Рынок, едущий вниз
До кризиса рост рынка недвижимости обеспечивал рынку лифтового оборудования рост по 30% в год, однако сегодня он еще не выбрался из ямы, и конкуренция между производителями все больше усиливается.
Рынок лифтового оборудования сегодня консолидирован в руках всего нескольких производителей. В Петербурге есть только один крупный завод по его производству, принадлежащий американской компании Otis и выпускающий до 4 тыс. единиц в год. По данным НП «СРО «Межрегиональное объединение лифтопроизводителей» (НП «СРО «МОЛП»), он является третьим по величине производством лифтов в России после двух крупных московских игроков – Щербинского лифтостроительного завода (до 12 тыс. единиц в год) и Карачаровского механического завода (до 6 тыс. единиц в год). Остальные лифтовые заводы выпускают не более 1,5 тыс. единиц в год и работают преимущественно по принципу сборочных производств.
Щербинский лифтостроительный завод и Карачаровский механический завод вместе с белорусским производителем «Могилевлифтмаш» (также выпускает до 12 тыс. единиц в год) практически полностью контролируют низкий ценовой сегмент лифтового оборудования. В высоком ценовом сегменте помимо Otis крупную долю занимает финская Kone. По докризисным данным, Щербинский лифтостроительный завод, Карачаровский механический завод и «Могилевлифтмаш» контролируют более 60% российского рынка, а Otis и Kone – примерно по 10%. Однако доля зарубежных производителей имеет тенденцию к увеличению, особенно это касается столичных рынков.
«На сегодняшний день Otis и Kone являются наиболее популярными марками лифтового оборудования, – отмечает Дмитрий Орлов, руководитель отдела снабжения генподрядной компании STEP. – Кроме того, на рынок вышли и другие западные производители лифтов – SUZUKI Elevator, ThyssenKrupp Elevator, Hitachi. Лифты отечественного и белорусского производства – ОАО «Щербинский лифтостроительный завод», РУП завод «Могилевлифтмаш» и другие – при строительстве объектов коммерческой и жилой недвижимости используются реже».
Тем не менее, по данным участников рынка лифтового оборудования, на петербургском рынке ситуация пока в целом аналогична российской: на компании из постсоветского пространства – Щербинский лифтостроительный завод и «Могилевлифтмаш» – приходится более 60%. Основное их преимущество – цена.
«Основное противоречие на рынке лифтов – это фактическое отсутствие у будущих пользователей возможности влиять на выбор оборудования у подрядчика по поставке и монтажу, поскольку решение о выборе оборудования принимает «временный» владелец – застройщик или управляющая компания, – говорит Олег Никандров, президен НП «СРО «МОЛП». – В связи с этим конкуренция по показателю «цена-качество» практически отсутствует, и ее место занимает строго ценовая конкуренция».
По словам участников рынка, пока разница в цене между зарубежными и российскими лифтами составляет около 50%, такая ситуация будет сохраняться. «Дорогие зарубежные лифты сегодня используют преимущественно в сфере коммерческой недвижимости, – рассказывает Александр Шкапцов, генеральный директор ООО «Беллифтэкс». – В сфере жилой пока лидируют производители с постсоветского пространства – они не только дешевле, но и больше приспособлены к российским реалиям. Если в бизнес-центре лучше ставить Otis, то в жилом доме проще поставить белорусский или российский лифт – у него больше шансов выдержать условия эксплуатации, которые нередко нарушаются, например когда пассажирский лифт используется в качестве грузового».
По оценкам концепции вертикального транспорта НП «СРО «МОЛП», российская потребность в лифтах составляет 42 тыс. в год (включает замену в старых домах и установку в новых), то есть больше, чем существующие в России мощности. Однако на деле продажи лифтового оборудования сегодня намного меньше. Если до кризиса рост рынка недвижимости обеспечивал рынку лифтового оборудования рост по 30% в год, то в 2009 году ситуация серьезно ухудшилась, и ряд участников рынка, в том числе российские производители, продемонстрировали убытки и резкое сокращение выручки. «Кроме того, с 2008 года финансирование программ по замене лифтов на муниципальном и региональном уровне практически прекратилось, – продолжает Олег Никандров. – Есть и другие сложности, например к ситуации с заменой лифтов мало приспособлено лизинговое законодательство, что ограничивает возможности покупателей».
