Угнаться за BIM
Как считают эксперты, на полное внедрение BIM-технологий в строительстве потребуется еще несколько лет. Компании, которые уже используют цифровые технологии или задействуют их в ближайшее время, получат серьезные производственные и бизнес-преимущества.
На прошлой неделе на сайте Комитета по техническому регулированию, стандартизации и оценке соответствия Российского союза промышленников и предпринимателей было опубликовано поручение Президента России Владимира Путина премьер-министру Дмитрию Медведеву. В нем глава государства требует от главы правительства обеспечить переход строительной отрасли на технологии информационного моделирования. Комплекс мероприятий должен пройти в срок до 1 июля 2019 года. По предварительным данным, Минстрой к поручению Президента страны отношения не имеет, ведомство пока разрабатывает собственную «дорожную карту» внедрения в строительную отрасль цифровых технологий.
Отметим, что с 1 января 2019 года, согласно принятым законодательным нормам, применение BIM-технологий для проектов, которые финансируются из госбюджета, должно стать обязательным.
Инертность и консерватизм
Между тем, около двух месяцев назад несколько российских экспертов заявили, что массовый переход на BIM-технологии в РФ в ближайшие годы невозможен. Внедрению информационных технологий, по их мнению, мешает экономия строительных компаний, привязка BIM только к мегапроектам.
С этой позицией согласна главный инженер ООО «Т-КОНСУЛЬТ» Ольга Ширяева. «Думаю, всему свое время. В проектной среде внедрение BIM-технологий идет активнее, чем в среде строительства и производства. Вероятно, потому что для строительной площадки ближе физический труд, чем компьютерные технологии. Однако, благодаря тому, что BIM-технологиям обучают и их внедряют в современных учебных программах в вузах, тенденции развития и применения есть», – отмечает она.
Несколько иная точка зрения на этот счет у заместителя генерального директора компании ПСС ГРАЙТЕК Павла Балобанова. «В первую очередь мне кажется, будет справедливым отказаться от абсолютных оценок. Массового перехода в ближайшие 3 года не будет. Строительная отрасль – достаточно инертный механизм. Но те компании, которые смогли волею руководства консолидировать силы, уже получают преимущества от BIM. Просто они широко это не афишируют, так как это их конкурентное преимущество. Мешает массовости, как обычно, человеческий фактор, но, как известно, чтобы самолету взлететь, нужно сопротивление воздуха. В этом смысле человеческий фактор только помогает. Может помочь также государство, если во всех проектах, финансирующихся за счет федерального бюджета, будет требоваться использование BIM, и к формированию этих требований будут подключены специализированные компании, которые давно работают на острие этих инноваций», – делает выводы эксперт.
Менеджер по развитию бизнеса САПР (Система автоматизированного проектирования – ред.) группы компаний Softline в СЗФО Олег Филиппов полагает, что переход к BIM, несомненно, будет долгим. Технологии недешевы, консерватизм отрасли несомненно присутствует, поэтому процесс потребует определенного времени. «Компании по сути придется частично отстраниться от текущих проектов, создать пилотную группу, которая будет осваивать технологию, обучить персонал. Многие инженеры не готовы переходить на BIM просто в силу привычки, особенно если они в профессии уже много лет и им удобно работать традиционным способом. Работа в BIM – это еще и определенная философия, которая предполагает внедрение ряда регламентов в области взаимодействия между сотрудниками. Поэтому инициатива изменений должна исходить от руководства компании. Но те компании, которые уже решились на изменения, отмечают эффект, достигаемый за счёт BIM-технологий: они экономят время и деньги, сокращают количество проектных ошибок, а конечный результат оказывается максимально приближен к проектному замыслу», – считает специалист.
Директор по строительству Группы RBI Майкл Миллер признается, что пока в Петербурге с BIM-проектированием работают немногие компании – в основном это западные девелоперы. Так проектируются, например, крупные деловые или торговые центры, в особенности те, которые создаются с привлечением западных инвестиций. «Сейчас идет речь о том, чтобы все наши будущие проекты делать в BIM, с трехмерной информационной моделью. Большинство проектных компаний в Петербурге пока работают по старой схеме. Причина в том, что переход на новые технологии требует определенных финансовых и трудозатрат, внедрения новых внутренних стандартов. Это трудный и небыстрый процесс. Но в конечном итоге он окажется выгодным, поскольку способен в разы сократить трудозатраты», – отмечает он.
