Жилье в минусе
Глава администрации Кировского района Сергей Иванов рассказал о реализации программ реновации в районе и о потенциале Канонерского острова.
– Каковы темпы жилищного строительства в районе?
– В последние годы темпы строительства жилья в районе снижаются в связи с отсутствием территорий, пригодных для застройки. Сейчас в районе продолжается строительство двух жилых домов, которое было начато еще в 1990-х годах. Это объект на пересечении пр. Маршала Жукова и ул. Солдата Корзуна (корп. 1-8 в квартале 4Б), планируемый срок ввода – 2015 год. Единственным до конца не решенным вопросом остается срок строительства детского сада, который по инвестусловиям должен быть построен на соседнем участке. Наша позиция совпадает с позицией Комитета по строительству – на момент ввода жилья детский сад должен быть возведен. Жилье строится и на Двинской ул., 8. Дом строится на месте снесенного аварийного общежития.
Кроме того, в текущем году в районе планируются к сдаче еще четыре жилых дома общей жилой площадью 57,5 тыс. кв. м. Более 10,8 тыс. кв. м будет введено в квартале 2А Ульянки (8-й и 9-й корпуса), 17,6 тыс. кв. м – это дом на Дачном пр., 21. Начато строительство жилых домов на Севастопольской ул. и на пр. Народного Ополчения.
Напомню, что в соответствии с концепцией Генплана Санкт-Петербурга градостроительная политика направлена в первую очередь на реконструкцию и обновление неэффективно застроенных территорий. Поэтому главная роль в строительстве жилья в Кировском районе в ближайшие годы будет определяться развитием застроенных территорий.
– При этом часть территорий в районе, отданных под проекты реновации, в Смольном относят к разряду проблемных, в том числе из-за отсутствия стартового пятна. Будут ли предложены инвестору альтернативы?
– Действительно, процесс реновации идет с переменным успехом. Так, например, в рамках проекта реновации кварталов 2А и 2Г района Ульянка, где инвестором выступает ООО «Воин-В», завершено строительство ЖК «Бенуа» на ул. Лени Голикова, 15, корп 5. В этом проекте инвестор передал в госсобственность 20 квартир общей площадью 1094,2 кв. м для предоставления по договорам социального найма и пять квартир общей площадью 250,9 кв. м для переселения собственников.
В настоящее время застройщиком ведется строительство двух домов на ул. Лени Голикова, в которых планируется к передаче большая часть квартир для расселения двух домов по ул. Лени Голикова – дом № 23, корп. 4, и дом № 23, корп. 5. Вместе с тем строительство жилых домов на пр. Стачек, участок 249.1 (у дома № 220, корп. 3) и на ул. Лени Голикова, уч. 145 (у дома № 15, корп. 3) приостановлено по решению суда.
Отмечу, что второй инвестор – ООО «СПб Реновация» – так и не приступил к реализации программы реновации в кварталах 5 района Дачное, 6 района Ульянка, 7, 8, 9 района Автово. На территории Нарвской заставы ООО «СПб Реновация» сейчас ведет работу по организации сноса расселенного аварийного дома по ул. Зои Космодемьянской, 6, корп. 2. Участок под данным домом входит в число участков первой очереди реализации программы. Кроме того, в данный момент мы завершаем расселение жилых домов по адресам: Турбинная ул., 9, и Оборонная ул., 15. Дом № 11 по Турбинной ул. планируется расселить до конца 2016 года.
После окончания расселения инвестор приступит к формированию земельного участка для начала строительства в квартале. Дело в том, что на территории Нарвской заставы свободные земельные участки есть. И на совещании районной комиссии по развитию застроенных территорий еще в ноябре 2014 года инвестору было выдано предписание в 2015 году начать работы по проектированию жилых домов. Но ООО «СПб Реновация» эти работы так и не начало.
– В июне градозащитники проиграли суд «Воину-В». Можно ли сказать, что теперь борьба за Ульянку закончена?
– Борьбу с инвестором ведет группа лиц, проживающая в домах, не подлежащих сносу и расположенных на территории квартала 2А района Ульянка. Этой группой действительно инициирован ряд судебных процессов, направленных против реализации программы развития данной территории, то есть против строительства жилья и расселения жителей, проживающих в «хрущевках». Часть процессов разрешилась в пользу города, в чем-то выиграли градозащитники. Но хочу подчеркнуть, что реализация данной программы продолжается.
