Использования BIM уже требуют сами заказчики
BIM-технологии становятся обязательным атрибутом качественного проектирования объектов. В этом уверены представители международной корпорации AECOM, активно использующие в своей работе информационное моделирование.
О своих проектах с применением BIM, развитии цифровых технологий в российской строительной отрасли рассказали «Строительному Еженедельнику» руководитель отдела BIM-проектирования компании AECOM Андрей Кумсков и заместитель технического директора AECOM Раймонд Террис.
– На Ваш взгляд, насколько глубоко BIM-технологии проникли в России в отрасль проектирования и строительства?
А. К: Если говорить о Москве и Петербурге, то ситуация с внедрением BIM в отрасль проектирования здесь обстоит лучше, чем в других российских регионах. Многие компании двух столиц уже используют BIM на так называемом первом уровне внедрения BIM – BIM Level 1 по признанной международной классификации (BS PAS 1192), когда в проектировании используются основы классического 2D-проектирования с частичным применением BIM-технологии. Второй уровень BIM Level 2 – это полное задействование в работе цифрового проектирования, в котором обмен информацией, взаимодействие участников, выпуск документации происходят только c использованием BIM-моделей. Компаний на втором уровне относительно немного, но их количество растет.
AECOM находится на втором уровне. Мы добились того, что документацию по всем разделам архитектуры, конструкций и инженерных систем мы получаем полностью из информационных моделей. Также для автоматизации процесса мы используем собственные разработанные плагины.
Для стадии проектирования можно сказать, что российский BIM находится на уровне западного и в чем-то даже опережает его. Что касается строительной отрасли, то ситуация несколько хуже, чем в проектной. Многие застройщики только переходят к использованию BIM. Но можно надеятся, что ситуация будет меняться.
– Есть ли необходимость какой-то дополнительной законодательной поддержки внедрения информационных технологий?
А. К: – На мой взгляд, в законодательной поддержке отрасль остро нуждалась еще 4-5 лет назад, когда компании только начинали работать с BIM. Игроки рынка опирались исключительно на свое понимание цифровых технологий и методы их использования, никто не понимал общую стратегию развития. Создание нормативных документов в тот момент нужно было, чтобы опираться на какие-то базы для формирования собственной стратегии развития компаний, чтобы участники рынка понимали, в каком направлении двигаться дальше. За прошедшее время многие крупные компании выработали свои методики работы в BIM, отразили реальный опыт в своих внутренних документах. Сейчас отрасль нуждается в формировании нормативных документов для соединения воедино того опыта, который был накоплен за прошедшие годы.
– В чем выражается эффективность использования BIM-технологий?
Р. Т: – Три самых главных преимущества использования BIM: скорость, точность и качество. Они полностью совпадают с принципами работы компании AECOM. Кроме этого, цифровое проектирование уже на начальной стадии работ позволяет определить их стоимость, выявить и исправить очень быстро все возможные ошибки.
AECOM уже наработала большую цифровую библиотеку проектов, которые используются в дальнейшем. Благодаря ей мы уже через 3 недели можем полностью понимать, каков будет проект, и более точно заниматься его дальнейшей разработкой.
– Расскажите о некоторых ваших проектах с использованием цифровых технологий.
Р. Т: – Я бы выделил три проекта, реализуемых в России и СНГ. Первый из них – это проект расширения площади торгового комплекса «ИКЕА Теплый Стан» в Москве. Он один из самых интересных и важных для нас. Концепция преобразования комплекса была разработана в Лондоне, сейчас им занимаются проектировщики из Петербурга, заказчик находится в столице. С ним мы построили эффективный процесс взаимодействия, несмотря на географические границы. В ближайшее время проект расширения «ИКЕА Теплый Стан» уйдет на экспертизу.
Второй проект – это участие в конкурсе строительства города по смарт-технологиям. Заказчиком его выступает Сбербанк. AECOM в нем участвует наряду с пятью другими компаниями: международными проектировщиками.
Третий проект находится в Минске. Это многофункциональный комплекс (МФК) «Газпром Центр». Он включает в себя 10 объектов. Для того, чтобы выполнить работы, был создан офис в Минске, но проектом также занимаются наши сотрудники из Петербурга. В проектировании МФК нам дали много свободы, и сейчас наши интересные решения мы воплощаем в жизнь.
– Пришлось ли заказчиков уверять в необходимости применения BIM?