Экономия и практичность
По словам Павла Балобанова, стоимость проекта строительства за счет применения BIM вообще не должна увеличиваться. Цена может возрастать с учетом уровня инфляции, возможно, за счет применения новых и дорогих материалов и уменьшаться – за счет применения инноваций. Поэтому, если изменения и должны произойти, то в сторону уменьшения.
Снижение затрат видит и Ольга Ширяева. «В своей практике на этапе проектирования раздела «Эскиз» мы выдаем заказчику объемы по материалам для разных конструктивных решений. Это позволяет на первоначальной стадии предварительно выполнить расчет стоимости каркаса здания и фундаментов, что является наиболее затратной частью при строительстве зданий. Также многие заказчики просят выполнять дополнительную стадию проектирования – «Тендерную документацию». Обычно она выдается перед разработкой стадии «Рабочая документация». На этом этапе с помощью BIM-технологии можно выводить объемы строительных материалов и закладных деталей с точностью до 2 %, что позволяет выбирать наиболее выгодные предложения поставщиков», – считает специалист.
«Кроме того, – добавляет Олег Филиппов, – технологии виртуальной и дополненной реальностей позволяют специалистам разных предметных областей проводить встречи на виртуальной модели объекта без выезда на локацию и договариваться о внесении необходимых изменений в проект на самом объекте в том числе. Это экономит время и ресурсы. Также благодаря технологиям VR и AR можно упростить процесс проверки вводимого в эксплуатацию объекта на предмет соответствия эксплуатационным нормам.
Конкуренция и специализация
По мнению многих специалистов, активное внедрение в строительную отрасль BIM обострит конкуренцию производителей платформ цифрового проектирования. По словам Олега Филиппова, уже сейчас конкуренция на рынке достаточно высока. «Многие производители оценили растущий спрос на BIM и работают над созданием новых решений и инструментов в этой области. Кто-то сосредоточился на создании продуктов для архитектурного проектирования, кто-то делает упор на работе в области инженерных систем. Так или иначе, участникам строительного рынка уже сейчас можно выбрать из многообразия предложений те решения, которые наиболее полно закрывают потребности бизнеса», – уверен он.
С данными выводами согласен и Павел Балобанов. По его мнению, конкуренция особенно ощущается в последние годы. Но есть области, в которых определенные продукты до сих пор являются монополистами, но таких становится все меньше.
Ольга Ширяева пока не видит значительного соперничества производителей платформ за клиента. «В основной массе все используют популярный REVIT, но есть и узконаправленные программы, в которых удобнее проектировать металлоконструкции и сборные железобетонные конструкции, например, Tekla Structures. Думаю, что сейчас для любого направления проектирования найдется программа для BIM-моделирования», – резюмирует эксперт.
Мнение
Ольга Ширяева,
главный инженер ООО «Т-КОНСУЛЬТ»:
– BIM-технологии можно применять не только в проектировании и строительстве, но и в производстве. Этот момент зачастую опускают, скорее всего, потому что мало какие производители (ЖБИ и КМ) имеют оборудование для использования BIM-технологий. По нашему опыту, когда строители видят BIM-модель и наглядное решение различных узлов, они готовы использовать ее.
Сергей Никешкин, генеральный директор проектного бюро «Крупный план»:
– Внедрение BIM-технологий требует серьезной перестройки всего проектно-строительного процесса. Меняется система принятия решений и контроля за всем ходом работ. Очень силен психологический фактор. Даже проектировщики, не говоря уже о строителях, часто предпочитают работать по старинке. Я знаю случаи, когда компании устанавливали программы, обучали специалистов, а потом возвращались к более привычной технологии. Поэтому для распространения BIM необходимо волевое решение руководства. Существует и фактор дополнительных вложений, хотя за счет более высокого качества работ, прозрачности и контролируемости всех процессов все инвестиции достаточно быстро «отбиваются».
