Кирилл Симбирцев: «Рынок алмазного демонтажа должен меняться»
О ключевых особенностях алмазного демонтажа, актуальности технологии для отрасли и перспективах дальнейшего развития рассказал генеральный директор компании «ДаймондТек Констракшн» и глава профильного комитета Национальной Ассоциации Демонтажных Организаций (Ассоциация НАДО) Кирилл Симбирцев.
— Кирилл, ваша компания работает в сегменте алмазного демонтажа уже больше 15 лет. В чем секрет ее долголетия и почему вы не расширяете профиль?
— Нам просто нравится, чем мы занимаемся! Наверное, в этом и есть главный секрет. Узкая специализация «ДаймондТек» позволяет быть лучшими в своем деле. С 2009 года мы верны алмазным технологиям в демонтаже. Начинали с малого: пробурить отверстие под коммуникации, вырезать проем в «хрущевке». Сегодня мы — алмазный подрядчик номер один для сложных объектов по всей России. Не просто так сами себя называем демонтажным спецназом. Нас вызывают, когда нужно не только что-то разрушить, а сохранить все вокруг. Когда работа идет на действующем производстве, гидротехнических сооружениях или в исторических зданиях. Мы работаем быстро, ювелирно и там, где другие бессильны.
— Такая специфика обычно подразумевает закрытость. Можете рассказать о знаковых проектах?
— Заказчики и правда не всегда горят желанием светиться, особенно если мы приехали исправлять брак или работаем на режимных объектах — там съемка под запретом. Но когда есть возможность, мы всегда делимся успехами в соцсетях. Из громкого и публичного: мы участвовали в демонтаже монорельса на ВДНХ, проводили сложнейшие работы по реконструкции Карамышевского гидроузла в Москве. Недавно наши ребята вернулись из Благовещенска, сейчас работают в Уфе и Нижнем Новгороде. Каждый день где-то идет резка, но в кадр попадает только вершина айсберга.
— Если заглянуть в будущее: какие планы у компании на ближайший год?
— Планируем рост объема работ минимум вдвое. Но рост ради цифр — не наш метод. Мы хотим закрепить позиции и продолжать заниматься любимым делом: делать алмазный демонтаж еще быстрее, точнее и эффективнее.
— С этого года вы возглавляете профильный комитет в Ассоциации НАДО. Чем сегодня живет сообщество алмазных демонтажников?
— Представьте: вы управляете оборудованием за миллионы рублей, режете бетон на ГЭС или центре города, где ошибка грозит катастрофой. А по документам вы — никто. У сварщика есть профессия, у каменщика есть, а у оператора алмазной резки — нет. Нонсенс? Но так живет вся отрасль долгие годы. Мы в НАДО эту несправедливость сломали. Главное наше достижение на сегодня — мы на финише в утверждении профстандарта «оператор алмазной резки и бурения». Это не просто бумажка. Это признание всех настоящих бриллиантов отрасли, посвятивших свою жизнь алмазному демонтажу.
Рынку нужны стандарты. Оператор не может сегодня управлять стенорезной системой, завтра долбить отбойником, а послезавтра варить металл или копать яму. Если он так делает — это уже не специалист, а разнорабочий, а компания — не профессиональный алмазный подрядчик, а общестроительная организация. Мы хотим, чтобы в отрасль приходили молодые ребята и понимали: это высокотехнологичная работа, а не шабашка.
Мы усилили комитет Алмазных Демонтажных Организаций (КАДО) — это структура, дополняющая деятельность Ассоциации, но ее фокус — на специализированных алмазных подрядчиках. Принадлежность к КАДО в будущем будет означать, что подрядчик квалифицированный и соответствует стандартам качества и безопасности. Алмаз — это всегда что-то маленькое и дорогое, и мы никогда не сможем конкурировать с механизированным сносом. Наша задача — показать заказчикам, что там, где алмазные технологии выгоднее, безопаснее и быстрее других методов демонтажа, он не разочаруется, сделав выбор в пользу подрядчиков КАДО. Но для этого сам рынок алмазного демонтажа должен меняться, методы — совершенствоваться, эффективность — расти.
— А в целом есть ли будущее у алмазных технологий в строительстве?
— Говорят, что масса бетона на планете уже больше, чем вся биомасса. Так что работы нам хватит.
Города уплотняются, тренд на урбанизацию требует «тихого» сноса. Как демонтировать здание в центре мегаполиса, чтобы соседний дом не пошёл трещинами, а жители не задохнулись от пыли? Только алмазная резка. Это экологично, безопасно и быстро.
В прошлом году мы совместно с компанией «Эверест» (тоже участник Ассоциации НАДО) резали недостроенную часть жилого дома в Новосибирске. Проект получил международное признание — это яркий пример демонтажа будущего.
