Неспешная оцифровка
В необходимости цифровизации строительного рынка убеждено абсолютное большинство участников, однако готовность к ней и скорость процесса оставляют желать лучшего.
Цифровизация строительной отрасли продвигается в рамках нацпроекта «Цифровая экономика». На 2019 год в федеральном бюджете на эти цели заложено более 90 млрд рублей. Как ранее заявлял руководитель Проектного офиса по реализации программы при Аналитическом центре при Правительстве РФ Владимир Месропян, акцент делается на технологиях: Big Data, искусственный интеллект, квантовые технологии, сенсорика, робототехника и некоторые другие. Они будут применяться в основных отраслях экономики и социальной сферы, в том числе в строительстве. Однако внедрение «цифры» в строительной отрасли пока невелико.
Медленная трансформация
Согласно результатам исследования, проведенного компанией Strategy Partners совместно с РГУД и журналом «Генеральный директор», почти половина (46%) строительных и девелоперских компаний считает цифровизацию стратегическим приоритетом, еще 54% отчасти согласны с необходимостью трансформировать бизнес.
Однако всего 18% компаний видят цель, которой им предстоит достичь, а подавляющее большинство (96% опрошенных) не замечает эффекта от внедрения цифровых технологий. Хотя более 45% компаний создали специальное структурное подразделение, примерно треть компаний – пока на полпути к цели, и только 11% внедрили эффективную систему мотивации сотрудников.
«Строительная индустрия никогда не была передовой, она всегда была инертной в части инноваций – это не телеком, не IT и даже не розница», – прокомментировала руководитель исследования, партнер Strategy Partners, руководитель практики «Недвижимость и инфраструктура» Елена Киселёва.
Как отмечает заместитель генерального директора по коммерческим вопросам ООО «ПЕНОПЛЭКС СПб» Кирилл Иванов, скорость внедрения «цифры» пока невелика, оно происходит главным образом в крупных компаниях Москвы и Петербурга.
«Хотелось бы сказать, что «BIM шагает по стране», однако это не так. За последние три-четыре года процесс развивается линейно, а не по экспоненте, как виделось ранее. Важное требование цифровизации – внедрение BIM – у многих компаний находится на зачаточном уровне или отсутствует. Если посмотреть на самый простой показатель – наличие сформулированного и утвержденного BIM-стандарта внутри компании, то окажется, что у большинства его нет», – констатирует Сергей Веселов, генеральный директор Development Systems (входит в группу RBI).
А по мнению руководителя BIM-мастерской Проектного института № 1 Александра Никитина, «все идет с оптимальной для данной отрасли скоростью, так как никто не знает, как это должно быть, идет апробация технологических решений». Но многие участники строительного рынка отмечают растущую скорость внедрения цифровых технологий. «Достаточно сложные для управления области строительства и IT набрали технологическую мощность. Стали появляться действительно полезные инструменты для строителей – на базе BIM-технологий. Поднялась и востребованность автоматизации процессов – начиная с управления проектами, заканчивая поставками материалов на строительную площадку», – перечисляет руководитель департамента по информационным технологиям инвестиционно-строительного комплекса AAG Александр Ежилов.
«Если в 2012–2013 годах внедрением занимались только отдельные представители бизнеса, то на сегодняшний день к этому вопросу подключилось государство, которое координирует и продвигает данный процесс. И бизнес не просто практикует использование цифровых технологий, от него требуют обязательного их применения.
Конечно, скорость внедрения новых технологий в Москве, Петербурге и в регионах сильно отличается. Продвижение инноваций в регионах, а также повышение эффективности использования уже внедренных цифровых инструментов в компаниях – как мне кажется, основной вектор следующих лет», – размышляет Арсентий Сидоров, генеральный директор НТЦ «Эталон» (входит в Группу «Эталон»).
Страх перемен
Безусловно, есть причины, которые тормозят внедрение цифровых технологий в работу компаний. По результатам исследования определились три ключевых тормоза: высокая стоимость внедрения, недостаточная цифровизация партнеров и поставщиков, высокие риски внедрения.
Директор по продажам и маркетингу ООО «Петрострой» Анна Князева полагает, что процесс также тормозит психология: «Человеческая природа такова (а бизнесмены тоже люди), что все новое вызывает опасения, основное из которых – потеря важной, стратегической информации».