Так что ситуацию на рынке лифтового оборудования трудно назвать стабилизировавшейся. По прогнозу специалистов Карачаровского механического завода, к 2011 году рынок лифтов может сократиться более чем на 50% по сравнению с итоговыми показателями 2008 года. Отразится это не только на производителях, но и на компаниях-посредниках, которых на рынке работает несколько десятков.
Стоит ожидать, что все это усилит конкуренцию, и не исключено, что зарубежные производители будут продвигать на рынке относительно дешевые модели, способные конкурировать с российской продукцией в одном ценовом сегменте. Особенно это касается рынка пассажирских лифтов, на которые приходится более 80% продаж.
Эксперты называют сектор эксплуатации лифтов более чем выгодным делом – к примеру, обслуживание одного лифта в зависимости от этажности, размера здания и других показателей сегодня может обходиться в 30-40 тыс. рублей в год. При этом в эту сумму входит только ежегодная обязательная проверка и услуги по извлечению пассажиров. Ремонт оплачивается отдельно. А это значит, что компания, у которой на обслуживании, к примеру, 5 тыс. лифтов, будет получать по 150-200 млн рублей только по базовым контрактам, предусматривающим небольшие издержки.
Поэтому неудивительно, что этот доходный сектор давно привлекает внимание крупных зарубежных производителей. Консолидация рынка по эксплуатации лифтового оборудования началась еще в 1990-е годы. Тогда американская компания Otis приобрела РСУ-1 и благодаря этой сделке быстро стала одним из лидеров рынка.
Второй виток сделал уже финский производитель лифтов – компания Kone, купив в 2007 году сразу две крупные компании: РСУ-5 и РСУ-6, находящиеся до этого в собственности города. Это было более чем выгодное приобретение – на обслуживании у них находилось около 10 тыс. лифтов – это примерно треть всех лифтов в жилых домах Петербурга. Обе компании были рентабельны – например, РСУ-5 за неполный 2007 год только по линии госзаказа получило контрактов на общую сумму 97 млн рублей.
Последней крупной сделкой на рынке эксплуатации лифтового стала продажа ОАО «РСУ № 3» на торгах Фонда имущества в начале 2011 года. Компания была выставлена за 150 млн рублей – это примерно треть от ее годовой выручки. РСУ-3 также входило в тройку лидеров, занимая около 20% рынка Петербурга (обслуживало лифты в Невском, Фрунзенском, Колпинском и Пушкинском районах), и не имело задолженностей. Покупателем стала Otis, предложив цену всего на 6 млн рублей больше стартовой.
Таким образом, сегодня петербургский рынок эксплуатации лифтового оборудования более чем на 60% контролируется зарубежными компаниями, давая им немало дополнительных возможностей для сбыта. По данным Управления Ростехнадзора по Северо-Западному региону, из всех лифтов Петербурга и Ленинградской области более 30% с истекшим сроком годности, то есть подлежат замене. Например, за истекший год в Петербурге должны были заменить более тысячи лифтов, из которых около 500 должно было быть поставлено фирмой Otis.
«Существующая ситуация, когда зарубежные компании стремятся монополизировать рынок эксплуатации лифтового оборудования, в конечном итоге приведет к тому, что они будут диктовать цены, – считает Александр Шкапцов, генеральный директор ООО «Беллифтэкс». – Но пока на рынке еще остаются независимые игроки, которые пока продаваться не собираются, и у потребителя есть выбор».
В то же время многие потребители говорят, что выбора уже нет, так как даже Kone и Otis, поделив город по районам, по сути, не конкурируют даже между собой.
«Мы хотели поменять компанию, которая занималась обслуживанием лифтов, – рассказывает представитель управляющей компании одного из бизнес-центров в центре Петербурга. – Но оказалось, что альтернатив нет, лицензированных компаний очень мало, и никто кроме нашей в центре города не работал. При этом мы помимо платы за техобслуживание должны были по правилам держать в штате лифтера и были вынуждены нанимать представителя той же компании. И это при том, что у нас в здании было всего два лифта».