Атомная промышленность, реконструкция инфраструктуры, замена оборудования на заводах — там зачастую вообще нет альтернативы алмазным технологиям. Алмазный подрядчик — это спецназ, который приходит со своей суперсилой. Мы всегда строили «ДаймондТек» по этому принципу, и теперь эти же принципы лягут в основу работы КАДО. Наша миссия — делать отрасль цивилизованной, технологичной и уважаемой.
2024 год стал по-настоящему насыщенным и продуктивным для строительной сферы Ленинградской области. Высокие объемы ввода жилья, активное строительство социальных объектов, завершение борьбы с проблемными долгостроями — вот только несколько ключевых достижений. О том, как удается удерживать лидерские позиции в стране, привлекать застройщиков из других регионов и решать самые болезненные вопросы отрасли, в интервью рассказал Евгений Барановский, заместитель председателя правительства Ленинградской области по строительству и ЖКХ.
— Ленобласть традиционно перевыполнила годовой план по вводу жилья. Помнится, собирались вводить меньше 4 млн кв. м. В чем причина больших объемов ввода?
— В 2024 году мы вышли на впечатляющие показатели — более 4 млн кв. м жилья, из которых почти две трети находятся в частном секторе, — это результат как высокого спроса, так и грамотной организационной работы с застройщиками. Регион стал привлекательным благодаря выгодному расположению, экономическим возможностям и поддержке строительного сектора. Но основной акцент в 2025 году мы сделаем на развитие инфраструктуры и сокращение дефицита социальных объектов, сосредоточив усилия на улучшении качества жизни наших жителей. Это поможет сохранить общие объемы строительства и поддержит наши региональные предприятия. Тем более что с решением проблемы обманутых дольщиков у нас появилась качественная возможность направить больше сил и ресурсов на важные инфраструктурные проекты.
— Сколько соцобъектов введено в эксплуатацию в 2024 году? Каков был объем финансирования? Какие объекты считаете наиболее значимыми?
— В 2024 году мы ввели 24 социальных объекта, из которых 16 выполнены по адресной инвестиционной программе Комитета по строительству. Среди ключевых объектов — две крупные поликлиники в Новоселье и Мурине, культурно-досуговый центр в Новом Девяткине и ледовый каток в Всеволожске. Эти проекты особенно ценны, так как напрямую влияют на уровень комфорта и доступность служб здравоохранения, образования и спорта.
В планах на 2025 год — ввести в строй поликлиники, спорткомплексы, культурные центры, школы, детские сады и даже бизнес-инкубатор. Это именно та инфраструктура, которая нужна жителям Ленинградской области. Поручил держать эти работы под особым контролем, чтобы не снижать темп. Стоит задача спроектировать и построить 27 новых объектов: новый корпус музея «Прорыв», стадион в Луге, культурные центры в поселке Тельмана и Токсове, поликлинику в Буграх, а также реконструировать семь исторических зданий в центре Гатчины.
— Правительство Ленинградской области готовится к последнему этапу программы расселения аварийного жилья. Какие задачи предстоит решить к 1 сентября 2025 года?
— С осени 2021 для расселения аварийного жилья мы построили и ввели в эксплуатацию 28 многоквартирных домов. Это сложные проекты, которые находятся преимущественно далеко от Петербурга. К 1 сентября предстоит ввести еще девять многоквартирных домов в Луге, Вознесенье, Большой Пустомерже, Рощине и Винницах.
Последний год проведем продуктивно: обеспечим новым жильем около четырех тысяч граждан, построим девять многоквартирных домов и составим четкий план реализации следующей программы расселения, чтобы минимизировать время на проектирование новых объектов.
Жесткие сроки научили нашего регионального оператора строить качественно и быстро, сократив технологический процесс с двадцати до десяти и даже до пяти месяцев. Это позволило менее чем за три года обеспечить новым комфортным жильем свыше 12,5 тысячи человек.
— Несколько лет назад Ленобласть была одним из лидеров по количеству проблемных объектов. По итогам года из реестра исключены все 423 областных долгостроя. Как удалось этого добиться?
— Можно сказать, что это наша стратегическая победа — достижение, которым мы действительно гордимся. Мы восстановили права более 40 тысяч обманутых дольщиков и исключили 423 объекта из списка проблемных. Это стало возможным благодаря ежедневному контролю и высокой вовлеченности губернатора Ленинградской области Александра Дрозденко, поддержке Фонда развития территорий, Министерства строительства и наших инвесторов.
На этом не останавливаемся. Впереди еще много работы по поддержке пострадавших, будем выполнять гарантийные обязательства и активно сотрудничать с правоохранительными органами, чтобы заранее выявлять объекты, которые могут стать проблемными. Такая работа требует особого внимания и усилий, и мы готовы к этому.
