ИИ — всему голова?
Искусственный интеллект в руках профессионала вполне может превратиться в действенный инструмент, но вряд ли заменит человека — машина не умеет ни мечтать, ни фантазировать, зато прекрасно просчитывает варианты. На дискуссионной площадке международной выставки архитектуры и дизайна «АРХ МОСКВА 2024» эксперты отрасли обсудили спорный вопрос и поделились опытом применения новых технологий.
Через проекты умных городов цифровые технологии постепенно входят в сферу градостроительства и ускоряют процессы. Например, запрос данных из Росреестра сейчас занимает не 7–10 дней, а секунды. Застройщики и девелоперы начинают получать информацию об участке в автоматическом режиме. С помощью новых технологий власти осуществляют контроль за освещенностью улиц, качеством дорожного покрытия, уборкой снега и даже заполняемостью мусорных урн на остановках. Кроме того, цифровые технологии помогают налаживать связь между обществом и государством. Так, в ходе недавнего голосования за объекты благоустройства стали понятны потребности горожан.
«Но в архитектуре, к сожалению, мы не видим большого продвижения. Да, многие скажут, что используют ТИМ, но еще ни разу в российской действительности мы не видели применения этих систем от этапа проектирования до эксплуатации, а в этой плоскости есть большой потенциал, — говорит заместитель руководителя ИКМО города Казань Радик Шафигуллин. — Да, возможно, отрасль строительства консервативна, не очень хочет, чтобы все процессы были видимыми и оптимизировались, но это лишь вопрос времени — максимум два-три года. Мы видим, что на основе данных предыдущих проектов искусственный интеллект способен собрать новый и привязать его к местности».
По мнению участников дискуссии, новым технологиям вполне под силу создать надбавленную стоимость к таланту архитектора.
В ожидании умного проекта
«Множество из описанных вещей искусственным интеллектом не является. ”Если мусорка наполнилась, то пора сделать то-то” — это алгоритм. Да, цифровые технологии нужны, но искусственный интеллект — это другое. Он накапливает опыт, обучается. Мы от него находимся довольно далеко, но обязаны к нему прийти», — уверена главный архитектор Генпро Елена Пучкова.
Часть архитектурных бюро уже использует в работе новые технологии, и это не только привычный ТИМ. Например, с помощью генеративных систем создается квартирография и проектируются паркинги, в виртуальных вселенных возводятся объекты для портфолио, здесь же происходят встречи с заказчиками, нейросети помогают быстро сгенерировать облик будущих объектов, которые после утверждения клиентом концепции дорабатываются проектировщиками. «Нормана Фостера технологии, естественно, не сделают, а Заху Хадид сделают. Параметрическая архитектура производится из алгоритмов, то есть архитектор пишет алгоритм, задает код, по которому машина и рисует форму. Вы никогда не знаете, что получится в конце», — говорит г-жа Пучкова.
Однако основным остается вопрос: какое место в этом процессе занимает творческий человек? Сотрудники архитектурного бюро «Т+Т Architects» не понаслышке знакомы с искусственным интеллектом и даже участвуют в обучении системы Kandinsky, однако не уверены, что на данном этапе развития технология способна ускорить процесс проектирования. «Если проводить аналогию от умного города до умного проекта, то раздирают противоречия между надеждой и скепсисом применяемости. С одной стороны, есть визионерские ощущения, что применение нейронных сетей, искусственного интеллекта и любых генеративных алгоритмов сильно упростят нашу проектную жизнь, выведут продукт на новый уровень качества, сожмут сроки реализации до минимальных значений и уберут человеческий фактор в плане ошибки. С другой стороны, есть определенный спектр сомнений в применении прикладных инструментов, которые мы можем использовать в проектировании. Сколько раз мы ни пытались работать с нейронной сетью для получения практически применяемого результата (особенно на этапах концепции), то по времени и трудозатратам получается либо столько же, либо дольше», — говорит руководитель бюро «Т+Т Architects» Сергей Труханов.
Сущность ИИ
При этом профессиональное сообщество архитекторов уверено: машина не в состоянии работать без человека. Хорошим примером развенчивания мифа стал проект здания исследовательского центра в Торонто (Канада). Изначально заявлялось, что объект был спроектирован с применением искусственного интеллекта, но позже оказалось, что все ограничения и параметры, необходимые для проектирования, закладывались человеком, а машина, по сути, выносила только шорт-лист решений, самый эффективный из которых выбирал опять же профессиональный архитектор.
«Это не генеративный инструмент, — поясняет Радик Шафигуллин. — Он не может сказать: “Давайте здесь линию нарисуем”. Он смотрит и говорит: “Если здесь стоит эта панель, то в большинстве случаев к ней ставится этот элемент”. Пока мы не видели вариантов ИИ, который мог бы сам что-то ”допиливать”».