Кирилл Иванов кроме перечисленных причин называет нежелание перестраивать существующие бизнес-процессы под реалии рынка, отсутствие действенных стимулов со стороны государства, низкую стоимость труда, которая не помогает внедрению передовых программ.
«В первую очередь, развитие тормозится уровнем цифровой культуры и отсутствием стратегии цифровой трансформации бизнеса – как девелоперского, так и проектного. Цифровые технологии, как мне кажется, должны восприниматься как обновление производственной платформы, а не внешнее украшение», – рассуждает Сергей Веселов.
Маркетинг-менеджер системы управления проектированием Pilot-ICE компании «АСКОН» Ольга Гришко уверена: действует совокупность факторов, среди которых – сложность освоения новых технологий, смена привычек и даже страх перемен. А недостаток квалифицированных кадров, по ее словам, может стать серьезной угрозой при массовом внедрении цифровых технологий: «Если топ-менеджмент компаний не видит целесообразности, не может оценить и посчитать экономический эффект, то вряд ли компания справится с переходом на цифровые рельсы».
Хотя ожидаемый от внедрения BIM эффект – сокращение в разы трудозатрат, минимум ошибок в проектной документации и увеличение скорости проектирования в два-три раза, однако на первых этапах стоимость внедрения BIM достаточно высока, поясняет директор по строительству Группы RBI Майкл Миллер. «Речь идет не только о вложениях средств, но и о затратах времени. Считается, что при переходе на BIM сначала производительность остается на прежнем уровне, а у кого-то даже может немного падать. И только в течение двух-трех лет, при должном подходе, она вырастает», – говорит он.
По мнению Арсентия Сидорова, поскольку цифровизация застрагивает комплексные бизнес-процессы в компаниях, выделить какие-то отдельные причины сложно. Но есть наиболее характерные: непроработанность нормативной базы и сложная экономическая ситуация на рынке. «В первом случае до конца не понятны правила игры и требования, которым должны следовать компании в отрасли, во втором – необходимы структурные изменения и инвестирование больших средств», – поясняет он.
Александр Никитин, помимо этого, отмечает отсутствие заказчика на новые технологии. Также, по его мнению, к факторам, тормозящим процесс, следует относить отсутствие статей бюджета на НИОКР и неготовность строительного рынка к прозрачности.
Александр Ежилов, кроме того, указывает на необходимость одновременно и поменять процесс, и перестроить работу, и предусмотреть реализацию требований, которые появятся уже после внедрения. Здесь есть риск ошибок, исправление которых потребует впоследствии больших издержек.
Кирилл Иванов рассуждает о рисках, которые на том или ином этапе разнятся: на этапе выбора системы и ее построения – малое количество квалифицированных кадров; в процессе внедрения – необходимость работать в двух системах (что в определенный период приводит не к снижению числа работников, но к их увеличению); перестройка управленческих процессов, нежелание части квалифицированных сотрудников перейти на «цифру»; а уже в процессе работы резко возрастает вопрос защиты данных.
Цифровизация отчасти
Согласно результатам исследования, многие строительные компании пока внедряют отдельные элементы цифровых решений. Так, 35% респондентов предлагают клиентам такие цифровые решения, как «умный дом», «умное здание», «умная инфраструктура». Также многие компании уделяют внимание цифровизации клиентских функций. 31% создает специальные мобильные приложения, позволяющие заказать бытовые услуги и произвести оплату ЖКУ в режиме онлайн, а 27% компаний эффективно управляют лояльностью целевой аудитории в цифровых каналах.
Цифровизация производственного процесса также идет частично: электронный документооборот, BIM, облачные технологии и прочее. Интернет вещей, интегрированные системы управления проектами и контроль за перемещением людей на стройплощадке используют менее 10% компаний.
Участники опроса определили топ-5 наиболее перспективных технологий: BIM, Big Data, БПЛА (беспилотные летательные аппараты), облачные решения для коллаборации и интернет вещей.
Финансовые стимулы
Сегодня цифровые технологии позволяют компаниям выгодно отличаться на рынке, что в существующих экономических реалиях весьма актуально. Новые технологии и подходы к разработке позволяют создавать продукты и услуги совершенно иного уровня, привлекая тем самым клиентов – конечных покупателей.