Алексей Агафонов,
руководитель рабочей группы по информационным технологиям НОПРИЗ:
- На данный момент можно уверенно сказать о тенденции уверенного развития и внедрения BIM-технологий. Особенно приятно, что посыл на применение информационного моделирования идет со стороны заказчика - как государственного, так и частного. Структуры Комитета по строительству, Комитета по энергетике и инженерному обеспечению уже размещают конкурсы на проектирование объектов с использованием BIM-технологий. Крупные девелоперские и строительные компании также включают требования об использовании данных технологий при реализации своих проектов.
При этом речь не идет об увеличении стоимости строительства. Особый импульс развитию нашей отрасли, безусловно, придаст поручение Президента РФ от 19.07.2018 года, определяющее перечень основных задач по развитию и внедрению BIM-технологий в стройкомплексе РФ.
Аналитики прогнозируют снижение цен на жилье как на первичном, так и на вторичном рынках недвижимости. Главный фактор, который тянет цены вниз, – это уменьшение платежеспособного спроса населения, вызванное ухудшением экономической ситуации. Если улучшений не будет, то снижение цен может составить около 10% в год.
Специалисты федерального портала «Мир квартир» провели анализ цен на жилье в 46 городах России по итогам первого полугодия 2015 года. «Самыми дорогими городами России на рынке новостроек предсказуемо стали Москва (226 220 рублей за 1 кв. м), Санкт-Петербург (107 338 рублей), Хабаровск (74 780 рублей), Екатеринбург (70 876 рублей) и Сочи (69 122 тыс. рублей за 1 кв. м). На «вторичке» лидеры немного поменялись местами: Москва (226 335 рублей за 1 кв. м), Санкт-Петербург (121 357 рублей), Сочи (75 437 рублей), Екатеринбург (74 502 рублей) и Хабаровск (73 916 рублей за 1 кв. м)», – говорится в исследовании «Мира квартир».
Аналитики говорят, что список наиболее дешевых городов России тоже не сильно варьируется год от года. По итогам истекшего полугодия в пятерку аутсайдеров на «первичке» вошли Брянск (34 292 рубля), Ставрополь (35 313 рублей), Саратов (36 129 рублей), Курск (40 371 рублей) и Рязань (40 538 рублей за 1 кв. м). На «вторичке» замыкающими список стали Ставрополь (40 530 рублей за 1 кв. м), Брянск (40 748 рублей), Ижевск (42 615 рублей), Кострома (45 096 рублей) и Ульяновск (45 568 рублей за 1 кв. м).
Столичные антирекорды
Олег Репченко, руководитель аналитического центра «Индикаторы рынка недвижимости IRN.RU», рассказал, что на первичном рынке Москвы номинальные цены стоят на месте. «С конца 2014 года средняя цена остается примерно на уровне 220 тыс. рублей за 1 кв. м. Однако цена покупки зачастую оказывается ниже. Девелоперы в целях стимулирования спроса охотно идут на скидки, которые обычно составляют около 10%, однако в некоторых случаях достигают 20% и даже 25%», – пояснил Олег Репченко.
Господин Репченко отметил, что на вторичном рынке Москвы ситуация еще сложнее. «Из-за отсутствия доступной ипотеки спрос упал очень существенно – по оценкам разных риэлторов, до 30-50%. На этом фоне номинальные рублевые цены сохраняют видимость стабильности – они «топчутся» вокруг отметки 190 тыс. рублей за 1 кв. м. Однако в реальности по заявленной в объявлении цене практически ничего не продается. Покупателей явно не хватает на все предложение, поэтому они диктуют условия. По факту продаются почти исключительно квартиры, в которых собственники готовы пойти на существенный дисконт: 10-15% уже стало практически нормой, а порой торг достигает 35-30%», – добавил эксперт.
Одним из главных факторов такого стечения обстоятельств Олег Репченко называет падение платежеспособного спроса. «Переломить ситуацию могло бы только общее улучшение экономической ситуации: отмена санкций, рост цен на нефть, возвращение интереса мировых инвесторов к российской экономике. Однако в ближайшее время это вряд ли произойдет, поэтому новому спросу на жилье взяться неоткуда. Скорее всего, цены на жилье будут снижаться темпами примерно 10% в год», – заключил он.