Другими словами, архитектор становится оператором, который может изучить сценарии, предложенные машиной, оттолкнуться от них, внести корректировки и дальше работать в привычном режиме. По словам Сергея Труханова, в технологии нет ничего удивительного: «Это не искусственный интеллект, а заранее предустановленные решения, которые могут существовать в зависимости от параметров, выбранных для проекта. Машина никогда не создаст новый контент, потому что не умеет мечтать, а может лишь брать накопленный опыт и интерпретировать его».
Компьютер предлагает среднестатистический образ объекта на основе загруженных в него данных, то есть это усредненное представление людей, которые участвовали в обучении машины. Не исключено, что технология существенно поможет тем, кто строят дома без участия архитектора, а создатели в это время продолжат претворять в жизнь уникальные здания и сооружения.
«Если мы будем разбирать исходный термин, то увидим, что имеется в виду машинное обучение алгоритмов и программ. И только русская душа наделяет его понятием “интеллект” и дает определение “искусственный”, что одушевляет предмет и побуждает вступить с ним в ментальное взаимодействие, — рассуждает сооснователь архитектурного бюро Osetskaya.Salov Александр Салов. — Можем ли мы освободить мозг творца, применяя цифровые технологии, передать им всю механическую работу, чтобы автор мог сосредоточиться только на главный мысли?» В будущем — вполне возможно. Нейросети обучаемы, и сейчас архитектор может приступить к ее тренировке, задавая параметры собственного творчества, ценности, определенные ориентиры, визуальную статистику, чтобы в конечном итоге генерации выдавались в рамках фирменного стиля компании.
Кто останется без работы?
Подобно тому, как однажды стали не нужны телефонистки, может трансформироваться отрасль проектирования. Рутинная, монотонная и повторяющаяся работа перейдет к машине. Однако одновременно с этим вырастет спрос на вовлеченных в работу архитекторов, обладающих высоким уровнем профессионализма и экспертизы.
Пару им составят специалисты по кибербезопасности. Сегодня это направление представляет собой самую большую опасность, ведь творческая разработка архитектора легко может стать доступной неограниченному кругу лиц. И этот вызов пока остается без ответа.
Недавно прозвучавшая со стороны президента России Владимира Путина критика ситуации в сфере строительных нормативов вызвала горячий отклик в отраслевом сообществе. Портал ASNinfo.ru обратился к председателю совета АПО «Союзпетрострой-Проект» Роману Рыбакову с просьбой прокомментировать эту проблему.
Прежде всего, я хочу поблагодарить редакцию портала ASNinfo.ru и газеты «Строительный Еженедельник» за возможность высказаться по вопросам, затронутым в недавнем выступлении Президента России Владимира Путина. Мы неоднократно говорили о проблемах проектировщиков, в том числе и на страницах «Строительного Еженедельника», но, видимо, работающие на федеральном уровне консультанты далеки от повседневной реальности конкретных участников строительства. Тем не менее, мысль о квазиучастниках строительного процесса была высказана замечательная, хотя, пока Президент их не назовет поименно - сами они себя таковыми не признают никогда.
Проблем в строительной сфере, как и в любой отрасли, предостаточно, но именно в строительстве ярко прослеживаются две основные тенденции:
- избыток власти при дефиците компетентности, нравственности и ответственности (когда уровень амбиций и властных полномочий перерастает уровень компетентности и нравственности, то возникает главная проблема, которая приводит ко всем другим проблемам);
- полное забвение жизненных интересов конкретных (не квази) участников строительного процесса.
Никому не надо доказывать, что строительная отрасль сегодня находится под контролем государства, не всегда объективно оправданным, но всегда жестким. Этот контроль осуществляется зачастую недружественными и малокомпетентными исполнителями из властных структур, которые обеспокоены только мнением вышестоящего начальства и сохранением своего служебного положения. Отсюда - стремление к усилению всяческого контроля, заоблачные замыслы, поспешное непродуманное принятие законодательных актов, отрыв от реальности и понимания механизма работы принимаемых законов.
Я не собираюсь утверждать, что контроль вообще не нужен. Но он не должен сводиться к нагромождению административных барьеров, затягивающих процессы рассмотрения, согласования, утверждения документов в угоду утверждения личного престижа, упоения властью. По логике, государственные контролеры должны были бы помогать подрядчикам в решении проблем, когда они возникают на объектах, строительство которых одобрено органами исполнительной власти. Представляется, что создание дружелюбной атмосферы между участниками строительства можно достигнуть некоторыми мероприятиями социального характера.