Автор: Маргарита Арановская
Анализ ситуации на первичном и вторичном рынках жилья в 2004 году показал, что прогнозам о затоваривании рынка и банкротстве отдельных застройщиков не суждено сбыться.
Строители благополучно пережили спад спроса, продолжавшийся вплоть до октября-ноября и временное падение цен. Оказалось, что они способны адекватно реагировать на колебания рынка и стимулировать спрос за счет предоставления различных скидок и рассрочек, т.е. за счет снижения своей нормы прибыли.
Для лучшего понимания событий, происходивших в 2004 году, нужно вернуться в осень 2003 года. На тот момент и первичный, и вторичный рынок находились в стадии устойчивого роста, выражавшегося в растущем количестве сделок и увеличении цен на 1,5-2,5% в месяц вследствие безусловного преобладания спроса над предложением. Рост цен на первичном и вторичном рынках происходил практически параллельно, разница в цене квадратного метра между ними сохранялась достаточно стабильной.
В начале осени участникам рынка стало известно о грядущем изменении условий предоставления земельных участков под строительство. Для жилья был обозначен минимальный размер отчислений $80 за кв. метр с площади объекта и объявлено о грядущей отмене целевого выделения участков с переходом ко всеобщим торгам.
Это дало толчок всем последовавшим событиям на разбалансированном рынке. Застройщики сразу заложили грядущие расходы в цену продаваемых квартир, последовал достаточно резкий скачок цен на рынке. Но никакого снижения спроса он не вызвал (напомним, спрос на тот момент существенно превышал предложение, особенно по ликвидным типам жилья). Воодушевленные таким развитием событий застройщики, руководствуясь конкурентным методом ценообразования, начали взвинчивать цены. Покупатели почувствовали тенденцию, и в надежде минимизировать свои потери от роста цен ринулись «догонять уходящий поезд» и скупать жилье, раскручивая маховик ажиотажа. Вступил в действие хорошо известный в экономике эффект ожидаемой динамики цен. К концу 2003 года рост цен принял самовоспроизводящийся характер.
С этого момента в рыночном ценообразовании определяющую роль начал играть первичный рынок. На вторичном рынке все тенденции повторялись с задержкой два-три месяца.
По итогам 2003 года увеличение цен достигло беспрецедентной величины 43-44% как на первичном, так и на вторичном рынках. Ввод жилья также показал рекордный прирост в 45 %. В этих условиях рынок вступил в новый, 2004 год.
Год начался продолжением ценовой гонкой, временами достигавшей 1,5-2% удорожания в неделю. В феврале появились первые признаки перелома ситуации: начало падать количество первичных обращений покупателей. По ряду объектов, заметно опередивших среднерыночные цены, застройщики столкнулись со снижением продаж. В марте снижение спроса стало очевидным фактом, рост цен по значительной доле строящихся объектов прекратился.
Поскольку за время активного роста цен образовалась значительная разница между сопоставимыми по характеристикам объектами, в марте-апреле «аутсайдеры» подтягивались к лидерам, обеспечивая увеличение среднерыночной цены. К маю рост окончательно прекратился, по некоторым объектам имел место незначительный «откат». К этому времени частные инвесторы, вложившие деньги в строящиеся объекты, осознав остановку цен, начали фиксировать прибыль: в листингах появилось большое количество «переуступочных» квартир. Несмотря на распространенные «апокалиптические» прогнозы относительно огромной доли инвесторов, способных разом обрушить рынок недвижимости, никакого заметного влияния ни на спрос, ни на цены они не оказали. Спрос продолжал сокращаться и достиг нижней точки падения в мае. С началом лета спрос несколько активизировался и до осени сохранялся на устойчиво невысоком уровне.
На вторичном рынке последствия восьмимесячного ажиотажа сказались несколько позднее. Так как первичный рынок рос в цене опережающими темпами, образовался отток части спроса на вторичный рынок. Апрель на «вторичке» был еще достаточно активным месяцем, но в мае снижение спроса коснулось и ее. С этого момента цены заключенных сделок перестали увеличиваться, хотя листинги демонстрировали «бодрый» рост еще до августа.