Себестоимость растет
В свою очередь, Елена Лашаева, генеральный директор Агентства развития и исследований в недвижимости «АРИН», обрисовала ситуацию с ценами в Санкт-Петербурге: «Средняя цена 1 кв. м в новостройках Петербурга в конце июля 2015 года составила 101 тыс. рублей. Цена «квадрата» в сегменте эконом – 74 тыс. рублей, комфорт – 105 тыс. рублей, и в элит-классе – 252 тыс. рублей». По мнению эксперта, такой же уровень цен будет наблюдаться и в сентябре – выраженного роста и радикального падения не будет.
«У девелоперского сообщества нет возможности снижать цены, потому что себестоимость стройки с начала года очевидно выросла. На фоне кризисных явлений в первом полугодии 2015 года рынок жилья вступил в стадию рецессии, объем спроса сократился в среднем на 30% по сравнению с аналогичным периодом 2014 года, рост рублевых цен на жилую недвижимость Санкт-Петербурга постепенно остановился», – прокомментировала Елена Лашаева. Тем не менее она далека от пессимистичных прогнозов. По ее словам, проблема с жильем не решена сегодня для большей части населения, поэтому она остается для человека в приоритете. Это первый рынок, который оживает после любого кризиса.
Региональные тенденции
Рассуждая о ценовых перипетиях на жилье в российских регионах, Дмитрий Щегельский, генеральный директор агентства недвижимости «Бенуа», президент СРО «Санкт-Петербургская палата недвижимости», сказал, что подъем цен в декабре 2014 года в первом полугодии 2015 года скорректировался вниз на несколько процентов и стабилизировался.
«Я считаю, что в 2015 году цены на рынке продаж жилой недвижимости останутся стабильными в крупных регионах, имеющих большой поток приезжих. В тех же регионах, где рынки очень локальны, где покупка осуществляется только местными жителями и где имеется отток населения, цены могут снизиться до 20%», – констатировал эксперт.
Например, в ГК «ИНТЕКО» рассказали, что в Ростове-на-Дону в сегменте эконом наблюдается жесткая конкурентная среда. «С начала 2015 года цены снизились в пределах 3-4%, но во многом за счет акций и скидок от застройщиков. Тем не менее квартиры сегодня стоят дороже, чем летом 2014 года. Цены находятся на уровне IV квартала прошлого года. До конца года мы не ожидаем резких колебаний цен ни в какую сторону», – прокомментировали в компании.
Мнение
Денис Бабаков, коммерческий директор «ЛСР. Недвижимость – Северо-Запад»:
– Цены, вероятно, будут меняться. Но не у всех застройщиков одинаково. У кого-то они останутся на сегодняшнем уровне, у кого-то упадут, а у кого-то пойдут вверх. Все зависит от того, каким спросом пользуется продукт конкретного застройщика. Например, благодаря хорошему спросу цены на квартиры в жилых комплексах масс-маркет от «ЛСР. Недвижимость – Северо-Запад» остались на том же уровне, на котором они были в конце ажиотажного 2014 года. Совсем иная ситуация с ценами на квартиры в комплексах высоких классов. Так, несмотря на кризис, спрос на квартиры в жилых комплексах «ЛСР. Недвижимость – Северо-Запад» премиум-класса увеличился. Причина в том, что наши жилые комплексы премиум-класса соответствуют абсолютно всем критериям данного сегмента. Прежде всего, они строятся в уникальных местах исторического центра города – в границах старого, еще императорского Петербурга. В среднем рост цен на наши объекты составляет 33%. Спрос на наши проекты бизнес-класса тоже достаточно высокий, что сказывается на ценах. Так, c момента старта продаж в жилом комплексе бизнес-класса «Три ветра» стоимость «квадрата» выросла на 10,5%. Если в апреле она начиналась с 95 тыс. рублей, то сегодня минимальная стоимость метра – 105 тыс. рублей.
Ольга Трошева, руководитель консалтингового центра «Петербургская недвижимость»:
– В Санкт-Петербурге средние цены предложения за прошедшие полгода выросли на 2,7%. Средняя цена сейчас – 105,4 тыс. рублей за 1 кв. м. На корректировку средней цены квадратного метра традиционно оказывает влияние увеличение степени готовности строящихся объектов. Соответственно, с приближением срока ввода в эксплуатацию растет стоимость квартир в жилом комплексе. Кроме того, с начала года по ряду новостроек компании проводили плановое повышение цен. При этом новые объекты девелоперы выводили на рынок по ценам ниже среднерыночных, что типично для ценообразования на начальной стадии строительства. Но объем вывода новых объектов на рынок в первом полугодии 2015 года сократился на 23% по сравнению с первым полугодием 2014 года.
