Долевка от сотворения до наших дней. Как менялись нормы защиты прав дольщиков
Постсоветский период строительства жилья в России неразрывно связан с долевой системой привлечения средств граждан. Она, в свою очередь, базируется, прежде всего, на Законе № 214 ФЗ, принятом еще в 2004 году. «Строительный Еженедельник» решил проследить, как менялись нормы защиты прав дольщиков.
Самый переменчивый закон
По оценке экспертов, Федеральный закон № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ» от 30 декабря 2004 года представляет собой достаточно уникальное явление в российском законодательстве. Во всяком случае, не много актов могут сравниться с ним по частоте изменений и корректировок.
«Закон № 214-ФЗ существует без малого 14 лет. За это время его положения претерпели почти три десятка изменений, при том, что количество статей, входящих в текст документа, также не превышает трех десятков. Впрочем, нельзя не отметить, что законодательная техника оставляет желать лучшего на всех уровнях законодательной власти в РФ», – отмечает старший юрист практики по недвижимости и инвестициям адвокатского бюро «Качкин и Партнеры» Вероника Перфильева. «На данный момент действует 27-я за 14 лет редакция Закона № 214-ФЗ. Это практически по два пакета поправок в год. Не часто встречается закон с таким количеством трансформаций», – добавляет партнер, руководитель практики «Недвижимость и строительство» юридической фирмы Borenius Майя Петрова.
По мнению генерального директора Центра развития рынка недвижимости Владимира Горбунова, историю 214-ФЗ можно условно поделить на пять основных периодов.
До рождества закона
Сама по себе долевая схема привлечения средств граждан к софинансированию строительства жилья появилась еще в начале 1990-х годов. «Этот период характерен активными попытками (в первую очередь, бизнеса и органов судебной власти) дать правовую квалификацию правоотношениям, возникающим при финансировании строительства объектов недвижимости – в частности, самих договоров долевого участия (ДДУ). Наиболее распространенными версиями были следующие: ДДУ является разновидностью договора купли-продажи, договора строительного подряда, договора простого товарищества, агентского договора либо же не указанным в Гражданском кодексе РФ видом инвестиционного договора», – рассказывает Владимир Горбунов.
Проблема заключалась в том, что вопрос этот не был никак урегулирован, что приводило к тому, что суды различных инстанций и региональные власти трактовали ДДУ по-разному, что приводило к путанице понятий и «войне прецедентов».
«Период закончился с опубликованием Обзора судебной практики Верховного суда РФ от 19 сентября 2002 года, которым фактически в приказном порядке и при отсутствии какой-либо логичной квалификации, мотивированных пояснений было сказано, что к любым правоотношениям с участием дольщиков применяется Закон "О защите прав потребителей"», – говорит Владимир Горбунов.
Древний закон
«Суды, понимая чрезмерность установленной Законом «О защите прав потребителей» неустойки, сложность процедуры ввода объекта капитального строительства в срок, сформировали судебную практику по ее уменьшению, что для застройщиков стало приемлемым. После чего большинство девелоперов перестало воспринимать как проблему претензии дольщиков, связанные с затягиванием сроков строительства и передачи им квартир (особенно на фоне растущих цен на недвижимость в тот период)», – рассказывает Владимир Горбунов. По его мнению, навязывание этого подхода можно считать первым примером неудачного грубого административного регулирования отношений межу застройщиком и дольщиком.
На первое место по актуальности вышли тогда взаимоувязанные вопросы защиты дольщиков от двойных продаж, возврата им денежных средств или обеспечения получения квартир в новостройках. Сложившаяся ситуация убедила законодателей взяться, наконец, за урегулирование вопроса. Тогда, собственно, и родился 214-ФЗ, спешно принятый в канун нового 2005 года.
Документ был, однако, далек от совершенства. «На уровне государственных органов нормативными актами не был определен состав нарушений прав дольщиков. В итоге 214-ФЗ не оказывал особого влияния на рынок первичной недвижимости. Практикующие юристы самостоятельно выделяли следующие проблемы: 1) двойные продажи; 2) обеспечение дольщикам возможности получения квартир в домах, строительство которых застройщик остановил; 3) возврат дольщикам денежных средств, уплаченных скрывшимся застройщиком; 4) нарушение обязательств по срокам передачи квартиры; 5) нарушение обязательств по качеству квартиры, в том числе обеспечивающей инфраструктуры», – говорит Владимир Горбунов.