«Цифровизация способствует развитию конкуренции. Сейчас проектный рынок разделился на BIM-компании и компании формата 2D, поэтому барьер для входа на рынок низкий. Для девелоперского бизнеса преимущества внедрения BIM-технологии видны в более длинной временной перспективе и на стратегическом уровне. Оба рынка высококонкурентны и низкомаржинальны, и техническое перевооружение только усилит соперничество. С другой стороны, оно дает возможность для создания новых продуктов и услуг для потребителей (например, персонифицированная отделка для клиента или новые сервисы по управлению проектными данными на этапе строительства – такие как инвестиционный контроль DS-X)», – полагает Сергей Веселов.
В то же время, подчеркивает Александр Никитин, «молодые амбициозные компании не нуждаются в трансформации, так как изначально держат курс на цифровизацию и применение всего нового, что появляется в отрасли, быстрее реагируют на изменения».
С одной стороны, цифровизация помогает развитию конкуренции, с другой – напротив, борьба за клиента заставляет бизнес искать новые инструменты, среди которых цифровизация занимает заметное место. В проведенном ранее исследовании Центра конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (ЦКИ ИСИЭЗ НИУ ВШЭ) обозначены проблемы строительной отрасли: недостаточный спрос, высокий уровень налогов и стоимости стройматериалов, недостаток финансирования и дороговизна банковских кредитов. По мнению аналитиков, эти проблемы заставят компании не только менять схемы управления, но также переходить на «цифру».
«Компания изучает рынок, наблюдает за конкурентами и естественным образом хочет, чтобы ее продукт превосходил конкурирующие. Для этого необходимо обладать уникальными инструментами, одним из которых сейчас являются цифровые технологии», – уверен Александр Ежилов.
Цифровые перспективы
По расчетам Dassault Systemes, к 2025 году 25% мировой экономики будет оцифровано. Сейчас для ряда ведущих стран этот показатель составляет 9–10%, в России – 3,9%. Активнее всего digital-технологии применяются в торговле и сегменте B2C, но не в строительстве.
Цифровизация строительного рынка началась с BIM и электронного документооборота в банках. Сейчас работают информационные системы, выдаются электронные ипотечные закладные, в электронном виде регистрируются сделки купли-продажи, аренды и т. д.
«Ускорению внедрения цифровых моделей может способствовать развитие образовательных программ, как на уровне вузов, так и краткосрочных курсов. Это поможет появлению новых специалистов, которые хотят и умеют работать с «цифрой», проявляя необходимую инициативу», – полагает руководитель аналитического центра «Главстрой Санкт-Петербург» Дмитрий Ефремов.
В Петербурге в следующем году начнется строительство научно-образовательного инновационного центра – по аналогии с объектами в Сколково. Будущий университет и Национальный институт урбанистики должны работать в том числе в рамках проекта «Цифровая экономика». Планы есть, они нацелены на будущее – в ближайшие годы компаниям придется решать проблемы цифровизации самостоятельно.
Мнение
Андрей Паньков, директор по строительству компании «Строительный трест»:
– Можно выделить два основных направления в развитии информационных технологий в строительстве – математические модели и система информационного моделирования зданий (BIM). Математические модели при помощи моделирования и анализа существенно упростили работу архитекторам и проектировщикам, позволив им применять новые, зачастую инновационные решения.
BIM остается самым перспективным направлением на рынке. Именно эта технология позволяет контролировать каждую деталь объекта на протяжении всего жизненного цикла, одновременно делать технические, экономические и временные прогнозы. Однако трудность внедрения BIM на всех этапах строительного процесса заключается в соотношении профильных специалистов масштабам отечественного строительного рынка. У нас есть профессионалы в этой нише, но их очень мало, а чтобы их число росло, необходима качественная образовательная платформа. Как следствие, должна постоянно обновляться техническая база. В странах Европы BIM-моделирование применяется практически повсеместно. В России же информационная модель здания используется от силы на треть от ее возможностей.
Анна Князева, директор по продажам и маркетингу ООО «Петрострой»:
– Цифровизация – процесс не быстрый, но неотвратимый. И, без сомнения, те компании, которые будут или уже являются первопроходцами в цифровизации своих бизнес-процессов, сильно упростят себе задачу и при первичных существенных вложениях на данном этапе сократят расходы и повысят прибыльность своего бизнеса в дальнейшем. Перевод бизнес-процессов в «цифру» однозначно упростит контроль и повысит оперативность реагирования.
Михаил Алексеев, генеральный директор ООО «Геодезические приборы»:
– Цифровизация строительства может потребовать от государства финансовых вложений в обеспечение структур госэкспертизы, госнадзора и др. современными компьютерами, программным обеспечением, серверами для платформ обмена информации для всех участников, в том числе и коммерческих организаций.
