Государствено-частная десятина
Уже почти десять лет чиновники всех уровней твердят о необходимости развития схемы государственно-частного партнерства при реализации масштабных проектов. Но пока доля инвестпроектов, реализуемых по схеме ГЧП в России, составляет не более 10%.
Преимуществом государственно-частного партнерства является реализация довольно масштабных проектов, на которые без помощи государства даже не выйти. Как правило, ГЧП предполагает, что не государство подключается к проектам бизнеса, а, наоборот, государство приглашает бизнес принять участие в реализации общественно значимых проектов.
К плюсам ГЧП традиционно относят снижение инвестиционной нагрузки на госбюджет, повышение качества создаваемых объектов или оказываемых услуг, распределение рисков проекта между частным и государственным секторами и, наконец, надёжную занятость для бизнеса. Приоритетными направлениями финансирования проектов по схеме ГЧП являются социально значимые объекты или проекты в сфере строительства, транспорта, энергетики, медицины, образования, культуры и спорта.
В России ГЧП получило развитие только в последние 2-3 года. До этого бизнес и государство предпочитали объединяться только для выполнения крупных проектов – таких, как добыча полезных ископаемых, выработка энергии, строительство дорог и т.д. В западных странах частный бизнес привлекают в первую очередь для участия в сравнительно небольших проектах – общественный транспорт, строительство школ и больниц, ремонт уже имеющихся объектов и т.д. В России нечто подобное начало появляться только в последние годы.
Слабое развитие
Генеральный директор ООО «Дудергофский проект» Василий Вовк отмечает, что государственно-частное партнерство, с точки зрения девелопера, сейчас слабо применяется в Санкт-Петербурге. В основном, такая схема используется для строительства социальных объектов, но на данный момент городские власти это не поддерживают. С момента продвижения первых схем ГЧП в России прошло около 20 лет. Однако широкого распространения столь известный на западе инструмент в нашей стране так и не получил, а проекты на основе ГЧП можно пересчитать по пальцам. «Тормозит развитие применение схем ГЧП в России отсутствие необходимой правовой базы для их реализации, низкий уровень гарантии государства относительно неизменности условий проекта, недостаточная проработанность самих проектов. Еще одним из препятствий массового использования механизма государственно-частного партнерства является недостаточно эффективное управление государственным сектором рисками, возложенными на него в соответствии с принятой схемой ГЧП», - считает господин Вовк.
Многие инвесторы не уверены в формате ГЧП, так как это всегда долгосрочные проекты, а при смене власти, как известно, меняются правила игры, в том числе по уже реализуемым проектам, в которые инвестор успел вложить свои средства.
«На мой взгляд, на российском рынке у инвесторов пока слишком мало опыта работы с ГЧП. Далеко не все участники четко понимают, как и на основе чего работает такая система. В этой связи треть проектов ГЧП в России остаются нереализованными. При этом на западе доля неудачных проектов ГЧП существенно меньше - в развитых странах около 1%, в развивающихся – в районе 5%», - подсчитала Ольга Пономарева, вице-президент ГК Leorsa, инвестор БЦ Eightedges.
По ее подсчетам, сегодня в России объем проектов ГЧП составляет около 10%. «На западе в ряде стран этот показатель существенно выше, так, в Италии доля таких проектов составляет около 30%. Это неудивительно, если учесть, что мы отстаем от запада лет на пять с точки зрения институционального развития. На мой взгляд, развитие данного сферы тормозит несовершенство нашей законодательной базы, нехватка качественных проектов, а также отсутствие органов власти, ответственных за реализацию данных проектов», - говорит госпожа Пономарева.
Разделить риски
Эксперты полагают, что сокращение бюджета и урезание госрасходов не должно сказаться на реализации проектов по схеме ГЧП.
Роман Черленяк, руководитель практики корпоративного и договорного права Юридической фирмы "ЮСТ" отметил: « Зарубежный опыт показывает, что сокращение государственных расходов вовсе не обязательно должно сопровождаться сворачиванием общественно-значимых проектов. Зачастую их реализация возможна и без прямого бюджетного финансирования. Объекты публичной собственности могут передаваться во временное владение и пользование частным инвесторам, которые, принимая на себя значительную часть расходов по их созданию (модернизации), получают право извлекать доход на этапе последующей эксплуатации. Речь, как правило, не идет о сверхприбыли, но обеспечить возврат инвестиций и стабильный денежный поток вполне возможно».