Р. Т: – Нисколько. Нам не пришлось их уговаривать. Более того, использование BIM – это уже ожидание со стороны заказчиков, а в некоторых случаях – требование. Все отраслевые организации осведомлены о данной технологии, знают об эффективности ее использования. На мой взгляд, это положительный момент, свидетельствующий о складывающихся тенденциях.
А. К: – Я с этим тоже соглашусь. Раньше многие заказчики вроде бы желали использовать в проекте BIM, но четких требований, что им конкретно необходимо, не обговаривали. Сейчас клиенты уже точно знают, что хотят.
– Могут ли при применении BIM в проектировании возникать какие-то ошибки? Как их свести к нулю?
А. К: – В принципе, как любая новая технология, она несет некоторые риски. Инструменты, применяемые в BIM, стали сложнее, соответственно, увеличились требования к квалификации проектировщиков. К тому же новая технология предполагает получение нового результата работ,то есть если раньше результатом нашей деятельности были только чертежи, то теперь к чертежам прибавляются информационные модели, которые несут новые требования к проекту. Если не уделить должного внимания новым требованиям, то мы получаем дополнительные риски, которое могут негативно отразиться на реализации проекта. Для нивелирования этих рисков и даже преобразования их в преимуществах, нужно четко понимать, как новая технология будет отражена на выполняемых проектах, какой результат получит заказчик от BIM-проектирования. Для этого необходимо создать регламентирующие документы (BIM Strategy, BEP, EIR).
– Как оцениваете обучаемость специалистов-проектировщиков технологиям BIM?
А. К: – В целом, в образовательном компоненте нет какого-то негатива и сопротивления. К изучению BIM-технологий специалисты проявляют всё больший интерес. Тем более, каждый проектировщик знает, что новые знания идут во благо. Сейчас наблюдается новая положительная тенденция, когда BIMу обучаются не только проектировщики, но и ГИПы, руководители отделов и подразделений приобщаются к процессу обучения. Например, мы проводим курсы для руководителей, на которых рассказываем, как изменится проект, если на нем будет BIM, как рассчитать ресурсы, как предусмотреть новые риски, какие договорные положения включить в контракт и т. д.
– Кто основные игроки на рынке производителей BIM-платформ сегодня?
А. К: – Если говорить непосредственно о продуктах, то доминирующее положение занимает Autodesk. Мы работаем с ними. Также есть большая линейка продуктов от компании Bentley, но в России они в основном используются в инфраструктурных проектах. Хорошо начал развиваться российский продукт Renga. За небольшое время он достиг в использовании серьезных результатов. В целом, можно говорить о том, что конкуренция на рынке растет.
Экспаты – уже не редкость для российского рынка труда. Однако о массовом спросе на их услуги говорить не приходится. Это скорее удел крупных транснациональных компаний, которые открывают офисы в Петербурге и привлекают экспатов для построения бизнес-процессов.
Как показывает практика, чаще всего принимают на работу иностранных граждан те компании, которые имеют головной офис или филиалы за рубежом. Порядка 75% компаний, имеющих филиалы за границей, по данным исследования HeadHunter, пользуются услугами иностранных специалистов. В основном это граждане Европы, в меньше степени – из стран Азии, США или Канады, говорит Мила Головченко, руководитель пресс-службы HeadHunter по СЗФО.
По словам Екатерины Аридовой, директора по персоналу и административным вопросам Colliers International в России, тенденция к приглашению экспатов на работу сформировалась во второй половине 1990-х годов. «Это был период, когда компании с иностранным капиталом постепенно начинали размещать свои представительства на территории России. Привлечение к работе экспатов стало единственным выходом построения эффективной системы бизнес-процессов в стартап-проектах иностранных компаний. В настоящее время в большинстве случае для работы в российских представительствах приглашаются экспаты, уже являющиеся работниками компаний, приходящих на российский рынок.
Компания лишь заключает с таким специалистом трудовой контракт, по которому он приезжает и трудится в России, «поднимая» бизнес и выстраивая бизнес-процессы», – рассказывает госпожа Аридова.
По словам Алексея Захарова, президента рекрутингового портала Superjob.ru, практика привлечения к работе экспатов не очень распространена и есть только в самых крупных фирмах. «Иногда их привлекают на позиции, связанные с финансами, если компания кредитуется в иностранных банках. На средние инженерные должности – если в работе применяются новые технологии», – поясняет господин Захаров.