Кроме того, это обучение, переподготовка имеющегося кадрового состава и подготовка нового – то есть вложение в образование, так как требуется то же самое приобретение современных компьютеров и программного обеспечения, подготовка педагогов и прочее.
Со стороны коммерческих организаций тоже требуются немалые вложения в «апгрейд» самих себя, включая в некоторых случаях обновление парка оборудования, налаживание взаимодействия между всеми участниками строительства. И все это нередко с неизвестными сроками появления ощутимой экономической эффективности от затрат. В результате часто возникает вопрос: «Зачем нам это надо, если все и так работает?» – и аргументы в сопоставлении с вложениями не всегда кажутся достаточно весомыми.
Ольга Гришко, маркетинг-менеджер системы управления проектированием Pilot-ICE компании «АСКОН»:
– Государство несколько лет назад начало предпринимать активные и уверенные шаги в сторону цифровизации. Но этот путь совсем не быстрый: каждый год выпускаются новые стандарты с набором необходимых изменений, споры при этом не утихают до сих пор – очень важно договориться о базовых понятиях и процедурах, чтобы все однозначно понимали, как работать в новых реалиях. Некоторые ведомства уже перешли на работу в «цифре», кто-то в процессе перехода.
Коммерческая недвижимость сегодня переживает не лучшие времена: все ее сегменты – и торговая, и офисная, и складская – стали менее востребованы у арендаторов, сроки окупаемости вложений в такие проекты резко выросли. Однако, как отмечают аналитики, в коммерческой недвижимости есть форматы, до сих пор не освоенные в России.
На российском рынке коммерческой недвижимости появляется все больше новых форматов. Некоторые из них являются прямым заимствованием западного опыта, а некоторые – лишь его отражением в реалиях отечественного бизнес-пространства.
Место для торжеств
В некоторых странах, например, получили распространение так называемые банкетные залы. Например, они достаточно популярны на Ближнем Востоке. В израильском городе Офаким с населением около 30 тыс. человек недавно открылся второй по счету комплекс площадью несколько тысяч квадратных метров. Как рассказал местный житель Александр Нильва, аренда таких залов, как правило, расписана на полгода вперед – в них проводят юбилеи, свадьбы и прочие торжественные события. Компактные размеры страны позволяют привлекать арендаторов и из других городов, в то время как земля под строительство в окраинных городах значительно дешевле.
Маркетолог-аналитик ЗАО «БФА-Девелопмент» Екатерина Беляева отмечает, что похожий формат есть и в России: «Такой формат, как «зал торжеств», уже существует в России в виде встроенных залов, как правило, расположенных рядом с дворцами бракосочетания, и также расписан надолго вперед. Если говорить о строительстве новых капитальных сооружений, то в первую очередь надо также ориентироваться на территориальную локацию близ мест бракосочетаний, тогда это будет востребовано. Грамотное расположение – первое, что гарантирует окупаемость таких проектов, и при грамотном подходе и наборе услуг и ежедневной загруженности срок окупаемости такого проекта – около 5-7 лет в зависимости от масштаба проекта. На частое посещение таких залов для проведения других мероприятий в условиях российского менталитета рассчитывать было бы сложнее, так как в крупных региональных городах есть огромный выбор различных заведений (кафе, рестораны, корабли, сдающиеся в аренду залы во дворцах) с учетом вкусов и предпочтений людей».
Новые направления
«Один из интересных и нераскрытых западных форматов – это офисные гостиницы, предоставляющие арендатору готовые офисы, для того чтобы немедленно приступить к работе при минимальных начальных капиталовложениях. Оснащение каждого офиса включает в себя мебель и оргтехнику, высокоскоростное подключение к Интернету, современные телекоммуникации, а также – по желанию арендатора – профессионально оборудованную приемную с секретарем, переговорные и конференц-залы. Потребителями подобных услуг являются компании самых разных форматов и направлений деятельности. Объединяет их одно – стремление снизить производственные издержки и повысить доходность своего бизнеса. Рынок офисов «на час» в России еще не сформирован, однако в текущих экономических условиях снижение издержек – немаловажная вещь для российского бизнеса», – говорит маркетолог-аналитик ЗАО «БФА-Девелопмент» Екатерина Беляева.