«На рынке работали застройщики, которые либо не могли справляться со своими обязательствами и банкротились, либо намеренно понуждали дольщиков к заключению таких форм договоров, по которым дольщик не мог что-либо требовать (в основном по старым проектам, которые можно было реализовывать в обход 214-ФЗ)», – говорит Майя Петрова.
Среднезаконье
В 2010 году в 214-ФЗ были внесены изменения, которыми были ограничены способы привлечения денежных средств на строительство – фактически только через договор участия в долевом строительстве и ЖСК. Снижению проблематики двойных продаж помогло введенное 214-ФЗ правило государственной регистрации ДДУ.
«Остальные вопросы по защите прав участников долевого строительства остались нерешенными. Но усилилась риторика о необходимости защиты прав дольщиков, которая, впрочем, не меняла принципиально положение вещей на рынке первичной недвижимости», – считает Владимир Горбунов.
Новые правки
По его словам, с 2013 года начались лавинообразные изменения законодательства о долевом участии, а также градостроительного, гражданского, административного, уголовного. «При этом данные изменения обширны, разнообразны и слабо взаимоувязаны между собой», – считает эксперт.
«В разные годы было расширено и детализировано содержание ДДУ в строительстве, а также документов, подлежащих передаче дольщику вместе с объектом долевого строительства, определены способы обеспечения исполнения застройщиком обязательств по возврату денежных средств, внесенных участником долевого строительства, и по уплате дольщику денежных средств, причитающихся ему в возмещение убытков и (или) в качестве неустойки, более подробно урегулирован порядок передачи участнику долевого строительства завершенного строительством объекта, одностороннего отказа, расторжения ДДУ», – рассказывает Вероника Перфильева.
Изменения в целом улучшили ситуацию. Кроме того, изменилась судебная практика по взысканию неустойки с застройщиков. «Ее размер перестал уменьшаться до привычного застройщикам уровня, а их оправдательные доводы в судах практически не действуют», – отмечает Владимир Горбунов.
Тем не менее, по его мнению, не решенными окончательно остаются многие изначальные проблемы: обеспечение дольщикам возможности получения квартир в домах, строительство, которых застройщик остановил; возврат дольщикам денежных средств, уплаченных скрывшимся застройщиком; нарушения обязательств застройщика по срокам передачи квартиры.
Новейшие правки
«Если до 2016 года можно было предположить, что изменения 214-ФЗ – это результат продуманной политики по совершенствованию законодательства в целях повышения прозрачности деятельности застройщика, повышения собираемости налогов, защиты прав дольщиков и т. д., то продолжившееся в 2017–2018 годах кардинальное переписывание закона и отсутствие его взаимоувязки с градостроительным законодательством приводят к убеждению, что органы власти, видимо, сами не знают, что им делать с долевым строительством», – говорит Владимир Горбунов.
«Полагаю, что на каком-то этапе (в том числе в связи со введением санкций и продолжением экономического кризиса) государством было принято политическое решение отказаться от модели долевого участия в строительстве на рынке строящегося жилья. Мне кажется, что данное решение было скорее продиктовано тем, что государству отчаянно нужны дополнительные средства из любых источников», – считает Майя Петрова.
Результатом стала целая череда законодательных изменений, ужесточающих требования к застройщикам на начальном этапе и ставящих целью ликвидацию системы долевого финансирования отрасли и переход к проектному кредитованию.
В июле 2017 года были приняты корректировки, радикально усложняющие жизнь девелоперов и вызвавшие крайне негативную реакцию в строительном бизнес-сообществе. «В частности, предусмотрено создание публично-правовой компании «Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства», уполномоченной на формирование компенсационного фонда за счет обязательных отчислений застройщиков в размере 1,2% от цены каждого ДДУ, введены требования к застройщикам по наличию опыта (не менее 3 лет) участия в строительстве многоквартирных домов общей площадью не менее 10 тыс. кв. м в совокупности, по наличию собственных средств в размере не менее 10% от проектной стоимости строительства на счете, открытом в уполномоченном банке, ограничение привлечения застройщиком денежных средств на основании одного разрешения на строительство, ограничения по наличию и размеру обязательств застройщика по кредитам, займам, ссудам, требования к органам управления застройщика и его участникам и т. д.», – говорит Вероника Перфильева.