Ольга Шарыгина, управляющий директор департамента управления активами (Asset Management) NAI Becar с коллегой согласна: «В нынешних условиях секвестирования бюджетов схема государственно-частного партнёрства вполне реальна. В большинстве случаев ГЧП применяется в рамках проектов по строительству транспортной инфраструктуры. Риски реализации таких проектов заключаются в отсутствии чётких законодательных норм, регулирующих переход прав собственности. Таким образом, инвесторы рискуют остаться ни с чем».
Надо сказать, что законодательство в сфере ГЧП в течение последних десяти лет переживало бурное развитие и на сегодняшний день предоставляет участникам широкий набор инструментов. Активно применяются на практике и доказали свою эффективность механизмы долгосрочной аренды, концессии. С другой стороны, есть и совершенно новая конструкция соглашения о государственно-частном партнерстве (на базе федерального закона от 13.07.2015 № 224-ФЗ, который вступит в силу с 1 января 2016 г.). Как отмечает господин Черленяк, важным шагом в этом направлении стало нормативное закрепление частной инициативы – процедуры, допускающей возможность заключения договора с инициатором проекта без конкурса (при отсутствии иных заинтересованных претендентов).
В числе же факторов, препятствующих повсеместному распространению ГЧП, эксперты также отмечают высокий уровень инфляции, недостаток «длинных денег» в экономике и отсутствие сложившейся правоприменительной практики. «Для качественного изменения ситуации необходима долгосрочная государственная политика, ориентированная не только на решение государственных задач, но также на поддержку и защиту интересов частных инвесторов», - резюмирует господин Черленяк.
В идеале ГЧП предполагает не только совместные действия по проекту, но и разделение рисков. Макроэкономические, политические и законодательные риски – государству, технологические, эксплуатационные и финансовые – бизнесу.
Мнение
Андрей Макаров, управляющий партнер БЦ «Сова»:
-Перспективы ГЧП в России, на мой взгляд, спорные. В текущих кризисных условиях я не думаю, что найдутся интересанты, желающие принять участие в проекте ГЧП. Такой вид партнерства задействуется при реализации долгосрочных и стратегически важных для города проектов, например, ключевых автомагистралей. Минусы участия в ГЧП – отсутствие гарантий и долгосрочность проектов. Не каждый инвестор может планировать свое участие в столь долгосрочных проектах, при том, что кризисы у нас случаются каждые три года.
Мнение
Ольга Пономарева, вице-президент ГК Leorsa, инвестор БЦ Eightedges:
-Инструмент ГЧП в большей степени применяется для решения масштабных инфраструктурных задач, в частности, для развития транспортной инфраструктуры – строительства развязок, объездных дорог, аэропортов, мостов и т.д. Из проектов, которые сейчас на слуху – сотрудничество правительства и застройщиков по проекту строительства платной дороги в обход Мурино и Нового Девяткино. На втором месте по использованию ГЧП находятся проекты комплексного развития территорий, в частности, индустриальные парки, агропарки, особые экономические зоны и т.д.
По состоянию на 1 сентября 2014 года в Санкт-Петербурге было введено в эксплуатацию 1 865 771,3 кв. м жилья (944 дома на 31 644 квартиры), сообщает Комитет по строительству города.
Лидером по объемам ввода является Невский район, где построено 14 домов на 5471 квартир общей площадью 267 028 кв. м. На втором месте находится Пушкинский район, где введено в строй 279 домов на 4 506 квартир общей площадью 261 733,7 кв. м. Третье место занимает Приморский район с объемом ввода 257 175,8 кв. м (97 домов на 4 578 квартир).
В августе в Санкт-Петербурге было сдано (в результате законченного строительства и реконструкции жилья) 120 181,7 кв. м (186 домов на 1190 квартир). Первое место в рейтинге районов занимает Василеостровский район. Здесь было введено в строй 3 дома на 448 квартир общей площадью 43 860,7 кв. м. Вторе место занимает Петроградский район, где было сдано 4 дома на 389 квартир площадью 26 738 кв. м. «Бронзу» заслужил Выборгский район, где построено 19 домов на 59 квартир – 11 087,3 кв. м.
Среди объектов общегражданского назначения в августе во Фрунзенском районе была построена поликлиника для взрослых, а в Приморском районе – детский сад. В Василеостровском районе появилось несколько многофункциональных торговых комплексов, а также бизнес-центр на 3111,9 кв. м.
