оценивается в 1,2 млн кв. м жилья (27,8 тыс. квартир), в том числе 108,9 тыс. кв. м в локации Черной речки – локации, представленной уже упомянутым ЖК «Риверсайд» (9% от объема рынка района). В свободной продаже в Приморском районе находится 506,8 тыс. кв. м жилья (12,5 тыс. квартир).