По ее словам, отдельные нормы были сформулированы таким образом, что осуществление долевого строительства в условиях нового регулирования в принципе вызывало вопрос. Следствием стало внесение очередных правок в июле 2018 года, которое хоть и устраняло некоторые коллизии предыдущей редакции, но добавляло и новые нормы, направленные на сворачивание долевого строительства как такового.
«Самое важное, что после 1 июля 2019 года привлечение средств граждан в строительство допускается фактически только посредством эскроу-счетов. По сути, застройщики теряют возможность не только прямого и непосредственного получения денег дольщиков и распоряжения ими по своему усмотрению, но и управления процессом получения средств. Девелоперы лишаются способов самостоятельно выстраивать финансовую модель, влиять на получение средств путем определения стратегии продаж и самого строительства», – считает Владимир Горбунов.
«Введение банковского контроля над достаточно значительным по объему денежных средств рынком жилищного строительства позволяет аккумулировать и контролировать привлечение и расходование денежных средств по жилищным проектам в ограниченном количестве банков, преимущественно с государственным контролем. Им даются практически неограниченные полномочия в отношении расходования средств застройщиками, что может породить определенный элемент коррупции в отношениях между компаниями и банками, а также предоставить государству дополнительный рычаг для контроля и управления девелоперами», – отмечает Майя Петрова.
По ее мнению, очевидно, что застройщики в большинстве своем не справятся с новыми повышенными требованиями. «Начнутся банкротства, в том числе недострой тех объектов, которые начали строиться до принятия последних революционных поправок. Значит, пострадают те дольщики, которые приобрели права на такие объекты. Из-за повышения требований финансового характера к застройщикам цены на жилье вырастут, чего нельзя сказать о покупательной способности населения», – считает эксперт.
Власти, видимо, понимают наличие таких рисков. Поэтому предложения по изменению 214-ФЗ не прекращаются. В ноябре Правительство РФ внесло в Госдуму очередные поправки. «Они были разработаны с учетом позиций банков и застройщиков, которые поступают в адрес Минстроя России. Цель законопроекта – усиление контроля за целевым использованием застройщиками средств дольщиков, повышение гарантий защиты прав участников долевого строительства, в том числе членов ЖСК. Законопроект также корректирует норму о солидарной ответственности лиц за убытки дольщиков, включая бенефициарных владельцев, которые фактически могут определять действия застройщика», – сообщили в Минстрое РФ.
На земле бывшего совхоза «Ручьи», у пересечения Шафировского и Индустриального проспектов, построят новый жилой район на 5 тыс. человек. Проект реализует компания «Менеджмент Проекты Инвестиции».
Новый жилой квартал может появиться в Красногвардейском районе Петербурга, у развязки Шафировского и Индустриального проспектов. Проект на суд комиссии по землепользованию и застройке Петербурга представил собственник земли – ООО «Менеджмент Проекты Инвестиции». Компания принадлежит четырем физлицам. Один из ее собственников – Руслан Гайсин раньше был топ-менеджером девелоперского подразделения ХК «Фаэтон», а в последние годы занимается строительством загородной недвижимости. В собственности «Менеджмент Проекты Инвестиции» с 2016 года находятся четыре участка бывшего совхоза «Ручьи» площадью 20 га. Эта земля предназначена для строительства коммерческой недвижимости, но условно разрешённый вид ее использования – жилье. Здесь собственник планирует построить 131 тыс. кв.м. жилья с социальной инфраструктурой - школой и двумя детсадами. Чиновники согласовали проект, выдвинув одно условие – построить на участке и поликлинику.
По оценке руководителя отдела исследований компании JLL в Санкт-Петербурге Владислава Фадеева, стоимость участка под застройку в нынешней рыночной ситуации составляет 1,3-1,5 млрд рублей. «А общий объем инвестиций в строительство квартала можно оценить в 7-8 млрд рублей», - говорит он.
К плюсам района застройки эксперты относят близость участка к КАД. А к минусам - удаленность от метро (станция «Ручьи» заявлена, но с неясным сроком реализации), промышленное окружение и высокую конкуренцию застройщиков жилья в этом районе.
«Участок находится внутри оживленной транспортной развязки, напротив крематория, в окружении преимущественно индустриальной застройки. В пешеходной доступности нет объектов инфраструктуры. Жилой район будет значительно удален от метро. А один из основных его конкурентов- квартал «Цветной город» от «Группы ЛСР» (это более 3 млн кв. м. жилья в перспективе). В качестве конкурентов можно назвать и комплексы, массово возводимые в районе пр. Маршала Блюхера, которые находятся в более выигрышной локации», - резюмировала руководитель отдела исследований Knight Frank St Petersburg Светлана Московченко.