Владислав Фадеев, руководитель отдела исследований компании JLL в Санкт-Петербурге, считает, что до сих пор не освоенным форматом в России остаются аутлет-центры, которых пока нет в Петербурге, хотя их появление и не за горами – первый такой объект появится уже в этом году. «В Петербурге пока нет качественных проектов сельскохозяйственных хабов, центров оптовой торговли, хотя такие проекты уже заявлены к реализации», – говорит господин Фадеев.
Еще один похожий западный опыт и та коммерческая ниша, которая в России не раскрыта, – это частные пансионы для пожилых людей. В России 99% подобных пансионов – это государственные учреждения, и только 1% частных пансионов для престарелых, то есть по всей стране последних насчитывается 50 объектов, и они, как правило, элитные.
«Такой способ инвестирования для девелоперов, как строительство и эксплуатация частных пансионов для пожилых людей, в отличие от Запада, для России не характерен. У нас в стране сложилось негативное отношение к домам престарелых, однако спрос на них очень большой. Поэтому если создать качественный продукт, то через десятилетия взгляд на дома престарелых может измениться, и этот сегмент будет более развит и востребован», – считает госпожа Беляева.
С ней согласен господин Фадеев: «Загородные поселки для пенсионеров – формат, который может быть востребован с точки зрения демографической ситуации, но который очень тяжело приживается ментально». Он также считает, что плохо представлены в Петербурге тематические парки, в особенности национальные тематические парки. Также слабо развит формат этнодеревни в Петербурге и ближайших пригородах.
Риск неокупаемости
Ольга Шарыгина, управляющий директор департамента управления активами NAI Becar, отмечает, что формат можно рассматривать с функциональной и экстерьерной точек зрения: «Говоря об экстерьерных форматах, стоит отметить, что в России девелоперы до сих пор придерживаются классического подхода в архитектуре даже современных объектов, и какие-то эксперименты с внешним видом зданий не очень распространены. За рубежом много недвижимости, которая выглядит необычно, например, дом-банкнота в Литве (бизнес-центр Office Center 1000), здание библиотеки в Канзас-Сити, выполненное в виде книг, кривой и перевернутый дома в Польше, Sheep house (дом в виде овцы) в Новой Зеландии». По ее мнению, вероятной причиной отсутствия в России проектов с нестандартными экстерьерными решениями является страх инвесторов не окупить расходы, так как такие проекты требуют гораздо больших вложений, нежели при строительстве классических зданий.
Мнение:
Тимур Нигматуллин, финансовый аналитик ИК «Финам»:
– Я не думаю, что в обозримом будущем в России и Санкт-Петербурге в частности станут популярны новые форматы коммерческой недвижимости. Дело в том, что, несмотря на быстрые темпы роста розничных сетей, проникновение в РФ современных форматов торговли значительно отстает не только от развитых, но и от развивающихся стран. Таким образом, пока не произойдет насыщение рынка традиционными современными форматами торговли (сетевые магазины «у дома», гипермаркеты и т. п.), не стоит ждать эволюции форматов коммерческой недвижимости.
Компаниям, взявшимся завершать долгострои, может быть предоставлен бесплатный земельный участок под жилой дом. Это, по мнению властей Ленобласти, стимулирует инвесторов браться за проблемные объекты, а следовательно и снизит число обманутых дольщиков.
На выездном заседании областного правительства в пос. Смолячково рассматривались изменения в областной закон «О поддержке пострадавших участников долевого строительства многоквартирных домов, расположенных на территории Ленинградской области».
Земля в подарок
Согласно законопроекту, застройщику, который решил достраивать так называемый проблемный объект, дают в аренду земельный участок, на котором должен быть построен жилой дом. Причем бесплатно и без проведения торгов. Такой бонус, по мнению заместителя председателя комитета государственного строительного надзора и государственной экспертизы Ленобласти Вячеслава Шибаева, должен стимулировать застройщиков на завершение проблемных объектов.
«Если бы не изменения в Земельный кодекс, проблемы 279 дольщиков в Гатчине и Шлиссельбурге были бы решены, - считает Шибаев. - Всего в Ленобласти насчитывается 731 человек, признанных пострадавшими от действий недобросовестных застройщиков».
Как объяснили в комитете по строительству региона, такой закон уже действовал в Ленобласти, однако из-за изменений в ЗК с 1 марта 2015 года отдавать участки в собственность застройщикам стало нельзя. Разрабатываемый сейчас законопроект приводит действующий областной закон в соответствие с федеральным. Согласно поправкам, земельный участок будет предоставляться не в собственность, а в аренду, в «соответствии с распоряжением губернатора».