— Есть ли опасность появления новых долгостроев — рынок пугают банкротствами застройщиков?
— С 2022 года Ленинградской области удается не допускать появления новых долгостроев. Сегодня практически все проекты жилищного строительства реализуются с помощью механизма эскроу. Помимо этого, усилен контроль со стороны Госстройнадзора и правоохранительных органов, организована работа с гражданами, информирование и разъяснение.
Конечно, риски полностью исключить нельзя, но рынок Ленинградской области сегодня стабилен. Мы усилили контроль и мониторинг финансовой устойчивости застройщиков, что помогает вовремя предвосхитить сложности.
— В 2024 году на территории Ленобласти девелоперы приобрели под застройку 709 га. В область пришли новые компании из других регионов. На ваш взгляд, региональные структуры пытаются «зацепиться», чтобы войти на петербургский рынок, или их интересует именно Ленобласть? Тогда чем она привлекает новых игроков?
— Прозрачные и одинаковые условия абсолютно ко всем застройщикам притягивают новые инвестиции и расширяют географию партнерских отношений. Ленобласть привлекает новых игроков не только из-за близости к Петербургу, но и за счет экономических перспектив, развитой инфраструктуры и высоких темпов роста.
За прошлый и уже в нынешнем году к нам пришли работать инвесторы из семи регионов России. Люди активно едут в Ленинградскую область, чтобы строить. Это качественный показатель серьезной привлекательности нашего региона.
— С 1 января 2026 года минимальная площадь квартир в новостройках Ленобласти должна быть не менее 28 кв. м. Что подвигло регион на такие требования?
— Решение основано на стремлении обеспечить население более комфортными условиями проживания. Однако наш стройкомплекс выступил с просьбой дать отсрочку. С учетом динамики продаж квартир и новых решений по льготному кредитованию такая норма позволит застройщикам адаптироваться без резких изменений. Губернатор поддержал инициативу. В текущих условиях переходный период даст возможность перестроиться и сохранить стабильность на рынке.
— Регион всегда заботился об участниках строительного рынка. Сейчас определены новые меры поддержки застройщиков. Какие именно?
— Работа с инвесторами — это улица с двусторонним движением, и мы не обращаемся к нашим партнерам только с требованиями. Активно внедряем новые региональные механизмы поддержки.
В прошлом году выкупили 17 новых образовательных учреждений и полностью закрыли долги перед застройщиками по программе «Социальные объекты в обмен на налоги». После этого изменили пропорцию выкупа для учреждений, введенных в эксплуатацию с 1 января 2024 года. Теперь инвестор имеет право на выкуп здания за 50% от стоимости строительства, если заключил соглашение с областным правительством и участвовал в других инфраструктурных проектах, в том числе по договору о комплексном развитии территории.
Помимо того (и это важно!), 1 января 2025 года администрация Ленинградской области получила право заключать договоры о комплексном развитии территории по инициативе правообладателя. Это позволит выстроить единые правила работы с механизмом КРТ и контролировать исполнение условий договоров. Напомню, что ранее мы позволили застройщикам получить до 30% отклонений по плотности застройки при заключении договора КРТ.
— Недавно вы рассказали, что регион готовится к реализации нового национального проекта «Инфраструктура для жизни». Где, что и с помощью какого инструментария планируется реализовывать?
— Национальный проект «Инфраструктура для жизни» создан, чтобы объединить усилия по улучшению характеристик жилья, социальной, инженерной, транспортной и дорожной инфраструктур. Мы хотим не просто строить, а улучшать качество жизни людей.
Работу региональных стройкомплексов будут оценивать не только по количеству квадратных метров. Теперь главный показатель — качество жизни граждан. Для этого мы будем использовать подходы комплексного развития территорий (КРТ) и мастер-планирования. Важной задачей станет улучшение городской среды в наших ключевых населенных пунктах. Задача состоит в том, чтобы увеличить этот показатель на 30% к 2030 году и на 60% — к 2036 году.
На днях опубликованы паспорта национального проекта. Я поручил комитетам внимательно их изучить и подготовить конкретные планы для привлечения федерального финансирования в Ленинградскую область.
— Каковы еще планы на 2025 год?
— Ленинградская область ставит перед собой четкие приоритеты: качественный рост инфраструктуры, устойчивое развитие строительной сферы и поддержание уровня доверия граждан к застройщикам. В 2025 году акцент будет сделан на проектировании и строительстве новых социальных объектов: школ, поликлиник, культурных центров и сохранении исторического наследия.
Жилищный сектор продолжит развиваться, но основное внимание будет уделено точечной работе с инфраструктурными проектами. Область уверенно поддерживает приток инвестиций, вход новых девелоперов и государственное регулирование отрасли. Уверен, что мы справимся с задачами 2025 года.