Лето вторичный рынок встретил заметным падением количества сделок, которое вышло за рамки обычных сезонных колебаний. Тем не менее, резкого обвала не было: количество регистраций в ГБР сократилось на 10-20% по сравнению с 2003 годом и было сопоставимо с показателями 2001 года. За период активного увеличения цен вторичный рынок оказался в значительной степени разбалансированным. Стремительное подорожание сделало невозможными сколько-нибудь длинные обменные цепочки – основу стабильного функционирования вторичного рынка. Клиенты «рвали» цепочки и в структуре сделок начали преобладать прямые продажи. Кроме того, активно менялись соотношения между разными типами жилья. Например, лидирование в росте цен однокомнатных квартир сделало исключительно невыгодными операции по разъезду из больших квартир. При этом цена на многие типы жилья перестала соответствовать их объективному качеству.
Таким образом, к весне платежеспособный спрос на рынке жилой недвижимости оказался в значительной степени исчерпанным. Сказалось как резкое повышение уровня цен, так и высочайшая активность покупателей осенью-зимой. Лето на рынке жилья прошло в процессе установления рыночного равновесия. На первичном рынке цены незначительно колебались, на вторичном цены предложения продолжали по инерции расти, уходя в отрыв от цен реальных сделок.
Рынок начал «поворачиваться лицом» к покупателю. Застройщики устанавливали скидки, пересматривали условия рассрочки, проявляли готовность к компромиссу по отдельным вопросам. Продавцы «вторички» осознали уместность торга. Многие покупатели заняли выжидательную позицию, формируя отложенный спрос.
Между тем, на первичном рынке с середины года началось резкое увеличение объема предложения. Застройщики начали выводить на рынок объекты на «пятнах», которые ИТК «стахановскими темпами» выдавала в последние месяцы своего существования. Дефицит участков под застройку давно стал общим местом всех дискуссий о первичном рынке и занял уверенное место в умах всех субъектов рынка. Уверенность эта и сыграла в конце концов злую шутку – похоже, что задачу прогнозировать рост объемов строительства, влияние его на конъюнктуру рынка и соответствие платежеспособному спросу ни застройщики, ни правительство города перед собой не ставили. В итоге случилось так, что рост предложения совпал со снижением спроса и поставил рынок перед угрозой перепроизводства, осложнив и без того непростое положение застройщиков.
Летом стало заметным значительное увеличение в листингах предложений от поставщиков, субподрядчиков, инвесторов. Растущая доля таких участников рынка явилась четким индикатором нехватки у ряда застройщиков оборотных средств и возврата к «зачетной» практике трех-четырехлетней давности, когда даже ведущие застройщики расплачивались с контрагентами квартирами.
Осенью спрос на первичном рынке активизировался. Увеличилось как количество первичных обращений, так и количество сделок. Активность спроса восстановилась на уровне марта-апреля. Воодушевленные этим фактом, операторы рынка начали поднимать цены. Но к этому моменту эластичность спроса по цене резко увеличилась по сравнению с 2002-2003 годами. В условиях равновесного рынка рост цен вызвал немедленное падение спроса – в октябре он снизился почти до майского уровня. Впрочем, снижение было недолгим – в ноябре и декабре спрос восстановился, цены практически не росли, застройщики активно проводили мероприятия по стимулированию продаж.
На вторичном рынке в начале осени спрос продолжил падать и в сентябре достиг минимума. Как результат в октябре в ГБР было принято на регистрацию на 25% меньше договоров, чем в 2003 году. Так низко спрос не опускался с 2000 года. Снижение спроса отразилось, наконец, и на ценах предложения: с сентября по многим типам объектов они начали падать. При этом ценовая динамика была крайне неоднородной: разные типы объектов вели себя по-разному. Риэлтеры однозначно констатировали огромное давление, которое оказывала на рынок «первичка». Многие типы квартир на вторичном рынке оказались неконкурентоспособны по отношению к строящемуся жилью, как по качеству, так и по цене.