«В наше проектное бюро мы пригласили двух западных менеджеров. Их опыт важен для нас в России, но реализовывать проекты мы будем силами российских специалистов. Мы избрали для себя другую схему работы – мы пригласили их в совет директоров. Эти люди 20 лет живут в России, их западная философия адаптирована под русский менталитет», – делится опытом Евгений Богданов, генеральный директор финского проектного бюро Rumpu.
Владимир Трекин, директор по строительству ООО «КВС», говорит, что компания не пользуется услугами экспатов, так как «никакой строительный Гарвард не подменит практического опыта работы в России, а у наших людей его, несомненно, больше».
По данным опроса, проведенного HeadHunter, основной причиной привлечения экспатов является отсутствие специалистов нужной квалификации в России. Четверть респондентов отметили, что экспаты более высококвалифицированные специалисты, и столько же считают, что у них больше опыта, 21% компаний подбирали иностранного кандидата с учетом его репутации. И только 10% работодателей отметили, что у экспатов лучше образование, чем у российских специалистов.
«Сами по себе экспаты – не более и не менее качественные сотрудники, но они способны привнести новые технологии управления в российские компании, новую философию и самое ценное – свой опыт», – считает Евгений Богданов.
Владимир Скигин, председатель совета директоров УК Satellit Development, говорит, что наличие экспатов оказывает влияние на имидж компании в глазах деловой среды и инвесторов, которые «требуют» европейского качества работы. Однако, по его словам, часто иностранцев со звучным именем приглашают, чтобы «пустить пыль в глаза» и набить цену проекту. Особенно это распространено в архитектуре и дизайне, отмечает господин Скигин.
Требования к экспатам в целом совпадают с требованиями к российским кандидатам. По словам Екатерины Аридовой, разница состоит лишь в том, что профессиональные компетенции экспата, как правило, более развиты по сравнению с компетенциями российских управленцев. «Такая оценка является закономерной, ведь строительный рынок большинства иностранных государств является более зрелым по отношению к российскому, а уровень развития технологий – образцом для отечественной строительной инженерии», – объясняет госпожа Аридова.
Источник: HeadHunter
Источник: HeadHunter
Проблемные иностранцы
Приглашая на работу экспата, компании сталкиваются с рядом проблем. Сложности возникают как с оформлением документов, так и с необходимостью адаптации их опыта к нашим реалиям. К тому же экспаты обходятся работодателю значительно дороже отечественных сотрудников.
«Их опыт необходимо адаптировать к нашим реалиям. Без понимания отношений с российскими властями опыт иностранных экспатов попросту неприменим, без соответствующей доработки это всего лишь красивые картинки, – рассуждает Евгений Богданов, генеральный директор финского проектного бюро Rumpu. – Я знаю много примеров, когда западные менеджеры рисовали красивую, «вкусную» концепцию, которая оказывалась абсолютно нефункциональной в наших условиях – ее приходилось либо выкидывать, либо долго и кропотливо дорабатывать. Например, экспаты абсолютно не в состоянии просчитать парадигму риска в вопросах земли и подключения – у них нет и не может быть такого опыта, на Западе все абсолютно иначе».
Несмотря на то что в последние годы процедура привлечения к работе иностранных специалистов прошла несколько этапов оптимизации и была значительно упрощена, трудности по-прежнему возникают.
«Основные сложности – это бюрократическая машина, через механизмы которой необходимо пройти работодателю при трудоустройстве иностранца, а также при последующем сопровождении его пребывания на территории РФ. В зависимости от того, на какую должность приглашается работник, на плечи работодателя ложатся обязательства по дополнительному взаимодействию с центрами занятости, миграционными службами и прочими представителями надзорных инстанций. Также не следует забывать о том, что для граждан иностранных государств, работающих на территории РФ, установлен особый налоговой режим», – рассказывает Екатерина Аридова, директор по персоналу и административным вопросам Colliers International в России.
По ее словам, экспат обходится российскому работодателю дороже, чем отечественный управленец. «Компенсационный пакет экспата включает в себя оплату проживания в условиях повышенной комфортности, максимально приближенных к привычным для него, автомобиль с водителем, оплату медицинской страховки, позволяющей обслуживаться в люксовых клиниках, работающих с иностранцами. При переезде в Россию экспат нередко привозит с собой свою семью, детей. В этом случае работодатель зачастую вынужден принимать помогать ему с устройством детей в школу или детский сад», – отмечает госпожа Аридова.