Развитие промышленности региона зашло в тупик: в Петербурге есть профессиональные кадры, но не хватает территории для строительства. В Ленобласти же земли полно, но ощущается дефицит специалистов. Участники рынка уверены, что двум субъектам Федерации надо срочно объединять усилия.
Набор льгот, предоставляемых разными регионами, схож и, как правило, включает льготный налог на землю, имущество, прибыль, службу одного окна, инженерную подготовку территории. Основные различия заключаются в том, как реализованы эти преференции на каждой конкретной территории: насколько легко в регионе получить землю, льготы, как работает поддержка инвесторов и т. п.
Специалисты считают, что развитие промышленности будет в ближайшее время осуществляться за счет индустриальных парков.
Владимир Скигин, председатель совета директоров УК Satellit Development, говорит: «Такое развитие производства предполагает оптимизацию управленческих и эксплуатационных затрат, профессиональный подход к ведению бизнеса. Чаще всего индустриальный парк имеет специализацию, поскольку каждый сегмент производства имеет свои особенности. Часто индустриальные парки ориентированы на средний и малый бизнес, поскольку для крупного производства может быть более целесообразен собственный проект, реализованный в формате built-to-suit».
Регионы, которые рассматривают развитие промышленности как приоритетное, уделяют внимание не только созданию непосредственно индустриальных парков, но и развитию всей инфраструктуры, причем не только инженерной или административной, но во многом уже и социальной. В ряде случаев параллельно с развитием производственных площадок по соседству реализуется жилая функция, формируется социальная инфраструктура. Хотя пока таких примеров немного. Практика строительства жилья для сотрудников завода не очень распространена в современной России. Как правило, такая потребность возникает только спустя 3-5 лет после старта завода и только в том случае, если на рынке труда наблюдается высокая конкуренция за квалифицированный персонал. «В качестве примера одного из таких проектов можно привести поселок Hakkapelita Village, который завод Nokian Tyres построил под Всеволожском через четыре года после запуска самого завода, а также технопарк «Грабцево», поблизости от которого специально строится жилье для сотрудников якорного арендатора, завода «Фольксваген». Но эти примеры относятся к первой волне индустриальных парков», – уточняет Владислав Фадеев, руководитель отдела исследований JLL в Санкт-Петербурге.
Все участники рынка утверждают, что политику по развитию индустриальных парков в Петербурге и Ленинградской области следует вести скоординировано. Земельные ресурсы есть в области, кадровые – в Петербурге. Высокий потенциал города-миллионника может способствовать развитию индустриальных парков. Но многое упирается в земельный вопрос – стоимость земли оказывается чрезмерно высокой для окупаемости проекта. «Кроме того, на сегодняшний день лишь со стороны Администрации Ленинградской области наблюдается реальная заинтересованность в инвесторе, областные власти постепенно выстраивают систему привлечения инвестора, его сопровождения», – констатирует господин Фадеев.
В Петербурге это содействие пока проявляется в меньшей степени. Тем не менее опыт развития индустриальных парков в Петербурге уже есть. Если под индустриальным парком понимать территорию, обеспеченную инженерной инфраструктурой, на которой размещены производственные предприятия, находящиеся под управлением специализированной управляющей компании, то в Петербурге и прилегающих районах Ленинградской области, по данным JLL, в активной стадии находятся 10 индустриальных парков. Еще около восьми проектов заявлены к реализации как индустриальные парки. «Однако реально эти промышленные площадки вряд ли можно пока отнести к индустриальным паркам», – говорит господин Фадеев.
Алена Давыдова, консультанта отдела корпоративных услуг и продаж компании Maris в ассоциации с CBRE, рассуждает: «Самым эффективным, на мой взгляд, для развития промышленности было бы соглашение правительства Ленобласти или правительства Санкт-Петербурга с естественными монополистами о предоставлении в качестве преференций точек доступа к коммуникациям (воде, газу и электричеству) в непосредственной близости к развиваемым территориям. Такая практика существует в Канаде, Америке и Европе, на территории России подобная модель реализована в Калуге. Таким образом, парки будут дешевле и станут более привлекательными для промышленников, которые, в свою очередь, будут строить больше заводов и создавать новые рабочие места, и как следствие, обеспечат гарантированные долгосрочные налоговые поступления».