Получить участок по данной схеме смогут лишь застройщики, предоставившие инвестпроект, подходящий по определенным критериям. Землю предоставят именно в том муниципалитете, где находится долгострой. Взамен «льготного» участка застройщик должен будет заселить дольщиков в течение трех лет. Предоставленная жилплощадь не должна быть меньше той, которая изначально покупалась у первого, не добросовестного застройщика. Новый инвестор должен будет работать только в рамках 214-ФЗ.
Сейчас чтобы сменить проблемного застройщика и приступить к завершению объекта, нужно создать жилищно-строительный кооператив. Причем, эта возможность предоставляется в одном случае - если застройщик признан банкротом. После создания ЖСК, достройка дома ложится на плечи пайщиков, включая дополнительные финансовые затраты и поиск подрядчика. Однако с вступлением в силу изменений в закон, привлекать нового инвестора взамен недобросовестного можно будет независимо от того, находится он в процедуре банкротства или нет.
Скрытые проблемы
Ленобласть приступила к «перекраиванию» данного областного закона под федеральный одной из первых среди субъектов РФ. Многие регионы за эту задачу возьмутся только осенью. Но пока на данном этапе в законопроекте есть много подводных камней, считают его разработчики.
«Фактически мы будем решать проблему обманутых дольщиков за счет ресурсов Ленобласти, - говорит врио губернатора Ленобласти Александр Дрозденко. - Важно не допустить ситуации, когда какой-то застройщик искусственно создаст проблему с дольщиками, чтобы получить земельный участок на льготных условиях, а потом быстро ту проблему быстро закроет и у него будет участок».
По мнению вице-губернатора Ленобласти по финансам Романа Маркова, при разработке законопроекта важно не забыть прописать ситуацию, когда на земельный участок будут претендовать два и более инвесторов. Первый заместитель председателя КУГИ Ленобласти Олег Зинченко сообщил, что в этом случае он видит поле деятельности для коррупционной составляющей.
В итоге, всеми вопросами и недочетами, касающимися законопроекта, поручили заняться профильным комитетам. В скором времени законопроект будет рассмотрен в первом чтении законодательного собрания Ленобласти.
Сомнительное наследство
Закончить долгострой возьмется не каждый, ведь до последнего не известно, что достанется по наследству от предыдущего застройщика, говорят участники строительного рынка.
«Мы никогда не достраивали ни за кем, потому что это дело сложное. Там, как правило, часть квартир продана, плюс к этому прибавляется вереницы юридических проблем. Много подводных камней. Это имиджевые риски. Я на это никогда не пойду, - признался гендиректор «Отделстрой» Марк Окунь.
О строительстве проблемных объектов гендиректор Денис Кондратьев «Квартал 17А» знает не понаслышке. В марте этого года в поселке имени Тельмана он сдал жилой дом, строительство которого было «заморожено» на десять лет. Объект ему достался от ликвидированной компании «Стройинвест». Большинство квартир в этом доме (100 из 124) к тому времени было продано и на существенную прибыль застройщик не рассчитывал. Но согласился принять участие в проекте Кондратьев потому как областные власти разрешили увеличить этажность жилых домов с 12-ти до 16 этажей в рамках проекта комплексного освоения территории, который реализует «Квартал 17А».
«Основная сложность на достраиваемом нами объекте – проблемы с сетями. Хотя в целом, объект как объект, - вспоминает Денис Кондратьев. - Но дело даже не процессе, а в результате. Из-за этого дома в 2014 году мы получили убыток 80 млн. рублей. Да, у нас будет прибыль от дополнительных этажей нашего проекта КОТ, но это в 2018 году. Так что прибыль получилась отложенная».
«Идея очень хорошая. У нас опыта достраивать объекты за кем-то нет, но при таких условиях, возможно, мы рассмотрим это предложение», - сказал гендиректор компании «УНИСТО Петросталь» Арсений Васильев.
В целом, на сегодняшний день строителей области в новом законе смущает качество предоставляемых участков.
«Главное чтобы, они были ликвидные. Тогда есть смысл. Но обычно предлагают неликвид», - считает Окунь.
Похожего мнения придерживается и Денис Кондратьев: «Земля – это хорошо конечно. Но только если она рядом с городом и с проложенными сетями. Все очень индивидуально и предложение участвовать в таком проекте я бы рассмотрел».