В этот период и на первичном, и на вторичном рынках активно шел процесс ценовой дифференциации объектов в зависимости от их местоположения, качества и других объективных характеристик. Вкратце его можно описать выражением «дорогое – дорожает, дешевое – дешевеет». Прежде всего потеряли в стоимости переоцененные квартиры невысокого качества: однокомнатные «хрущевки» и «старая панель», квартиры в окраинных и депрессивных зонах. Именно эти типы жилья в силу относительно невысокой стоимости были лидерами по темпам роста в конце 2003 – начале 2004 года. Между тем, качественные двух-трехкомнатные квартиры либо не дешевели, либо плавно увеличивались в цене. На первичном рынке новые объекты с отдаленными сроками сдачи выводились на рынок по ценам заметно ниже среднерыночных (в период ажиотажного спроса цена объекта практически не зависела от срока ввода). При этом даже невооруженным глазом был заметен рост цен в сегменте элитного жилья.
Как результат этой «переоценки ценностей» с октября-ноября на вторичном рынке наметилась активизация. Предсказуемая ценовая ситуация благоприятно сказалась на настроениях покупателей и продавцов, создала предпосылку для возобновления различного рода обменных операций. В ноябре и декабре количество регистраций в ГБР практически не отличалось от показателей 2002-2003 годов. Увеличение спроса остановило снижение среднерыночной цены, со второй половины декабря этот показатель менялся незначительно.
Январь на рынке прошел настолько активно, насколько это вообще возможно после двухнедельных праздников. Количество сделок было на приемлемом уровне, количество первичных обращений по строящемуся жилью несколько превысило декабрьский уровень.
По материалам корпорации «Петербургская Недвижимость»
Справка
Как и в предыдущие годы, в 2004 году рынок оставался фрагментированным. Ни одна из компаний не заняла более 9% рынка (по объему ввода жилья). Доля первой десятки застройщиков не превышает 40%.
Безусловным лидером по объему ввода в течение многих лет подряд остается Приморский район. Второе место занимает Выборгский, третье – Невский. Доля однокомнатных квартир в структуре ввода близка к 40%, что начинает соответствовать структуре спроса на жилье. В структуре предложения в 2004 году продолжала увеличиваться доля монолитных домов, которая к концу года достигла 2/3 объема строительства. Заметно сократилась доля реконструируемых объектов и малоэтажного строительства. Также существенную долю рынка потеряли кирпичные объекты. Они оказались окончательно вытесненными в сегмент комфорт-класса. Доля панельных домов также сократилась, но менее значительно.
Изменение тенденций рынка заставило многих инвесторов отказаться от вложений в жилую недвижимость. Между тем, некоторые сегменты рынка продолжают приносить прибыль.
История стагнации
Несмотря на то, что снижение цен на недвижимость (впервые за 4 года) началось только в октябре, признаки намечающейся стагнации были заметны еще летом 2004 года. В июле специалисты ГБР впервые зафиксировали меньшее количество регистраций сделок, чем в тот же месяц 2002-2003 годов. Рост цен замедлился, хотя динамика оставалась положительной.
Будет ли рост в 2005 году?
Сейчас специалисты расходятся в оценке перспектив рынка. Многие эксперты предрекают продолжение снижения цен на вторичном рынке до весны и даже на 2-3 года. Некоторые даже предполагают ускорение снижения цен до 1%-2% в месяц.
Куда вложить деньги?
Стагнация рынка недвижимости заставила инвесторов отказаться от вложения средств в недвижимость. Особенно пострадал от ухода инвесторов первичный рынок.
С середины 2003 до весны 2004 года доход от вложений в первичный рынок было очень велик. За упомянутый период цены на недвижимость выросли на 40%, а если прибавить к этому еще 10-12% повышения стоимости квартиры после сдачи дома и регистрации, то общий доход составлял до 55% (а в некоторых случаях и все 100%). Инвесторы, вложившиеся в недвижимость в 2004 году, получили разные результаты. В зависимости от времени, когда они вложились в недвижимость и в какую. Если летом, то к концу года он однозначно оказался в минусе (если только он не вложился в элитный сегмент). Если вложение было сделано в начале года, то инвестор сейчас будет в плюсе, но все же в меньшем, чем, если бы он избавился от своей квартиры летом. В любом случае небольшой плюс принесла инвестору элитная недвижимость – цены на нее не упали, а даже немного выросли.