– Дело осложнялось и ситуацией с земельными участками под «инженерию», которые вдруг оказались в границах ЗНОП.
– В соответствии с существующим регламентом в мае 2015 года состоялись заседания районной и городской рабочей группы по подготовке предложений по корректировке перечня территорий зеленых насаждений общего пользования и внесению изменений в закон о ЗНОП. Большинством голосов было принято решение о необходимости исключения из границ ЗНОП № 5207, то есть сквера северо-восточнее дома № 220, корп. 3, по пр. Стачек, существующих проездов и территории, необходимой для прокладки инженерных сетей. Окончательное решение остается за Законодательным собранием.
– Как обстоит дело с земельными пятнами под застройку? Есть ли резерв для нового строительства?
– Кировский район имеет исторически сложившуюся плотную застройку, а все свободные территории мы стараемся резервировать под строительство социальных объектов. Например, с торгов уйдет объект незавершенного строительства на ул. Васи Алексеева у станции метро «Кировский завод». Здесь предполагается строительство спортивного комплекса. Кроме того, для реализации перспективных инвестпроектов мы предложили Комитету по инвестициям ряд участков.
Это депрессивная территория у железнодорожной станции Броневая. Площадка в 90 га требует развития с учетом проектирования станции метрополитена «Броневая». Инвестиционно привлекательной может быть припортовая зона в 20 га от пр. Маршала Жукова до территории порта. Она может быть отдана для развития инфраструктуры Морского порта. Под эти же цели может быть задействована территория бывшего золоотвала ТЭЦ-14 «Первомайская» площадью примерно 55 га.
– В прошлом месяце во время второго чтения поправок в Генплан депутаты отказались от создания на Канонерском острове парка. Как, на ваш взгляд, оптимально использовать эту территорию?
– Канонерский остров подходит, например, для инвестиционных проектов, формирующих витрину города с воды, например для создания туристической зоны со строительством на острове гостиниц для людей, прибывающих морем. Однако здесь стоит учитывать, что сегодня единственная дорога, ведущая на остров, проходит через туннель. Поэтому развитие территории возможно только при условии развития транспортной инфраструктуры острова.
Не стоит забывать, что согласно Стратегии-2030 Канонерский остров входит в юго-западную экономическую зону, основным направлением деятельности в которой является развитие судостроения и промышленного пояса, развитие территории Большого морского порта, реконструкция жилого фонда первых массовых серий, развитие инфраструктуры и общественно-деловых функций в новых районах застройки.
Руководитель Группы экологии рядовой архитектуры (ЭРА) Алексей Ярэма в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал о технологии борьбы за исторические здания в Петербурге и о том, почему считает диалог с бизнесом бессмысленным.
– Главные оппоненты градозащитников – бизнес и власть. Изменились ли за последнее время отношения между сторонами?
– По существу, мы не общаемся с бизнесом. Попросту нет предмета для разговора, так как у нас противоположные, взаимоисключающие цели. Девелоперы стремятся к извлечению максимальной сверхприбыли за минимальную единицу времени. Закономерное следствие – градостроительный вандализм и уничтожение города. Пик сносов пришелся на 2006-2008 годы. Тогда было решено снести целый квартал. Именно тогда началось возрождение градозащитного движения в городе. Потом был спад. Теперь опять рост. В 2013 и 2012 годах мы потеряли по 20 домов. Предмета для дискуссии между градозащитниками и бизнесом нет. Каждый занимает свою нишу.
– Но попытки же были.
– Некоторые крупнейшие петербургские корпорации, связанные со сносом, пытались с нами договориться. Было даже несколько встреч. Но результата не последовало. Были обозначены позиции. Мы, со своей стороны, ни на какие компромиссы не согласны. У нас есть свои объективные критерии оценки культурного наследия, и мы от них не отойдем. Почвы для дальнейших бесед нет.
– С властью отношения складываются аналогичным образом?
– С исполнительной властью мы принципиально не общаемся по тем же причинам, что и с бизнесом. Прокуратуру пытаемся регулярно инициировать к действию. В законодательной власти у нас есть пара опорных депутатов, с которыми мы работаем в нормальном режиме.
– Само градозащитное сообщество претерпело какие-то изменения за последние годы?
– Никакого единого градозащитного сообщества в городе нет. Есть различные организации, которые, по большому счету, делятся на две коалиции: либеральную и радикальную градозащиту.