Так, именно высокие зарплатные ожидания экспатов являются основной причиной, по которой компании отказываются от их услуг, говорит Мила Головченко, руководитель пресс-службы HeadHunter по СЗФО.
По оценкам Владимира Скигина, председателя совета директоров УК Satellit Development, работа иностранного управленца оценивается в полтора раза выше. К тому же оформляется жесткий контракт, расторжение которого стоит недешево.
Евгений Богданов говорит, что как таковой разницы в заработной плате нет. Самые востребованные специалисты, по его словам, это руководители проектов и PMO (Project Management Office). Зарплата и западного, и отечественного руководителя составит от 300 до 700 тыс. рублей в месяц, добавляет господин Богданов.
Эксперты отмечают постепенное сокращение количества экспатов в нашей стране. Особенно это стало заметно в посткризисный период. Российский топ-менеджмент получил к этому времени необходимое количество профессиональных компетенций, знаний и опыта, объясняет причину спада интереса к экспатам госпожа Головченко.
Алексей Захаров, президент рекрутингового портала Superjob.ru, прогнозирует, что со временем станет больше только гастарбайтеров, так как границы открыты. «Средних специалистов не прибавится. Сами они к нам не едут, а специально нанимают только топов», – резюмирует господин Захаров.
Источник: HeadHunter
Мнение:
Екатерина Аридова, директор по персоналу и административным вопросам Colliers International в России:
– В случае продолжения экспансии на рынок Санкт-Петербурга иностранных девелоперов или запуска новых глобальных проектов тенденция к привлечению экспатов сохранится. Если же, напротив, рынок строительных компаний не станет более пополняться иностранными игроками, число экспатов постепенно начнет снижаться.
По прогнозам аналитиков, в ближайшие годы доля жилья эконом-класса на рынке загородного жилья удвоится. Сегодня, по разным оценкам, она составляет от 15 до 30%.
Попытки вывода формата загородных жилых комплексов на рынок отмечались еще в начале 2000-х, но тогда это были единичные проекты на дорогих направлениях, ориентированные на соответствующую аудиторию. Недорогие проекты стали появляться после 2008 года.
Отчасти это связано с исчерпанием ресурсов на рынке земли в черте Петербурга – с дефицитом территорий под застройку их цена росла, что приводило и к росту стоимости жилья. В результате началось активное освоение пригородных зон – сейчас идет формирование малоэтажных жилых комплексов для постоянного проживания среднего класса.
Малая доля
Как рассказал Алексей Иванов, руководитель проектов в Истринской долине компании «Вектор Инвестментс», в Подмосковье площадь квартир в загородных жилых комплексах начинается от 20 кв. м, стоимость 1 кв. м – от 23 тыс. рублей. «Именно невысокая цена (в сравнении, как с городской квартирой, так и с таунхаусом и коттеджем) в сочетании с плюсами загородного образа жизни делают формат востребованным. К тому же многоквартирный проект может позволить себе более развитую инфраструктуру», – говорит он.
Впрочем, цена в 23 тыс. рублей – это скорее из области курьезов. Как говорят аналитики, стоимость 1 кв. м в наиболее доступных жилых комплексах ближайшего Подмосковья – Молодежный городок (10 км Ярославского шоссе), Заречный (9 км Новорязанского шоссе), Берег (8 км Ленинградки), Марусино (9 км Новорязанского направления), Опалиха (10 км Волоколамского шоссе) колеблется в пределах 58-62 тыс. рублей за 1 кв. м.
Под Петербургом стоимость жилья несколько ниже. Юлия Троицкая, специалист по маркетингу ЗАО «БФА-Девелопмент», подсчитала, что средняя цена квадратного метра в малоэтажном «экономе» за городом сегодня равна 50 тыс. рублей. Она говорит, что доля малоэтажного жилья эконом-класса в общем объеме предложения загородного рынка составляет сегодня примерно 30%, или около 170 тыс. кв. м.
Впрочем, директор департамента новостроек NAI Becar Полина Яковлева долю жилья эконом-класса оценивает несколько ниже. «На сегодняшний день доля такого жилья в общем объеме загородного предложения составляет 10-15%, но в ближайшие несколько лет показатели могут вырасти до 25-30% в связи с активным развитием данного сегмента», – считает она.
Юлия Назарова, ведущий специалист группы консалтинга КГ «ЛАИР», также оценивает долю эконом-сегмента в 15%.