По этой причине эксперты не ждут высоких цен в новом проекте на старте. «Цена квадрата на начальной стадии может составить 75-80 тыс. рублей за 1 кв.м.», - полагает директор АН «Метры» Андрей Вересов. А Светлана Московченко считает, что цены будут даже ниже – на уровне 60-65 тыс. рублей за «квадрат».
Кстати
Всего по данным КЦ «Петербургская Недвижимость» в Красногвардейском районе Петербурга сейчас возводится 11 жилых комплексов (без учета новых очередей в уже строящихся объектах) общей площадью 495,7 тыс. кв.м.. В продаже находится 213,2 тыс. кв.м. жилья или 4% от общего предложения в петербургской агломерации. "Средняя стоимость "квадрата" массового сегмента жилья при 100%-ной оплате в этом районе составляет 86,1 тыс. рублей, что на 11,7% ниже среднего городского уровня", — говорит руководитель центра Ольга Трошева.
Бывший начальник отдела архитектуры Приозерского района Ленинградской области Михаил Киреев занял пост главного архитектора региона. В минувший понедельник был его первый рабочий день. Он рассказал «Строительному Еженедельнику», что главная его задача - повышение комфорта жизни в регионе.
Несмотря на то, что на ниве архитектуры в Ленобласти Михаил Киреев трудится с 2006 года, как показал опрос «Строительного Еженедельника», для рынка он - человек новый. К тому же девелоперы до сих пор до конца не понимают, за что отвечает главный архитектор Ленобласти, а за что – глава Комитета по архитектуре и градостроительству (КАГ).
«Разделение главного архитектора и главы КАГ – новация для нашего региона, поэтому пока не совсем понятно, кто будет влиять на работу строительной отрасли активнее. Впрочем, влияние архитектора должно быть сильным, т.к. в Ленобласти есть исторические города, которые надо сохранить, – сообщил координатор НОСТРОЙ по СЗФО Георгий Богачев. – Это правильное разделение, ведь архитектор – это человек творческий, а чиновник должен быть хорошим управленцем. Эти качества редко соединяются в одном человеке».
Одной из главных своих задач г-н Киреев считает обеспечение условий комфортной жизни для граждан, проживающих на территории региона: «В Ленинградской области должна реализовываться внятная градостроительная политика. Так сложилось, что активнее всего застраиваются территории районов, расположенных возле КАД, что приводит к определенным проблемам, – сообщил Михаил Киреев, намекая на нехватку достаточной для комфортной жизни инфраструктуры. – Мы живем в условиях рыночной экономики, но надо все же думать застройщику не только о квадратных метрах и о прибыли, но и о том, где местные жители будут лечиться, работать, отдыхать, заниматься спортом. Не надо забывать и о вопросах обеспечения безопасности жизнедеятельности граждан».
Новый главный архитектор Ленобласти не разделяет мнение тех, кто думает, что комфортная жизнь может быть только в больших городах: «Я сам из небольшого города, долгое время жил в Приозерске, где многое было в пешеходной доступности. И сейчас, передвигаясь по петербургским пробкам, я по нему скучаю»,- поделился он впечатлениями. Чиновник напомнил, что президент РФ Владимир Путин в своем послании Федеральному собранию говорил о необходимости развивать города и поселки. «И очень важно, что об этом с глубоким пониманием вопроса сказал в своем обращении лидер страны. Планировать градостроительное развитие территорий и строить надо так, чтобы и жить, и работать, и отдыхать можно было в одном месте», – сообщил г-н Киреев.
Этой тенденции сопутствует политика и региональных властей. «По поручению губернатора Ленобласти Александра Дрозденко в каждом городе регионального значения прошли открытые конкурсы по благоустройству с участием жителей этих городов. Правительство РФ в рамках федеральной программы каждый год, в течение пяти лет, намерено выделять средства на благоустройство общественных территорий по всей стране, и города Ленобласти могут рассчитывать на серьезную финансовую поддержку», – напомнил чиновник.
Отметим, что уникальность позиции главного архитектора еще и в том, что, по сути, он находится в двойном подчинении: по административной части перед председателем отраслевого комитета, а по архитектурной — подчиняется главе региона. Михаил Киреев уверяет, что готов и к этому: «Меня это не смущает».