Дмитрий Щегельский, генеральный директор агентства недвижимости «Бенуа», президент СРО «Санкт-Петербургская палата недвижимости»:
– Статистика, которую я веду с 1995 года, показывает, что вне зависимости от экономической и политической ситуации в России за последние 20 лет рублевые цены на недвижимость только растут, иногда корректируясь вниз (максимум такой коррекции в 15-20% был в период 2009-2010 годов, после чего цены пошли в рост, подойдя сегодня на вторичном рынке практически к докризисным ценам 2008 года, а цены первичного рынка выше цен 2008 года на 8-15%). Сегодняшняя ситуация по-своему уникальна в сравнении с ситуациями в 1998-2000 и 2008-2010 годах. Уникальность заключается в том, что не только продавцы считают, что цена на недвижимость не должна упасть, но и покупатели тоже понимают. Что в условиях, когда цены на все товары и услуги в стране выросли, цены на недвижимость не могут быть исключением.
Уже почти десять лет чиновники всех уровней твердят о необходимости развития схемы государственно-частного партнерства при реализации масштабных проектов. Но пока доля инвестпроектов, реализуемых по схеме ГЧП в России, составляет не более 10%.
Преимуществом государственно-частного партнерства является реализация довольно масштабных проектов, на которые без помощи государства даже не выйти. Как правило, ГЧП предполагает, что не государство подключается к проектам бизнеса, а, наоборот, государство приглашает бизнес принять участие в реализации общественно значимых проектов.
К плюсам ГЧП традиционно относят снижение инвестиционной нагрузки на госбюджет, повышение качества создаваемых объектов или оказываемых услуг, распределение рисков проекта между частным и государственным секторами и, наконец, надёжную занятость для бизнеса. Приоритетными направлениями финансирования проектов по схеме ГЧП являются социально значимые объекты или проекты в сфере строительства, транспорта, энергетики, медицины, образования, культуры и спорта.
В России ГЧП получило развитие только в последние 2-3 года. До этого бизнес и государство предпочитали объединяться только для выполнения крупных проектов – таких, как добыча полезных ископаемых, выработка энергии, строительство дорог и т.д. В западных странах частный бизнес привлекают в первую очередь для участия в сравнительно небольших проектах – общественный транспорт, строительство школ и больниц, ремонт уже имеющихся объектов и т.д. В России нечто подобное начало появляться только в последние годы.
Слабое развитие
Генеральный директор ООО «Дудергофский проект» Василий Вовк отмечает, что государственно-частное партнерство, с точки зрения девелопера, сейчас слабо применяется в Санкт-Петербурге. В основном, такая схема используется для строительства социальных объектов, но на данный момент городские власти это не поддерживают. С момента продвижения первых схем ГЧП в России прошло около 20 лет. Однако широкого распространения столь известный на западе инструмент в нашей стране так и не получил, а проекты на основе ГЧП можно пересчитать по пальцам. «Тормозит развитие применение схем ГЧП в России отсутствие необходимой правовой базы для их реализации, низкий уровень гарантии государства относительно неизменности условий проекта, недостаточная проработанность самих проектов. Еще одним из препятствий массового использования механизма государственно-частного партнерства является недостаточно эффективное управление государственным сектором рисками, возложенными на него в соответствии с принятой схемой ГЧП», - считает господин Вовк.
Многие инвесторы не уверены в формате ГЧП, так как это всегда долгосрочные проекты, а при смене власти, как известно, меняются правила игры, в том числе по уже реализуемым проектам, в которые инвестор успел вложить свои средства.
«На мой взгляд, на российском рынке у инвесторов пока слишком мало опыта работы с ГЧП. Далеко не все участники четко понимают, как и на основе чего работает такая система. В этой связи треть проектов ГЧП в России остаются нереализованными. При этом на западе доля неудачных проектов ГЧП существенно меньше - в развитых странах около 1%, в развивающихся – в районе 5%», - подсчитала Ольга Пономарева, вице-президент ГК Leorsa, инвестор БЦ Eightedges.