Пространственно-временная зависимость
«Объекты эконом-класса – как высотные, так и малоэтажные – возводятся с использованием более дешевых технологий и материалов (монолит, монолит железобетон, панель), нежели проекты классом выше, отделку в таких домах застройщик не осуществляет. Наибольшим спросом пользуются проекты, расположенные в приграничной зоне Петербурга и не далее 30 км от города», – рассказала госпожа Троицкая.
Павел Едемский, директор департамента загородной недвижимости агентства недвижимости Home estate, полагает, что в ближайшее время расстояние до города расти у комплексов такого формата не будет: «Что касается удаленности жилья для постоянного проживания от города, то как бы ни хотели этот диапазон расширить девелоперы, сейчас предпосылок к этому особо нет: дороги хоть и улучшаются, значительных изменений это не приносит, пробки только растут, бензин не дешевеет».
«На наш взгляд, максимальное приемлемое расстояние для формата «альтернатива квартире» – около 40 км от черты города. Однако при наличии хорошей и малозагруженной транспортной магистрали эта цифра может быть и больше. В целом же люди оценивают не столько километраж, сколько затрачиваемое на дорогу время. Верхний допустимый предел – 1-1,5 часа в одну сторону», – поясняет Ольга Трошева, руководитель консалтингового центра «Петербургская недвижимость».
Господин Едемский отмечает, что пока рост сегмента сдерживается рядом экономических факторов: «Жилье эконом-сегмента – это то жилье, которое может себе позволить представитель среднего класса. А это, как правило, подразумевает ипотечное кредитование, субсидии и пр. К сожалению, как известно, на рынке загородного жилья в Петербурге льготное кредитование практически не развито, что и тормозит развитие всего рынка, то есть у спроса есть определенный предел».
Параметры
Полина Яковлева отмечает, что жилье эконом-сегмента в малоэтажных комплексах, предназначенное для постоянного проживания, должно быть в первую очередь обеспечено всеми городскими коммуникациями. «Кроме того, малоэтажные комплексы должны обладать хорошей транспортной доступностью и иметь необходимые объекты социальной инфраструктуры в непосредственной близости от них. Стоимость квартир в данных проектах в среднем варьируется от 1 до 4 млн рублей в зависимости от расположения объекта и его площади. Стоит отметить, что стоимость объектов, расположенных на севере города, может быть в два раза выше, чем цена объектов, которые находятся на юге. В среднем площадь однокомнатной квартиры составляет порядка 30-35 кв. м, двухкомнатной – 45‑55 кв. м, а трехкомнатной – 69-75 кв. м».
Дмитрий Ковальчук, генеральный директор компании «Пробизнес-Девелопмент», продолжает: «Наиболее ликвидны квартиры небольшой площади, поскольку основной мотив приобретения малоэтажного жилья за городом для постоянного проживания – это экономия. Покупка квартиры в малоэтажном жилом комплексе – хороший выход для тех, кто не может себе позволить квартиру в городе».
Малоэтажное загородное жилье для постоянного проживания строится сегодня на землях ИЖС, где возможно оформить регистрацию, или ДНП (условно постоянное проживание), регистрация в которых будет возможна, если Государственная Дума примет разработанный соответствующий закон.
«Учитывая, что загородное жилье – это семейное жилье, застройщики продумывают варианты обеспечения будущих жителей социальной и коммерческой инфраструктурой. Если есть возможность пользоваться инфраструктурой ближайшего населенного пункта, то девелопер ограничивается строительством небольшого детского сада и нескольких магазинов, если ближайший населенный пункт находится сравнительно далеко, то на территории поселка отводится большая территория под объекты инфраструктуры. В этом случае затраты окупаются, если коттеджный поселок насчитывает не менее 200 домовладений. Сегодня загородный рынок жилья находится на начальном этапе развития. Часто запросы потенциальных покупателей не соответствуют финансовым возможностям, не урегулированы вопросы со статусом земли, серьезным препятствием является низкий уровень транспортной доступности. Пути формирования рынка пока трудно прогнозируются», – рассказывает Арсений Васильев, генеральный директор ГК «УНИСТО Петросталь».
«В обозримом будущем формирование субурбий по образу западных в России маловероятно. Чтобы сформировать такой тип жилья для среднего класса, нужно начинать активное развитие транспортной, инженерной и социальной инфраструктуры. При этом идея все равно не будет эффективной, пока рабочие места сконцентрированы в городе. Проблемы ежедневной миграции работающих жителей малоэтажных районов сведут всю прелесть загородной жизни к нулю», – считает Юлия Назарова.