А главное для поступательного развития отрасли - изменение отношения к специалистам и создание условий для стабильного и финансово обеспеченного положения строителей и проектировщиков. Достижение успехов в этом процессе позволит убрать большую часть проблем и в повышении производительности труда, и в ускорении процессов строительства и, особенно, в качестве проектов и собственно строительства. Здесь накопился большой наносной пласт проблем, связанных с непрерывным снижением реальной заработной платы всех участников строительства конкретных объектов, и этот пласт надо срочно разгребать.
Россия пока еще обладает уникальным сообществом специалистов-профессионалов своего дела (будь это проектирование или строительство), обладает образовательным потенциалом. Надо только понять, что выпускники вузов, при огромном количестве профессий и объеме знаний в каждой профессии, могут стать специалистами в какой-либо узкой области только в процессе передачи опыта старших товарищей, что обычно и происходит на практике. Однако этот процесс идет успешно только при обеспечении достойного заработка специалистов. Для решения кадровой проблемы надо изменить сложившуюся систему распределения заказов, систему ценообразования как в строительстве, так и в проектировании. Надо прекратить «жлобство» как на государственном, так и коммерческом уровнях, когда в погоне за дешевизной мы утрачиваем качество, сроки, людей и высокопрофессиональные организации.
И еще некоторые соображения
Для ускорения строительства объектов зачастую пытаются сократить сроки, отпущенные на работу проектировщиков и строителей. При этом в недавнем интервью «РИА Новости» замминистра строительства и ЖКХ Дмитрий Волков сказал: «В «обычном» инвестиционном процессе… время проектирования и строительства занимает 10-18%. Остальное – административная нагрузка, разрешения, оформление. Можно получить серьезное продвижение вперед в части скорости строительства без серьезных рисков удорожания, безопасности или управляемости в градостроительной деятельности…. Эти шаги касаются рабочей документации, экспертного и проектного сопровождения, территориального планирования, типового проектирования, технического нормирования и особого регулирования для чрезвычайных ситуаций».
Эти в целом правильные слова на самом деле являются не какими-то революционными предложениями, а схемой налаженной повседневной работы административного органа на базе существующих положений и методик. На подобном пути достичь «серьезных» продвижений не удастся ни по скорости, ни по безопасности, и, особенно, по управляемости строительства. Если не затрагивать работу в условиях чрезвычайных ситуаций, то все остальное – это забытое почему-то или ухудшенное старое.
Хочу напомнить, что ранее в СССР развивалась самая отработанная и самая насыщенная по технике, технологии и организации система нормативно-технического обеспечения. Это были учебники по строительству, которых не найти в мире. Причем система не сводилась лишь к контролю, который путем создания разных перечней и реестров типа «перечня 1521» пытается выстроить современная власть. Специалисты понимают, что нормативно-технический документ не может содержать одни лишь требования и применяться по «букве», как у нас сейчас практикуется (чего стоит только Постановление Правительства РФ №87 от 16.02.2008). При использовании документа необходимо понимать и учитывать смысл требований. Например, в стране до сих пор не введено положение о порядке согласования необходимых отклонений от требований нормативов, как это было в СССР. Система технического нормирования, как это было всегда, должна совершенствоваться, охватывая новые технологии и материалы, но эта работа не может вестись формально. Напомню только, что с 2008 года были актуализированы практически все СНиПы с переводом их в СП, ну и каких успехов мы достигли? В своем интервью Дмитрий Волков ставит задачу создания единого реестра, содержащего все документы, необходимые для экспертизы и государственного строительного надзора, что, по его мнению, исключительно важно для строителей. Однако фактически реестр требований станет лишь инструментом в руках очередного контролера.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
И снова о барьерных нормативах
Городской суд отменил решение Куйбышевского районного суда о приостановке действия разрешения на строительство торгово-развлекательного центра «Голливуд» у ст. метро Пионерская.
Напомним, конфликт застройщика и жителей района длится с 2016 года, когда компания «Евроинвест» приобрела под застройку участок, расположенный недалеко от другого ТЦ – собственности Fort Group.
Участок, собственно говоря, невезучий. Еще в конце прошлого века там начали строить кинотеатр «Русь», но стройка не увенчалась успехом. Простояв до 2012 года, недострой снесли. Затем 4 года участок на Коломяжском пр., д. 22, лит А, общей площадью 29 Га простаивал, пока в 2016 году не был приобретен «Евроинвестом».
И тут начались суды.
Сначала иск был подан от одного жителя Приморского района, к слову – сотрудника Fort Group. Когда суд был выигран, строительство приостановилось.
Но застройщик не сдался, подав апелляцию, вернул право на строительство. А потом был подан иск уже от почти 200 жителей. И судебные тяжбы возобновились. Наконец, 2 июня 2020 года горсуд вынес окончательное решение по данному вопросу и возведение ТРЦ общей площадью 113,5 тыс. кв. м разрешил.
Планируется, что в реализацию проекта инвестор вложит более 120 млн долларов США.