По ее подсчетам, сегодня в России объем проектов ГЧП составляет около 10%. «На западе в ряде стран этот показатель существенно выше, так, в Италии доля таких проектов составляет около 30%. Это неудивительно, если учесть, что мы отстаем от запада лет на пять с точки зрения институционального развития. На мой взгляд, развитие данного сферы тормозит несовершенство нашей законодательной базы, нехватка качественных проектов, а также отсутствие органов власти, ответственных за реализацию данных проектов», - говорит госпожа Пономарева.
Разделить риски
Эксперты полагают, что сокращение бюджета и урезание госрасходов не должно сказаться на реализации проектов по схеме ГЧП.
Роман Черленяк, руководитель практики корпоративного и договорного права Юридической фирмы "ЮСТ" отметил: « Зарубежный опыт показывает, что сокращение государственных расходов вовсе не обязательно должно сопровождаться сворачиванием общественно-значимых проектов. Зачастую их реализация возможна и без прямого бюджетного финансирования. Объекты публичной собственности могут передаваться во временное владение и пользование частным инвесторам, которые, принимая на себя значительную часть расходов по их созданию (модернизации), получают право извлекать доход на этапе последующей эксплуатации. Речь, как правило, не идет о сверхприбыли, но обеспечить возврат инвестиций и стабильный денежный поток вполне возможно».
Ольга Шарыгина, управляющий директор департамента управления активами (Asset Management) NAI Becar с коллегой согласна: «В нынешних условиях секвестирования бюджетов схема государственно-частного партнёрства вполне реальна. В большинстве случаев ГЧП применяется в рамках проектов по строительству транспортной инфраструктуры. Риски реализации таких проектов заключаются в отсутствии чётких законодательных норм, регулирующих переход прав собственности. Таким образом, инвесторы рискуют остаться ни с чем».
Надо сказать, что законодательство в сфере ГЧП в течение последних десяти лет переживало бурное развитие и на сегодняшний день предоставляет участникам широкий набор инструментов. Активно применяются на практике и доказали свою эффективность механизмы долгосрочной аренды, концессии. С другой стороны, есть и совершенно новая конструкция соглашения о государственно-частном партнерстве (на базе федерального закона от 13.07.2015 № 224-ФЗ, который вступит в силу с 1 января 2016 г.). Как отмечает господин Черленяк, важным шагом в этом направлении стало нормативное закрепление частной инициативы – процедуры, допускающей возможность заключения договора с инициатором проекта без конкурса (при отсутствии иных заинтересованных претендентов).
В числе же факторов, препятствующих повсеместному распространению ГЧП, эксперты также отмечают высокий уровень инфляции, недостаток «длинных денег» в экономике и отсутствие сложившейся правоприменительной практики. «Для качественного изменения ситуации необходима долгосрочная государственная политика, ориентированная не только на решение государственных задач, но также на поддержку и защиту интересов частных инвесторов», - резюмирует господин Черленяк.
В идеале ГЧП предполагает не только совместные действия по проекту, но и разделение рисков. Макроэкономические, политические и законодательные риски – государству, технологические, эксплуатационные и финансовые – бизнесу.
Мнение
Андрей Макаров, управляющий партнер БЦ «Сова»:
-Перспективы ГЧП в России, на мой взгляд, спорные. В текущих кризисных условиях я не думаю, что найдутся интересанты, желающие принять участие в проекте ГЧП. Такой вид партнерства задействуется при реализации долгосрочных и стратегически важных для города проектов, например, ключевых автомагистралей. Минусы участия в ГЧП – отсутствие гарантий и долгосрочность проектов. Не каждый инвестор может планировать свое участие в столь долгосрочных проектах, при том, что кризисы у нас случаются каждые три года.
Мнение
Ольга Пономарева, вице-президент ГК Leorsa, инвестор БЦ Eightedges:
-Инструмент ГЧП в большей степени применяется для решения масштабных инфраструктурных задач, в частности, для развития транспортной инфраструктуры – строительства развязок, объездных дорог, аэропортов, мостов и т.д. Из проектов, которые сейчас на слуху – сотрудничество правительства и застройщиков по проекту строительства платной дороги в обход Мурино и Нового Девяткино. На втором месте по использованию ГЧП находятся проекты комплексного развития территорий, в частности, индустриальные парки, агропарки, особые экономические зоны и т.д.