– Необходимость объединяться есть?
– Я предпочитаю отталкиваться от реальности. Что-то было бы лучше, что‑то – хуже. Точно было бы меньше возможностей маневра в тактике защиты объектов. До 2010 года у нас было единое градозащитное сообщество, но ни к чему хорошему это не привело. В результате появились люди, которые четко ориентированы на продвижение во власть. Но, на мой взгляд, градозащитники в Смольном – абсолютное противоречие.
– Разве так не легче отстаивать свою точку зрения?
– Это можно делать в прессе, организацией демонстраций и митингов, прямым действием, подачей петиций. Я убежден, что совершенно бессмысленно говорить, если точно знаешь, что конкретно ответит другая сторона.
– Тогда к чему это все? Если результат предрешен.
– Даже в таких тяжелых условиях, как нынешние, нам иногда что-то удается сделать. Хотя в основном это те случаи, которые можно обозначить как последствия интриг во власти, столкновений интересов определенных коммерсантов и определенных чиновников. Или резонанс оказался слишком сильным и перешел все границы.
– То есть градозащитное сообщество анализирует общий фон и пытается использовать возникающие ситуации в своих целях?
– Совершенно верно. Информационно-аналитическая служба – наше важнейшее подразделение.
– Информационная война?
– Не только. Мы ведем борьбу на разных фронтах. У нас огромный объем канцелярской переписки. Организуем акции прямого действия. Мы стараемся использовать все рычаги давления, которые возможны.
– Вам какой больше метод по душе?
– Все зависит от ситуации. Но, если честно, мне лично импонируют радикальные акции прямого воздействия.
- Вы революционер?
– Наверное, да. Но, возможно, при других обстоятельствах моего революционного пыла могло быть и меньше. Стоит признать, что практика показывает, что радикальные действия, как правило, имеют большую эффективность, нежели канцелярская переписка. Остановили же мы снос дома Зыкова на Фонтанке, 145. Три месяца мы удерживали Варшавский пакгауз. Конечно, в итоге сложилось печально. Мы не спасли этот пакгауз, но пять других зданий на охрану поставили. Сейчас идет снос на Дегтярном, 26. Переписка по этому объекту велась на протяжении нескольких лет. Впервые дело к нам попало в 2007 году. Но к 2014 году все средства были исчерпаны. Оставалось только блокировать.
– Принципиально ситуацию что-то может изменить?
– Стратегически, на мой личный взгляд, стоит делать то, что делалось в феврале в Киеве. Без радикальных политических изменений переломить вектор будет невозможно.Сейчас мы работаем как полиция Чикаго в 1930-е годы, применяя тактику комариных укусов. Хватаем отдельные здания и пытаемся их спасти.
В идеале мы должны иметь на каждом объекте второй пакгауз Варшавского вокзала. Это могло бы переломить нарастающую динамику сносов и прекратить разрушение в таких масштабах.
– Разработкой документов и законов делу не поможешь?
– Сейчас в закон о зонах охраны должны были быть внесены изменения, касающиеся таких формулировок, как «за исключением случаев необратимой аварийности». Я видел документ, который в итоге получился. На мой взгляд, стало только хуже.
– Периодически звучат заявления о проплаченности градозащитных акций.
– Я бы соврал, если бы стал это полностью отрицать. В некоторых случаях это правда. Но ЭРА финансируется только за счет членов. Мы живем за свой счет. И с нами договориться таким образом точно не удастся.
– Какие у организации планы на 2014 год?
– Кроме тех сносов, которые ведутся сейчас на Карповке, 27-29, мы ожидаем похожую ситуацию на Сытнинской. Но в основном мы реагируем на то, что происходит.
– Вы группа быстрого реагирования?
– Конечно. И если где-то что-то будет происходить, будем принимать оперативные меры.
– Вы чувствуете поддержку горожан?
– Как правило, горожане заняты своими делами. Их интересы в основном не распространяются на объекты, которые от них далеки. Исключения – редчайший случай. Но с возникающими на отдельных объектах инициативными группами мы работаем.
– Какими силами ведется постоянная деятельность?
– Сейчас нас шесть человек. Группа всегда была небольшой. Даже ее пиковая численность не превышала девять человек. Собственно говоря, для наших целей больше и не надо. Создавать армию нам ни к чему.
– Вы лично не устали от всего происходящего?
– В какой-то степени да. Но кто-то же должен это делать.